Выше нас

Нижние районы Руконгая всегда вызывали у Хирако неприятное чувство. Что-то похожее на смесь опасения, стыда и отвращения. Возможно, Айзен нарочно выбрал именно это место, чтобы напомнить капитану лишний раз о той реальности, с которой сталкивались обычные души, не выигравшие в лотерею и попавшие после смерти в Генсее именно сюда. Конечно, можно было отнестись к этому по-философски, сказать, что это наоборот удача. В нижних районах вероятность быстрой смерти была выше, а значит, и быстрого перерождения. Однако это было бы донельзя лицемерно со стороны Шинджи, который цеплялся за жизнь, несмотря на то, что прекрасно знал о цикле. Вряд ли эти души, не имевшие ни малейшего понятия о том, что после смерти здесь вернутся в Генсей, чем-то отличались от него. Все хотели жить. И жить не в бедности и постоянном страхе, постоянной гонке за выживание. — Лучше бы мы снова отправились в Уэко Мундо, — пробурчал Шинджи. — Пустые будут мешаться под рукой. К тому же… — Айзен улыбнулся, не договорив, и Хирако положил руку ему на плечо, чтобы притормозить и развернуть к себе. — К тому же что? — Вдруг я моргнуть не успею, а ты уже захватишь там власть. Придется вырезать всех, чтобы только добраться до тебя, — Соуске все еще улыбался, но Шинджи его веселья не разделял, хмуро глядя в глаза. — Ты подсадил в меня какую-то тварь, а теперь строишь планы, что она подчинит себе Уэко Мундо? — Это не планы. И я никого в тебя не подсаживал. — Может, не нарочно, но… — Пустофикация не так работает. Шинджи молча уставился на него. — Процесс поэтому так и назван, что никого иного в организм не подсаживается, — «Не как с Белым», — подумал он. — Пустофицируется уязвимая часть души, а затем и остальная душа. Урахара, видимо, смог замедлить течение, но не остановить окончательно. — То есть ты хочешь сказать, что пустой внутри — это не кто-то посторонний, а… ну, я? — Хирако выглядел обескураженным и не совсем понимал, что чувствует по этому поводу. Думать про пустого, как про постороннюю тварь, было легче, потому что и решение было для этого легким — убить и все. — Да, часть души, обретшая такую форму, — кивнул Соуске. — И что, если я его убью, у меня умрет часть души? Как это вообще работает? — Я не думаю, что убийство возможно. Так далеко эксперименты не заходили. Моя теория состоит в том, что действовать нужно так же, как с занпакто. Хирако скривился. Он уже плохо помнил, как подчинял себе Саканаде, но это точно был не самый приятный процесс, потому что его занпакто предпочитал не драться, а запутывать, атаковать исподтишка, выводить из себя и говорить загадками. «Совсем как Айзен», — мысленно проворчал Шинджи. Однако с пустым он уже сталкивался, и тот был весьма прямолинеен в своей агрессии. Много не раздумывал, атаковал напролом и искусно обращался с собственным телом. — Предлагаешь подружиться с ним? — Ты уже знаешь ответ, просто не хочешь о нем думать из-за своего упрямства, — снисходительно ответил лейтенант, отчего Шинджи еще сильнее наморщил нос. — Я хочу тебя ударить. — В последние дни ты хочешь этого постоянно, — с тихим смешком отметил Айзен. — Интересно почему, — язвительно отозвался Шинджи. — Поставь барьер. — Ты будешь сражаться со мной, для этого барьер не нужен. — Сражаться? Соуске сложил руки за спиной и мягко улыбнулся. — Ему придется одновременно контролировать твое тело и драться с тобой во внутреннем мире. Это ослабит его и даст тебе преимущество. Хирако нахмурился, но видел в словах Соуске резон. В конце концов, обычно в таком невыгодном положении оказывался он сам, а теперь пришло время поменяться местами. — Если я полностью превращусь в пустого, убей меня, — он посмотрел в глаза Айзена серьезно и решительно, с интересом отметив, насколько эта просьба не понравилась лейтенанту. — Этого не случится. Просто перестань себя сдерживать. Когда-то Шинджи опасался, что Айзен может убить его, теперь же он точно знал, что так легко не умрет. Во-первых, потому что Хирако стал его экспериментом, от которого не хотелось избавляться, а во-вторых, часть его хотела надеяться, что Соуске действительно верил в его силы. Хирако выдохнул и отступил, вытаскивая Саканаде из ножен. Было глупо с его стороны доверять Айзену, учитывая, что тот и являлся причиной всего происходящего, но какой еще был выбор? Соуске выглядел спокойным и собранным, что впервые за эти дни не раздражало. Хорошо. Они оба готовы. Закрыв глаза во внешнем мире, открыл их Шинджи уже во внутреннем и едва успел увернуться от когтистой руки пустого, налетевшего на него в ту же секунду. Похоже, времени на передышку не будет, однако Хирако пытался уворачиваться и бежал к развалинам, которые могли дать хоть какое-то укрытие. Саканаде, своим ярким одеянием выделявшийся в этом посеревшем мире, сидел на одной из высоких колонн, когда-то поддерживающих крышу храма, и, кажется, не обращал внимания на происходящее. — Драный кошак, — процедил сквозь зубы Хирако, вбегая внутрь не до конца обвалившегося здания и крепче перехватывая клинок в руке, и удивленно округлил глаза, когда пустой ворвался через стену прямо в проход, в котором пытался укрыться Шинджи. Вновь уцелеть удалось только за счет безупречной реакции. Однако теперь он не собирался бежать, а сам рванул вперед. В нем не было страха потерять контроль. Все, что творилось снаружи, теперь было заботой Соуске. Айзен, в свою очередь, терпеливо наблюдал за застывшим телом капитана. Пока что никаких изменений не происходило, даже реяцу казалась спокойной, что настораживало само по себе. Духовная энергия должна была скакать, как во все те предыдущие случаи, и Айзен опасливо потянулся к своему занпакто. Очень вовремя, потому что, вопреки обыкновению, маска на Хирако появилась не постепенно, а за мгновение, и тот прыгнул вперед. Шинджи улыбался, вблизи рассматривая маску пустого, пока когти скрежетали о лезвие занпакто. В оружии преимущество определенно было у Хирако, однако пустой был гибче и быстрее, поэтому в узком пространстве прохода, взбежал по стене, уворачиваясь от очередного выпада, перевернулся в воздухе и вновь попытался задеть лицо Шинджи, но тот ловко выскользнул в дыру, проделанную ранее. «Зря радовался», — запоздало подумал Шинджи, потому что в скорости явно проигрывал. Когти вспороли его форму и кожу на спине. Айзен перехватил меч обеими руками. В этой форме капитан был удивительно быстр и нападал непредсказуемо. «И мог использовать способности занпакто», — напомнил он себе, отскакивая в сторону от серо. Маска перешла на шею, а длинные белые ленты сзади развевались на ветру совсем как волосы Шинджи когда-то. В планы Хирако не входило пахать собой землю, но, честно говоря, у него вообще не было плана, была только цель. Приподнявшись на ссаженном локте, он сплюнул песок и землю и, зашипев от боли, перевернулся на спину, чтобы выставить клинок вперед, отчего пустой чуть не напоролся на него. Ладно, если эта тварь была его частью, Шинджи даже немного гордился, но нужно было собраться и… А что «и»? Необходимо найти общий язык, верно? А как это сделать, если зверюга постоянно на него бросалась? Поднявшись, Хирако внимательно уставился на пустого, готовившегося к очередному прыжку, и сжал рукоять занпакто обеими руками. Айзен с интересом осмотрел раскуроченный ландшафт, тлеющие после серо деревья — некоторые были повалены на землю, пестрящую свежими рытвинами. Хирако обычно дрался изящно. Пустой же использовал окружающую среду в качестве дополнительного оружия. Да и странно, что до сих пор тот не применил шикай. Соуске нахмурился — капитан исчез из поля зрения. Оглядевшись, он ловко отскочил за мгновение до того, как сверху на него напрыгнул пустой, вонзая занпакто в землю вместо тела лейтенанта. Хирако направил клинок прямо в белую грудь, обтянутую белыми лентами, но пустой схватил когтистой рукой лезвие и потянул Шинджи на себя. — Ну уж нет! — тот успел сгруппироваться и со всей силы пнул пустого в живот, хотя искренне считал, что это плохо сработает. В конце концов, тварь была непомерно сильной, но пустой, к удивлению и радости Шинджи, отлетел прямо в колонну, на которой сидел Саканаде, пробивая ее своим телом насквозь. Занпакто недовольно цыкнул и повис в воздухе вниз головой. — Решил помочь? — Хирако дышал тяжело и весело скалился. — Еще чего, это не мое дело, — Саканаде прошелся по воздуху вверх ногами и подыскал себе новое место повыше, чтобы и дальше наблюдать за копошением этих двоих. Шинджи на это только усмехнулся и вновь стал следить взглядом за поднявшимся на ноги пустым. — Успокойся уже. Тебе не выиграть, — он шагнул ближе, но в ответ услышал только утробное рычание. Прошло не больше пятнадцати минут, а маска распространилась ниже на грудь и плечи, и Айзен поймал себя на мысли, что откровенно любуется таким капитаном. В нем не было заметно ничего животного, в отличие от других пустых. Движения, хоть и были в какой-то степени хаотичными, несли в себе решимость, и вновь Соуске чувствовал сладковатый привкус волнения на языке. Он взмахнул клинком, но капитан даже не замедлился, а кровоточащая рана на плече мгновенно затянулась. — Восхитительно, — с восторгом прошептал Айзен. Хирако вновь впечатал гибкое тело в и так хлипкую стену, осыпавшуюся на землю вместе с пустым, отчего в воздух поднялась пыль, но когда она осела, Шинджи стоял ногой на чужой груди, а кончик лезвия прижимал к маске. Пустой, хоть и рычал, больше не сопротивлялся, лишь смотрел в ответ свирепо. Кидо, как помнил Соуске, было не способно удерживать капитана долго, но он до дрожи хотел поближе рассмотреть маску, и на это должно было хватить нескольких секунд. Хищные серые глаза внимательно следили за его движениями, пока сам пустой изо всех сил тянул цепи, связавшие его и приковавшие к земле. Маска на ощупь была холодной и немного шершавой, будто сделанной из фарфора. Айзен опустил ладонь на шею и кончиками пальцев с интересом проследил линию ключиц, но не успел двинуться дальше, потому что цепь кидо порвалась — пришлось отскочить подальше. Шинджи смотрел, как маска осыпается осколками, и шумно втянул воздух носом. Он готовился мысленно, но все равно внутри все похолодело, когда он увидел собственное лицо. Белое, как снег. Пустой рванул вперед с отчаянным ревом, Соуске мог даже предположить, что тот негодует, а значит, проигрывает. Что ж, он не сомневался в Шинджи. Однако был слишком самоуверен, потому что пустой вновь исчез из его поля зрения и появился спереди, тут же завалив Айзена на землю вместо того, чтобы проткнуть занпакто. С губ лейтенанта уже сорвалось начало заклинания кидо, но капитан замер на нем, и Соуске тоже застыл, наблюдая с нескрываемым любопытством. Тонкие белые губы были растянуты в улыбке — пустой скалился совсем как сам Хирако, насмешливо и широко. — Наконец до тебя дошло, — голос был скрежещущим, хотя все равно напоминал Шинджи его собственный, но больше удивляло то, что тот заговорил, вместо рычания и шипения. — Лучше бы ты молчал, — раздраженно ответил Хирако, но ногу с груди убрал и протянул свободную руку. Конечно, он ждал, что пустой ее оттяпает или схватит и потянет на себя, но тот смерил его внимательным взглядом, взял за ладонь и поднялся. Они оба больше не улыбались и впервые разглядывали друга изучающе. Видеть свое лицо со стороны было странно, тем более странно было осознавать, что это гибкое тело, обтянутое бинтами-лентами, было его собственным. Если бы он поддался ненависти, если бы сдался и позволил этим эмоциям себя поглотить… Да, он был бы сейчас таким. Саканаде бесшумно опустился рядом с ними и прильнул к плечу Шинджи, словно требуя ласки, но смотрел на хозяина своими желтыми кошачьими глазами цепко. — Что теперь ты намерен делать? Хирако повадки своего занпакто знал, поэтому чесать за ухом не стал, вместо этого схватил за ворот кимоно сзади и отстранил от себя, будто за шкирку. — Я буду делать то, что считаю нужным, — Шинджи улыбнулся устало и, когда занпакто наморщил нос из-за такого ответа, все же погладил по загривку в знак примирения, после чего повернул голову обратно к пустому. Должен ли он что-то спросить? Или приказать? Или обсудить, как теперь делить тело? Однако тот сам протянул руку вперед ладонью вверх и весело усмехнулся. Хирако побегал взглядом от его — своего — лица к руке и обратно, после чего улыбнулся шире и хлопнул по протянутой ладони своей. Когда с тела капитана посыпались белые осколки, Айзен прищурился, продолжая внимательно наблюдать за тем, как взгляд Хирако наполнялся осмысленностью. Шинджи чувствовал, что его тело словно вибрирует, гудит от новых ощущений, как сила растекается по венам и наполняет его волнением. Он опустил глаза на Соуске, и тот, уже открыв рот, чтобы произнести поздравления, за долю секунды понял, что сейчас случится, поэтому рывком скинул с себя капитана и отскочил, но Шинджи ринулся обратно. Сталь Саканаде зазвенела, встретившись с Киока Суйгецу, и по одному этому звуку стало ясно, что больше это не было игрой в кошки-мышки. Айзен слабо нахмурился, пусть и испытал восторг от происходящего: Хирако стал физически сильнее, быстрее, реяцу лизала его, словно языки пламени, при этом была под идеальным контролем капитана. Это он и имел в мыслях, когда пытался создать идеальный гибрид пустого и шинигами. — Разб... — завершить команду шикая он не сумел — Хирако схватил ладонью его лицо и второй рукой взмахнул своим занпакто. Заблокировать этот выпад не составило труда, но само ощущение, что Шинджи намеревался его убить, заставляло трепетать. От ощущения опасности внутри все сладко сводило, и Айзену в этот момент стало искренне плевать, если капитан действительно вспорет ему живот. Он положил руку на затылок, вплетая пальцы в мягкие волосы и ленты, и прижался губами к оскалу маски. Казалось бы, Хирако должен был быть озадачен таким поведением, но в нем проснулось нечто животное вместе с пустым, и он вжал Соуске в ствол ближайшего дерева, стискивая свободную руку на вороте косоде. Хотелось проткнуть Айзена насквозь, всадить пальцы ему в грудь, вырвать сердце и раздавить его, но он провел ладонью по груди вверх на шею. Маска исчезла, заставив Хирако недоуменно моргнуть, но подумать о том, почему она так быстро пропала, он не успел — Соуске вжался поцелуем уже в его губы. Шинджи оставалось лишь осадить разгоряченного лейтенанта укусом до крови, снова схватить за ворот формы и толкнуть на землю мимо ствола дерева, седлая бедра. Воткнув Саканаде в землю рядом с головой Соуске, Хирако стиснул пальцы на горле Айзена, совсем отпустившего свой занпакто и теперь цепляющегося за худые бедра капитана. Это была идеальная возможность. Нужно было лишь крепче стиснуть пальцы, добавить вторую руку, навалиться, смотреть, как бледнеют губы Айзена, как взгляд становится стеклянным, но Хирако физически не мог заставить себя это сделать. Да, он наверняка снова оставит на коже синяки, но Соуске не задыхался, лишь смотрел с каким-то безумным желанием и улыбался. — Почему я не могу убить тебя? — выкрикнул капитан зло и отчаянно. Айзен рассматривал его искаженное гневом лицо так, будто не видел в жизни ничего прекраснее. Подняв руку, он положил ладонь на щеку Шинджи и погладил большим пальцем скулу. — Потому что боишься узнать, что тогда случится. Может, ты не хочешь этого признавать, но ты понимаешь, что у моих действий есть цель. Что, если ты будешь жалеть о том, что убил меня? Хирако, кажется, только сильнее разозлился, но мог лишь обессиленно склонить голову. Нет. То, что стало с Киске и Хиери… Он не должен был поддаваться. Вина Айзена была неоспорима. Но… — Ты говорил, что можешь мне все объяснить, — едва слышно произнес он. — Если на этот раз ты готов выслушать, — Соуске убрал руку с его щеки и положил ее обратно на бедро, словно готовился удерживать капитана на себе в случае чего. Однако Шинджи слезать не спешил, смотрел сверху вниз долго и молчал. У него была цель. Он хотел знать ответы. Отпустив рукоять Саканаде, он совсем лег сверху и произнес в искусанные губы Соуске: — Готов.