Избранный/Chosen

Первая неделя семестра всегда была волнующей, полной надежд. Гермиона с энтузиазмом просматривала список заклинаний и зелий, которые ей предстояло освоить за следующие несколько месяцев (те, которые она еще не практиковала, но всегда была польза и в оттачивании техники). В этом семестре они изучали аппарацию, Гермионе не терпелось попробовать. Джинни удивлялась и радовалась, услышав, что теперь Гермиона могла покачиваться из стороны в сторону на метле. А из-за того, что у Гарри с Роном квиддич начинался только ближе к весне, они могли планировать вылазки, не подстраиваясь под расписание тренировок и игр. Единственной вещью, которая мешала Гермионе почувствовать себя полностью счастливой, был Драко. Или, точнее, угрызения совести, мучившие ее всякий раз, когда она видела, как он смотрит на Гарри и Рона, идущих по бокам от нее, и проходит мимо, не здороваясь. Годами Гермиона ценила то, какими сплоченными были мальчики, защищая ее от обидчиков. Теперь сложно было попросить больше свободного пространства. И это казалось странным, она как будто находилась в двух местах одновременно. Она все еще ощущала теплоту защиты Гарри и Рона, но было неприятно представлять их глазами Драко. Теперь она его знала. Она не могла забыть, как его тело натягивалось, когда он видел ее друзей. Напряжение искривляло его рот. Было очень похоже на усмешку, но нет. Она наблюдала, как его глаза сужались, а походка становилась размашистой, и она задавалась вопросом, как раньше могла воспринимать это иначе, чем представление. После странной череды событий Гермионе было легче проводить время с Драко на уроках, когда Гарри и Рон не мчались вставать на ее сторону. Драко хорошо исполнял обещание флиртовать с ней перед всеми остальными. Если это можно было так назвать. — Грейнджер, — прошептал он, сидя позади нее на Зельях. — Грейнджер. Гермиона проигнорировала. Они работали над зельем левитации, и некоторые ингредиенты были склизкими и неприятными. — Грейнджер. — Что? — шепнула она в ответ. — У меня закончились жала веретенницы. — Ну так возьми еще. — Поделись своими, — прошептал он. — Прекрати быть ленивым мерзавцем. — Да брось, помоги мне. Гермиона покосилась на свою тележку, подсчитывая ингредиенты. Она взглянула обратно на Драко. — Сколько тебе нужно? Он приподнял подбородок, осматривая ее стол. — Все. — Я не отдам тебе их все! — От возмущения ее голос стал громче, чем она планировала. Драко прижал палец к губам, его лицо стало строгим. — Я пытаюсь работать, — сказал он в полный голос. — Не можешь быть потише? На Уходе за магическими существами, тем же днем, они изучали штырехвоста. Чудовище выглядело как чахлый, дьявольский кабан. От свиньи сильнее всего его отличали ониксовые глаза и то, что штырехвост жевал жвачку. Гермиона выбрала благоразумное место во втором ряду. Драко взглянул назад, хитрая улыбка играла в уголках его губ. — Грейнджер. — Что? — Поменяйся со мной местами. — Нет. — Ты же знаешь, что будешь отвлекаться на вид, — прошептал Драко. — Я думаю о твоем образовании. — Я не буду с тобой меняться, — ответила Гермиона. — И это не из-за того, что отсюда отличный вид на твою задницу. Он бросил на нее еще один взгляд, глаза загорелись от удивленного веселья. Именно в этот момент штырехвост прочистил горло и выплюнул комок пенистой слюны на мантию Сьюзан Боунс. — Они плюются, когда нервничают, — промурчала Гермиона. — Поосторожнее. Однако он оставлял ее, когда рядом находились Гарри с Роном, из страха ли или из-за уважения к ее просьбе проводить с ними свободное время. С течением недели Драко выискивал ее более безрассудно, чем Гермиона ожидала. Было сложно улучить момент наедине, и, казалось, он был готов пойти на компромисс ради того, чтобы быть рядом с ней. Однажды ближе к вечеру, через несколько дней после начала семестра, он примчался из ниоткуда и обернул вокруг нее руки. Гермиона слышала голоса дальше по коридору. — Эй. Что такое? — спросила она. — Просто помолчи и обними меня. — Проворчал он и зарылся лицом в изгиб ее шеи. — Плохой день? Драко пожал плечами. — Мне на Рождество подарили новую игру, — сказала Гермиона. — Я принесу ее сегодня вечером. — Хорошо. Драко сделал глубокий вдох, сжал ее еще один раз и снова удалился, не сказав больше ни слова. Гермиона рассеянно смахнула перышко со своей мантии и пошла искать друзей. К уроку Истории магии следующим утром его развязное настроение снова вернулось. Профессор Бинс, за неимением лучших идей, задавал им длиннющие эссе для выполнения в классе. Прошло десять минут перед тем, как Гермиона услышала первый скучающий вздох позади себя, и вскоре после этого раздался шепот. — Грейнджер. — Гордрика ради. — Гермиона потрясла головой, чтобы сдержать улыбку. — Грейнджер. Она слегка пригнулась, строча на своем пергаменте. — Грейнджер. Она откинула волосы и прошипела: — Что? Он ухмыльнулся. — Я забыл. Она махнула на него своим пером. — Прекрати быть засранцем. Гарри оторвал глаза от своего эссе. — Он тебе мешает? — Не больше, чем обычно, — мягко сказала она и обернулась в сторону Драко, улыбнувшись ему через плечо. Он послал слабую улыбку в ответ. Следующие несколько минут был слышен только скрежет перьев. Гермиона дошла до конца пергамента до того, как у нее закончились слова, так что она поднялась, чтобы подойти к шкафчику с письменными принадлежностями. В этот раз голос Драко зазвенел на всю комнату. — Грейнджер, будь душкой и захвати мне пару перьев. Гермиона недовольно взглянула на него, сжимая губы в насмешливом раздражении. Почти весь класс оживился, ожидая ее ответа на этот вызов. Сначала она достала чернильницу и новый пергамент для себя. Она постучала пальцами по коробочке с перьями, а затем взяла три штуки. Быстрое заклинание себе под нос, и перья выстрелили в Драко, летя острым концом вперед. Он уже был готов произнести Аресто тотале. Он выхватил зависшие в воздухе перья и одарил Гермиону своей лучшей ухмылкой, словно кот поймал птичку. — Спасибо, милая. После урока Гермиона поравнялась с ним и шлепнула по руке тыльной стороной ладони. Драко усмехнулся и закинул руку ей на плечи. — Что-то тебе понадобилось много времени. Думал, мне нужно будет пройтись на руках по твоей парте, чтобы ты заметила меня в классе. — Где ты берешь время на выполнение работы, если постоянно мелешь языком? — Я гениален. — Мы с Ханной и Луной разговаривали о том, чтобы провести гонку на коньках днем в воскресенье. Каждый приведет команду со своего факультета. Раз уж квиддича не будет до весны, мы подумали, что будет здорово провести какое-нибудь мероприятие. Думаешь, мне стоит спросить Миллисент, не хочет ли она собрать команду Слизерина? — Да, пожалуйста. Она бы согласилась, и это спасет остальных от ее расспросов. Клянусь, эта девчонка выросла на льду. — Хм. Я так и думала. Полагаю, ты не сходишь со мной поговорить с ней? — Грейнджер, ты же ее не боишься. — Нет, — ответила Гермиона. — Но я думаю головой. Она пыталась меня задушить, когда у нас была первая дуэль. Сейчас она, наверное, так бы не сделала, но не знаю, не осталось ли у нее желание. — Мистер Малфой. — Басистый голос ворвался в их разговор. К ним подкрался Снейп, мантия вздымалась за его спиной. Драко убрал с Гермионы руку. Кончики его пальцев быстро дотронулись до ее затылка. — Профессор. — Пройдемте со мной. Нам надо обсудить некоторые вопросы. Если… — Снейп сделал паузу, позволяя своему взгляду порхнуть с Драко на Гермиону, выражение его лица оставалось неподвижным, как у змеи, — …это не доставит неудобств. Осанка Драко была безупречной, лицо бесстрастным. Его губа не изогнулась. — С удовольствием. Профессор. — Он формально склонил голову перед Гермионой. — Прошу прощения, Грейнджер. Часом позже Гермиона уголком глаза заметила, как Драко в нерешительности колеблется между двумя столбами в соседнем коридоре. Она взглянула на него и увидела, как его глаза переместились с нее на Гарри и Рона. Он сунул руки в карманы и, казалось, собирался уйти обратно по коридору. Его плечи слегка ссутулились. Несколько прядок бледно-блондинистых волос падали на лоб, ожидая, пока чьи-то пальцы поправят их. Гермиона осознала, что теперь они все были ее мальчиками. Она все еще не знала, что сказать Гарри и Рону, чтобы они поняли, но даже неправильные слова были лучше, чем заставлять Драко вот так слоняться вдалеке. Так что, как обычно, ей нужно было брать дело в свои руки. — Драко, — позвала она и потянулась к нему. Он моргнул и побрел в ее сторону. Мальчики прижались ближе к Гермионе. — Разве ты не достаточно достаешь ее на уроках? — спросил Рон. — Возможно, нам всем стоит поговорить, — произнесла Гермиона. — О некоторых вещах стоит рассказать начистоту. — Грейнджер, мы можем не делать это сейчас? — тихо попросил Драко. — Мне надо поговорить с тобой. Наедине, если можно. — Все, что ты хочешь ей сказать, можешь сказать перед нами, — подал голос Гарри. — Просто дайте мне минуту, — попросила Гермиона. Драко оглянулся через плечо, убеждаясь в том, что она идет за ним, и оценивая, насколько далеко он может отвести ее, пока оставшиеся из золотого трио не взбудоражатся слишком сильно, чтобы оставаться в стороне. Он облокотился на стену, скрещивая ноги с привычной беспечностью. — Хотел дать тебе знать, что несколько ночей придется патрулировать без меня. Возможно, получится заменить меня Ханной. Она все равно предпочитает твою компанию. — Почему? Что случилось? — Пришла сова. Меня зовут домой, — сказал Драко, его голос был таким же непринужденным, как и его поза. Гермиона застыла. — С чего бы им звать тебя? — Понятия не имею. — Взгляд Драко устремился за плечо Гермионы на ее друзей. — Хотел сказать тебе. Чтобы ты не волновалась, когда я не появлюсь. — Сколько тебя не будет? — Не знаю. Она коснулась его предплечья, глаза всматривались в лицо. — Ты в порядке? Его челюсть дернулась. — Конечно. — Он отодвинулся от нее. — Мне нужно сложить вещи. Они хотят, чтобы я ехал следующим поездом. Гермиона понизила голос, чтобы только он смог услышать: — Будь осторожен. Драко снова взглянул на Гарри и Рона. Потом он наклонился, поцеловал ее в щеку и унесся прочь до того, как у нее появилось бы время, чтобы отреагировать.