Осколками слабости

Может, то, что она делала, прекрасная и на этот раз любящая брюнетка, было в неком исключительном смысле опасным и не правильным. Почему? Да всё из-за того, что идеи её безудержного отца, от которого девушка переняла большинство качеств, оказались для неё интересными. Как он выразился за тем завтраком, это игра на интерес. Игра с уникальными и слишком высокими ставками. Со ставками на будущее и его исходы. Мисс Мортем думала так, кто не рискует — тот не пьёт шампанское. Пусть она не любила этот вид алкоголя, но ведь это образно. Она немного переворачивала выражение смотря на него так, кто не рискует — тот не получает горячих поцелуев и будоражащих фраз. Во всяком случае, если её действия и решения не оправдают себя, изменят уже устоявшийся ход бренной жизни, она всё равно найдет выход, поднимаясь сухой из ледяной воды. И возможно, что это решение, заставило её принять то злополучное, но спокойное воскресенье. В которое она услышала небывалое количество лжи. — Я возьму ответственность за тебя… Ох, как же студенту хотелось в тот момент вырвать чужой и гнилой язык. Она? Вики Уокер сможет набраться смелости? И покинуть свою же игру за просто так? Нет, конечно нет! И брюнетка прекрасно это осознавала. Осознавала, что простаки никогда не сдаются. Идут вперед сломя голову, неся за необдуманностью своих решений лишь один хаос и разрушения. И в этот раз, мисс Уокер, которая и оказалась тем самым простаком, привносила толику разрушений в молодую, недавно разгоревшуюся жизнь мисс Мортем. Которая сможет всё уладить, расставляя всё по местам, корочка к корочке. — Женщины их породы имеют дурной нрав и уникальное желание власти… Как же молодой девушке хотелось в тот момент рассмеявшись, разрыдаться. Забиться в истеричном танце, падая на пол. Ведь, как никто другой, она ощутила это на себе. Причем на все сто процентов. Сначала это казалось интересным, женщина с опасной искрой спрятанной ото всех, раздающая острые пощечины на лево и на право. А потом смеяться больше не хотелось, может даже не было сил на это, интерес конечно же никуда не испарился, но всё приняло серьёзные обороты в тот момент, когда колючий удар коснулся щек той самой женщины. Тогда то Мими Мортем и поняла, что замахнулась на то, что вряд ли ей по плечам. Скорее она сломается и прогнется под таким своевольным нравом, но может это окажется стоящим?! Может ей удастся гнуть свой конец до последнего, до того момента пока не прогнутся под неё. Вот и появлялся тот интерес о котором некогда беседовали люди. Вот и появлялась возможность переходить в наступление от обороны. Во всяком случае, её наступление, кажется ничего не скрывало, для другой может и ничего не несло. Но его красота, заставляла улыбаться, заставляла щеки краснеть, а глаза прятаться в наслаждении от горячего внимания. Всё было идеальным в её голове. Нужно было лишь подлить масла в ещё не догоревший, пламенный костер мистера Салаза. Который к слову, был так же довольно проницательным. Тогда, в тот злополучный обед, в который он сдерживал опасные порывы своей силы, всё доверие к невесте испарилось. Нет, конечно её история о подготовке была уместна. Даже отчасти он поверил в неё. Правда всего на несколько коротких моментов. И в тот момент, когда его нос полоснул по женское шее, ароматы чужого тела, заставили проронить его несколько тайных слез. Он знал как пахнет его будущая супруга. Её запах всегда оставался неизменным, свежесть и отрезвляющая мята. Но в тот момент от неё несло за километр, грязным, пропитанным похотью сексом и сладостью. И тогда, на любимом плече нескончаемая боль пробила его сердце. Вики, его Вики никогда не любила сладкие ноты в парфюмах. Значит ли это, что у неё кто-то есть? Возможно. Конечно очередное обвинение в адрес невесты было бы вновь повержено и успешно отбито. Поэтому то, мужчина и принял решение подождать. Он придерживался такой тактики, всё тайное когда-нибудь становится явным. И он был готов ждать столько, сколько потребуется. Но после с сокрушительным успехом, сможет добиться честности от декана. И это время пришло, вернувшись домой из поездки в холодный понедельник он не застал никого на месте. Конечно, его мисс Уокер умна, но не на столько, что бы мучительно убирать улики за собой. В кровати, в их общей кровати, которая должна была хранить исключительно их интимность, были чужие волосы. Это было тяжело не заметить. Ведь простыни смяты, плед не застелен, а на его подушке длинные темные волосы, которые точно не могли принадлежать его женщине. На это он лишь хмыкнул. Она на столько отвратительна и богохульна, что пустила в их дома, на их перину чужого. Может чужого не для себя, но для Дино этот человек казался именно таким. Следующим оказался телефон, так бездумно забытый Вики Уокер, на которое приходило несколько уведомлений. » — Дорогая, как она? Вчера кажется вышло всё не лучшим образом, я хотел бы извиниться перед вами обеими. » Вот оно как, Дино Салаз вернул всё в точности на место, а кусочки стали складываться в голове. Конечно этого было до сих пор мало, стоило подождать ещё немного, так, что бы после не слышать оправдания, это всего-лишь подруга. Ох, а это кольнуло ещё сильнее. Его место, место любимого парня и важного человека, занимала теперь другая женщина. Черт, она выбрала грязную дрянь, а не его! Но пока плевать было и на это. Как жаль, что он не ожидал того, что теперь имело смыслом быть, целую неделю. Они, с ничего не подозревающей невестой, которая мило улыбалась ему в глаза, нежно поглаживала его щеки, просыпались теперь каждое утро от настырного стука в дверь. Вики с негодованием спускалась на первый этаж, зло открывая двери. В которых с добродушной улыбкой, уже стоял хорошо одетый доставщик в фирменную униформу, с огромным букетом в руках. — Мисс Вики Уокер? Шатенка с непониманием открывала голубые глаза, кивая. — Получите и распишитесь. — Нет, нет, видимо здесь какая-то ошибка. Она в страхе качала головой, прекрасно осознавая, что всё совершенно точно и правильно. — Мне сказали прочитать записку, и тогда не будет вопросов. Ох, она выдыхала зло. Выдергивала ручку, оставляя заковыристую роспись. И проклинала бесстрашную брюнетку за такие приятные ей действия. Её руки обхватывали огромный букет, женщина разворачивалась, вздрагивая от пристального, светлого взгляда и спущенных бровей. — Что это? Дино с отвращением кидал взгляд на довольную и напуганную невесту. Которая пожимала плечами, опуская цветы в вазу. Он никогда не дарил ей таких шикарных букетов, от этого и зло хмыкал. — Написано, что это свадебный подарок, — она качала запиской с улыбкой, читая текст, — Пусть ваша брачная жизнь, будет такой же идеально, как и это букет. — Это всё меняет. Конечно он не верил. Конечно получал поцелуй, а после нёсся к мусорному ведру, как только Вики покидала гостиную. Вырывал из него злополучную бумажку, с уверенностью читая совершенно иной текст. » Пусть красота этих цветов и не затмит тебя. Но как и было обещано, я буду говорить о свой любви каждый день, милая. Пускай пока-что только так…» Тогда его губы поджимались в гневе, хотелось убиться или убить. А отвратительная надпись на бумажке была отправлена обратно в мусор. Туда, где ей было самое место. Дальше, всё было ещё хуже. Каждое утро, всё тот же доставщик с разными по размеру коробками. И всё таже отговорка, свадебные подарки приходят, от коллег отца и матери. Шикарные платья, которые в точности повторяли изгибы его невесты, подобранные на глаз с идеальным размером. А в комплекте к ним очередная бумажка. » Я отпраздную ваш развод и надену что-то подобное, любовь моя…» Ни имени, никакого намека на то кто это, мужчина или женщина, но всё было понятно и так. Ни один мужчина не смог бы подобрать настолько идеальные вещи. И вновь утро, его довольная девушка, с очередными, небольшими пакетиками с подарками. От каких-то выдуманных коллег. И вот мисс Уокер у зеркала счастливо примеряет дорогое колье и кольца с гравировкой. Что исключительно подходят её глазам и коже. А в его голове вопрос. — Да кто же она такая, что может позволить всё это. И его мысли удивительно точно сходились с мыслями злорадной любовницы. » Помни, что только я по достоинству могу оценить тебя, не твой супруг. Что он может дать, такой превосходной женщине как ты? Он не может ничего, но могу и способна я.» Он злился, боже, как же ему было тошно и неприятно от чужих, но верных слов. Концом стал комплект белья, так же на следующее утро, что так же оказался по размеру. Вики вновь отнекивалась, мол указанно, что это для мистера Салаза, подарок на первую, брачную ночь. А в записке вновь другие слова. » Хочу видеть тебя в нем, касаться и целовать так, как никто и никогда, срывая эти ненужные тряпки с идеального тела.» И вновь Уокер счастливо примеряла, как правильно было указанно, эти тряпки. Крутилась перед мужем с довольной улыбкой. А он, что он улыбался и не хотел портить свою игру. Грустно выходя из комнаты. И как раньше было сказано, это и стало концом. Конец пришел тогда, когда женщина скрылась за дверьми ванной, вновь так безрассудно оставлять смартфон на прикроватной тумбочке. Который тут же оказывался в грубых руках. Тогда его сердце окончательно разбилось, в тот момент когда в неизвестном чате, светились горячие фотографии в том само белье с пошлой подписью. » — Ты не перестаёшь удивлять, но пока можешь только смотреть и давиться слюнями.» Вот оно как, кажется гордости не осталось у этой женщины. И в тот момент мир рушился. Рушился когда в одном полотенце выходила Вики Уокер, растирая по ключицам и рукам скользкое масло. И тогда Дино Салаз начинал открытую игру. — Кто же эти коллеги, что знают твои размеры, до сих пор в голове не укладывается. Он странно улыбался, с небывалым спокойствием. Наблюдая за тем, как голубые глаза косятся на него сквозь зеркальную гладь. — В частности друзья семьи, мечтавшие связать свои бизнесы, через мою женитьбу с их сыновьями. Скорее они злорадствуют сейчас в огорчении, что я выбрала тебя. Она мило оборачивалась, стягивая полотенце с головы, ширудя им по влажным волосам. — А дочери у них есть? Мисс Уокер сводила брови в непонимании этого вопроса, замечая как спокоен последний, разваливаясь на кровати, опираясь на один локоть. — У одного есть. Но на сколько мне известно, она лет на шесть младше меня. — Вот оно как, — мистер Салаз горько усмехался, — ещё и малолетка, как же низко ты опустилась, милая… Женщина гневно натягивала на себя рубашку, шелковой пижамы. Громко произнося. — Что прости?! А тот подходил к ней, с идеально ровной спиной, складывая руки за ней. С надменностью поднимая брови. — Ты плохо расслышала, милая? — он загонял её в угол, нежно брал лицо в руки, наклоняя свою голову. — Или что, теперь право называть тебя так у другого человека?. Вики Уокер зло била того по рукам, пытаясь поменять своё положение, но тщетно, ситуация казалась безысходной. От этого она и кривила губы. — Ты с ума сходишь или как?! Ректор поднимал голос, задавая не верное настроение. На что белки светлых глаз краснели, а хватка на чужой коже усиливалась. — Хватит врать, Уокер! Хватит делать из меня барана и хватит ставить мне рога! Он кричал, терпения больше не осталось, хотелось крушить и рыдать. — Ты идиот? Женщина не показывала страха, который точно был, лишь приподнимала одну бровь. С хриплым смешком от напряжение тихо выплевывая. — Я? Получается, что так! — его кулак впечатывался в тонкую стену, оставляя на ней вмятину. А мисс Вики дергалась от этого, начиная дрожать, опуская голову. — Нет, смотри на меня тварь. — он насильно обращал её соленый взгляд на себя. — Кто она?! Кто та женщина, что трахает тебя?! Я хочу знать, хочу увидеть её! И теперь Вики Уокер прекрасно осознавала, что лгать больше не было смысла. Это была безвыходная ситуация, после которой останутся синяки. Она напугано сглатывала, практически шепотом говоря. — Я не понимаю о чем ты… Её ложь отравляла ещё больше. Мужчина с криком тянул ту за волосы, кидая на кровать, без стыда нависая над ней. Смотря на дикие от животного страха слёзы. — Не понимаешь, я напомню?! — его слюни летели в разные стороны, и даже на заплаканное лицо, — Твои выдуманные танцы. Твои посиделки с ней у нас в доме, черт она спала на моей подушке! Все эти подарки, блять Вики, ты врала мне о том, что было написано в тех записках. Развод?! Любовь моя?! Он не способен ни на что?! И в конечном итоге, те фото в чате! Ты тварь! Прогнившая без стыда, идиотка, что клялась кому-то в любви! Всё, они терпят крах в тот момент. Но это ещё Уокер могла стерпеть сквозь зубы. Могла переплюнуть гордость. Но в обычно тихом доме, звучит громкая, до ужаса болючая пощечина, оставленная мужской рукой. Из-за которой, мисс Уокер вспоминает кто она такая. Через силу скидывает с себя яростного жениха. Крича в ответ. — Ты урод, Дино, мало того, что ты рылся в моем телефоне, так ещё и посмел меня трогать! Ох, как громок был в тот момент её голос, как сильно лились слезы из глаз. С какой болью вылетали слова. — Это я ещё урод?! — Ты, — она толкала его в грудь, быстро натягивая штаны, на ещё влажное тело. — Поэтому да, я тебе изменяю, и клянусь в любви женщине! — Вот оно как?! Он с угрозой вновь, подносится к напуганной невесте. А та с яростью, причем не бывалой, выплевывает. — Только тронь ещё раз, и я сотру тебя в порошок! — Что? — мистер Салаз улыбается, вскидывая брови в отвращении, — Спустишь на меня своего щеночка, боюсь зубки у неё ещё не… — Ох, — Вики Уокер смеется заливисто, — Поверь, зубки у неё очень острые! Эта фраза была специально двусмысленной. После которой женщина вылетала из дома, тормозила наскоро проезжающее такси, быстро называя давно заученный адрес. Ночь открывает всё скрытое, даёт новых сил, так думала мисс Мортем, которая с негодованием плелась спросони к двери, в которую надоедливо колотились. — Какого… Её брови ползли вверх в недоумении, а тело чуть поддавалось назад, когда на нем повисала тяжесть, в лице заплаканной женщины. И руки с особой нежностью принимали чужие объятия, блуждали по дрожащей спине. — О, дорогая… Осипший голос, кажется, что практически молил. — Тише, милая, тише. И вот они проведут и эту ночь вместе. Будут вновь обнимать и гладить, открыто повествуя о жизни. Но об их диалогах вы узнаете позже. Сейчас вам нужно знать только то, что план мисс Мими Мортем сработал идеально, даже лучше чем она ожидала. Но только, радоваться не хотелось, не было этому месту. От чего то всё внутри кипело и болело, из-за чужих слёз… Правда, об этом позже…