Осколками слабости

Казалось, что когда всë всплывёт наружу, их жизни превратятся в до ужаса простое кино. Которое возможно даже захочется пересматривать во второй раз. Но всë конечно же оказалось намного запутаннее и страшнее, чем хотелось. Мисс Мортем, в тот вечер, жалела о своих поступках. Ох, как же она корила себя за то, что была несправедлива к другой женщине. Корила и за то, что некогда просила спрятать еë слезы. Не захотев понять и принять. Хотя другая делала всë для того, что бы маленькая брюнетка, чувствовала себя на много лучше. Да, где-то врала, где-то не договаривала, но всë же хотя бы старалась облегчить страдания своей девочки. Которая всë таки сдалась, в ту роковую ночь, крепко сжимая кулаки от рассказа. Мисс Уокер же плакала от своей глупости. От того, что не сделала опаляющий еë сердце выбор. Не смогла его вынести, из-за страха быть покинутой всеми сразу. И что теперь? Она неслась по ночному городу, в страхе что ей не откроют, а после обратно не пустят. Она не знала, что делать и что делает, отменять всë было поздно. А расстаться с дорогим ей человек невозможно, чувства давно разыгрались в бушующий океан, что бьётся у пристани. Конечно, гордость еë сегодня оказалась задетой, но с души будто камень упал. — Он всë знает... Шатенка выдыхает с грустью, нежно касаясь ладони, которая оставалась лежать на еë щеке с пакетом льда. Они не говорили долго. Мими Мортем терпеливо ждала, пока еë домашняя одежда пропитывалась соляными каплями. А руки и рёбра страдали от чужих, острых ногтей, что в истерики ранили нежную кожу. Время двигалось через чур быстро, так, что десять вечера плавно перетекали в двенадцать ночи. К этому времени они, изгнанный отовсюду ректор и виноватый в том студент, сидели оба в одном кресле. Ноги девушки были широко расставлены, а женщина умещалась между них, сворачиваясь на пышной груди. Что спокойно вздымалась, будто укачивая в мягком темпе последнюю. — Всё? Мисс Мими откладывает спасительный, холодный пакет, заботливо проходясь по тому месту подушечками пальцев. И Вики улыбается от этого, так мягко и чисто, это действие действительно как казалось забирало уже лёгкую боль. И она чувствовала как бледные пальцы продолжали поглаживать еë где то за ухом. — Всë. Уокер грустно выдыхает, берёт ту самую ладонь в свои руки. Нежно водит по ней собой, с трепетом касаясь еë губами. Будто благодарит за это. — Прости меня... — девушка с грустью опускает глаза, стыдливо поджимая губы. — Ты чего, дорогая? Вики смотрит с такой любовью, что объяснить этого не получится. Не получится и передать столкновение их глаз, которые пытались сказать всë, что невозможно было передать словами. Эта забота, это тепло и эта любовь. Сейчас присутствовало лишь это... — Это я начала весь цирк. Мисс Уокер так по доброму качает головой. Улыбается почти ангельски и берёт чужое лицо в тёплые руки. — В тех записках ты была полностью права. Твои подарки хоть и были отправлены для того, что бы позлить Дино, но мне было приятно. — светлые губы оставляют хоть и короткий, но такой важный в тот момент поцелуй, — То, что он узнал о нас это моя проблема, ведь я и не особо то скрывала всë. — Ты собираешься вернуться к нему? Нет, скандалить не хотелось. Конечно бесстрашная девушка понимала это. Зачем ей заставлять нервничать свою женщину, когда им так хорошо сейчас. — Честно? — Мими кивала, а Вики с грубым выдохом и с небывалой горестью качала головой. — Уже поздно что-то менять. И тогда Мортем чуть поднимала тон, говоря быстро и не связанно, но от чистого сердца. — Блин, Вики, ты молодая, восхитительная женщина у которой ещë впереди вагон всякого дерьма на подобии этого. — голубые глаза радостно щурились, а серые гневно стрелялись отвращением, — Так зачем же зацикливаться на том ублюдке, милая?! Зачем терпеть то, что эта тварь подняла на тебя руку, когда, черт... — длинные утончённые пальцы, ласково поддевали острый, загорелый подбородок, — Когда Я люблю тебя... Ректор от чего-то так ярко улыбался в тот момент. Укладывал свою голову обратно на пышную грудь, тихо прикрывая глаза. — Я люблю тебя, дорогая. Он за пять лет не смог сделать со мной того, что ты сделала за такое короткое время. Жалко, что мы встретились в такой неподходящий отрывок жизни. Но мне тебя никто не заменит, просто не сможет этого сделать, — с каждым новым словом, тонкие руки студента сильнее прижимали к себе его надзирателя, а глаза сияли, и в этот раз далеко не от слез, — ведь ты навсегда останешься моей девочкой, с задней парты, которая залезла ко мне в машину. Они смеялись. Обсуждали жизни друг друга, узнавая много новых подробностей. И молчали. Им было комфортно и так. В тихой, доброй тишине, что не давила на уши, а заставляла прислушиваться к одновременному биению двух сердец. Мими Мортем нежно, так чувственно касалась губами чужой макушки, слушая чужое посапывает на своей грудной клетке. И то, как даже во сне еë держали за руку, крепко, не отпуская ни на секунду. Она была рада за женщину, что смогла высказаться ей в горячих словах. Смогла выплакать всë наболевшее. Но всë же внутри что-то кололось и кидалось из стороны в сторону. Возможно это был потрясающий еë тело гнев и ярость. Еë женщину ударил тот подлец. Она могла принять всë, всë что бы он не сказал, куда бы еë не послал, ведь мистера Салаза можно было понять. Конечно, ведь забрали то, что долгие годы принадлежало исключительно ему. Но то, что он поднял руку на Вики Уокер, она ему никогда не простит. От этого, безудержная девушка подхватывала чужой телефон отправляя в чат короткое смс. С адресом своего заведения. Конечно, она осознавала грубость своего поступка. Но мужчине, Дино Салазу, у которого так нагло своровали такую драгоценность и девушке, Мими Мортем, что и была тем жалким вором, предстояло встретится лицом к лицу. Как и говорил отец, она должна была не бояться и брать любую ответственность в будущем за то, что творила. И это происходило уже сейчас, для одной тёплая, а для другого холодная ночь, сменялась точно таким же утром. В студентке не было и толики страха и стыда. Она откроет своё лицо и примет удар, но из игры не вылетит ни за что. А в возможно в не состоявшимся женихе, был интерес. Всю ночь он раздумывал над тем что будет говорить и как будет действовать. Разгадывал загадку тайной личности, что как окажется позже была ему даже некогда приятна. Конечно выбор такого заведения его не удивил. В голове тогда пронеслось, а она умна, ведь в таком месте не устроишь сцен, не поднимешь голоса и не сможешь придушить эту гадкую змею, как того хотелось. И мисс Мортем тоже осознавала это. Знала, что тот может выйти из себя. И от этого, пыталась максимально обезопасить своë личное пространство. И вот, наконец, стрелка часов пробила полдень, мужчина, с синяками под глазами и в строгом костюме, наскоро открывал широкие стеклянные двери. — Мистер Салаз, я проведу вас. Тот хмыкал, снимая со своих плеч пальто. — Ну конечно. Пальцы его рук слегка покалывало от нетерпения и волнения, пока высокий конферансье вёл его в самую глубь ресторана, учтиво кивая знакомым. — Ваш столик. Мистер Салаз удивлённо вскидывал брови, отмечая про себя, что эта падкая женщина даже не нашла смелости в себе его встретить. Он грубо усаживался на широкий стул, где некогда со счастливой улыбкой сидела и его невеста. Правда вот сейчас все столовые приборы сложены по всем правилам этикета, а соседний стул пустует. — Я могу вам что-нибудь предложить? Тот качал рукой на внимательный голос, парируя. — Что-нибудь по крепче. Официант кивал головой унося заказ. А грубая рука в ожидании подпирала щетинистый подбородок. Взгляд его был пуст, о чем они будут говорить, кто она, как себя поведёт? Он бездумно пялился в панораму города, отмечая великолепие зимних видов. Как вдруг его окликал знакомый голос. — Дино Салаз. Мужчина с улыбкой вскакивал, не осознавая, что эта девушка, которой он в недалёком прошлом предлагал стажировку, и есть тот тайный гость. Протягивал ей руку, весело проговаривая. — Мисс Мортем, вот так встреча, очень рад. Та с брезгливостью смотрела на вытянутую в приветствии ладонь, качая головой. — Я не очень. Сегодня Мими Мортем вновь выглядела шикарно. Идеальные локоны уложенные на ключицы, строгий топ на одно плечо и клешонные джинсы. Остро подведенные глаза, о да, она определённо выглядела как та, что может увести невесту. Салаз в недоумении смотрел на то, как студентка обходила его место, усаживаясь прямо на против. Он хмыкал, вскидывая брови, повторяя еë действие. — Ну конечно, мог бы и догадаться... Еë осанка подавала пример, плечи спокойно раскинуты, а глаза с надменностью заглядываются на светлый взгляд. — Что ж не догадались раньше? Тот смеётся от своей дурости, прикрывая глаза. Жуёт свои щеки изнутри, чувствую, что его обвели вокруг пальца как первоклассника. — И откуда у студентов деньги на такие заведения? Она хмыкает, видя как к ним на встречу торопится официант, почтительно передавая в молодые руки бокал вина. — Ваша невеста... Она смеётся над ним и еë обрывают, зло шикая. — Не смей! — О нет, я продолжу и не проходите со мной границы вы на ты. Он стукает кулаком по столу, а мисс Мортем со спокойствием и диким восторгом, опирается на спинку стула, элегантно подпирая подбородок пальцами. — Ты ещё смеешь мне указывать? — Ох что вы, конечно нет, я указываю исключительно своей Вики... О, как же груба она с ним, совсем не жалеет разбитое сердце. Он качает головой, опрокидывая стакан с дорогим алкоголем. — Ваша Вики... — как же долго ему врали, как долга эта противная девчонка окучивала его женщину, — Сколько вы с ней вместе? Мими задумчиво отпускает взгляд, спокойно дёргает подбородком, поднимая нос. Гордится собой. — С первого снега в этом городе. — его губы кривятся, а еë уголки тянутся к верху, эта девушка хочет уничтожить его, разбить до основания, — Но думаю, что еë сердце принадлежит мне, с нашей первой встречи. — Вот оно как?. А что же вы улыбались мне в лицо всë то время. А сейчас строите из себя всевластную суку?! Еë брови подпрыгивают на такое замечание. А тембр голоса снижается в хрипе. — Может от того, что я имею эту власть, не то что вы?. — Да как ты смеешь... — Закройте рот, мистер Салаз. — белки его глаз наливаются кровью. — Оставь еë!.. Кажется, что сейчас он начнёт падать ей в ноги и молить об этом. Девушка в скуке поднимается со своего места, становится плечом к плечу с последним. И почти утробно рычит ему через спину. — Она сама сделает выбор и я его приму, что и вам советую. — он чувствует как эта дрянь уверенна в своей победе, чувствует как она улыбается, смеётся с него, — А пока, запомни урод, ещë одна еë слеза или твоя поднятая рука, и я разрушу тебя и твою жизнь, потому-что я могу дать ей то, что она хочет. А сейчас, она хочет быть со мной и видеть твои страдания, надеюсь ты хорошо понял меня. Этот разговор не дал ему тех ответов, которых он так отчаянно желал. Кажется, эта девчонка попросту хотела посмеяться над ним. Впрочем так оно и было. Мисс Мими Мортем довольно уходила из своего места, открыто улыбаясь с глупости этого мужчины. Что нормально то и слов связать не мог сегодня. Во всяком случае, казалось, что победа уже у неë в кармане. Может оно и было так. А может мисс Уокер всë ещë оставалась верна своим принцип. Правда на данный момент поступалась ими и крепко спала в уютной квартире. Середина наконец была достигнута, но как говорится в чистом небе, рано или поздно начнёт сверкать молния. Как жаль, что никто из этого треугольника запутанной любви не обращал внимания на копну серых туч и злополучный гром...