it's all right
26 августа 2023 г., 13:45
— Макс, я понял, я знаю, мы уже несколько раз обсудили это! — возмущается Сан в трубку, желая как можно быстрее завершить звонок.
Прежде чем сбросить вызов, Макс ещё несколько секунд повторяет ему и угрожает снести ему голову, если он во что-то вляпается. Бэн, видимо, рассказал ему о странном поведении Сана, уж часто он смотрит в его сторону с подозрением, когда они в общежитии. Макс, как и планировал, отправился со своей девушкой в Нью-Йорк, а Бэн остался, не желая ехать домой к родителям. Сан не стал расспрашивать о причине, потому что Бэн тоже не лез не в свое дело и не задавал ему никаких вопросов, несмотря на то, что прекрасно знал, когда Сан собирался вернуться в Корею. Но успел пожаловаться Максу, конечно же. Они будто его родители… Нет, даже хуже них!
Объяснить им не трудно, просто Сан сейчас не желает тратить время на пустые разговоры. Когда он бывает в общежитии, всё, чего ему хочется, это рыться в интернете и читать о болезни Уёна. Он считает полезным знать о ней больше, чтобы не теряться в разных ситуациях. Ведь он сейчас почти с утра до ночи, до тех пор, пока не стемнеет, проводит время у Уёна дома. Если в это время у него проявятся кое-какие симптомы, Сан хочет быть готовым и не паниковать в этот момент.
Тэйлор, видимо, совсем не бывает дома. А Уён не знает английский, ему не справиться одному. Если верить интернету, болезнь с каждым днем прогрессирует, становясь опаснее и тяжелее прежнего. Как Уён сам сказал, панические атаки теперь обрели у него новый уровень. Если раньше он чувствовал лишь бешеное сердцебиение и дрожь в теле, то в эти дни они кажутся более устрашающими, раз заставляют его думать о смерти. У него, видимо, медленно начинается вторая стадия. Это означает, что теперь ему действительно нужна будет помощь. Раньше он справлялся, потому что был достаточно силён и болезнь не была столь пугающей, но теперь, когда первая стадия позади и она постепенно сменяется второй, Уён, должно быть, ошеломлён и не может справиться в одиночку. Из-за своей занятости, Тэйлор не может следить за ним целыми днями, а остальным он менее интересен.
Сан никогда не видел, чтобы бабушка приходила к нему в комнату. За столом, конечно, она вела себя как любящая бабуля, часто баловала Уёна, но, чтобы узнать его самочувствие, ни разу не заглянула в его комнату. Сана это немного огорчало. В такое время, наверное, очень важна поддержка семьи и близких, хочется проводить с ними свои последние дни и быть рядом. Но и винить её Сан не мог. Они же всё равно не понимают друг друга.
Что будет, когда Сан уйдет?..
Сан всячески пытается игнорировать этот вопрос, но в голове у него всегда происходит война между мыслями. Какая-то часть его не хочет ранить себя, а другая хочет помочь парню. И так, и сяк кажется разумным, но, думая о последствиях каждого из вариантов, ему становится не по себе.
— Господин, мы приехали, — голос, доносящийся совсем близко, отвлекает его от мыслей. Таксист, мужчина старых лет, смотрит на него с ожиданием.
Расплатившись, Сан желает мужчине продуктивной работы и выходит из машины. Дом Уёна встречает его своей беспечной атмосферой. Во дворе, на лужайке, прячась от солнечного света в тени деревьев, сидит бабуля Уёна, болтая с сиделкой. Та щёлкает семечки, с улыбкой слушая рассказы старушки. Одна из работниц прибирается во дворе, а рядом с бассейном заняты делами незнакомые мужчины с садовником, который на что-то указывает. Наверное, хотят заполнить бассейн, но заметили какие-то неполадки. Сан быстро здоровается со всеми и проходит в дом. Тэйлор как обычно не было дома, вместо неё на большом диване сидели работницы, сплетничая под просмотром телевизора.
Повариха замечает его, когда он поднимается по лестнице к Уёну, и зовет вниз. Сан неохотно спускается, подходя к женщине, которая сразу же убегает на кухню и несет поднос с фруктами и двумя стаканами холодного напитка.
— Молодой господин видимо занят, я несколько минут назад стучала ему, а он не открыл. Можете отнести фрукты? — быстро тараторит она.
Сан хмурится. Чем он может быть занят, что аж дверь открыть не смог? Не было ли у него ещё панических атак? Быстро соглашаясь, он берет поднос в руки, и как можно быстрее поднимается, боясь опрокинуть его или разлить напитки. Сердце начинает стучать быстро, сбиваясь с ритма. Он серьезно нервничает.
После нескольких стуков дверь открывается и Сан облегченно выдыхает, увидев Уёна с мокрыми волосами. Значит, был в душе.
— Ты напугал меня, — говорит Сан первым, когда Уён пропускает его в комнату.
— С чего бы? — сухо спрашивает Уён, отойдя в сторону зеркала.
— Ты обычно не запираешь дверь.
— Значит, сегодня я не ждал гостей, — по-прежнему его голос отдаёт холодом.
— Да ладно, брось, — усмехается Сан, пытаясь игнорировать странное поведение парня. — А я вот как раз-таки соскучился по тебе, — улыбается он, ставя поднос на рабочий стол Уёна.
В комнате сегодня был такой странный порядок, который немного вызывал подозрения. Уён сам по себе очень чистоплотный, но до этого Сан никогда не видел, чтобы на его столе было пусто, там всегда намечался творческий бардак. Карандаши лежали повсюду, листочки с эскизами и набросками, различные папки и виды красок. Но сегодня ничего из этого не было. Даже картину накрыл тканью, интересно, закончил ли?
Не утоляя своего любопытства, Сан подошел к картине и чуть поднял край ткани. Картина не завершена, стоит такой же, как и вчера, наполовину нетронутой.
— Почему ты накрыл картину? Разве вчера ты не говорил, что хочешь закончить её быстро? — спрашивает Сан, повернув голову к нему.
Уён сидит спиной к нему, сушит мокрые волосы полотенцем. На нём сегодня синяя пижама, он даже не поменял одежду, хотя обычно делал это каждый день. Что-то тут не в порядке… И Уён, кажется, не в настроении.
— Не хочу заканчивать, оставлю такой, — негромким голосом отвечает Уён.
— Почему?
— Иногда художники просто теряют смысл картины. Это нормально – бросить картину незавершённой.
Что-то тут определенно не так. Уён не смотрит на него, избегает взгляда, будто пытается игнорировать. Отвечает неохотно, чтобы быстро слиться и больше не говорить ничего. Он очень странно себя ведет.
Но Сан не спешит с выводами. Нужно подождать и ясно понять, может он чувствует себя не очень хорошо или с ним случилось что-то, что привело его к такому состоянию. С его болезнью всё возможно, Сан должен быть осторожным в этом случае.
— Давай, поешь фруктов, выглядят аппетитно, — вместо тысячи вопросов говорит Сан.
— Я не хочу, — кратко бросает Уён, прежде чем встать с места и повесить полотенце. — Сам поешь.
— Хотя бы попей? — предлагает Сан, улыбаясь, на что Уён снова мотает головой и роется в шкафу.
Он не ищет ничего, думает Сан, он просто пытается избегать его. Уён продолжает делать вид, что ему всё равно на него. Что же случилось ночью? Правда повторились панические атаки? Или произошло нечто ужасное?
Сана серьезно начинает это пугать. Он подходит к Уёну, мягко кладя руку на плечо парня, заставляя посмотреть на себя. Выражение его лица напряжённое, нервное.
— Что случилось? — спрашивает Сан напрямую.
— Ничего, — мотает головой Уён и убирает руку Сана, отходя в сторону кровати.
— В маленькой комнате не получится играть в догонялки, Уён, — Сан скрещивает руки, следя за парнем. — Что-то мне подсказывает… ночь выдалась нелегкой?
— Нет, — кратко отвечает тот, упав на кровать, чувствуя, как Сан следит за ним.
— Снова врёшь? — спокойным тоном спрашивает он, нервно облизывая губы. — Просто скажи мне, что не так, что с тобой?
— Да что тебе нужно от меня? — резко поднимается Уён, кидая парню едва ли не ненавистный взгляд. — Ты же говорил мне, давай будем делать вид, что мы дружим. Ты будешь тихо сидеть пару часов и не мешать мне, что это ты делаешь сейчас, а?
Сан сверлит его взглядом, понимая, что сегодня не получится никак поговорить. Последние дни Уён вел себя очень хорошо, с ним было легко обсудить что-то и устроить споры. Он не смотрел больше с таким холодом и, казалось бы, согласился проводить с ним время, как хорошие друзья.
Молча Сан опускается за рабочий стол, принимаясь пить напиток. Стоит еще раз попытаться. Но о чем говорить, если он закрывается от разговора и даже не смотрит в его сторону.
— Кажется, у вас наполняют бассейн, — пытается заговорить Сан. Уён не выглядит ничуть заинтересованным. — В летний сезон бассейн — это рай. Я заметил и шезлонги. Круто, наверное, иметь собственный бассейн, в любое время можно поплавать и освежиться.
В ответ Уён молчит. Сан вздыхает, качая головой. Какой же он, все-таки, трудный человек.
—Раньше в Корее мы с…
— Может хватит? — бросая Сану усталый взгляд, просит Уён. — Мы не товарищи, чтобы обсуждать всякую дрянь.
— Это говорит человек, который вчера с утра до вечера болтал без умолку? — вскидывает бровью Сан. — Ты серьезно?
— Вполне, — отвечает Уён твердо. — У меня некоторое время не было друга, поэтому, видимо, я не смог сдержать свои эмоции и поток слов.
— А почему сейчас вдруг решил их сдерживать?
— Не хочу дружить с тобой, — но взгляд отводит в сторону.
Снова врёт. Какой честный парень! Сан нервно барабанит пальцами по столу, пытаясь успокоить злость, нарастающую глубоко в душе. Он не должен злиться на него, у Уёна могут быть причины для этого.
— Сегодня мамы не будет дома, можешь пару часов посидеть и вернуться к себе, — бросает Уён, прежде чем взять книгу в руки, уткнувшись носом в нее, и отвернуться спиной к парню.
— Значит ты ничего не расскажешь?
Ответ не приходит. Сан даже не удивляется такому исходу событий.
— Прикидываемся дружками только на глазах Тэйлора?
Будто он говорит со стеной, слова не доходят до адресата. Уён спокойно игнорирует его, продолжая читать книжку, словно Сана совсем не существует в комнате. Конечно, кто Сан для него? Совершенно никто.
— Хорошо, если не хочешь поговорить, так тому и быть.
***
— Кушаем, кушаем! — радостно облизывается сосед, хватая вилку. — Кушать подано, Сан, подними жопу и тащи сюда. Сан недовольно мычит что-то под нос, но встает с места. Всё равно его не оставят в покое, тем более его соседи. За окном темнеет, в городе начинается вечерняя суматоха, машины скапливаются на дорогах и включаются первые фонари. Активная жизнь Лас-Вегаса начинается только сейчас. Люди не торопясь шагают по улицам, ведя пустые разговоры. Вернулся Сан домой где-то полутора часа назад и нечаянно разбудил спящую королеву Бэна, которого обычно так сложно оторвать от постели. Друг, видимо, почувствовал его настроение, поэтому молча начал готовить ужин для них. Ведь все разговоры начинаются за столом. Раньше они всегда ели вместе, но в последние дни Сан возвращался домой поздно и не успевал поесть. Но сегодня как раз-таки наступил совместный ужин, и как бы аппетита не было, Сан не отказывается, учитывая, что Бэн своими руками приготовил для него. Ленивый он для себя одного предпочел бы заказать чего-нибудь. — Макс тебе не звонил? — спрашивает Бэн, когда Сан опускается напротив, протирая глаза. — Звонил днем, и я узнал, что вы решили сплетничать обо мне, — отвечает Сан, беря в руку вилку и не зная, с чего начать первым. Выбор не особо-то велик, конечно, но Бэн ещё и сладости поставил, видимо, для поднятия настроения. — Он мне скинул фотки из Нью-йорка, в этом году там планируется масштабный рестлинг, если у тебя нет желания вернуться в Корею, как насчет сходить туда? Реслинг бои - ожидаемое событие среди любителей. Сан дважды бывал на шоу, и один раз даже мог попасть намного ближе к бойцам, благодаря Сонхва, который сразу же бронировал билеты для них. В любой другой раз Сан бы с друзьями мчался туда, но не сейчас. — Реслинг к нам тоже придет, тогда вместе пойдем, — слабо улыбается Сан, пихая в рот фирменные макароны Бэна. Он готовит просто прекрасно, даже обычное пюре выходит супер сладким. — Я имел в виду, ты не вернешься на родину? — осторожно спрашивает сосед. — Вернусь, но в следующем месяце, — кивает Сан. — Какие у тебя планы на этот месяц? Сан не знает как ответить на этот вопрос. Я дружу с одним парнем за деньги? Я подрабатываю в доме богача? Как бы он не сказал, звучит хреново. Бэн - он же не Сонхва, хоть и хороший, нет гарантий, что не будет осуждать его. Но он всегда был понимающим человеком и не умел говорить плохое о своих близких, всегда раздавал им советы и помогал исправить ошибки. — Ты работаешь где-то или типо того? — хмурится Бэн. — Типо того, — поджимает губы Сан, избегая разговора с другом. — Можно назвать подработкой. — В районе богатых домов? Откуда он знает? Сан смотрит на него недоуменно и поздно вспоминает, что Бэн вызвал ему такси до дома Уёна. Сан кивает головой, не смея отрицать. Уён даже не смотрел на него, когда он ушел. Молча сидел, игнорировал его до конца, сколько бы вопросов Сан не задавал и что бы не спрашивал. Сан пытался поговорить с ним, правда тянул на разговор, но не удалось. Чертов Уён ни слова не сказал. Да что с ним не так? — Сан? — У меня совсем необычная подработка, — выдыхает Сан, потянувшись к кофе. — Бэн, не заставляй, я сегодня себя плохо чувствую. — Я это заметил, — сосед скрещивает руки и смотрит на друга понимающим взглядом. — Если у тебя проблемы, расскажи сразу, чтобы мы могли решить, пока они не усугубились. — Это... не проблема, — неуверенно отвечает Сан, понимая тревогу друга. Если бы они начали вести себя также странно, он бы тоже волновался и попытался узнать причину. В этом и суть дружбы. Помогать друг другу, поддерживать в трудных ситуациях и понимать. Они все, Сонхва и его соседи по комнате, подходят по всем этим критериям. Тем более с самого приезда они были любезны и много чем помогли ему. Ему нужен совет другого человека. Сонхва не поднял трубку, когда он позвонил по дороге в общежитие, видимо, занят работой. Макс не из умных, а у друзей из университета он даже не хочет ничего спрашивать. Единственный вариант сейчас - Бэн, сидящий напротив него и ожидающий, пока он расскажет обо всем. — Как объяснить человеку, что у тебя хорошие намерения к нему? — Разве это не заметно по действиям и словам? — Видимо, нет, — поджимает губы Сан. — Этого, кажется, недостаточно. — Что, подружка появилась? — ухмыляется Бэн. — Нет-нет, — нервно смеется Сан. — Просто кое-кто в миг изменился по отношению ко мне. — Как я понял, не хочешь говорить о нем? — Я расскажу, но потом, — твердо говорит Сан и Бэн кивает головой. — Хорошо, не смею заставлять, — Бэн берет опустошённые стаканы и отходит в сторону, чтобы налить кофе. — Тогда, думаю, просто нужно поговорить. Все проблемы должны решаться разговором. Расскажи этому человеку то, что ты хочешь сказать, а потом требуй от него того же. Если ему не наплевать на тебя, он выслушает, а если ты ему безразличен, то, думаю, нет смысла тянуть кота за хвост. Дальше и Сан, и Бэн не спешат говорить. Бэн занимает себя телефоном, больше не желая тревожить друга, а Сан задумчиво стучит пальцами по столу, думая, как бы поступить дальше. Он попробовал поговорить, но не удалось. Уён ни разу не отреагировал на него, а даже если реагировал, то только недовольным взглядом и усталым вздохом. Сан много думал по дороге домой. Он специально сел на автобус, чтобы потянуть время и провести его в одиночку. В транспорте было малолюдно, всего несколько человек сидели в разных углах. Что же подтолкнуло Уёна вести себя так? Ему не нравится факт, что Сан купленный друг? Или он чего-то боится? Может Сан как-то обидел его? Ну почему он не может объяснить, как нормальный человек? Чего он собирается достичь, игнорируя его? Думает, что так легко отвернуться и закрыться? У Сана уже голова болит от вопросов и мыслей, но и не думать об этом он не может. В комнате вдруг стало очень тихо, как будто здесь нет никакого движения вообще. Тишина буквально звенит в ушах. Бэн притих, увлеченно листая социальные сети. Поэтому, когда из-за сквозняка тетради с тумбочки падают на пол, он вздрагивает, подпрыгивая на месте. "Уён, да что же ты делаешь со мной?" – недовольно ворчит он мысленно, поднимаясь и таща тарелки в сторону небольшой кухни. Сан чувствует себя полным дураком, потому что он думал, что это отнюдь не непреодолимая проблема, что со всем можно разобраться спокойно. Ведь Уён в последние дни был с ним довольно разговорчив. И картину он почему-то решил не заканчивать, а вчера был полон сил и желания добиться хорошего результата. Это всё не просто так. Да, Бэн прав. Им нужно поговорить. Как можно скорее.***
— Сан, это ты? — с удивлением смотрит Тэйлор, открывая дверь пошире. — Что ты делаешь в такое время? — Доброй ночи, госпожа, простите, что поздно беспокою вас, — неловко трёт шею Сан, он не ожидал встретить маму Уёна, обычно ему всегда открывала домработница. — Уён ещё не спит? Тэйлор видимо собиралась поспать, на ней полупрозрачный домашний халат поверх белой майки. Она жестом приглашает его войти, удивлённая внезапному приходу. В тот раз, когда он пришел к Уёну ночью, её не было дома. — Так ты пришел к Уёну? — Тэйлор пропускает его внутрь и закрывает дверь. — В такое позднее время не надо к нему приходить. Мне хватает и того, что ты будешь рядом с ним днем. — Я пришел поговорить с ним, — говорит Сан, шагая за женщиной, которая вела его в сторону зала. — Он же не спит? — Не знаю, — отвечает женщина, опустившись на диван и приглашая Сана сесть рядом, но тот качает головой, вежливо отказываясь. — Если он спит, не надо его будить. У него чуткий сон, может проснуться от любого звука. Посиди, поговорим. — Я не разбужу его, если он спит, — твердо говорит Сан. — Позвольте подняться к нему. Тэйлор несколько секунд молча смотрит на него и кивает. Она не ожидала его увидеть, тем более ночью. На часах давно за полночь, в это время ему бы спать и отдыхать, нежели приходить к Уёну. Но она рада, что Уён Сану не безразличен и он может посвятить ему все свое свободное время. Получив разрешение, Сан кивает и идет в сторону лестницы, спеша увидеться и поговорить с Уёном. На этот раз ему не удастся увернуться. Сан не уверен, разделяют ли они с Уёном одинаковые сомнения и страхи, и большую часть времени просто старался закрывать глаза и не думать много. Но сейчас он здесь явно как раз по этой причине. И, как и любой ужас, который надо встретить лицом к лицу, этот тоже предпочтительнее было бы вытащить на свет и разобраться с ним раз и навсегда. Чего Уён боится на самом деле? А стоит ли? Когда Сан открывает дверь, сидящий на удобном кресле перед окном Уён вздрагивает. Он будто глубоко ушёл в свои мысли, раз тихий скрип смог его напугать. Увидев Сана, Уён глубоко вздыхает, хватаясь за грудь. — Почему не спишь? — задает вопрос Сан, и, не дождавшись приглашения, заходит в комнату. Уён недовольно смотрит на это, но решает промолчать. — Думаешь, как бы объяснить Сану свою причину подобного поведения? Ты ждал меня, верно? Потому что знал, что я приду. — Снотворное не начало действовать, — говорит Уён, закатывая глаза. — А ты и не принимал, — Сан решительно подходит поближе и указывает на флакон. — Он также стоял и днем. — Не неси чушь, — бурчит под нос Уён. — Зачем мне ждать тебя? Я сам тебя выгнал. — Даже когда просил уйти, ты смотрел на меня с надеждой, будто бы прося вернуться, Уён, — Сан упирается бедрами о стол, смотря на Уёна спокойным взглядом. Ему льстит, что тот смотрит на него также. — Ты напридумывал, Сан, это все твоя фантазия, — замечает Уён, привычно скрещивая руки и скептически смеясь. — Уён, — Сан смягчается, усевшись на кровать напротив, и смотрит на него серьезным взглядом. — Мы должны поговорить. — Нам не о чем разговаривать. — Я так не думаю, — не сдается Сан. Он сегодня не даст слабину, не уступит и не сдастся непоколебимому характеру Уёна. Сегодня ничего не будет по его плану, Сан не позволит ему игнорировать или выгонять себя. Даже если придётся манипулировать им. Это совершенно глупое, иррациональное чувство, но он хочет выяснить правду. То и дело Сан ловит слегка недоуменное выражение у него на лице, словно Уён ожидает, но не может понять себя. — Почему сегодня вел себя холодно? — спрашивает Сан. — Сан, просто закроем эту тему и будем вести себя так, как хотели при первой встрече, — отстраненно отвечает Уён, хмуря брови и мотая головой. — Почему сегодня вел себя так? — переспрашивает Сан терпеливо, не отрывая глаз от парня, который заметно напрягается. — Это тебя не должно… — Уён. — на тон выше говорит Сан. — Почему? — Так мы теперь будем силой выпрашивать ответы? — вскипает Уён сразу же. — Я не преступник и ты не следователь, Сан, я не обязан отвечать на твои вопросы. — Так сложно ответить? — спрашивает Сан, глубоко вздыхая. — Я просто хочу узнать причину. Сделал ли я что-то не так или произошло ли у тебя что-то? Мне плохо от того, как мигом изменились наши отношения. Только вчера мы шутили вместе, спорили несколько часов подряд и не хотели прощаться вечером. Прихожу я сегодня и вижу тебя таким… отстраненным. Мы ведь хорошо ладили. — Саан… — тянет Уён устало. — Может тебе приснился кошмар или повторились панические атаки. Может тебя напугало что-то и ты был без настроения. Но не мог ничего сказать. К чему такая гордость, Уён? — искренне не понимает Сан. — Знаешь, бояться чего-то - это нормально. Я когда впервые приехал в Вегас, у меня всегда были ужасные мысли, что меня кто-то преследует. У меня всё ещё остался этот страх, я буквально избегаю темные переулки и прошу друга подвезти меня до общежития. Всему виной прочитанные мною детективы, где убийцы утаскивали своих жертв и убивали. Несмотря на свое довольно хорошее телосложение я боюсь, что на меня нападут. Надо мной мои друзья стебутся, но всё равно помогают как могут. Поверь, все мы боимся смерти, не только ты. Но сейчас ты боишься чего-то другого, что не можешь озвучить мне, потому что это бьет по твоей гордости и ты не хочешь казаться слабым. Объясни мне, что будет, если ты признаешься? Я вдруг стану издеваться над тобой? — Все не так, — Уён встает с места, не находя сил смотреть на него больше. Сан будто читает все его мысли и пытается заставить его самому признаться во всем. За что ему такое?.. Уён просто не хочет поранить душу ещё раз, не хочет испытать боль. Избегать Сана — идея отличная, так почему его сейчас трясет и ему становится ещё хуже? Он не может сидеть на одном месте, сильно трет лицо и шею, тем самым показывая Сану свою неуверенность. Уён прекрасно знает, как Сан будет использовать это, чтобы узнать настоящую правду, но просто не может остановить свои руки. Эти слова нервируют его. Сан молчит, наблюдая за ним и давая время подумать, пока Уён бродит по комнате, открывая и закрывая встроенные шкафы, включая и выключая свет, раздергивая и задергивая шторы. — Сейчас дружить с кем-то и особенно пользоваться своим жалким состоянием — это последнее, чего я хочу, — начинает Уён, наконец собирая всю силу в кулак. — Я не хочу, чтобы со мной дружил из-за этого. — И это единственная причина? Даже когда Сан задает этот вопрос, то заранее знает ответ. Возможно, не дословно, но близко. Нужно только убедиться, правильно ли это или нет. — Ты хочешь, чтобы я был максимально честным? — спрашивает Уён, повернув голову к Сану. Тот твердо кивает, поджимая губы. — Это невоз… — Прежде чем отказаться, — Сан встает с места и подходит к нему ближе, кладя руку на его плечо и улыбаясь, — Хорошенько подумай. Пришел бы я к тебе, будь ты мне безразличен? Я бы лежал дома и, вероятно, спал бы, потому что не в моих обязанностях быть с тобой круглые сутки. Я тут не для того, чтобы вникать в доверие к твоей матери. Бывают по-настоящему хорошие люди, понимаешь? Я не хочу себя ставить выше и говорить, что я именно такой, но Уён, мне правда неприятно стало, когда ты вдруг сильно оттолкнул меня от себя и закрылся. Сан чуток поднимает руку и проводит ладонью по лицу замершего парня, следя за каждой его реакцией. Чтобы Уён рассказал, что с ним происходит, важно оказать ему поддержку и показать, какие у тебя чистые намерения. Ссорой это не решится, Сан уже видел, как Уёна накрыло злостью, стоило ему немного повысить на него голос. Нужно иметь терпение и способность понимать его, смотреть на мир его глазами. — Поверь, несмотря на свою болезнь, ты впечатлил меня. Я поначалу думал, что меня встретит унылый парень, который уже потерял смысл жизни и каждый раз прибегает к лезвию. Представлял тебя грубым парнем, что швыряет в меня вещи, или депрессивным, что в стрессе лежит на постели и рыдает. Но передо мной сидел ты. Совсем другой. Человек искусства, который и рисует, и читает, и понимает и принимает ситуацию более нормально. Ты живая личность, не те, кто окружают меня. Это меня сильно заинтересовало. Сан замечает, как с каждым словом глаза Уёна становятся мягче и даже понемногу слезятся, но тот не позволяет слезам выйти, стойко держа их в себе. — Потом наши мысли начали совпадать, мы даже нашли некоторые схожести между собой. Всего за пару дней ты спокойно открылся мне, конечно, это не удивительно, ведь Тэйлор с самого начала сказала, какой ты на самом деле дружелюбный и что с тобой легко найти общий язык, — Сан начинает теребить его волосы, в холодном синем свете осматривая красивое личико парня, который ещё чуть-чуть и заплачет. — И я знаю, что тебе тоже понравилось проводить со мной время. Уён, я был максимально с тобой честен, ответь мне взаимностью, просто расскажи, чего ты боишься. Я хочу услышать. Уён опускает голову, позволяя челке закрыть его глаза, и, поднимая руку, он слегка похлопывает Сана по спине, призывая двигаться. Они вместе опускаются на мягкую кровать, забираясь ногами и удобно располагаясь. Сан берет одеяло и накрывает им Уёна, заметив дрожь в его теле. Точно, Уёну же было холодно… Ему правда нравится проводить время с Саном. В последнее время это было необычным для него чувством, и оно ему нравилось. Не считая, конечно, того, что он по-прежнему оставался один, с внутренней пустотой, каждый раз, когда Сан закрывал за собой дверь. Даже если он обещал вернуться, это было ужасное чувство ожидания, которое пугало его. Уёну в последние пару месяцев было так одиноко, что Сан казался ему спасательным кругом. Умение работать и распределять мысли не было его сильной стороной, но Уён знал, что мама хотела бы, чтобы он это сделал. Они о Сане не говорили ничего, мама специально ничего не спрашивала, дабы Уён сам попытался понять свои чувства и решить, как с ними поступить. Это правда очень трудно… — Я думаю, я боюсь потерять себя, когда нам придется снова расстаться. Чувство облегчения, которое Сан испытывает, буквально осязаемо, и вдруг только это и стало важным. Уён начинает признаваться. Но вместо этого сразу же приходит грусть, наполняя грудь неприятным чувством. — Почему? — тихо спрашивает Сан, заметив, как Уён снова молчит. — Ты никогда не думал, что будет со мной, если ты уйдешь? — Уён задаёт вопрос прямо, опасно слезящимися глазами смотря на него. Сан замолкает. Конечно же, он думал об этом. Не однажды, а каждый день, каждый раз, когда ему приходилось уходить от него. Ещё... Сан догадался. Он знал, что Уён будет говорить и что его волнует. — Когда я... Уехал из Кореи, мне пришлось прощаться с друзьями. Ты не знаешь, каково это чувство, когда ты после прощания с ними никогда не сможешь их увидеть. Эта боль не сравнится ни с чем. Уён устало вздыхает и падает на кровать всем телом, не желая дальше видеть эти глаза, полные сочувствия и жалости. Раз начал, нужно заканчивать. Может, Сан поймет его и отстанет? — Если я сейчас подружусь с тобой и позволю себе привязаться к тебе, последствия будут ужасными. А я могу быстро привыкнуть, потому что ты довольно открытый, разговорчивый и хороший человек. Я долго не мог дружить, то ли из-за своего состояния, то ли из-за незнания языка в чужой стране. Признаю, мне было одиноко, а твое появление подарило мне много ощущений и эмоций, — говорит Уён, прикрывая глаза. — Вот это меня пугает, Сан. — Я знаю, — вздыхает Сан, повернув голову к лежащему парню и мягко улыбаясь. — Меня тоже некоторое время волновали эти мысли. — А сейчас не волнуют? — Я просто решил плыть по течению, Уён, и рекомендую тебе тоже самое, — Сан аккуратно опускает ладонь на локоть Уёна и проводит по мягкой коже на руке. — Потому что ты можешь с легкостью найти друзей, Сан, ты от этого ничего не теряешь, — твердит Уён, останавливая чужие руки, обхватив их за запястья. — Уён, ты сейчас думаешь так, словно только тебе будет больно. Когда я уйду, мне будет также больно, как и тебе. Но Уён, — всё таким же спокойным тоном говорит Сан. — Все мы - частички чьих-то жизней. Мы должны это принять и воспользоваться прекрасным моментом, когда мы вместе с кем-то. Любой человек в твоей жизни не будет с тобой навсегда. Да, это горько, плохо и просто невыносимо, порой даже нетерпимо. Бывает, даже друзьям, которые с детства были вместе и делили все радостные моменты, придет время попрощаться. Такова жизнь, судьба, мы будем тосковать, скучать, но не сможем вернуться. Когда осознание приходит, мы начинаем двигаться. Так мы встречаем других, таких же временных людей, не важно, сколько они будут рядом, год, три или десять, но когда-то и вы останетесь лишь хорошими знакомыми, которым когда-то суждено было делить одни воспоминания, не больше. Уён молчит, кивая. Сан прав, он прекрасно понимает эту жизнь. Ему, наверное, будет очень легко отпустить Уёна однажды. — Какая-то часть тебя уходит с тем, кого ты потерял. "Лучше ни к кому не привязываться" - может быть, ты так думаешь сейчас. Потому что, тебе пришлось пережить эту боль, — продолжает Сан, явно желая достучаться до него и объяснить, что его страх играет с ним плохую игру. — Уён, друзей мы не теряем, они растворяются во времени. Ты проходишь через разные этапы жизни и каждый состоит из определенных людей. Ты тоже для кого-то был самым лучшим другом, и тебя наверняка кто-то сильно любил, но ты сейчас рядом со мной, не так ли? Это уже новый шаг, можно сказать, начало новой жизни. "Как же хотел бы я, чтобы ты был последним человеком в моих последних этапах жизни", — думает Уён, когда их глаза встречаются и на миг замирают друг на друге. Сан смотрит таким чистым, добрым взглядом, и как хорошо, правда, что такой человек появился в его жизни. Хоть и на короткое время. Как бы не было больно, мы правда никогда не сможем быть всегда вместе, как бы сильно не хотели. Определенно, каждый человек исчезает из твоей жизни, оставляя только воспоминания за собой. Затем мы переключаемся на других, постепенно отпуская прошлых. А когда придет и их время, мы не можем никак повлиять на судьбу. Не можем удержать их, попытаться оставить рядом, рано или поздно, все равно случится то, что должно случиться. Потеря никогда не бывает приятной. Но в жизни, когда тебя окружают миллиарды людей, ты не можешь жить один. Одиночество только погубит. Уён, переехав в Вегас, оборвал контакт с внешним миром. Сейчас он может с уверенностью сказать, что вместе с Саном получше, чем одному сидеть в четырех стенах. Хорошо, когда есть с кем поговорить. Будет ли правильно, боясь боли, оборвать общение с таким хорошим человеком, как он? Разве не лучше хотя бы месяц прожить как полноценный человек, а потом отдать себя в руки болезни, чем сделать это сейчас? — Ты так задумался, — голос звучит очень близко. Уён, повернув голову, видит Сана, лежащего рядом и с интересом разглядывающего его. — Если ты много думаешь, можешь откопать ещё больше сомнений, Уён. Не надо так много думать, ты так только убедишь себя в обратном. — Я правда не уверен ни в чем, — устало выдает Уён, сжимая губу в тонкую линию, мило хмурясь. — Поверь, я тоже, — мягко улыбается Сан. — Но я понимаю, чем больше мы избегаем друг друга, тем сильнее делаем себе больно. Мы уже привыкли друг к другу, Уён, нет смысла это скрывать. Даже если мы прямо сейчас перестанем общаться, нам также будет больно, как было бы больно спустя месяц. — Почему ты такие умные вещи говоришь? — ворчит Уён. — Из-за тебя я чувствую себя глупым. — Ты просто пытался защитить себя, — отвечает Сан, кивая головой. — Чтобы не было, — продолжает мило возмущаться Уён, что Сан не может сдержать смешок. — Хорошо, — Сан приподнимается на локтях и вопросительно смотрит на него. — Так что же ты думаешь сейчас? Будешь и дальше игнорировать меня? — Не знаю, посмотрим, мо... — Почему не знаешь? — не унимается Сан. — Ты знаешь, что я очень упёртый? Если я не достигну желаемого результата, буду настаивать и упрямиться до конца. — Это точно, — цокает Уён, закатывая глаза. — Так что? — ярко улыбается Сан. — Хорошо-хорошо, не буду я игнорировать! — сдается парень, глубоко вздыхая. — Вот и славно, Уён, — гордо усмехается Сан. Теперь, когда все становится относительно хорошо, им стало довольно комфортно друг с другом. Атмосфера вновь вернулась на круги своя, они по-прежнему смеялись, издевались друг над другом. Кажется, Сан сегодня впервые подышал полной грудью. С утра настроение напрочь отсутствовало, дома он не мог нормально сидеть и кушать. Сейчас будто груз с плеч упал, всё поменялось после разговора с Уёном. Разговор им правда очень хорошо помог. В тот раз было также. Сан подмечает, что если с Уёном что-то не так, лучше подтолкнуть его на разговор, и желательно прийти к нему поздно, когда он спокоен и готов поговорить. Особенно ночью. Ночью он реально становится спокойным человеком. Пока Уён принимает душ, Сан убирает ткань с картины, желая заставить Уёна закончить её. Нельзя оставлять такой шедевр на полпути. Он разглядывает каждые детали, Уён мастерски изображал свет и тень даже в самых маленьких местах, что делало картину ещё живее. Фрукты на ней вызывают аппетит, аж хочется забрать и съесть. Сан погружает комнату в полумрак, оставив только лампу включенной, и задёргивает занавески, бросая взгляд на фонари в саду. На настольных часах огромными цифрами горит 02:07. Всё же пришёл он очень поздно, поэтому Уён его просил остаться на ночь. Сан не стал сразу отказываться, не хотел оставлять его одного. Уён выходит из душа с мокрыми волосами и в огромной футболке, под краями которой шорты едва видны. Он не спеша шагает по комнате, бросая грязную одежду в корзинку рядом с дверью, и кладет полотенце на шею, пальцами проводя по волосам и массируя голову. Заметив, как Сан пялится на него, он спрашивает: — Хочешь чего-нибудь выпить? — Если предлагаешь, я не откажусь, — ухмыляется Сан. — Было бы хорошо, если крепкое, ты сегодня меня заставил знатно понервничать, аж голова разболелась. Но я шучу, не стоит воспринимать это всерьёз. — Почему бы нет? — Уён открывает дверь и призывает Сана пойти вместе с ним. — Выходим? — Давай посидим на балконе, дома тихо и все спят, — закрывая за Саном дверь, Уён останавливается и поворачивается к нему. — Ты иди в сторону балкона, я принесу кое-что попить для нас. — Ненавижу комаров, — бурчит Сан под нос. — Нет там никаких комаров, у нас несколько ультрафиолетовых ламп, — закатывает глаза Уён, легонько подталкивая его. — У богатых такая хорошая жизнь, — мечтательно говорит Сан и идёт в сторону большого балкона. На балконе стоит большой диван с двумя креслами и подвесное двухместное кресло-кокон, большие настенные лампы с тусклым освещением и небольшой журнальный столик. Ни пылинки, везде чисто и опрятно. Белые перила, покрытые золотыми узорами, вид на просторный двор с бассейном и фонтанами. Перед воротами блестит машина Тэйлор, по обе стороны от ровной дороги расположены невысокие уличные фонари. Очень красивый выбор в дизайне. В полумраке атмосфера на балконе так комфортно ощущается. Сан опирается о перила и задумчиво смотрит вдаль, на соседние дома, погруженные в темноту. Воздух чист, как Уён и сказал, без насекомых и лишнего запаха. Вокруг тишина, ни звенящих звуков, ни гула машин. Тишина не только окружает его, но и глубоко поселилась в голове. Сан ни о чем не думает, забывая все свои мысли. Так хорошо ему не было на протяжении всех последних дней. — Ты не замёрз? — доносится голос со спины. Сан не спешит оборачиваться. Поставив поднос с бутылкой и стаканами, в одном из которых его любимый молочный коктейль, на стол, Уён подходит к нему поближе, кутаясь в своё одеяло, и также опирается о перила, смотря туда же, куда и Сан. — Я не из мерзлявых, — отвечает Сан после секундного молчания. — А ты уж кутайся посильнее, всё-таки вышел из душа. Когда наступает очередная тишина, они встречаются взглядами. Сан замечает в них благодарность, которую Уён не может передать словами. Они улыбаются друг другу, прежде чем отвернуться. Так неловко. — Я принес нам попить, — прерывает тишину Уён первым. — Давай посидим? — Конечно, — по-прежнему улыбается Сан и, обернувшись, он удивился, увидев бутылку красного вина, — Уён-а, не стоило... — Я не знаю, какой твой любимый алкоголь, но у нас дома пьет только мама, поэтому кроме вина ничего крепкого не нашел. — И это Шото Латифе?... — Сан подходит поближе и крутит бутылку, с интересом читая содержание. — Производство 1997 года? Это стоит очень дорого, ты знаешь? — поднимает на Уёна вопросительный взгляд. — У тебя глаза светятся, умник, — комментирует Уён, плюхаясь на диван. — Ничего, таких у мамы несколько. — Я не думаю, что ей понравится твоя идея, — говорит Сан с сомнением, но при этом и правда желая быстро опустошить эту бутылку. — И, кстати, ты угадал, у меня слабость к красному вину. Обожаю. — Просто пей, пусть это будет моим извинением перед тобой. Наверное, нервы сдали сегодня, — улыбается Уён неловко и открывает подстольную полку, вытаскивая оттуда штопор. — Много процентов алкоголя, наверное, я быстро опьянею от этого, — Сан трёт шею, но больше не сопротивляется, беря в руку штопор и приступая к открытию. Уёна поражает, как быстро Сан справляется с этим и уже наливает себе. — Ты не будешь? — Спасибо, после спиртного трудно засыпать, лекарства даже могут дать побочные эффекты, — отказывается Уён и поднимает свой стакан с коктейлем. — Мне этого достаточно. И садись уже, не стой столбом. — Спасибо за винишко, — смеется Сан, сев рядом и делая первые глотки. Как же приятно дорогое вино обжигает горло... Сан прикрывает глаза и прижимается затылком к дивану, сжимая бокал между пальцев и улыбаясь. Такой кислый вкус... и в стиле Сана. Годами выдержанные вина - самые лучшие. Он за свою жизнь только несколько раз пробовал такое. — А ты впрямь обожаешь вино, — усмехается Уён, наблюдая, как расслабляется Сан с каждым глотком. — Вино самое лучшее, что могли придумать люди, — кивает Сан, открывая глаза. — Оно полезное, если не злоупотреблять им, знаешь? — Я в молодости любил больше шампанское, поэтому мне тебя не понять, — отмахивается Уён. — Я тоже пью шампанское по настроению, кто может отказаться от Шандон Моет и Кристалла? — усмехается Сан, быстро опустошив бокал крепкого напитка. — И вообще, что означает "в молодости"? Сейчас что, старый? — Не старый, но больной, — с легкостью отвечает Уён, но чтобы не было никаких грустных разговоров, быстро меняет тему. — Кристалл был самым любимым, а Моет это классика. Без него не бывает ни одной тусовки. — Очень люблю Кристалл, но увы, — Сан целует края бокала и улыбается, — Вино мое все. — Я это понял, — смеется Уён, поднимая бутылку. — Налить тебе? — Конечно, — сразу протягивает бокал Сан. — Как мне добраться домой пьяным? — Я не буду против, если ты останешься, — говорит тот, наливая ему до краёв. — Наслаждайся вкусом. — Спасибо, дорогой, конечно же буду наслаждаться, — ухмыляется Сан уголками губ, показывая милые ямочки. — Мы не шумим? — Нет, все в порядке. Факт, что у пьяного развязывается язык, полностью подтверждено Чхве Саном. Уён сидит, наблюдая, как тот с каждым бокалом пьянеет и начинает много болтать, даже больше обычного, и улыбается. Когда Сан объясняет что-то, все его тело включается. То, чего не может передать словами, передает жестами. Это так умилительно со стороны. Он рассказывает о своих бесячих преподах в университете, коменданте в общаге, который обожает заставлять их умолять, когда они чуточку задерживаются на улице. Уёна удивляет, что "чуточку" - это 3 часа ночи, а иногда даже ближе к утру. Но раньше он тоже тусовался так же, поэтому хорошо понимает его. Кофейного цвета глаза Сана блестели, в них будто отражались самые яркие светы города. Парень, наверное, мог похвастаться своим спортивным телом и красивым лицом. А может и имеет довольно хороший авторитет в университете. Уён замечает россыпь веснушек на его шее, когда тот опрокидывает голову на спинку дивана, наслаждаясь головокружением. Очень милая особенность. Когда алкоголь действует полностью, Сан становится вялым и расслабленным. Он говорит глупые шутки и сам же смеется, заставляя и Уёна хохотать вслед за ним. Безмятежно сидя за столом и стаканами, они даже не замечают, как быстро проходит время. Уён опомнился только тогда, когда телефон Сана завибрировал и загорелся экран, оповещая об уведомлении. Уже 4:15. — Сан, — осторожно трясет его Уён. Тот останавливает свой "интересный рассказ" и вопросительно мычит. Хорошо, он всё ещё в рассудке, думает Уён. — Мне... нужно попробовать поспать. — О, мой хорошенький устал? — смеется Сан, медленно проводя рукой по шелковистым, слегка мокрым, черным волосам Уёна, запутывая пальцы в прядях и притягивая его голову ближе. Окей... Кажется, он всё-таки потерял контроль над собой. Уён неловко смотрит на пьяного друга, который продолжает заставлять его чуток нервничать. Не то, чтобы ему не нравилось это, просто становится странно... — Да, я немного устал. — Хорошо, идем, — Сан с улыбкой хватает бутылку и протягивает Уёну руку, от которой тот вежливо отказывается. — Не хочу падать вместе с тобой, иди сам, — глазами намекает ему пойти первым и Сан надуто повинуется, шагая вперед. Уён всё же помогает ему ровно идти, чтобы не задеть мебель и не дай бог упасть где-то. Сан обнимает своё любимое вино и любезно принимает его помощь, довольно громко говоря что-то на языке пьяных. Теперь же Уён начинает сожалеть, что дал ему так много выпить. Крепкость этого "волшебного" напитка была 25% алкоголя, и, тем более, Сан в одиночку выпил бутылку почти до дна. Когда они вернулись в комнату, Сан опускается на подвижное кресло и устало выдыхает. Уён быстро принимает лекарства, на ходу проверяя кондиционер и очиститель воздуха, прежде чем лечь на кровать. — Ты что, не будешь спать? Мы поместимся, иди сюда, — хлопая рядом с собой, говорит Уён. — Ой нет, у меня кружится голова, я не буду спать, — Сан пододвигает кресло ближе к кровати Уёна. — Тогда... — Уён неуверенно смотрит на Сана и кусает губу. — Тогда что? — заинтересованно смотрит Сан, сверкая глазами. — Договаривай давай. — Можешь посидеть рядом со мной, пока я не усну? — Конечно, — следует мгновенный ответ и Уён, слабо кивая головой, закрывает глаза. От винного перегара пахнет вся комната, но Уёну очень нравится этот запах. Он чувствует, как усталость накрывает его, и под одеялом тело приятно тает. Сан сидит рядом, мягко теребя его по волосам и напевая тихую песенку. «У него чудесный голос», – подмечает для себя Уён и улыбается. Сон не накрывает сразу, некоторое время Уён чувствует, как Сан нежно проводит по его плечам и рукам, прежде чем улететь в долгожданное царство сна. Как же он мил, когда спит. Сан так хочет обнять его, но эта мысль кажется такой грешной. Если он проснется - ему больше не удастся уснуть. Круглые сутки будет трудно ходить без сна. Сан даже на пьяную голову понимает это, поэтому не смеет трогать его, просто наблюдая, как ресницы Уёна мелко дрожат и губы слегка приоткрываются. Почему судьба так хочет помучать бедного парня? Ну почему все хорошие люди рано умирают, что они не так сделали в этой жизни? Он не заслуживает смерти. Он должен был быть одним из тех, кто в старости будет умным дедом, знаменитым художником, к которому каждый день приходят его поклонники и любуются его картинами. Он должен жить, но почему же всё так плохо обернулось. Тем более такой ужасной болезнью. От этих мыслей Сан хочет плакать. Он становится излишне эмоциональным, когда выпивает, поэтому ему бы следовало поспать сейчас. Но почему-то он не хочет этого. Уж лучше он будет следить за спящим Уёном и любоваться им, поспать он успеет в любой другой момент.
