Глоток воздуха

      Темнота. Руки не шевелятся, глаза плотно завязаны, сколько бы он не пытался брыкаться, ничего не может поделать. Вдруг он слышит стук — шаги по лестнице, поднимается кто-то. От стука сердце начинает бешено колотиться. Повязка на глазах исчезает, словно её и не было, а когда он открывает их, видит перед собой одетых во все черное существ с красными, огненными глазами. От шока язык заплетается и во рту моментально сохнет. Но существа медленно пятятся назад, издавая страшные звуки, и входит… высокий человек, а может и не совсем человек, в красном одеянии и струями крови изо рта. Большие черные глаза, ядовитая ухмылка на губах. Он медленно подходит и…       Уён просыпается, дернувшись, не помня, как оказался сидящим на своей кровати. Мокрые от холодного пота лицо и грудь горели, словно обжигая изнутри. Он судорожно хватает воздух с ощущением, будто его только что вырвали из ледяной воды. Перед глазами все еще стояли ужасающие картины. Ещё секунд пять он был потерян во времени и пространстве. Сердце бешено бьется, а по спине стекает пот, покрывая табунами мурашек. Наконец, он снова шевелится. Значит, он всё ещё жив. До него медленно доходит, что всё произошедшее только что — просто кошмарный сон, не более. Ведь в комнате не было никого…       — Фух, снятся же кошмары, — дышит он через рот, жмурясь от усталости.       На часах только 5:52, поспал он всего полтора часа, хорошо… это лучше, чем ничего. Поднявшись на ватных ногах, Уён выключает лампу, вместо неё раздергивая занавес и позволяя первым лучам солнца пробраться в комнату. Мозг будто перестал работать, ему кажется, что он бредит, находясь в бессознательном состоянии. Уён чувствует ужасную усталость, тело снова тянется к кровати, но он прекрасно понимает, как бы он не мучил себя, уснуть не получится.       Уён пытается забыть о кошмаре, отвлекаясь на утренние дела, в конце-концов, это ведь не впервые. Его сон вряд ли будет спокойным: если не мучают панические атаки, то вместо них снятся кошмары. Пришло время уже привыкнуть к такому, но почему-то он всегда просыпается весь потный и задыхающийся. Всё же Сан прав, привыкнуть к таким вещам невозможно.       И где же он? Уён смутно начинает вспоминать, что вчера просил его остаться на ночь. Но тот отказывался ложиться спать. Он что, в таком пьяном состоянии пошел домой? Говорил же ему переночевать, его упёртость поражает сильнее с каждым днём… А самое главное, дошел ли он до дома? Он вчера говорил о строгом коменданте, его пустили в общежитие или он?..       Зря Уён его напоил. Он даже не знает его телефонный номер, чтобы позвонить и узнать где и как он. Нужно узнать у мамы, когда она проснется. Утренняя рутина этого дома начинается с девяти часов утра, до этого времени ему придется гадать, всё ли с Саном в порядке. Какой же он дурак всё-таки.       Как бы Уён не ворчал, ночь прошла очень хорошо. Давно он не разговаривал с такой легкостью на душе. Как такое может быть? Они начали общаться не менее двух недель назад, но спокойно находят общий язык и разговаривают так, будто знают друг друга с детства. Это плохо или хорошо? Может, именно таких людей мы называем соулмейтами?       В чем-то Сан прав, нужно плыть по течению судьбы, будь что будет. Глупо убегать от хорошего, боясь неизвестности. Зато потом он не будет сожалеть, что не попробовал. И все же Уён не мог понять, что грустнее: умереть в одиночестве или в компании того, кто ничего для тебя не значит. А может быть и значит, даже больше, чем просто друг, иначе почему Уён вдруг побоялся?       Он знает, что еще рано умирать, у него только первая стадия бессонницы, но в груди все сжимается, ведь в то же время уже очень поздно, если ты обречен на смерть. Может быть, Сан появился в его жизни, чтобы перед смертью он не почувствовал себя одиноким и ненужным. Уён должен попытаться найти в себе мужество и принять его, ведь потом будет поздно.       Интересно, придет ли Сан сегодня? Или он страдает от похмелья?       После освежающего душа, Уён заметно взбодрился. Зачесав волосы назад, он не спеша надевает домашнюю одежду: черные шорты и такого же цвета футболку, свободно висящую на плечах. Поправляя челку, он подходит к столу и замечает пустой графин. Быстро запихивает в рот витамины, морщась от резкого кисло-сладкого вкуса, смешивающийся с ароматом зубной пасты.       Жажда утоляет горло, ему бы попить сейчас что-то холодное. Уён раскладывает флаконы по местам и спешит в коридор, оставляя дверь открытой. Из-за большого размера дома во многие места не проникает свет, оставляя их в полумраке даже в дневное время. В 6 часов утра все настенные лампы в коридоре автоматически отключаются. Уён медленно шагает в сторону лестницы и вдруг замирает в ужасе.       … что? У него галлюцинации? Разве это не начинается во второй стадии? Почему так рано?       В темноте, в нескольких метрах от него, лежит кто-то…       Уён сглатывает. Это не похоже на галлюцинацию. Он понятия не имеет, какие у него должны быть галлюцинации, но разве они не исчезают быстро? Сколько бы он не тер глаза, человек не исчезает. На втором этаже расположены только комнаты мамы, Уёна, и ещё несколько на всякий случай, если кто-то из родных приедет в гости.       Так, черт побери, кто это? Уён поздно вспоминает и бегом подходит к нему, удивленно смотря на лежащего на полу Сана.       — Черт… Этот придурок, — Уён быстро опускается рядом и дергает парня, боясь, что тот потерял сознание. Но когда видит полуоткрытые губы и слышит тихий храп, глаза округляются. Вот же…       Он что, лег спать здесь? Когда Уён предложил ему поспать у него, он отказался. Не зная, что делать, парень теряется. Конечно, бывало, что он пьяного Ёсана также таскал везде, но Сан в разы крупнее и, наверное, очень тяжелый. Нужно разбудить его. Поднимая взгляд, Уён встречается с большой картиной, которая висела на стене уже больше месяца. Эту картину он рисовал в первую неделю, когда прилетел в США. Бабушка её так полюбила, что решила повесить её на пустующей стене.       — Сан! — громко шепчет Уён, тряся парня, но тот не реагирует, обнимая свое замёрзшее тело. В коридоре особенно холодно, потому что сюда совсем не проникают лучи солнца и, тем более, тут есть кондиционер, который работает круглосуточно. — Да ты же замерз!       Уён прикрывает лицо ладонью и думает, что сделать с этой пьяницей прямо сейчас. С Ёсаном никогда подобных проблем не возникало, он всегда был в силах ходить самостоятельно и не умудрялся спать где угодно. Да и вообще со всеми его друзьями так! И что делать сейчас?       Разбудить маму? Да что она может сделать? Она хрупче самого Уёна. Звать на помощь работников бабушки? Они даже не понимают его язык и, наверное, сладко спят после тяжелого рабочего дня. Вчера все вместе чистили бассейн и наполняли его, активная работа во дворе закончилась только когда на улице стемнело.       — Что мне делать, что мне делать? — несколько раз повторяет он себе под нос, пытаясь поднять Сана, но тот мычит и не поддается совсем. — Я сейчас вылью на тебя ведро холодной воды! — шепотом кричит Уён, дуясь. — Зря я только дал тебе выпить. Кто же знал, что ты такой невыносливый?! Ей Богу, — Уён держит холодные руки парня и обеспокоенно смотрит на него.       Его нужно разбудить. Иначе слабый Уён не справится с его весом.       — Сан, просыпайся уже, — уже сильнее дергает его Уён. Сан убирает его руки и сворачивается калачиком, продолжая спать. — Я тебя убью, когда ты придешь в себя, — обещает себе Уён и продолжает трясти. До тех пор, пока парень не начинает реагировать и не открывает глаза, мутным взглядом смотря по сторонам.       Уён облегченно выдыхает и помогает парню сесть, тот больно сжимает его плечи, пытаясь подняться. Чон, морщась, убирает его руку и подавляет желание избить его по щекам, чтобы тот пришёл в себя. Сан сидит, упираясь спиной в стену и прижимая руку ко лбу, пытаясь подавить головную боль.       И какая все-таки зрелищная картина. Уён на секунду хочет засмеяться, но держит себя в руках как может, пока Сан борется со своим сознанием.       — Напился, называется, — усмехается Уён.       — Уён?.. — Сан, наконец, поднимает на него глаза и, моргая, смотрит недоверчивым взглядом. — Где я?       — В коридоре моего дома, пьяница.       — И что я тут делаю? — не понимает Сан, бегая глазами вокруг.       — Поверь, такой же вопрос и у меня, — хмыкает Уён. — Ты придурок, я же говорил что можешь спать со мной, моя кровать всё равно большая, да и сам твердил что мы друзья, теперь что? Вдруг стесняешься своего друга?       — Уён, медленно, пожалуйста, — просит Сан, хмурясь. — У меня голова болит от твоего голоса.       — Ой, страдай теперь от похмелья, помогать тебе я не собираюсь, — закатывает глаза Уён, но не скрывает волнения, когда Сан морщится от боли и издает болезненный стон. — Идем в комнату, там что-нибудь придумаем.       Поднять Сана на ноги было сущим адом для его спины. М-да, он правда очень тяжелый и, тем более, слаб сейчас, что делает этот процесс ещё труднее. К счастью, Сан сам опирается ногой, уменьшая давление в чужую сторону и умудряется даже стоять ровно, чего от него уж точно не ожидалось. Они доходят до комнаты без приключений, но Сан вдруг прикрывает рот рукой, несколько раз несильно дергая другой Уёна. До Уёна доходит сразу же. Тихо ругаясь, он помогает ему добраться до уборной, и пока Сана рвет, готовит прохладный душ для него.       — И не ной, что вода холодная, — предупреждает он перед выходом, пока Сан обнимает крышку унитаза. — Прими душ, я приготовлю тебе новую одежду. Я всегда ношу размер побольше, тебе должно подойти.       Уён оставляет его одного и закрывает дверь, недовольно топчась по комнате в поиске запасного полотенца. Всё же, какой бы нелепой не была эта ситуация, она всё равно рождает внутри него теплоту. Интересно, ощущал ли он такие странные чувства раньше? Почему забота о Сане выглядит так… прикольно, хотя обычно это Сан пытается быть зрелым по отношению к нему?       Найдя полотенце, он мчится к уборную, и первое, что видит — это полуголого Сана, осматривающего себя в зеркале. И правда, тело у него в отличной форме. Но ведь рассматривать чужое тело — неправильно, поэтому Уён быстро отводит взгляд. Вешает полотенце на крючок и, говоря Сану быстро мыться, выходит.       Нужно приготовить ему одежду. Уён подходит к шкафу, слушая невнятные слова Сана и громкий напор воды, доносящиеся из душевой, и начинает подбирать ему сегодняшний лук. Вряд ли он в таком виде сегодня вернется домой. Футболка за футболкой падает на пол, Уён сам удивляется такому большому их количеству. Всё-таки летом он собирается носить только их, меняя цвета, фасоны, размеры и стиль. Майки сейчас не в его стиле, хотя Уён раньше обожал их и носил по городу, оголяя свои плечи.       Выбрав серую футболку и домашние штаны в клетку, Уён кидает их на кровать, чтобы убрать вещи с пола. На бардак уходит не более десяти секунд, потому что он буквально запихнул вещи обратно и захлопнул дверцу шкафа. Уён ещё раз прислушивается к звукам. Он там не потерял сознание? Но не услышал никаких резких звуков, значит все нормально.       Странно, как Сан там уснул? Аж прямо под его картиной. Уён мотает головой и ищет свой мобильник, которым не пользуется от слова совсем. Он всегда лежит на одном месте, на нижней полке тумбочки, поэтому никогда не приходится ломать мозг, где тот находится и где бы он мог его оставить. Все равно не с кем поговорить, бывших друзей он заблокировал, маме не обязательно звонить ему. Он берет его только когда хочет окунуться в прошлое и полистать фотки, сделанные в Корее, в родном городе, где проходили незабываемые дни. Но сейчас чисто для того, чтобы воспользоваться переводчиком.       Наверняка у Сана ужасно болит голова, а Уён, честно говоря, не знает, как помочь ему с этим. Раньше он много спал, пока боль в голове не уходила. В худшем случае мама всегда могла дать лекарства от похмелья и приготовить супчик.       Этот английский язык… Почему он в детстве вообще не желал выучить хотя бы базовые слова? Поинтересовался бы хоть культурой маминой стороны, сейчас такой проблемы не было бы.       — Черт, я не пользовался никогда интернетом в этом доме, — тихо говорит он, когда wi-fi требует пароль.       Что это может быть? Комбинация цифр? День рождения бабушки? Её имя и год рождения? Или это набор разных букв и цифр? Он вводит несколько вариантов, но на каждый из них интернет выдает «неправильный пароль, повторите попытку». После нескольких попыток Уён беспомощно возвращает его на прежнее место.       — Ты что-то ищешь? — выходя из душа с обернутым вокруг пояса полотенцем, спрашивает Сан, заметив, как тот закрывает полку.       Уён выпрямляется, поворачивая голову к парню и немного зависая на месте. Чон завидует, почему у него такая светлая кожа? Уён быстро мотает головой и указывает на одежду, на что Сан улыбается, и вскоре не сдерживает смешок.       — Чего ты смеешься? — закатывает глаза Уён.       — Ничего, ничего, — уходит от ответа Сан, подходя к кровати и беря футболку.       — Что? — не унимается тот.       — Уён, просто ничего, — но всё ещё смеется. Уёну становится любопытно.       — Да почему смеёшься?       — Ты бы мне ещё тут боксеры добавил, а то как-то стрёмно носить чужую одежду без них, — сдается Сан, натягивая футболку через голову и неспеша просовывая руки, будто чувствуя боль в каждой точке тела. — Я верну одежду, но вот их уже вернуть не получится.       — Ой, и не надо возвращать, — смеётся в ответ Уён и берёт новые, неиспользованные боксеры, купленные недавно. — Я не знаю, подойдут ли тебе, они новые, но…       — Подходит, — уверенно говорит Сан. — У тебя довольно упругая задница, а я пока не могу похвастаться этим. Так что должно подойти.       — Ты извращенец что ли?! — возмущается Уён, буквально кидая белье в лицо Сана, который сразу же его ловит.       — Если не отвернёшься, извращенцем будешь ты, — говорит Сан, медленно освобождая высунутый край полотенца.       Уён молниеносно отворачивается в сторону, слегка краснея. Ну конечно, к такому тоже привыкнешь, всё-таки разве друзья стесняются друг друга? С Ёсаном у них такого никогда не было, они могли в одной примерочной примерять одежду и даже нередко принимали душ вместе, помогая намылить где рука не дотянется. Это совершенно нормально между друзьями. Но только Ёсан…       — Всё, я закончил, — Сан, тяжело вздыхая, падает на кровать, прикрывая глаза. — Я протрезвел сразу же, как только встал под струи прохладной воды. Но голова не перестает болеть, и немного кружится. И меня все время тошнит.       — Чувак, я не просил тебя пить сразу всю бутылку, — усмехается Уён, подходя поближе к парню. — Что ты обычно делаешь с похмельем на следующий день?       — Принимаю какие-то таблетки, которые дают друзья, в одиночку я не пью. А последствия переживаем все вместе.       — Дай мне свой телефон, — просит Уён, на что Сан кидает на него вопросительный взгляд, слегка морщась. — Да ладно тебе, мне просто нужен переводчик. Может у нас дома есть лекарства против похмелья, но я-то не знаю английский.       — Я даже не знаю, где мой телефон, — бурчит Сан, прикрывая глаза. — Найди сам, нет сил искать.       Уён несколько минут шарит по комнате, в поиске телефона парня, но, так и не найдя, решает поискать его на балконе.       — Эй, не засыпай, пока я не вернусь, — предупреждающе говорит он Сану, и, дождавшись ответного кивка, выходит из комнаты. Но не проходит и секунда, как он открывает дверь снова и просовывает голову, чтобы спросить: — А какой у тебя пароль на телефоне?       — 0001, — отвечает лежащий парень неохотно. Даже говорить ничего не хочется.       — Какой скучный пароль, — хмыкая, уходит Уён, сразу направляясь в сторону балкона. И да, телефон Сана лежит на столе.       Уён удивительно быстро находит аптечку на полках в настенных шкафах на кухне. Обычно ему приносят лекарства слуги, поэтому он особо не заморачивался попробовать найти их самостоятельно. Но главная задача сейчас не найти их, а найти именно препарат от похмелья. Вот что сейчас действительно трудно.       Разблокировав телефон Сана, он сразу же натыкается на милую фотку на обоях. Где Сан ярко улыбается, обнимая большую, живую панду. Уён бы от страха помер там, в объятиях животного, которого вроде считают хищником. Но всё же не может не согласиться, каким милым получилось это фото.       Закончив с мыслями, он сразу же открывает гугл, берет одно лекарство и вбивает его название в поисковике. Затем переводит его на корейский с помощью переводчика, потому что телефон Сана полностью на английском и настроить его на другой язык непонятно как. Уён чувствует себя отсталым от мира, хотя полгода назад мог хвастаться телефоном покруче него.       После девятого лекарства он начинает терять надежду, но всё же решается взглянуть на ещё одно, чтобы убедиться полностью. И облегченно улыбается, когда узнает, что держит как раз-таки необходимую таблетку.       Пока он наливает воду, наполняя графин, замечает кубики куриного бульона. Отличная идея…       Беря супницу, он кладет туда два кубика бульона и наливает воду из электрокипятильника, не переставая помешивать ложкой. Бульонный суп хорошо помогает при похмелье, Уён на своем опыте знает, не раз ему приходилось пить такое после шумных вечеринок. Когда суп готов, он берет поднос, чтобы было легче отнести всех сразу. И графин с водой, и бульонный суп, и таблетки.       — О, ты пришел? — отзывается Сан сразу, когда дверь открывается. Он по-прежнему лежит на кровати, в такой же позе, как и тогда, когда Уён ушёл. Увидев поднос в его руках, Сан заинтересованно приподнимает брови.       Ставя поднос на стол, Уён берет таблетку и наливает стакан воды, чтобы отнести лежащему парню. Сан благодарно кивает головой и поднимается, садясь у края кровати.       — Я приготовил тебе суп, попей, хорошо помогает при похмелье, — говорит Уён.       — Какой ты у меня заботливый, — хрипло смеётся Сан, забавно прикрывая глаза.       — Мне остаётся только нянчиться с тобой теперь, — поджимает губы Уён, пытаясь скрыть улыбку.       — У меня нет сил встать с места, и я…       — Сан, хватит ныть, как ребенок, что, впервые мучаешься похмельем? — ругает Уён его, хмуря брови.       Состроив страдальческое лицо, Сан встаёт с места, скривив гримасу от боли, и садится за стол. Когда открывает крышку супницы, то глаза светятся и он улыбается, на секунду забывая про головную боль. Аппетит мигом взыгрался от вкусного запаха. Последний раз такой суп готовила ему его мама в Корее, также утром после вечеринки.       — Спасибо, Уён-и, — мягко говорит Сан, приступая к трапезе.       — Ты поспи потом немного, сон хорошо помогает, думаю, ты это прекрасно знаешь.       — Поспать? — недоуменно спрашивает Сан, поднимая голову. — Как я могу спать, когда ты не…       — Сан, не будь таким сентиментальным сейчас, — закатывает глаза Уён. — Всё равно ты приехал ко мне днем, поспи пару часов, ничего страшного. Я буду продолжать картину.       — Я как раз хотел убедить тебя закончить её, — улыбается он.       — Это же ты убрал ткань, я знаю, — ухмыляется Уён. — Поспи, я разбужу тебя днём.       И как хорошо, что этот упрямец больше ни слова не сказал и сразу же лег на его кровать. Уён с самого детства не был из придирчивых, всегда разрешал пользоваться его вещами и никогда не обижался по пустякам. Жизнь коротка, её смысл не в материальных ценностях, а в окружающих нас людях. Уён считает, что никто не был бы счастлив, имея огромное богатство, но при этом без единого близкого человека рядом. Забота, доброта и умение делиться с теми, кто этого заслуживает, это дарит ему самые приятные чувства.       Имея огромный дом, хорошие деньги, он не был счастлив уходом Ёсана и до того, как появился в его жизни Сан. Даже в худших условиях, но имея их рядом, он чувствовал себя полноценным. Ведь времяпровождение с кем-то, кто близок к тебе морально, — очень хорошо влияет на жизнь.       Да, наверняка Сан начал общаться с ним ради денег. Может и сейчас он получает хорошие деньги за это. Но Уёну как-то плевать. Поначалу было очень сложно привыкнуть к этому, но искренность Сана выдают его глаза и действия. Даже если он восхитительный актёр Уён не обижается, ведь Сан, каким бы человеком не был, оставался рядом, не дал ему почувствовать почвы одиночества и своим появлением правда делал его счастливым.       Когда Сан заснул, а это произошло он почти сразу же, Уён подошёл к столу, чтобы попить воды и в то же время посмотреть на его умиротворённое личико: чуть нахмуренные брови, щеки, приобретающие слегка оранжевый оттенок, приоткрытые губы. Подумаешь, разве это нормально так сладко спать, в то время, как рядом кто-то страдает от бессонницы? Уён готов сказать — да. Он наоборот, даже рад, что этим не страдает никто в его окружении, и им спокойно удаётся уснуть. Нет ни зависти, ни грусти. Честно, ему понравился спящий вид Сана.       Возвращая стакан обратно на место, Уён медленно отводит взгляд от спящего парня и подходит к своей незавершённой картине. Что ж, он, кажется, пришёл в себя, и появилось наконец желание закончить её. Уён никогда бы не оставил картину, он всегда закачивает их. Эта картина не станет исключением.       С улыбкой он идёт мыть кисточки и, вернувшись, приступает к работе. Нужно закончить, может быть, это его последняя картина.

***

      Первое, что слышит Сан – это громкое бормотание Уёна, который, видимо, устал будить его. Он открывает глаза только спустя пару минут, когда тот уже отходит, сдавшись, и смотрит на него недовольно, опираясь задом о стол. Сан улыбается ему, протирая глаза, невинно показывая зубы, отчего Уён, не сдерживаясь, расплывается в ответной улыбке.       Кровать Уёна такая теплая и приятная, не хочется покидать её совсем. Она в сто раз лучше, чем его кровать в общаге. Спал он так хорошо, будто никогда в жизни не спал и очень долго ждал этого момента.       На глаза бросаются часы, уже 13:46, как много он спал…       — Ты должен был разбудить меня, — хриплым голосом говорит Сан, укутывая плечи, не желая покидать тепло.       — Я бужу тебя уже больше получаса, ты издеваешься? — бурчит Уён, пытаясь забрать одеяло из крепких рук парня. — Вставай уже, дома все обедают, никто для нас дважды накрывать стол не будет.       — Так удобно, не хочу вставать, — тянет Сан, надувая губы.       — Ну все, у меня кончилось терпение, — Уён берет кувшин с водой и подходит поближе, излучая явную угрозу, заставляя Сана шире открыть глаза. Он вскакивает с места сразу же, понимая, что шутки с этим парнем плохи, и правильно, потому что Уён правда не собирался щадить его.       — Это несправедливо, — бурчит Сан под нос и не успевает осознать, как Уён брызгает в него водой, ехидно ухмыляясь. — Черт, Уён!       Футболка местами становится мокрой, прилипая к коже, вода была слишком холодной, из-за чего тело сразу же покрывается сотней мурашек. С волос капли падают на ковер, а Сан удивленно смотрит на парня, который получает удовольствие от данного зрелища. Уён смеётся в голос и ставит кувшин на свое место, прежде чем кинуть на него игривый взгляд и выйти из комнаты со словами «ждём тебя внизу».       — Вот же… — Сан смотрит на себя в зеркале и ерошит волосы, убирая челку назад.       Быстро ополоснув лицо, он опускается на первый этаж, где его ждут члены семьи за столом. Сан, улыбаясь, желает всем доброго дня и приятного аппетита перед тем, как сесть рядом с Уёном, ловя на себе заинтересованные глаза. На серой футболке отчетливо видны мокрые места, поэтому неудивительно появление такого всеобщего внимания.       — Что с тобой, сынок? — спрашивает бабуля, протягивая ему тарелку с пирогом.       — Это, кажется, метод вашего внука, чтобы будить людей, — тихо говорит Сан, улыбаясь.       — О, правда? — смеется Тэйлор, переводя взгляд на Уёна. — Это дело твоих рук?       Уён бессовестно кивает головой, занимая ротик творогом и попивая свой любимый коктейль. Сан несколько секунд сверлит его ожидающим взглядом, но, так и не получив ни слова в свою сторону, приступает к еде.       За столом, наполненным блюдами американской кухни и сладостями, ведутся, как всегда, пустые беседы. У них всегда такие милые разговоры, как одна большая семья, обсуждают самые мелкие ситуации и смеются вместе. Как жаль, что Уён не понимает их, иначе ему бы точно не было скучно. Из-за этого он всегда остается молчаливым, тихонько кушая и благодаря бабушку с кривым акцентом за предложенную еду.       Сан кладет ему побольше креветок, чтобы Уён наслаждался морепродуктами и улыбается, когда тот тихо шипит: «я и сам могу».       Вообще, было хорошо, что Уён брызнул в него водой, ему сейчас вообще не жарко, как обычно бывает без кондиционера в душной комнате с горячими блюдами. Он отпивает лимонад, изредка бросая короткие ответы тем, кто интересуется его жизнью.       — И никто из вас не хочет мне ничего сказать? — намекает Тэйлор открыто, рассматривая беззаботно кушающих парней. — Сан, ты даже на завтрак не спустился.       — Он спал, я же сказал, — хмыкает Уён. — Не думал, что у него такой крепкий сон.       — У меня? — удивленно спрашивает Сан.       — Ага, не я же спал несколько часов и храпел, — приподнимая брови и уверенно смотря в глаза Сана, говорит Уён. — Я нечаянно уронил мольберт, тот с грохотом упал, а ты даже бровью не повел.       — Это из-за алкоголя! — защищается Сан, ткнув пальцем в плечо парня. — Вообще это ты заставил меня выпить.       — Как будто ты сам этого не хотел, — не замолкает Уён тоже, пока не замечает мамин взгляд.       Она смотрит удивленно, в то же время радостно и игриво, наблюдая за ними с интересом. Сан прекрасно понимает, какого ей сейчас, наверное, очень приятно, также, как и ему. Он вчера так боялся, что Уён не откроется ему, не скажет ничего и вновь поставит точку на не начатые отношения между ними. Но, к счастью, им удалось решить вопросы и даже хорошенько повеселиться.       Уён загадочный человек, никогда не узнаешь, что в его голове. В один момент он как гром среди ясного неба, а в другой нет человека мягче него. Но этим же он и притягивает к себе Сана. Своим загадочным характером. Он, как сложная загадка, которую хочется решить.       Сану нравится сегодняшний Уён. С утра он позаботился о нём, хотя, на самом деле, ему бы стоило выставить его за дверь и попросить прийти трезвым. Но он оказался рядом. Дал ему воспользоваться собственным душем, одолжил одежду, приготовил для него суп и принёс лекарства. Даже позволил поспать на своей мягкой кровати несколько часов. Как бы словами он не хотел показаться грубым, его действия были очень заботливыми и добрыми, что практически выдавали его милую черту. Сан благодарен ему, ведь благодаря ему похмелье прошло быстро и безболезненно.       Для него дружба может быть большим риском, но, тем не менее, Сан уверен, что может подарить ему хорошие воспоминания перед смертью. Он должен насладиться хотя бы месяц, рядом с ним, а потом… Потом уже неважно, верно? Сана научили жить одним днём.       — У меня масляные краски закончились, — вдруг говорит Уён, поднимая взгляд на маму.       — Хорошо, давай закажем после обеда, — в ответ улыбается Тэйлор. — Думаю, завтра уже принесут, все-таки их магазины неподалеку.       — Да, хоро…       — А где эти магазины? — внезапно спрашивает Сан.       — Знаешь, где находится «The arttic»? Я обычно заказываю оттуда, — увлеченно отвечает Тэйлор, казалось бы, сразу догадываясь, что задумал Сан.       — Это в нижней части города, не так ли? — Сан сразу же вспоминает это место, хоть он и никогда не покупал там ничего, этот винтажный магазин всегда привлекает внимание посетителей. Тэйлор кивает головой, ожидающе смотря на него. — Давай-те тогда мы сами сходим туда? Я и Уён?       Уён поднимает на него взгляд, скорее заинтересованный, нежели для отказа, но не выдавливает ни слова. А правда, что в этом такого? Зато Уён может там протестировать свои краски и купить необходимое. И отдохнуть от этого дома заодно. Тэйлор ведь говорила, что он ни разу не вышел из дома после переезда, так что это отличная возможность показать ему город, не так ли?       Честно говоря, Сану уже наскучил этот дом. Да, с Уёном весело проводить время, но ничем интересным не можешь заняться, а на улице хоть развеешься и подышишь свежим воздухом. Так найдутся и темы для разговоров. Наверняка и Уён устал перемещаться по комнатам и заниматься привычными делами. Порою лучше проводить время вне дома, поедая мороженое и болтая по пустякам.       По дороге домой они могут погулять и поговорить, Сан устроит ему небольшой тур по городу. Если им понравится прогулка, то Уён, наверное, не будет против повторить потом её ещё раз, не так ли?       — А разве заказать не легче?       — Что в этом такого, Уён? — прямо спрашивает Сан, повернув голову к нему. — Пойдем вместе, вдвоём, ты сможешь посмотреть, что можешь ещё купить, это большой творческий магазин в древнем стиле.       — Уён, ты ведь ещё никуда до сих пор не ходил, сынок? — давит Тэйлор, сжимая губы в тонкую линию и смотря с надеждой на него. — Сан знает город, вам вдвоем не будет скучно.       — Дело не в этом же… — Уён коротко вздыхает, бегая глазами по комнате. На самом же деле ничего ему не мешает, ему не хочется утруждать Сана. Но раз он сам предлагает… то почему бы нет, собственно? — Хорошо, согласен.       Сан ухмыляется, гордо потянувшись к своему напитку. А при первой встрече Уён так отругал его, когда Сан предложил проводить время на улице. Как быстро всё меняется. Но Сан неимоверно рад показать Уёну всю красоту этого города. Уверен, Уён никогда не был у танцующих фонтанов, в удивительных музеях и не видел достопримечательностей Лас-Вегаса.       Предвкушая прогулку, Сан доедает свою порцию и поторапливает Уёна, желая как можно быстрее оказаться с ним на улице. Тот недовольно бурчит, но всё же встает с места и они вместе, желая сидящим ещё раз приятного аппетита, поднимаются в комнату.       — Долго ехать до этого магазина? — спрашивает Уён, когда радостный Сан заходит следом.       — Не, не долго, — уверяет Сан, усмехаясь. Конечно долго.       — Что-то не нравится мне твой смех, — говорит Уён, качая головой.       Сан надевает свою одежду, аккуратно висящую на спинке кресла и пропитанную винным ароматом вчерашней ночи. Уён предложил ему что-то из своей, но ему не особо хотелось его беспокоить, всё-таки он и без этого делал многое ради него. Он жмурится, принюхиваясь, кидая в сторону Уёна недовольный взгляд, пока тот проводит волосы в порядок. Уён молча кидает ему дезодорант и приятно пахнущий парфюм, прежде чем схватить свои вещи и скрыться в душевой комнате.       Сан ухмыляется, брызгая одеколоном и качая головой. Зачем так стесняться, Сан уже, хоть и чисто случайно, увидел его голым. Пахнет его парфюм восхитительно: неуловимые ноты черной орхидеи, роскошный, элегантный, чистый и утонченный аромат. Том Форд, вот почему он так хорош. Отличный выбор, конечно, стоит своих денег. Сан фоткает название данного парфюма и ставит на тумбочку, принимаясь укладывать волосы. Хорошо, что у него послушные волосы, расчесал и несколько раз провел пальцами — всё, готово.       — Ох, как же сегодня я выгляжу красиво, — говорит Сан уверенно, подмигивая самому себе в зеркале.       — Пф, самовлюбленный какой, — появляется Уён внезапно, отчего тот слегка подпрыгивает на месте.       Уёну идет любая одежда. Ну правда, в любой одежде, будь это пижама, домашняя растянутая футболка или свитер на размер больше, он всегда выглядит уютно и красиво. Да и сам он красотой не обделен, признаться честно, очень симпатичный и весьма привлекательный. Сейчас на нём серые джинсы до колен и тонкая белая рубашка, заправленная под поясом.       — Красиво выглядишь, — не удерживается Сан от комментария. — Я чувствую себя простым рядом с тобой. Ну ничего, зато буду гордо ходить.       — Ты очень много болтаешь, знаешь? — закатив глаза, Уён ищет свои солнцезащитные очки, всё чаще ловя взгляды спиной. — Ты будешь вызывать такси?       — Не-а, — качает головой Сан, ухмыляясь.       — Что? Пешком пойдем? — усмехается Уён недовольно.       — Нет, на автобусе, и это не обсуждается. ***       Яркое и солнечное лето Лас-Вегаса, с бескрайним синим небом над головой и поющими птицами, летающими на высоте, радовало глаза. Богатый район, где живет Уён, с большими частными коттеджами и домами, был одним из знаменитых в городе. Просторная и аккуратная дорога с зелеными велодорожками рядом. Тротуар не узкий, чтобы людям было легко передвигаться. Никаких лишних проводов и какого-либо мусора, разбросанного людьми. Несмотря на жаркую погоду, которая даже зимой превышает шестидесяти градусов по фаренгейту, город зеленый, с высокими деревьями и густой травой.       Остановка находится в нескольких метрах от дома. Сан был непреклонен в своем решении и уверенно вёл Уёна за собой, увлеченно говоря о погоде. Погода стояла отличная, Уён радуется, что солнце не бьет так сильно и скрывается за редкими облаками.       Велодорожка уходит с обочины дороги за остановку, чтобы велосипедисты не мешали пассажирам. На большой электронной доске показывают список автобусов и планировку их маршрута. Сан несколько секунд смотрит на неё и сразу же находит нужный автобус. Уён в то время стоит позади него, с интересом осматривая цветы в горшке, над которыми порхают бабочки.       — Следующий автобус через семь минут, давай посидим, — робко предлагает Сан, сев на скамейку и похлопав на место возле себя, призывая Уёна.       — Надеюсь в автобусах не будет душно, — говорит тот, опускаясь рядом.       — Не будет, — уверяет Сан с улыбкой. — Это мой транспорт, тем более ваша улица в конце города, а не в центре. Успокойся и доверься мне.       — Хорошо, не буду вредничать, — соглашается Уён, теперь же больше внимания уделяя домам, окружающим их.       — Ох, чуть не забыл, я быстро куплю нам билеты, — Сан уходит в сторону небольшого аппарата для продажи билетов, спрятанного под навесом в углу остановки.       После посадки с самолета Уён чувствовал себя плохо, потому и всю дорогу до дома лежал на заднем сидении машины, закрыв глаза. В то время его укачивало, к тому же была аномальная жара, несмотря на то, что весна только началась. Нелегко было привыкать к такой высокой температуре, в Корее было более прохладно и влажно, а тут, в Вегасе, словно воздуха не хватало.       Но сейчас так не кажется. Может, он успел привыкнуть к сухой погоде запада. Город и правда очень уютный, несмотря на высокую температуру. Намного отличается от Кореи своим беспечным стилем жизни. Редкие люди, одетые в самые разные одежды, нет стандарта красоты, ни правил, ни границ. В Сеуле у них всегда были тесные улицы, бардак на дорогах из-за бесчисленных людей и машин, большие здания с разными рекламными роликами. Но Уён пока не увидел сам город Лас-Вегас, поэтому пока особо не уверен в своих словах.       Пока автобус едет, они с Саном продолжают бросать друг в друга шпильки взаимных подколок, явно получая от этого удовольствие и устраивая споры, какой транспорт всё же лучше, но это выглядит настолько безобидно и легко, что оба с легкостью смеются вместе.       — О, вот, наш автобус подъезжает, — Сан спешно встает с место. — Я оплачу за нас двоих, у тебя все равно нет билета.       Большой синий автобус длиной семь метров останавливается прямо перед ними и парни запрыгивают на него. Пока Сан платит, с улыбкой говоря что-то водителю, Уён выбирает место. Правда автобус почти пустой, всего пару сидений занято, поэтому он мог выбрать любое место по своему желанию. Выбирает предпоследнее, где солнце не светит, и садится ближе к окну. Кондиционер работает отлично, в автобусе прохладно, отчего сразу же кожа, нагревшаяся под солнцем, покрывается острыми мурашками. Но в целом отлично. Сидения мягкие, удобные, прямо под рукой находится кнопка, чтобы уведомить водителя о своей остановке.       Сан, закончив с билетами, подходит к нему, садясь рядом.       — После нескольких остановок пересядем на метро, так легче добраться. Ненавижу дорожные пробки, а они тут на каждом повороте, — говорит Сан. — Хотя сейчас дневное время, вряд ли будет так. Ну зато увидишь нашу огромную, главную станцию метро.       — Даже красивее, чем наша в Сеуле? — заинтригованно спрашивает Уён. — Ты и без меня наверное знаешь, какие там красивые рисунки в некоторых вагонах.       — Ну тут уж точно нет таких милых рисунков, — смеётся Сан. — Минимализм и комфорт. Не режет глаза зато.       — Какой ты предатель, — цокает Уён игриво. — Прожив здесь всего ничего уже успел забыть свою родину, что даже считаешь чужую страну лучше своей.       — Поверь, ты тоже так будешь считать, если увидишь жизнь Лас-Вегаса во всей красе. Это город возможностей, Уён-а.       Город правда славился как краткий путь к богатству, в шутку некоторые люди говорили, что в Вегасе легче всего встретить любовь и быстро пожениться. Тут ты можешь не ограничивать себя ни в чем, все двери открыты перед тобой, от тебя нужно лишь желание.       Помимо активной богатой жизни и молодёжных организации тут можно по настоящему отдохнуть и расслабиться. Много где погулять и что посетить, посмотреть. Музеи мирового уровня, для Уёна, любящего искусство, хорошее место развиваться и узнавать новое для себя. Сан уже в голове составляет список достопримечательностей, которые они могли бы посетить в ближайшее время.       Когда частные дома сменяются большими апартаментами, глаза Уёна оживляются. Сан наблюдает за ним, замечая, как он с каждым зданием становится всё более любопытным, разглядывая каждого с интересом и изумлением. Тут правда очень красивые здания, высокие и разные, а на центральных улицах города ещё лучше. Сан вспоминает себя, когда рядом с Сонхва он сидел также, удивленно раскрыв рот и спрашивая обо всем, пытаясь как можно больше узнать о новом городе.       После автобуса Сан ведет его к станции метро, чтобы быстрее добраться до магазина искусств и живописи. В пути они покупают билеты, на этот раз Сан заставляет Уёна заниматься этим, а сам в стороне подсказывает, на что нажимать. Быстро справляясь с ними, они вместе входят в зал ожидания. Большая станция в классическом стиле, на стене висят огромные часы, и рядом с ними табло, указывающее где и когда остановится метро. Белые стены, мраморный пол, хорошее освещение, и очень много людей. Удобные сиденья в зале ожидания, а главное тишина, несмотря на количество людей.       — Чувствую, в метро не будет так комфортно, как в автобусе, — говорит Уён задумчиво. — Смотри только, сколько тут людей ждут.       — Не волнуйся, — смеётся Сан. — Не будь таким социофобом, Уён-а.       — Не социофоб я, — огрызается в ответ Уён. — Просто не люблю давки.       — Ничего страшного, я найду тебе место, где сесть, я в этом очень хорош, — уверяет Сан с улыбкой и Уёну ничего остаётся, кроме как согласиться.       Уёну правда очень сильно понравился город. Он увидел такие странные, но в то же время очень удивительные здания, что начал думать, как люди могли построить такое. Не то чтобы в Корее не было высоких зданий, нет, там как раз-таки их очень много, но тут архитекторы постарались хорошенько, делая уникальные и непохожие друг на друга апартаменты.       А ещё милые и довольно ухоженные растения и деревья. Тут всё ради удобства жителей, везде опрятно и уютно. Не чувствуешь пристальные взгляды, никто не мешает тебе наслаждаться жизнью, хоть кричи о своих эмоциях.       На метро они правда быстро добрались. В вагоне не было тесно, к счастью, но Сану пришлось уступить место одной престарелой женщине. За пятнадцать минут они оказались перед дверью небольшого супермаркета искусств.       Внутри всё было в винтажном стиле. На стенах висели копии знаменитых картин и плакатов известных американских групп давности. На витринах стояли разные принадлежности для создания искусства, начиная от карандашей и заканчивая красками, которые обычно находятся с трудом.       Продавец мило предлагает им корзину и отходит, чтобы не мешать их выбору, говоря, что они могут обращаться к ней в любое время, если понадобится помощь специалиста. Сан с интересом смотрит на Уёна, который тестирует и пробует смешивать цвета на каждой коробочке красок. Собственно, он сам ничего в этом не понимает, поэтому лишний раз не советует, давая Уёну самому волю.       Уён так серьезно относится к этому делу, что напрягается личико, он становится слишком серьезным и хмурится, умело пользуясь кисточкой в руке. Даже консультант открыто удивляется маленькому этюду обычного яблока, написанному Уёном за пару секунд, чтобы ясно понять, какая краска подойдёт лучше для натюрморта, вообще в целом для работы.       — Мне всё нравится, тут все краски хорошего качества, — говорит Уён, не зная, что выбрать. — Смотри, какие цвета точные и качественные.       — О, правда, — не может не согласиться Сан. — Какая больше всего понравилась?       — Вот эти три, — указывает Уён на краски, — Одна из них из древней серии, имеет стойкость и ярко выражает любой предмет, будь это обычная ваза или человек. А эти краски из новых серий, красиво мажутся и легко смещаются, и наносятся также приятно. Наверное... — Уён долго не думает и берет всё. — Я куплю их всех.       — Ого, я думал мы тут викторину будем строить и просить помощи у консультанта, чтобы он помог с выбором, — смеётся Сан, позволяя положить краски в корзину.       — В этом нет необходимости, — пожимает плечами Уён и идёт в другую сторону, где лежат всякие мелкие канцелярские товары.       Уён довольно быстро наполняет корзину, добавляя разноцветные карандаши, пастелью, белила в огромной упаковке, блокнотом для эскизов и скетчей, ещё малярным скотчем и мастикой для смешивания красок. Вскоре и деревянная палитра добавляется в список.       Довольный своими приобретениями, Уён выходит на улицу уже с улыбкой, с радостью смотря на красивый фирменный пакетик магазина. Сан догоняет его, выходя следом и кладет руку ему на плечи.       — Всё взял? Ничего не забыл?       — Нет, не забыл, я даже купил то, чего не было в списке, — говорит Уён в ответ, весело хмыкая.       — Как насчет немного погулять? — кивая в сторону маленького парка, предлагает Сан.       — Всё равно нечего делать дома, идём, — соглашается парень с лёгкостью, мягко улыбаясь.       Сегодня им реально повезло. Солнце продолжает прятаться за белыми облаками, дует легкий ветер, играя с прядками волос парней и лаская их лица. Если бы они не выходили из дома, чем бы они занимались? Ничем особенным. Продолжали бы издеваться друг над другом и лежали бы, пока не стемнело. Не то, чтобы Сану было скучно, но прогулка лучшая идея. Зато полезно, не так ли?       Их встречает небольшой фонтан со статуэткой ангелочка, играющего на скрипке. Парк, расположенный между большими жилыми комплексами, пустеет. На одной лавочке продавец в одежде клоуна дарит маленькому ребенку игрушку, а на скамейке рядом сидит пожилая пара, следя за внуком. Тишина. Очень приятная. То ли магия Уёна, то ли самовнушение, что с ним ему даже тишина приятна, Сан особо не понимает. Но атмосфера кажется иначе. Если рядом с друзьями молчание заставляло его скучать и он сам пытался начать разговор, то рядом с Уёном не было необходимости.       Парни вместе шагали по длинной плиточной дороге, не спеша, словно улитки, наслаждаясь свежим воздухом и компанией друг друга. Им хорошо вместе и никто из них не может отрицать этот факт.       — Я заметил, тут много видов деревьев, — замечает Уён, смотря на невысокие, особые виды пальм.       — Мы ехали на автобусе по дороге, с двух сторон от которой растут секвойи, видел? — подхватывает разговор Сан, касаясь лепестков цветов, растущих рядом.       — Да, конечно, — кивает головой он, — Ещё за окном моей комнаты можно заметить высокие сосны.       — Я ещё слышал, что в лесу можно встретить большие баобабы, но сам никогда не видел, — говорит Сан. — Никогда в жизни не встречал таких огромных деревьев. В Намхэ у нас много гор, соответственно, растет много видов растений.       — О, так ты из Намхэ? — удивляется Уён. — Я думал, что ты сеульский, у тебя акцент похож, да и много знаешь о нём.       — Родился и жил в Намхэ до средней школы, но после переехали в Сеул, просто потому, что родители хотели, чтобы я поступил в Сеульский университет и хорошо готовился к экзаменам в лучшей школе города.       — Почему не поступил?       — Не хватило мест, — вздыхает Сан.       — Ты мне говорил, что богатые были тебе помехой, имел в виду эту ситуацию? — спрашивает Уён осторожно, повернув голову к нему.       — Честно говоря, да, — неловко потирая шею, отвечает Сан. — Я усердно учился три года, родители изо всех сил постарались записать меня на курсы, чтобы я изучил как можно больше и подготовился. Мне правда удалось многого достичь, я преуспел и в учебе и в спорте, приносил сертификаты, дипломы, и в то же время первые места и золотые медали.       — По тебе видно, какой ты усердный, — серьезно говорит Уён. — Я не пытался хорошо учиться, у меня само собой получалось. Но большую часть своей жизни, я лишь изучал техники живописи. На школу мне было всё равно, потому что чтобы поступить в универ искусств, сдавали творческие экзамены. Остальные не имели смысла.       — Я не мог так, мои родители были настойчивы. А так у меня тоже была возможность подняться в спорте. Я и боксом занимался, и тхэквондо, но никогда в них не видел своего будущего. Для моих родителей высшее образование самое важное в жизни человека, — хмыкает Сан невесело.       — Мама тоже хотела, чтобы я изучал бизнес, но я не видел в этом необходимости.       — Меня с детства учили не упрекать старших, я был прилежным сыночком.       — Не похож на прилежного человека, — отшучивается Уён, пытаясь поднять настроение.       — Эй, ты точно младше меня, — уверенно говорит Сан, — Да и наглости у меня хватает для тебя.       — А что я младше-то, — взрывается Уён сразу же, обиженно хмурясь, — Ладно, мы знали что мы одногодки, какого ты месяца?       — А ты? — сразу же спрашивает Сан, усмехаясь.       — Эм... — останавливается Уён, прекрасно понимая, что ноябрь это почти в конце года, и вероятность, что Сан родился в декабре, мала. — В марте.       — Я легко различаю ложь от правды, особенно твою, — ухмыляется Сан, останавливаясь и упираясь ладонями по бокам. — Признайся, ну-ка.       — Нет, не буду, — возмущается Уён, неохотно останавливаясь рядом.       — Значит, младше, — приподнимает уголок губ Сан, приподнимая брови. — Может я тебе хён? Настолько ты младше?       — Пошёл ты, — закатывает глаза Уён, продолжая шагать.       Сан, смеясь, догоняет его, приобнимая одной рукой и прижимая к себе щекой, не давая отстраниться. Сан физически силён, поэтому сколько бы Уён не пытался, он не мог оттолкнуть его от себя.       — Назови меня хёном, давай же, — не унимается Сан.       — Нет, мы ровесники! — Уён кусает запястье Сана, заставляя того болезненно зашипеть и убрать руку. — Всё, отстань, зря я только начал эту тему.       — Уён-и, — ласково называет Сан, шире улыбаясь. — Тонсен мой.       — Сан, не заставляй меня материться, я человек искусства. Мне нужно быть вежливым.       — Разочек назови меня хёном, ну-ка, — продолжает дразниться Сан.       — Всё, я домой, — хмурится Уён обиженно.       — Да как ты собираешься избегать меня? Я же все равно пойду за тобой, знаешь же меня.       — Так ты отстанешь или нет?       — Хорошо-хорошо, — смеясь, сдается Сан. — Почему мы вдруг снова стали спорить. Начиналось же хорошо.       — Кто виноват-то, — цокает Уён, закатывая глаза.       — Так вот, — снова оживляется Сан. — Где я остановился? Так, я готовился к экзаменам больше трех лет. У меня были высокие шансы попасть в Сеульский университет, но... видимо деньги решили. Парень, который учился со мной, никогда не занимался учебой, только то курил, то пил, но поступил с легкостью.       — Жаль, — качает головой Чон, представляя разочарование Сана.       — Нисколько, — вдруг улыбается Сан. — Эта ситуация мотивировала меня. Я решил стараться ещё больше, и подал документы в США, спокойно прошел и поступил на грант. Пока они упорно учатся в Сеуле, я спокойно гуляю по Лас-Вегасу.       — Наверное, ты хвастался в соцсетях, и опубликовал фотки? — смеётся Уён, на что Сан активно кивает головой. — Кстати, на кого ты учишься? — интересуется тот.       — Я изучаю астрономию.       — Звучит интересно, молодец, — с легким удивлением говорит Уён. — Ты доказал этим ублюдкам свою силу.       — И тебе тоже, — подмигивает ему Сан с хитрой улыбкой.       — Началось, — Уён слегка ударил Сана по плечу, и отошёл, оставляя его одного.       Дальше они немного посидели вместе, любуясь зеленой лужайкой и бабочками, порхающими повсюду. Едят мороженое, смеются громко, говоря о всяком.       Уёну правда становится хорошо. Впервые за последние месяцы он вдыхает полной грудью и не может не радоваться такой прогулке. Это была хорошая идея – погулять по городу и полюбоваться чужой страной. Эмоции не описать словами, настолько здесь здорово живётся людям. Вокруг счастливые души, рядом бесячий, но в то же время сильно нужный ему Сан. Уён искренне улыбается миру.       Сегодня он очень счастлив.