𝐌𝐚𝐝𝐧𝐞𝐬𝐬

                                   Пятифанов Рома – на глухо отбитый пацан, без чувства сострадания и самосохранения. Безжалостный, наглый и непредсказуемый. Дикий зверь который вцепится не глядя и будет рвать, рвать не задумываясь. Это не его проблемы; это не ему разбили нос, это не его пырнули в плечо, это не у него выкинули портфель. Нет. Это сделал он.       Но он любит – ненормальной любовью, дикой, не человеческой – одного, того самого. Единственного и не заменимого.

Бяша его боится.

До усрачки боится.

      Пятифанов невменько, как Игорю кажется, с самого рождения. Прям с роддома. Он уверен – тот пырнул медсестру которая принимала роды, за то что та косо на него посмотрела.       Смешно от таких мыслей.       Они друзья детства. Лучшие, мать его, друзья с самых пелëнок. Они трахаются каждый день. Бурят этого не хочет – никогда не хотел – А Рома хочет, жаждет его плоти и крови.       Быть может, по отношению к Бяше, он нежен(в некоторых аспектах), но к остальным...       Антона не так давно выписали из больницы, у него перелом и сотрясение.       Рома провёл в обезьяннике пятнадцать суток.       Бурят тогда выдохнул с облегчением. Игорь его боится.       Таких чувст, каких от него требует Рома – он не испытывает, но успешно делает вид. Отдаёт себя ему «от» и «до» и боится. Боится что тот его раскроет и вот тогда, будет не сладко.       Ему тошно когда лучший друг нежно берёт его в туалете, ему мерзко когда он целует его, больно когда Рома клянётся ему в вечной любви. Это не то чего он хочет, это не то о чем мечтал. Ему, блять, нравятся девушки – но он боится Пятифана.       Один раз он предложил Роме расстаться. Летал как сраный веник по всему лесу. Больше не хочет.       Синяки на смуглой коже, держались с месяц точно. А тот так нежно сидел и обцеловывал каждый, а потом трахал. Сука. Это мерзко. Игорю не нравится, он этого не хочет.       Он хочет повернуть время вспять, когда Рома балдел от Полины. Когда мечтал о ней, когда хотел еë, когда дрочил на неë – не на него:       Тогда у них была куча друзей и знакомых. Они бухали как в последний раз, ходили на попойки и дискотеки и Бяше, тогда, хотелось жить. Сейчас – Пятифан не пускает его н-и-к-у-д-а: Не разрешает гулять с друзьями, бьёт морды каждому, кто касается его больше трёх секунд. А потом, снова трахает. Гораздо грубее - как будто бурят в чем то виноват. Как будто желание жить нормальной жизнью - это плохо, ненормально, порочно.       В школу они ходят вместе. Гуляют только вдвоём. Часто ночуют друг у друга, наедине, что бы не мешали вдалбливать податливое тело в матрас. Игорь чувствует себя грязным. Блять. В магазин ходят вместе. Созваниваются, если нет возможности встретиться, каждые пол часа. Они всё делают вместе – будто приклеенные – как сраные, сиамские близнецы. Всегда вместе – до самого конца.       

***

            – Ром..нгх – полу стон, полу всхлип – Ром, пожа-ах-луйста...– глухой стон, нежный поцелуй между лапаток, беглая дорожка до таза, укус на косточке. Толчок. – Рома!       – Не отпущу.. – тихий рык – Никогда.       И в этот раз, бурят точно заплакал.       Он любит – ненормальной любовью, дикой, не человеческой – одного, того самого. Единственного и не заменимого.

Бяша его боится.

До усрачки боится.