Последний корруниец: Пустоголовые.

– Вот так и сформировался первый состав королевского двора. Так началась долгая подготовка к войне, горнило которой сожрало десятки, а то и сотни тысяч жизней.. – Рон посмотрел на внучку, пытаясь как можно быстрее переключиться с рассказа о прошлом к жизни нынешней.   – А Ла-Аэра, твой кумир? Она же выжила? Шла к тебе? Или не дошла? Или не присоединилась? – Рачолла нервно грызла указательный палец, разрушая аккуратный маникюр.   –Ла-Аэра…впервые я встретил ее спустя почти тридцать лет с того момента, о котором я тебе сейчас рассказал. К тому времени я уже много повидал. Жизнь выбила из меня спесь…   Диана сидела молча, ее взгляд с какой-то неприязнью, или задумчивостью бесцельно метался по столу, не задерживаясь на чем-то определенном.   – Знаешь, Рон…в общем, зря я на Рейчел так. Это твое право. Может в этом мире у тебя что-то выйдет.   – Ну, раз родная дочь мне разрешает…   – Я серьезно. Просто Рейчел…молодая же совсем. Ветер в голове. – Диана предприняла неловкую попытку улыбнуться.   – Если я найду себе бабульку лет восьмидесяти, ты будешь спокойна? -Рон посмотрел на внучку, которая с придыханием следила за каждым словом родственников. Это грело душу. Ведь Рачолла выросла такой, какой бы Рон мечтал вырастить дочь. И его заслуги в этом гораздо больше, чем Дианы и Джереми.   –Нет…не легче…просто…ты же знаешь: я волнуюсь. И весь Бесомот, наверно, сейчас волнуется, строя догадки о твоих любовных приключениях.   – А ты не думала, что мне и нужна молодая, с ветром в голове? Может, я хочу просто любить. Наивно и по-детски, полностью отдать себя этим чувствам, перестав быть Роном Коррунийским. Хочу стать простым мальчишкой, который видит кровь и смерть только по телевизору, который несет ответственность лишь за себя и свою девушку, а не за огромную империю.   Губы Дианы разомкнулись, но вместо слов их покинул еле слышный ох. Она опустила задумчивый взгляд, выпуская через нос продолжительную струю воздуха. Она не стала отвечать, лишь понимающе закивала.   – И вообще, у меня по плану сегодня знакомство с родителями Рейчел! Так что, не портите мне настроение! Это важный и ответственный шаг.   – Как я понимаю, раздробленная голова из пророчества Мирабель,это не про тебя? Ведь ты тут и живой? – наконец заговорила Рачолла.   –Не так быстро, девочка моя. В следующий раз.   На этом разговор закончился. Проводив дочь и внучку Рон пошел немного поработать, сбить неприятные воспоминания. И помогла в этом Рейчел. Названивала весь день с причиной и без. Просто делилась произошедшим на учебе и очень нервничала не только из-за встречи с родителями, но и по причине похода к врачу. Даже пыталась отмазаться, мол сейчас ничего не болит и значит все хорошо. Но, Рон был непреклонен и настойчив. Уж слишком часто болит живот. Да и тошнота с температурой явно не предвещали хорошего. Вообще странно, что будущий врач так легкомысленно относится к своему здоровью.   Ближе к вечеру Рон пошел приводить себя в порядок. Помыться после работы и подобрать нормальную одежду. С чем и возникли трудности. Покупкой вещей он не очень себя утруждал. Было пару штанов, да пару толстовок, самой младшей из которых, наверно, года полтора. Рейчел не единожды предлагала прибарахлиться вещичками, и была готова устроить обширную экскурсию по магазинам, но, Рон не любил общественные места и считал, что покупка одежды не является достаточной причиной, чтобы переступать через себя. Тем более, походы куда-то становились все реже. Они прекрасно проводили время дома. Вдвоем. А значит красиво одеваться не обязательно.   Вскоре вернулась и любимая. С результатами обследования. Причиной плохого самочувствия оказался обострившийся гастрит. Даже Рон, не разбирающийся в медицине, а особенно в строении организма землян, посчитал диагноз неверным. Но, кто он такой, чтобы спорить со светилами врачебного дела?   Следующие несколько часа полтора прошли в сборах. Рейчел долго мылась, потом столь же долго сушилась и наводила красоту так, будто не к своим же родителям едет, а на свидание собирается. Но, даже не это заставляло нервничать. Почти целый день Рон не пил. Навскидку не удастся вспомнить, когда последний раз целый день обходился без приговоренной бутылки алкоголя. И Рейчел видела стенания любимого. Сначала даже обиделась, назвав алкоголиком. И сказанное не походило на шутку. Однако, уже через некоторое время вновь заулыбалась и обещала, что у родителей ждет богатый стол и ее папа нальет рюмочку-другую. А после, когда они вернуться домой, Рейчел даже сама выпьет с ним, за просмотром какой-нибудь киношки.   Вообще, чем ближе подбиралось время отъезда - тем счастливей становилась девушка. Закончив собираться сама начала прилизывать Рона. Даже бородку расчесала.    Уже по дороге пришлось заехать в магазин, дабы купить маме цветы а папе…бутылку хорошего алкоголя. Лишь высадившись из такси Рон с ужасом понял: он не знает даже имен. И теперь боялся в этом признаться. Уповать на то, что родители сами назовутся? Опасно. Спрашивать у Рейчел-стыдно. И Рон нашел способ.   – Знаешь, в Швеции или где-то там, вроде, фамилии раньше давали по имени отца. То есть, ставили имя отца и добавляли “Сен”, что означает сын. У тебя была бы фамилия сейчас…– Рон зачесал голову, изображая задумчивость. –...не могу склонить.   Рейчел удивленно посмотрела на него, оказавшись застигнутой врасплох странным разговором, но лишь не надолго. Через секунду она остановилась на лестнице и задумалась сама.   – Да и у нас также было. Ты историю в школе учил вообще? Я бы была Торборгсен, наверно? – Рон опростоволосился, конечно. Учитывая то, что у Рейчел фамилия Йоргенсен   Так, отца зовут Торборг. Одна часть головоломки решена. Вторую половину можно решить тем же путем.    – Интересно, а если бы фамилии давали по имени матери…то ты бы была…не могу склонить…   – Я девушка, между прочим…а так… Анет…сен…ой, да что тебя куда понесло? Соберись уже. Папа у меня строгий. – начальственно прошипела Рейчел и схватила Рона под руку.   – Нервничаю просто.   Неизвестно, поняла ли Рейчел смысл этой глупой игры, но виду не подала. Уже стоя у двери она поправила Рону растрепавшуюся челку. Сунув руки под подол пальтишка она одернула платье, затем улыбчиво посмотрела на Рона.   – Готов?    – Нет. – он замотал головой.   Вопрос был скорее риторическим и девушка тут же распахнула дверь, прокричав:   – Мам, пап, мы пришли!   Почти сразу из комнаты напротив двери показался мужчина. Внешний вид Торборга слегка огорошил. Низенький мужчина, ниже даже Рейчел, но, при этом почти квадратный. С подтянутой фигурой, что подчеркивала прилегающая белая футболка, широкими плечами и невинными, квадратными очками на носу. – Здравствуйте. – даже для самого Рона его голос прозвучал растерянно.    Просто непонятно как вести себя с ним. Естественно не мог по понятным причинам. Переборщить с самоуверенностью не хотелось, как и с излишней услужливостью.   Мужчина подошел и получив от доченьки приветственный поцелуй протянул руку. Опустив голову он внимательно выглядывал из под очков.   Рукопожатие оказалась крепким, прям мужским. Даже костяшки затрещали. Торборг обозначил себя как сильного мужчину, и теперь следил за реакцией.   Рон продолжал невинно улыбаться, строя из себя юношу.   – Рад наконец с Вами познакомиться.   Напряженную обстановку разбавила вышедшая Анет. Женщина тоже оказалась почти квадратной. Только не по причине регулярного посещения спортзала. Время и жизнь оставили на ней заметную жировую прослойку. Но, больше удивляло то, что и она была ниже Рейчел. Хотя, в возлюбленной Рона метр семьдесят от силы, она возвышалась над своими родителями почти на пол головы. И в кого она такая? Даже закралась глупая мысль: а не отчим ли ей Торборг? Но, спрашивать это было бы крайне неприлично. Да и вообще, накатывала нервозность, которая и рождала в голове такие вопросы.   – Здравствуйте, Анет! – Рон наконец по законной причине смог сбежать от въдливого взгляда Торборга и протянул женщине букет.   Приняв подарок она долго изучала радугу цветов, и половины названия которых Рон не знал. Затем подняла их к носу и вдохнула аромат.   – Ой, спасибо…Рейчел, пойдем поможешь, а мужчины пусть пока в комнату идут.   Рон помог девушке раздеться и повесил пальто на вешалку, нарочно затягивая время, отсрочивая тот момент, когда придется остаться один на один с мужчиной, взгляд которого явно не пылал симпатией. Но, вечно вешать пальто не возможно, и Рону пришлось обратить свое внимание на отца Рейчел. Вместе они направились в гостинную.   Вообще, квартирка оказалась, хоть и небольшой, но весьма уютной. Кругом стояли разнообразные шкафчики, от мала до велика, вазочки, комнатные цветы. На стенах висели картины и иконы. Рейчел из глубоко верующей семьи. В основном это касается отца.   Как и в любом доме или квартире, в которой долгое время живет одна и та же семья, тут присутствовал свой, ни с чем не схожий запах. Запах четы Йоргинсен. С ним не справлялся даже запах еды, коей накрыли большой стол на восемь персон, посреди гостинной. Анет серьезно подошла к приходу гостей. Наготовила столько, сколько им, вчетвером, и за несколько дней не съесть. Там и утка, и салаты, и множество бутербродов, от простеньких, мясных до замысловатых овощных, которые выглядели так, будто на хлеб намазали салат.   Торборг даже пытался заводить беседы, непринужденные, на отвлеченные темы. Но, все усилия уничтожались его пристальным, изучающим взглядом, от которого невозможно скрыться. Происходящие неминуемо взращивало тревогу, которая не могла не отразиться на лице.   – Нервничаешь? Расслабься. – Торборг уперся локтями в стол и сложил ладони в замок. Затем недвусмысленно кивнул на стоящий на столе графин с неизвестным, розоватым содержимым. – Выпьем?   Выпивка сейчас, как говориться, то, что доктор прописал. Рон утвердительно кивнул, поднимая со стола стакан и протягивая Торборгу.   – Из стакана не советую. Рюмку давай.   Похоже крепкий напиток. Не налакался бы этот дядька. Если он трезвый такой подозрительный, то что с ним сделает алкоголь и представить сложно.   – Я вот о чем поговорить хотел, пока дамы готовить заканчивают…не поспешили ли вы? Она учится еще. Работать не может. – он налил рюмку до краев и протянул Рону, после чего налил и себе.   – Не вижу в этом проблемы. - Рон принюхался. Пахло спиртом. Видимо какая-то самодельная настойка.   – Я ей, конечно, буду давать денег…но девчонка она избалованная, привыкшая жить на широкую ногу. – он вытянул руку, предлагая чокнуться и слегка привстал.   Привстал и Рон, отвечая тем же. Мужчины синхронно выпили. Лицо Торборга перекосило горечь. Задрав очки на лоб он занюхал обратной стороной ладони и тут же схватил бутерброд со шпротами. Рон же не ощутил такой уж прямо горечи. Лишь горло защипало от добавленного в алкоголь перца.   – Не нужно. Предложив ей съехаться я представлял что меня ждет. Я в состоянии содержать вашу дочь.   О какой избалованности говорил Торборг? Рон не заметил ничего подобного. Денег она не просит. Что-то купить, просто себе для удовольствия, тоже. Лишь иногда весьма толсто намекает, что не отказалась бы от пиццы, или других вредных вкусностей.   Тут пришли и дамы. Руки обеих обременяли по закрытой кастрюле. Что внутри понять невозможно, но, Рон пришел к выводу, что нужно ограничивать себя в еде. Ибо получится очень некрасиво, если его начнет тошнить от переедания. Нежелание попробовать все, старательно приготовленные Анет блюда тоже может огорчить хозяйку. Но, расстроит куда меньше блюющего в туалете Рона.   Все расселись по местам и не спеша предавались чревоугодию, попутно разговаривая. Рон же, в большей степени молчал, пытаясь не привлекать к себе внимания. Но, Торборг продолжал сверлить взглядом.   – А ты где работаешь, кстати? – заговорил отец.   – Я ж говорила, пап. Он кузнец и у него свое дело. – Рейчел заметила странный интерес папы и некую растерянность возлюбленного и теперь пыталась разрядить обстановку своим милым голосом.   – И как доходы? Хватит на содержание семьи?   – Пап! – недовольно воскликнула Рейчел.   – Милый…это их личное дело… – Анет положила руку на плечо мужа, пытаясь успокоить.   – Я должен знать кому отдаю свою дочь! – внезапно Торборг начал злиться. Глаза выпучились а рука с силой сжала вилку. – У него и тату еще, сидевший?   Опрометчиво было приходить в гости в футболке, не прикрыв татуировку на плече. С местами не столь отдаленными она связи не имела. Просто инициалы верного друга. из своего мира. Для землян эти буквы просто каракули, обрамленные колючим плющом. Наверно поэтому Рон и не стремился прятать рисунок.   – Я достаточно зарабатываю чтобы обеспечить свою семью. И я не сидевший.   – Вообще, мне немного противно от того, что она переезжает к тебе не вступив в брак. Это неугодно Богу!   Интересно, он со всеми парнями дочери так общается? Рейчел же, вроде, с Крисом съезжаться собиралась. Рон чуть было не ляпнул это вслух, но сумел проглотить слова.   – Милый, ну хватит. Рейчел, лучше расскажи как начались ваши отношения? – Анет придвинулась к мужу, душа завладевшую им злость любящими объятиями.   Рейчел охотно подхватила эту тему. Колено Рона ощутило мягкое поглаживание.   – Ой, это было чудесно. Помню как увидела Рона первый раз. Он Аслог с универа встречать пришел. У меня сердечко тогда екнуло. Но, я тогда с Крисом встречалась, поэтому даже заговорить боялась…   – А мне ведь Крис нравился. Подонок оказался, как и твоя подруженька. – перебил Торборг. Но, злость в его глазах начинала рассасываться. Виной тому тесный контакт с женой или же просто осознал как неприлично себя ведет…   – Она падка на мужчин. Особенно на красивых…я давно перестал винить ее в этом. Так вот…а встречаться с Роном я начала спустя некоторое время. Я плакалась ему в соц. сетях про предательство Криса, а он просто взял и пригласил меня в кафешку. С того момента мы и встречаемся.   Одной тайной меньше. Рон не знал с какого момента начинать отсчет их отношениям. Оказывается, для Рейчел он был парнем задолго до того, как сам Рон начал относиться к их отношениям как к более чем дружеским. И ведь прошел целый месяц с тех посиделок в кафешке до их первого поцелуя в щечку.   – Прости, что я так вспылил…просто я был немного другого мнения о своей дочери. Надеялся, что она найдет одного мужчину и на всю жизнь – Торборг вскинул руку, предлагая сгладить неуместный конфликт очередной дозой алкоголя.   И Рон молча ответил таким же жестом. Он понимал переживания Торборга. Так как сам отец, и будь его воля отгонял бы всех мужиков от Дианы. Но, дети растут. И почти всегда не такими, каким бы хотелось родителям. Наступает момент, когда нужно принять, осознать, что ты сделал все для своего ребенка и просто отпустить, дать возможность самому творить свою судьбу. На словах всегда проще, чем на деле. И Рон тому яркий пример. Да и Торборг такой же. Лишь Анет, похоже, приняла взгляды на жизнь дочери. Даже несмотря на набожность всего семейства.   Больше к неприятным темам не возвращались. Ожидаемо родители начали рассказывать про детство своей дочурки. Воспоминаниями упивался даже лишившийся и намека на злость, отец. Щекотливые подробности детства вгоняли Рейчел в краску и она не единожды просила закончить. Но, маму и папу это забавляло. Даже Рон заслушался. Словам предпочитал внимательное молчание. Правда отсидеться не получилось. Начались расспросы про его детство и родителей. В ход пошла печальная, но но выдуманная история, в которой Рон давно продумал каждую мелочь. история о погибших родителях Это помогло избежать неудобных вопросов. Однако лишь в том, что касается семьи. Торборг интересовался образованием Рона. Пришлось открыто заявить, что его просто нет. Забота о сестрах забирала все время, не оставляя возможности учиться.   Во время всего ужина не покидало ощущение опасности. Нельзя чтобы о самом существовании Рона знали так много людей. Легенда может рухнуть. В любой, даже самой тщательно продуманной истории, непременно найдется брешь, что превратится в опасный разрыв и может привести к нарушению договора с местными богами. Тогда придется худо. Рон успокаивал себя тем, что риск стоит того, чтобы быть рядом с Рейчел. Хоть сколько-нибудь, до возвращения домой.   Несмотря на тяжелое начало знакомства к концу посиделок Рон смог произвести впечатление на родителей. По крайней мере именно так он трактовал предложение переночевать у них. Время уже позднее. Дорога до дома займет немало времени. Да и Рейчел уж слишком долго подготавливается ко сну. С учетом этого лечь спать выйдет только заполночь. А ей завтра на учебу. Так что переночевать тут казалось неплохой идеей.   Проводив Рона в комнату, Рейчел ушла мыться. Он бы с удовольствием составил ей компанию, однако богобоязненный отец не оценит сей поступок.   В ожидании любимой Рон осматривал ее комнату. Типичная девчачья. Кругом расставлены мягкие игрушки, на стенах висят плакаты с знаменитостями. Судя по потрепанному видку, это кумиры из раннего детства.    На столе в углу располагался компьютер. Не только место, где Рейчел занималась уроками, но и там же наводила красоту. Под овальным зеркалом в темной, деревянной раме, лежали остатки косметики, которую Рейчел не забрала к Рону при переезде. Но, больше всего привлекала стенка. За полупрозрачными стеклами стояли кубки, грамоты и медали. Рон потратил много времени изучая их. Таланты девушки многогранны. Грамоты оказались не только за хорошую учебу, но и за участия в соревнованиях. Призовые места на олимпиадах по химии и биологии, награды за участия в соревнованиях по волейболу.   Помимо всего прочего на полке оказался и альбом. Раздевшись, Рон лег в кровать, начав рассматривать фотографии. В толстой книженции запечатлена вся жизнь девушки. Первая фотография оказалась из роддома. Передернуло Рона когда он добрался до фотографий из детского сада. Он сразу узнал и сам сад и воспитательницу. Рачолла ходила в соседнюю группу. И судя по дате на фотографии внучка поступила туда за год до того как Рейчел этот сад покинула.   Это подумать только. Учитывая близость их групп, Рон и Рейчел наверняка встречались.  Родители Рачоллы были заняты работой и дедушка почти каждый день забирал ее. Рон тогда и представить не мог, что через много лет, когда вырастет, одна из тех маленьких сопливых девчонок  поселится в его сердце. Переедет к нему домой и любовь к ней заставит рисковать многим, даже собственной жизнью.    Дверь раскрылась и в комнату зашла Рейчел, закутанная в полотенце. Одна рука держала ночнушку, явно не соответствующую формам девушки, а другая сжимала трусики.   – Лег уже? Отвернись пожалуйста, я оденусь.   Привычный ритуал. Она, как и всегда, не стремилась без необходимости являться обнаженной, даже перед любимым мужчиной.   – А в ванне чего не переоделась? – Рон отвернулся, уставившись в подлокотник кровати.   – Не рассчитывала я тут ночевать. Белье я постирала а все чистое у тебя. Вот взяла у мамы ночнушку, чтоб голой не спать.   – Знаешь, я бы не расстроился, если бы ты спала голой.   Послышались шаги. Переодевшись, Рейчел подошла к батарее и повесила туда мокрое нижнее белье   – Нет! Сегодня без сладкого. Тут стены тонкие. Папу инфаркт хватит, если он услышит.   Рон раздосадованно цокнул. Отвык он уже засыпать не выплеснув мужскую энергию. Несмотря на строгость и уверенность заявления Рон намеревался попытать удачу.   – Иди ко мне моя прилежная католичка. – он откинул одеяло, приглашая любимую в объятья.   Девушка хихикнула.   – Так и есть, между прочим. До универа мы с родителями каждую неделю в церковь ходили. – Повесив белье она выключила свет и легла, придвинувшись к Рону так близко, что их носы коснулись друг друга.   Близость желанного, отдающего свежестью тела будоражила каждую фибру души, подталкивая к удовлетворению низменных потребностей. Рон нежно положил руку на затылок Рейчел и притянув к себе отдался сладкому поцелую. Она безропотно ответила тем же, но, резко дернулась, когда рука Рона миновала подол ночнушки, остановившись на голой попе.   – Рон, ну стены тонкие… – виновато сказала она заглядывая в глаза.   Существует один безотказный способ. Рейчел без ума от оральных ласк и не откажется от этого даже из-за тонких стен. А после, когда старания Рона разгорячат ее, она сама набросится требуя продолжения. Но, в этот раз он не хотел идти наперекор любимой.   – Завтра утром, родители уедут и сходим вместе в душик, хорошо? – она снова придвинулась. Теперь еще ближе. Уткнувшись лбом в лоб Рона он перебирала, будто просеивала взлохмаченную шевелюру своего парня.   На прикроватной тумбочке зажужжал телефон. Рейчел лениво протянула к нему руку и вернулась в прежнее положение. Пришло сообщение от Аслог. Фотография, на которой она целует обнаженный торс Криса. Подпись гласила: “Мы не спим. А вы?”   – Вот что ей все надо? – не выдержал Рон.   – Иди ко мне. –Рейчел взяла Рона за подбородок и поцеловала. В ту же секунду ослепила вспышка от камеры телефона. Под фотографией появилась подпись: “ И мы не спим”   – Это еще что…она не так давно мне присылала хозяйство Криса, со словами: “ Скучаешь по нему? Если хочешь присоединяйся.”   Это переходило все границы. И почему она сказала об этом только сейчас?   – Я ему по голове настучу!   – Не надо. Они оба…курят, в общем. И иногда ведут себя вот так. Я сказала им, что еще один пошлый намек и Аслог полетит в игнор. А Крис вообще сам по себе такой. когда мы встречались частенько присылал мне пикантные фото…прошу, не злись. Я папу еле успокоила, когда мы с этим козлом расстались…теперь и тебя еще надо?   – Он моей девушке член присылает! Как я могу успокоиться? – с шепота голос срывался на крик. Рейчел его и только его. И Рон готов оторвать голову любому, кто даже просто помыслит неприличное о его любимой.   – Все. Давай не будем. – пытаясь успокоить негодующего Рона она взяла его за руку и положила ладонь себе на попу. Будто соску малышу дала, чтобы тот не кричал.   Рон закрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. Его снова несет. И ладно бы просто разбить лицо этому подонку. На этом Рон не остановится и, наверняка, скоро где-нибудь, в придорожной канаве, найдут обезглавленный труп бармена. Допустить этого никак нельзя.   – Ко-о-оть! Посмотри на меня. У тебя глаза такие красивые, особенно в темноте. Будто светятся.   Щека ощутила легкое прикосновение. Рейчел поглаживала большим пальцем, пытаясь поменять неприятную тему разговора. И это помогало унять просыпающуюся злость.   – И не обижайся на папу…он просто заботится обо мне. Хочет для меня нормальной семьи.   Нежность окончательно загнала коррунийца в далекие уголки подсознания. Рон даже улыбнулся, наблюдая как влюбленный взгляд девушки медленно следует по всему его лицу. Изучает, будто бы наслаждается.   – Наверно рано еще об этом говорить…но…мне тоже интересно: как ты видишь наше будущее?   Вопрос выбил почву из под ног. Стало понятно к чему идет разговор и чем он закончится. Рон попытался закосить под дурака, надеясь, что предположения не оправдаются.   – Ты о чем?   – О нас с тобой…да, сейчас наверно рано об этом думать, но мне не дает покоя мысль. Насколько у нас все серьезно? Когда я закончу учебу сбудутся ли папины надежды? Появится ли у меня полноценная семья?   Это все же случилось. Вопрос был задан немного раньше, чем ожидалось. Но, Рон не может жениться. Не может заводить детей. Причину этого так же запрещено оглашать. И что бы он сейчас не сказал, какое бы оправдание не придумал это неизбежно заденет любимую. И он решил действовать прямо и уверенно.   – Ежонок, послушай, не перебивай. Клянусь, я безумно люблю тебя и мечтаю провести с тобой всю жизнь. Но, есть вещи над которыми я не властен. Я не могу жениться ни на тебе, ни на ком-то еще. – он готовился к буре. Ожидал истерики и бесконечных вопросов. Выплеска эмоций, и, возможно, даже ненависти в свою сторону. Но, раздалось лишь единственное слово, произнесенное шепотом:   – Почему?   Мысли в голове разбрелись по разным уголкам сознания, потребовалось несколько секунд, чтобы принять удивительное спокойствие и сконструировать ответ.   – Я никогда тебя ни о чем не просил. Но…теперь попрошу: не задавайся подобными вопросами. Ответы на них могут разлучить нас, или даже хуже. Давай не будем оглядываться на мое прошлое и не задумываться о будущем… будем жить настоящим. Просто любить, здесь и сейчас.   Она закрыла глаза и прижалась щекой к его щеке.   – Значит дело в прошлом? Я давно заметила, что ты совсем не такой, каким пытаешься казаться. Но, не переживай. Я не буду совать нос в твои дела, если ты этого не хочешь. Буду лишь молиться, чтобы с тобой было все хорошо и мы всегда, всегда были вместе…даже без брака, но рядом.   Такое понимание ошарашило больше, чем вопрос о замужестве. Ведь не начала расспрашивать и истерить, обвинять в чем-то. Лишь приняла и поверила в размытый ответ. Но, вместе с тем и пугало, заставляло сердце сжаться. Действительно любит. Не просто на словах. Рейчел правда любит и готова на многое ради того, чтобы просто быть с ним. И Рон рано или поздно предаст эти святые чувства. Просто уйдет, бросит, пропадет из ее жизни не объяснив даже причину. Оставит влюбленное сердце страдать от незнания, от непонимания, от разбившихся чувств и преданного доверия. Такова судьба, с которой придется смириться. Таков путь его служения Инуэм и такова жертва, что придется принести во имя будущего Бесомота.   – И с чего ты взяла что я не такой? И какой не такой?   – Просто вижу. У тебя нет друзей и знакомых, ты живешь на окраине. И шрамы на тебе…я уверена, что не все из них от автомобильной аварии. Они все разного возраста. Когда ты о чем то задумываешься взгляд у тебя становится такой….я по телевизору видела интервью жертвы Холокоста. Даже в его глазах не было столько печали…   Весомые доводы, что не на шутку встревожили Рона. Насколько далеко она зашла в своих догадках?   – … еще я убирала тут дома. Наткнулась на документы. На бизнес твой. Он записан на Диану. А еще ты выносливый, Рон. Невероятно выносливый. Ты почти не спишь и при этом всегда бодрый. Будто приучен к такому.   – И что ты об этом думаешь? Что предполагаешь?   Она нетерпеливо схватила Рона за щеки и впилась в его губы жадным поцелуем.   – Я думаю…что ты секретный агент, или шпион. Наверно, тебе пришлось пройти через многое.Пьешь каждый день, будто топя воспоминания. Шрамы это отголоски пыток, что ты пережил. А еще ты иногда разговариваешь ночью. На непонятном языке, он похож на арабский…но, для меня это не важно. Я не буду лезть. Будь ты даже и иностранным шпионом…я просто хочу быть с тобой. Потому, что люблю.   Опасность таких наблюдений очевидна. И стоило бы немедля порвать отношения, чтобы не довести ситуацию до печального финала. Но, любил и он и даже думать не хотел о том, что однажды проснется с осознанием того, что не увидит больше Рейчел. Выход из этой ситуации подсказала она сама. Рон будет поддерживать эту легенду. Пусть она видит в нем иностранного шпиона.   – Заклинаю тебя: не лезь в это. Просто продолжай жить как жила до сегодняшнего дня. Я люблю тебя и буду с тобой столько, сколько отмерил нам Бог.   – Обещаю… – прошептала она и снова одарив дурманящим поцелуем закрыла глаза, касаясь пальцами обеих рук щек любимого. – Спокойной ночи, зай.   – Спокойной ночи, ежонок.   Закрыл глаза и он, но спать не собирался, отдавшись размышлениям. Самое страшное в случившимся то, что, оказывается, он разговаривает по ночам. Что говорит? Хорошо хоть на родном языке. Но, что мешает однажды заговорить на датском и Рейчел все поймет…   В терзаниях прошло много времени. Рейчел еще и в документах копалась. Ладно хоть про возраст не узнала. Или узнала,но скрыла?   В размышления ворвался тихий скрип, который еще через несколько секунд смешался с характерными постанываниями.    – Я же говорила стены тонкие. – насмешливо прошептала Рейчел.   – Только кому-то это не мешает… – поддержал игривые нотки и Рон.   – Спи давай, мой извращенец…   – Извращенец, алкоголик, да еще и с непонятным прошлым. Угораздило же тебя влюбиться в такого…   Вместо ответа она еще сильнее прижалась к любимому и несколько раз поцеловала бородатый подбородок.    Выходит, Рейчел тоже не спала. Думала, анализировала разговор. И к каким выводом привели ее размышления оставалось загадкой. Следует внимательней следить и за собой и за Рейчел. Но, сейчас пора спать…   Утро для Рона как всегда наступило рано. Если дома он просто вставал и шел готовить завтрак, то сейчас приходилось лежал, наблюдая за мирно спящей Рейчел. Не шевелился даже, боясь потревожить сладкий сон.   Скоро тишину нарушили голоса. Родители встали и сейчас собирались на работу. Тонкие стены давали возможность разобрать часть из их повседневных разговоров. Ничего интересного, но, хоть какое-то занятие. Вставать Рон по прежнему не решался.   Уходя они разбудили Рейчел. И тут настало время награды. Влюбленные вдвоем пошли в душ. Девушка, как всегда, как могла, скрывала свое обнаженное тело и при любом удобном случае поворачивалась спиной. Но, обещание сдержала, подарив Рону себя. Было немного не по себе. Он боялся, что вчерашний разговор мог повлиять на их отношения. И он действительно повлиял, но в лучшую сторону. Впервые за все время их она позволила взять себя сзади. Мелочь, казалось бы. Но, не в их случае. Увеличения разнообразия в интимной жизни говорило об укреплении доверия. Да и просто смена позы принесла новые эмоции и ощущения.   После воодушевляющего приема душа влюбленные разошлись по своим делам. Рейчел поехала на учебу а Рон домой, работать. Заряд бодрости и положительных эмоций вылился в весьма продуктивный денек. Рон даже не пил, просто работал, раз за разом прокручивая в голове воспоминания о прекрасном утре.   От работы отвлекли внезапно пришедшие внучка и дочь. Рачолла хотела услышать продолжение истории. И Рон не имел ничего против. Затушив печь они пошли домой, где как всегда расположились на кухне, запасли чай и вкусности для еще более приятного погружения в рассказ.   – А как вы прибыли в этот мир? В доспехах и с оружием? И вообще, как устроились тут? Где документы взяли? – начала Рачолла, неспеша попивая горяченный чай.   – Было сложно в основном с языком. Мы учили его еще у себя дома…а документы…знаешь маминых друзей, двух батанов, с которыми она, вроде как, дружит?   Рачолла дернула головой в сторону матери.   – Это те два программиста, которых папа не любит?   – Не программисты. Хакеры. Мамины первые друзья тут. Они и сделали документы. Ради красавицы Дианы потрудились, сделали так, что и комар носа не подточит…на мне же отдохнули…   Вообще Рон по началу удивлялся, что Диана связалась с бандитами. В их мире она любого рода преступников нещадно вырезала, а тут же сдружилась. И общается до сих пор.   – Прибыли сюда прямо в доспехах?    – При полном вооружении. Броня, оружие, запасы зелий на крайний случай, драгоценности, на деньги от продажи которых мы и жили первое время.   Рачолла неуверенно покосилась на маму, затем на Рона и отставив в сторону кружку сложила ладони вместе.   – А броню и оружие вы не продали?   – Видела в кузнице на стене висят мечи? Это и есть “отчаянье” и “безысходность”.   Глаза девочки округлились а рот восторженно раскрылся.    – Те самые, что подарила Инуэм? А покажешь как они горят? А доспехи покажите?   Рон посмотрел на дочь. Она учащенно дышала. Взгляд выражал надежду.   – Пап, давай покажем? Я так давно не держала в руках меч…а плечи тоскуют по тяжести моих лат.   Стойкая, несгибаемая девушка расплакалась от нахлынувших воспоминаний. Сколь бы не длилась жизнь на мирной земле, Диана остается дочерью своего отца. Остается отважным воином, для которого сражения не просто часть жизни. Ее смысл. Поэтому Рон не мог отказать, хотя, это может быть и опасно.   – Рачолла, сиди тут. Диана, пойдем переодеваться.   Диана резво встала, почти подпрыгнула со стула и смахнув слезы счастья ринулась к выходу. За ней пошел и Рон.   Снаряжение, как и запасы зелий, находились в кузнице, под полом, в специально вырытом для этого погребе. Иногда Рон заходил туда, вытаскивал одну из магических побрякушек и носил в течении некоторого времени, пытаясь понять перестало ли его выворачивать от присутствия магии. Хоть время между головными болями и приступами рвоты постоянно росло, приступы неизбежно наступали, сигнализируя, что возвращаться в родной мир рано.   Диана раздевалась на ходу, сбрасывая одежду прямо на пол. Раздевшись до нижнего белья она достала сундук со своими вещами. Едва подлатник оказался в ее трясущихся руках, как слезы ударили с новой силой. Она качнулась прижавшись спиной к стене, и закрыв рот ладонью протяжно промычала, всхлипывая.   – Пап, я так хочу домой…   Рон же испытал противоположные эмоции, видя слезы дочери. Вот она, настоящая принцесса, которая тоскует по своему народу. Когда-нибудь, когда Рона не станет, она воссядет на трон и будет прекрасной королевой, достойной своего отца, достойной Империи.   – Скоро, родная…совсем скоро мы вернемся домой…   Долгое время они помогали друг другу облачиться в сталь. Не спеша, наслаждаясь каждым щелчком застежки, каждым скипом лат. Девушка еще не раз поддавалась эмоциям и плакала, с тоской смотря на папу.   Последним штрихом ее брони стал надетый на голову серебристы барбют с т-образным вырезом. Взяв в руку щит, с изображением кобры, обвивающей розу, она извлекла из ножен на поясе меч, проверяя его состояние. Затем прыжком выровняла строевую стойку, стукнула предплечьем в грудь и радостно отчеканила:   – Генерал Диана Бесомотская готова к службе, мой господин!   Рол лишь тихонько засмеялся, закрывая забрало своего шлема. Сняв со стены мечи они направились в дом, порадовать внучку.   – Знаешь, я все таки решил…я назначу Рачоллу второй в престолонаследии, после тебя.   Диана повернула голову, обрушивая удивленный взгляд.   – Ты уверен? Думаешь, она справится? Да у тебя могут появиться другие, здоровые, дети, которым ты сможешь передать трон.   – У нее доброе сердце. Быть может, именно такая королева и нужна погрязшей в войнах Империи? Великодушная и не видевшая всех ужасов. Та, что способна взглянуть на мир без пелены ненависти. Та, что будет искать мира, а не отмщения.   Вдвоем они вошли в дом и тут же остановились у двери, демонстрируя все свое воинской величие.   Рачолла резко обернулась и несколько секунд зачарованно бегала глазами по броне. Затем засмеявшись произнесла:   – Мам, юбка? Серьезно?   Диана одернула латные пластины, что складывали из себя образ юбки и помогали кольчужным поножам защищать ноги.   – А почему нет? Я девушка. Не мало девушек - воительниц делают себе похожие.   Внучка ходила вокруг родственников, придирчиво рассматривая. особенно остановила внимание на одинаковых щитах с гербом семьи.   – Вообще странные вы. Волосы из под шлема торчат. Не мешают?   Рон посмотрел на рыжие пряди, что выбились на плечи дочери. Это скорее небрежность.   – Нет, перед боем, обычно, я прячу их под шлем.   Рачолла хмыкнула, переводя внимание на дедушку.   – А у тебя мечи за спиной? Как, удобно доставать? Это же руки надо иметь как у орангутана.   Она права. Оружие за спиной носят лишь на марше, в безопасности. В остальное время приспосабливают в более удобные места, откуда можно беспрепятственно и быстро его достать. А вообще, радовало, что возникают вот такие логичные вопросы.   – У меня не простые ножны. Из них можно доставать оружие не только вверх, но и во все стороны. Я редкий зверек, что может носить мечи за спиной.   – Не только ты. Еще Кровавая Королева носит хопеши за спиной. – напомнила Диана.   – Там немного другое. У нее и ножен-то нет. Крепления.   – А ты покажешь как зажигается души в твоих мечах? – Рачолла наконец перестала бродить вокруг и теперь остановилась около деда, прищурившись рассматривая шлем.   – Не могу. Нужно в ярость впадать. Соседей перепугаю.   Девушка с досадой вздохнула, опуская плечи.   – А шлем почему рогатый? Разве не должен быть гладким? Да и щели между забралом и остальной частью слишком широкие.   Замечание заставило Рона снова посмотреть на дочь. Пытливость ума внучки пробуждала внутри гордость.    – Это не просто шлем. В бою я сражаюсь не только мечами, но и всем, чем придется. Рога - это оружие. А щели…шлем создан специально для меня и промежутки ускоряют выход пара при впадении в коррунийскую ярость. Пар мешает и без того ограниченному обзору, а в бою каждая секунда слепоты может обернуться смертью.   – Все равно странный на вид…   – Этот шлем…подарила мне Мирабель. Она лично накладывала чары. И магические щиты бесчисленное количество раз спасали меня от вражеских заклинаний. – Рон закрыл глаза, пытаясь подавить в себе орду накапливающихся мыслей, тяжелых и обжигающих воспоминаний.   – А можно вас попросить продолжить рассказ в доспехах? Для лучшего погружения, так сказать. – Рачолла невинно заулыбалась, пытаясь своей непосредственной милотой избежать отказа.   Рон не видел ничего страшного в таком маскараде. Рейчел придет не скоро а других гостей не ожидалось. Поэтому и не стал отказывать. За это говорила не только просьба любимой внучки, но и собственное желание. Тело забыло тяжесть брони, и даже короткая прогулка от кузницы до дома отдалась легкой одышкой. Нужно возвращать себя в форму, и не только в плане выносливости. Восполнять утраченные навыки ведения боя. Тут поможет спарринг с Дианой. Но, это потом а сейчас он продолжит рассказывать про свою наивную и тяжелую юность…