Долг крови

Стоит закрыть дверь перед носом вопящего Дейдары, как Итачи замечает стоящего в углу Мадару. Тайный лидер Акацуки стоит, прислонившись к стене и сложив руки на груди. Они молчат, слушая возмущения Дейдары, пока крики за дверью не стихают и тот, пнув напоследок дверь, всё же не уходит. — Я не думал, что бойцу АНБУ, даже бывшему, надо объяснять такие вещи, как служебная тайна, — когда даже шаги стихают в коридоре, замечает Мадара. Итачи молчит, упрёк вполне понятен и даже логичен. — И всё же мне крайне интересно, что тебя сподвигло разболтать наши планы девчонке? — Вы сами дали мне миссию решить проблему с долгами, я её решаю. — И решаешь очень оригинально, я бы сказал, — задумчиво замечает Мадара, сверля Итачи взглядом единственного глаза. — Как я заметил, девушка довольно своенравна... болтлива... И вы с ней не справляетесь. — Не стоит беспокоиться, по окончанию расследования лишние свидетели будут устранены. — Надеюсь на ваш профессионализм. Но ответить Итачи уже не успевает, потому что в дверь снова стучат. Дождавшись кивка Мадары, Итачи открывает. В этот раз на пороге оказывается Кисаме. — Итачи-сан, прошу прощения за беспокойство, — неловко почесывая затылок и заметно смущаясь, спрашивает мечник. — Но вы, случайно, не видели мой меч? — Мейли удрала, — сухо информирует его Итачи и, пользуясь разделяющей их с Мадарой дверью, скашивает глаза на угол, где притаился старший Учиха. Кисаме отслеживает взгляд. — Не страшно, побегает и вернётся, — равнодушно отвечает напарник, считав намёк. На этом диалог закончен и мечник уже было кивает, прощаясь, как резкая вспышка боли заставляет их синхронно накрыть ладонями ведьмины метки на шеях. — Но, наверное, стоит её поискать, — после паузы ровно предлагает мечник, только говорит чуть медленнее обычного. Итачи кивает, старательно и размеренно пытаясь продышать боль, но ответить опять не успевает. Дальше по коридору дверь одной из комнат срывает с петель и она отлетает с такой силой, что ударяется в стену напротив. Порывом ветра по коридору проходит ударная волна. Им хватает мгновения, чтобы оказаться напротив дверного проёма, где их встречает всклокоченный Хидан в боевом чёрно-белом раскрасе, перегораживая вход в свою комнату боджугаем. — Куда рвёмся? — оглядев напарников, отрывисто рявкает Хидан. — Нету тут вашей стрекозы, на улице она… у садочке. Вам туда! Ну? Но на слово верить фанатику не спешит ни Итачи, ни Кисаме. Напарники мрачно заглядывают через плечо Хидана в его комнату. Та разворочена так, что предметы нехитрой меблировки разбиты в щепку, а несчастная жестяная тумбочка и вовсе смята в ком. — Ну? Чего встали-то как два барана? Серьёзно?! — злится Хидан, оборачиваясь вбок и делая шаг в сторону. — Да скажи им, раз моего слова недостаточно! Воздух за спиной Хидана сгущается, являя взору отступников знакомую фигуру Нимрога. На нём неизменная цветастая рубашка и виднеется знатный багрово-синий свежий фингал под глазом. Итачи едва не делает шаг назад под насмешливым взглядом голубых глаз. Откуда?! Кисаме наоборот подаётся вперёд, словно прикрывая напарника. — Привет, мужики! Какой сюрприз! — улыбается Повелитель Кошмаров, чуть щурясь пострадавшим глазом. — Вот это встреча! Давно не виделись! Вы тут как? — Слушай, давай вы в другом месте потреплетесь! — ворчит Хидан, его чёрно-белая раскраска бледнеет прямо на глазах, возвращая фанатику нормальный вид. — А то эти сучки того и гляди Зецу раздербанят на запчасти. Серьёзно! Заканчивайте трёп! Угробите мне Зецу, я твоих парней самих на компост пущу. — Ладно-ладно, не кипиши! — отмахивается Нимрог и, усмехаясь, подмигивает застывшим наизготовку напарникам. — Не ссыте, мужики, нет у него теперь власти над вами. Пользуйтесь. Но растащить зверушек всё же придётся и, желательно, не попортив им шкурки. — И девку свою сюда больше не тягайте, — ворчливо напутствует их Хидан, отходя к остаткам тумбочки и приседая рядом, принимаясь ворочать её, словно надеясь, что та магическим образом вернёт прежний вид. — Не разойтись им тут, как кошке с собакой. А затем, обернувшись, некоторое время меряет спину Нимрога хмурым взглядом и, мрачно усмехнувшись, добавляет: — Захотите поговорить, я вас сам найду. — Это ещё зачем? — настораживается Нимрог, оборачиваясь. — А что? — небрежно пожимает тот плечами. — Имею право. И неожиданно мягко добавляет: — Кто, как не ты, должен знать, что на каждую хитрую задницу всегда найдётся свой болт с резьбой. Как бы вы там между собой ни закусывались, мне мешать не стоит. Серьёзно! — Да кто же тебе мешает-то? Просто чутка друг друга не поняли! Но вот, разобрались же, — Нимрог оборачивается к ниндзя, ободряюще улыбаясь. — Ща ребята всё поправят!.. Ну, чё стоим, уши развесили? Валите уже спасать свою даму сердца. А то Зецу-то она положит, но и сама там же ляжет. А вам с того пользы ноль! Кисаме реагирует быстрее, делая шаг назад и оттесняя от комнаты Учиху. — Бардак там у вас! — доносятся из комнаты сетования Хидана. — И бардак будет пока кто-нибудь корону не наденет. Ответа Нимрога они уже не слышат, устремляясь прочь. Странно, что на шум больше из обитателей этажа никто не вышел. — Садочек - это где? — на ходу спрашивает Кисаме, складывая печать клонирования. — Возможно, имелась ввиду оранжерея Конан? Закрытый сад на третьей террасе. Это место Итачи однажды нашёл почти случайно, бесцельно бродя по переходам Амэгакурэ. Первое время по прибытию в Акацуки было невыносимо тяжело, приходилось чуть ли не силой заставлять себя двигаться. Унылая клетушка выделенной ему комнаты, больше похожая на тюремную камеру, казалась тогда олицетворением опустошённой болью души, такой же темной и безымянной, как его будущая могила. Он даже свет тогда не включал, так и сидел в темноте, слушая бесконечную дробь дождя за окном. Единственное, что хоть как-то заставляло двигаться, — Коноха ждала отчётов, а, чтобы собрать информацию, нужно было выйти. Терраса, полностью закрытая стеклянным куполом, таила внутри небольшой оазис зелени, обрамляющей искусственный прудик с белоснежными лилиями. Удивительно тихое место с единственной каменной скамейкой в тени объёмной кадки с каким-то пышным кустом, цветущим крупными белыми соцветиями. Было странно найти его посреди серой мглы дождей Амэ. Только потом он узнал, что за оранжереей ухаживала Конан, подолгу сидя на скамейке и запуская по глади воды почти не отличимые от настоящих бумажные цветы. Наблюдать за ней в эти моменты было неловко, словно он ненароком увидел что-то настолько личное, что было почти стыдно за свою бестактность. Мечник кивает, прибавляя скорость. А его клон бросается в обратную сторону. Они выскакивают из ворот базы, забирая влево. Терраса находится чуть в стороне от основных зданий. Впрочем их навыки позволяют двигаться практически напрямик, и вскоре они оказываются в нужном месте. Сначала Итачи даже не понимает, что случилось. Стёкла оранжереи словно заволокло мутью. Неужели Конан её забросила? Нет! Это не грязь, это вода. Внутри оранжерея полностью затоплена, превратившись в огромный аквариум, и остаётся только гадать, когда стекло не выдержит давления и лопнет. Внутри изредка мелькает что-то невнятное и тёмное. Из-за мути разобрать, что происходит снаружи, невозможно. — Воду надо спустить, — принимает решение Итачи. — Как делим цели? — уточняет, соглашаясь, Кисаме. — Вам - Зецу, а я попробую перехватить Мейли? Стратегия, предложенная напарником, логична, и всё же Итачи на мгновение скашивает глаза, но затем кивает, концентрируясь для удара. Но Кисаме его останавливает: — По возможности прошу воздержаться от огненных техник, — и поясняет: — Самехада их недолюбливает. А если пользователь не слишком опытен... Вы ведь видели мою форму во время слияния… В общем, оно может произойти без воли владельца и закончиться буйством. На что это будет похоже в случае Мейли, я даже боюсь прогнозировать. Действовать надо аккуратно, как с животным, никаких резких движений или шума. Если бросится, не паниковать. В этот момент вдоль стекла вновь мелькает нечто серое и громадное, едва не скребя по стеклу шипастым боком. Итачи кивает, оглядываясь, чтобы выбрать позицию. Когда вода хлынет во все стороны, лучше быть повыше. Кисаме также срывается в бег, поднимаясь по стене одного из соседних зданий. Боль от ведьминой метки хоть и тянет внутри звенящей струной, но не так сильно, скорее раздражающе. Это можно игнорировать. Значит у Мейли всё относительно в порядке, а у них есть время занять выгодные позиции. Когда напарник застывает на крыше склада, Итачи отправляет в полёт россыпь кунаев. А сам шун-шином отскакивает на крышу соседнего здания. Сначала кажется, что столь незначительная атака не сильно повредила импровизированному аквариуму, но под напором воды витрины быстро покрываются трещинами. А затем раздаётся страшный грохот, знаменуя момент, когда стекло лопается и вода коричневым потоком устремляется прочь, вымывая обломки стен, мусора и земли. Тёмная тень шарахается в сторону, но, оттолкнувшись от стены, вновь кидается вниз, отращивая зеленоватые корни и молниеносно переплетая их в копьё. А внизу, в грязной луже, извиваясь всем телом, копошится нечто чёрно-серое, сплошь покрытое шипами, лишь отдаленно напоминающее змею. Тварь подымает тупорылую, скорее акулью морду и, неожиданно оттолкнувшись от земли, просто взлетает навстречу Зецу, выпуская из широко распахнутой пасти искрящие-голубые шары чистой чакры. Тот меняет траекторию прямо в полёте, уходя из-под атаки. Но тварь, вильнув хвостом, сворачивается в пружину, зависая на мгновенье в воздухе, и, вопреки всем законам притяжения, штопором разворачивается, устремляясь следом за Зецу. Древесные колья ей не помеха, они бесполезными зубочистками разбиваются о броню чудовища. Дикий свист разрезает воздух, заставляя Зецу чуть ли не сложиться пополам. И Итачи отчётливо понимает: либо сейчас, либо тварь просто сожрёт противника. Доля секунды уходит на печать замещения, и тварь с хрустом дробит челюстями бетонный блок вместо Зецу. Итачи же перехватывает того, и ему едва хватает сил удержать лучшего шпиона Акацуки. Зецу шипит не хуже змеи, пытаясь оттолкнуть от себя Итачи, и рвётся продолжить бой. Даже гензюцу шарингана не помогает. Кажется, Зецу просто не видит ничего вокруг, кроме твари. Жёлтый зрачок белой половины Зецу на мгновение всё же цепляется за горящий алым взгляд Итачи. Но вот чёрная часть шпиона неотрывно и алчно следит лишь за тварью, отчего глаза Зецу неестественно разъезжаются. Попытка вывести на болевой тоже не даёт результата. Зецу буквально утекает из захвата, словно и вовсе не имеет костей. Будь задачей Итачи убить шпиона, было бы проще, теперь же надо срочно придумывать новую стратегию. Сбоку кипит бой. Дела у Кисаме обстоят не лучше. Тварь рвётся к Зецу с не меньшим азартом и самозабвением. Надежда лишить её маневренности на суше не оправдалась. И теперь со стороны кажется, что мечник не столько пытается укротить тварь, сколько не попасть под её удар. Попытка заключить слившуюся с Самехадой Мейли в водяную тюрьму лопается, как мыльный пузырь. Грубой силой её тоже не удержать. Та движется в воздухе так же легко, словно в родной водяной стихии. Почти мягко взметнув хвостом, тварь отбрасывает Кисаме в сторону, рванув по прямой на сцепившихся Итачи и Зецу. Итачи отчётливо видит, как она широко открывает рот, готовя новый удар чакрой. А в голове мелькает молнией предательская мысль: может, ну его на хер, этого Зецу? И в следующий миг Итачи активирует Сусаноо, делая шаг вперёд. Проскочить сквозь абсолютную защиту Учиха они уже не смогут. Шары чакры дробью бьются о щит красного исполина. И пускай его техника ещё не завершена, того, что есть, уже хватает, чтобы блокировать атаки твари. А самому Итачи приходится обернуться, чтобы понять, чем занят за его спиной Зецу. Тот отвечает ему жутким оскалом на безносом лице: чёрная часть почти полностью скрыла белую, и сейчас шпион теряет всякое сходство с человеком. Но тут за его спиной разворачивается спираль камуи, являя на поле боя Мадару. Старший Учиха так же молча активирует обратную технику, засасывая в подпространство своего подельника, и затем исчезает вместе с ним. А им с Кисаме остаётся второе разъярённое чудовище. Тварь кидается было следом за противником, как красный исполин едва успевает перехватить её за хвост, не давая проскочить в быстро сворачивающуюся в точку воронку пространственного разрыва. Взвыв, тварь заметно прибавляет в размере, набрасываясь уже на Сусаноо. Итачи замирает внутри исполина, наблюдая, как вокруг него складываются серые кольца, силясь раздавить его. Несколько раз тварь пытается укусить красного гиганта за голову. Но даже незавершённое Сусаноо выдерживает атаки, хотя Итачи требуется немало сил, чтобы просто стоять, не допуская контратаки. В остервенении тварь хлещет хвостом, разнося в крошево близко стоящие дома. И почему ещё никто не прибежал на шум, можно только гадать. Деревня словно вымерла: ни одного шиноби поблизости, даже дождь прекратился в кои-то веки. — Итачи-сан, попробуйте её погладить! — сложив руки рупором, пытается докричаться до него Кисаме, маневрируя среди обломков зданий. — Под челюстью! Только не обожгите! Увернувшись в очередной раз от хлещущего плетью хвоста, Кисаме вновь выскакивает на возвышающийся над остальными бетонный обломок, демонстрируя шкрябающий жест. По мнению Итачи, твари проще открутить голову, чем почесать её. Попытка выполнить рекомендации напарника заканчивается тем, что тварь просто вцепляется в предплечье исполина, принимаясь крутиться в попытке оторвать конечность. — По носу бейте! — орёт Кисаме. Этот совет выполнить куда проще. Итачи от души прикладывает кулаком по тупорылой морде. Но результата нет. Ещё удар, и, наконец, тварь выпускает предплечье исполина, пытаясь перехватить бьющую её руку. — Не кулаком! Ладонью! По макушке! Не сильно! — командует туманник, не рискуя приближаться. Приловчившись, Итачи всё же выполняет рекомендации, правда, для этого приходится второй рукой прихватить покрепче вёрткую тварь. Первый хлопок, и прямо в лицо красного гиганта вновь выстреливает шар чакры. Ещё хлопок, и тварь всё же закрывает пасть. Ещё извиваясь, она отстраняется, продолжая оплетать плечо исполина кольцами, но вроде уже не стискивает так сильно, как раньше. — На землю опустите! — командует Кисаме. — И прижмите! Тварь и правда успокаивается, позволяя опустить себя и даже сползает кольцами вниз. Прижав чудовище, Итачи настороженно следит, как мечник подбирается к морде твари. Вытягивает руку и медленно опускает той на нос. Время замирает, пока чудовище, не мигая, следит за крошечным на её фоне человечком, что осмелился к ней прикоснуться. Выждав несколько минут, Кисаме опускает вторую руку, принимаясь медленно поглаживать морду чудовища. Кажется, мечник что-то говорит, но этого Итачи уже не слышит. Постепенно чудовище успокаивается. Кисаме, чуть приподняв одну руку, делает лёгкий жест, демонстрируя, что можно отпустить тварь. Итачи разжимает руку исполина, но развеивать Сусаноо не торопится, страхуя напарника. А тот, присев рядом, почёсывает тварь, что начинает прямо на глазах уменьшаться. Вскоре, вернув себе вменяемые размеры, существо начинает двигаться, пытаясь наползти на мечника. Но Кисаме отодвигается, не позволяя твари забраться к нему на колени. Итачи наконец развеивает Сусаноо, стараясь не провоцировать тварь, замирает в стороне. Та вновь подползает к хозяину, но тот вновь отодвигается. Самехада принимается обиженно стрекотать, возвращая себе знакомые очертания меча, не скрытого бинтами, и вновь двигаясь за мечником. На земле остаётся лежать Мейли, а Самехада вновь пытается подползти к Кисаме. И в этот раз Хошигаке уже спокойно подпускает к себе оружие, привычно лаская и трепля Самехаду. — Молодец… хорошая девочка! — хвалит её Кисаме и берётся за рукоять. Меч послушно прячется в бинты. — Моя ж ты хорошая, — напоследок проходясь по всей длине лезвия ладонью, с откровенным удовольствием шепчет напарник и закидывает меч за спину. — Что с мелочью? Жива? Кисаме уже было делает шаг к Мейли, но, натолкнувшись на взгляд Итачи, останавливается. — Что-то не так? — после небольшой паузы уточняет мечник. И Итачи спешит отвернуться, сухо замечая: — Надо забрать вещи. — Клон вполне способен справиться с этим заданием… Вы из-за чего поругались? — Это не твоё дело, — быстрее, чем сам успевает осознать, выпаливает Учиха привычную фразу. — Хорошо, — покладисто соглашается напарник. — Желаете сами понести нашу спутницу? Ответить на это значит расписаться в собственных неуместных метаниях, и потому он молчит. — Что ж, если вы не против, то её возьму я, — вздыхает мечник, делая шаг вперёд. Приседает рядом, но не торопится прикасаться к ведьме, наблюдая за напарником. — Она тебе нравится? Кисаме переводит взгляд на Итачи, раздумывая над ответом: — Как вам сказать, Итачи-сан… В силу особенностей моей внешности взаимодействие с прекрасным полом у меня строится несколько иначе. И если юности свойственно придавать большое значение тому, как объект их интереса выглядит, каков его статус в обществе или достаток, то в более зрелом возрасте женщин куда больше интересует, как мужчина себя ведёт и что он умеет. Но даже при таких вводных мне всегда приходилось прикладывать определённые усилия, чтобы войти в ближний круг. И да, я не привык к тому, чтобы кто-то столь активно лез в мою постель. Знаете ли, это сбивает с толку и очень сильно настораживает. — Но ведь ты ей нравишься. — И даже, позволю себе предположить, что её интерес искренен. Если я правильно понял, критерии привлекательности у них несколько иные, чем у людей. Но я предпочитаю женщин постарше и попроще. — Что ты имеешь ввиду? — Вне зависимости от профессии практически все женщины свято уверены, что они умнее и хитрее мужчин. И они будут пытаться манипулировать мужчиной. Вся разница только в том, что гражданских проще разгадать. Ну и в случае ошибки или обиды максимум, что тебе грозит, это что с тобой не будут разговаривать. А при попытке предательства от неё легче избавиться. Куноичи же в плане мести куда изобретательнее и осторожнее. — Тебе нравятся гражданские? — Да. И, как ни дико это прозвучит, но когда они перестают тебя бояться, с ними становится намного проще, чем с куноичи. Искренность в отношениях, она в принципе не про нас, но в этом случае ты хотя бы уверен, что в постели за тобой не следят. В нашем же варианте всё куда сложнее, так как понять, что ею движет, в силу видовых различий становится намного проблематичнее… Если вам интересна данная тема, я готов поделиться своими наблюдениями, но в другой обстановке. Мы теряем время, Итачи-сан. С этими словами Кисаме всё же подхватывает девчонку на руки, легко выпрямляясь. — Недалеко от Амэгакурэ есть заброшенный дом, — предлагает вариант Итачи, коря себя за несдержанность. — Прекрасный выбор, показывайте.