Something Wicked This Way Comes (Грядёт что-то злое)

Изуку проснулся под звуки криков и ругани, как и всегда. Пот стекал с него ручьём, а сердце колотилось в груди как бешеное. Страх крепко обхватывал его своими когтями, ведь завтра наступит воскресенье, а это будет его первая тренировка со Все за Одного. Под этим страхом скрывалось облегчение от того, что два дня назад он не совершил никаких необдуманных поступков, когда сжимал в дрожащей ладони лезвие. В ту ночь он его выбросил, вместо этого поспешно приняв таблетки. Изуку сел на кровати и сразу проверил сообщения. Он получил одно от Чизоме поздно вечером в пятницу, после того, как заработал новую порцию синяков. Он перепроверил место встречи. Чизоме-сан сказал, что у него что-то есть для Изуку, и они должны встретиться как можно скорее после того, как ему удастся выбраться из дома. Ждать возможности сбежать не пришлось, и Изуку сразу оделся. Инко с Хисаши всё ещё кричали друг на друга, и он мог бы с лёгкостью проскользнуть мимо, если не будет мешкать. Родители были слишком увлечены очередной ссорой, чтобы заметить что-либо помимо друг друга. По крайней мере, он надеялся на это, нервно сжимая свои вечно дрожащие руки. Изуку крадучись поднялся по лестнице, не удостоив тёмную фигуру в углу комнаты и взглядом. Шаткие деревянные ступени скрипнули под его весом, и он на секунду замер, чтобы прислушаться. Его родители продолжали кричать друг на друга, как будто ничего не произошло, и Изуку продолжил путь. Дойдя до верха лестницы, он остановился, глубоко вздохнул и чуть приоткрыл дверь. Крики не остановились. — Я не понимаю, почему он хочет, чтобы именно мы с ним возились! — раздался из спальни на другом конце дома визжащий голос Инко, и Изуку остановился, прислушавшись. — Мы обязаны делать всё, что он прикажет, Инко! Его заинтересовал этот... это существо, и мы обязаны убедиться в том, что он не попытается сбежать! Да и насчёт этой несчастной Юэй тоже! А. Изуку быстро зашагал дальше, надеясь больше не слышать эту грязь. Он бесшумно вышел в прихожую на цыпочках, но жгучий гнев заставил стиснуть зубы до боли. — Я не хочу, чтобы он был нашей ответственностью, Хисаши! Если Все за Одного хочет использовать его, то пусть просто заберёт к себе и дело с концом! Никто ведь даже не заметит! Услышав паузу и тяжёлый вздох Хисаши, Изуку взялся за ручку двери и подождал, пока тот снова заговорит, прежде чем повернуть её: — Мы с тобой оба знаем, что Бакуго сразу это заметят. И школа тоже примется нам звонить. Не получится сделать так, чтобы люди ничего не поняли... Он открыл дверь и шагнул наружу. Улицы были тихими и спокойными по сравнению с мрачным, ненавистным домом, в котором он был вынужден жить. Изуку на мгновение расслабился, но затем взял себя в руки. — Да мне плевать! Мы можем устроить поддельные похороны, или ещё что-нибудь! Пожалуйста, Хисаши! Я больше не могу терпеть его рядом с собой, он сводит меня с ума. О-он же монстр... Изуку закрыл за собой дверь и с тяжёлым сердцем направился к привычному пляжу. Хотя солнце светило вовсю, он почему-то совершенно не чувствовал его тепла. Прохладный ветер тоже не помогал. Дорога оказалась не такой живописной, как можно было подумать: туристов на пляже не было, потому что он был всё ещё жутко завален мусором. Привычных для таких мест магазинчиков здесь тоже не было. Наверное потому что пахло тут как на помойке, что неудивительно: именно помойку количеством мусора пляж и напоминал. По плану Изуку должен был навести здесь порядок, но это было до встречи со Все за Одного. Теперь, по его же словам, у него не будет на это ни сил, ни времени. При мысли о том, что же задумал злодей, пробирала дрожь. На берегу ждал Чизоме-сан с потёртым мечом в руках. Любопытство Изуку разгорелось с новой силой, и он едва не поскользнулся на песке по пути к своему наставнику. Он чувствовал, что катана в руках Чизоме как будто притягивает его. Стейн слегка улыбнулся, когда Изуку встал перед ним, чуть наклонив голову и поглядывая на меч. — А-а, это... — начал Чизоме, — это твой новый меч. Если конкретнее, это проклятая катана, идентична моим клинкам. Ну, за исключением того, что мои не прокляты. Я получил её от друга, он сказал, что в ней заключён демон. Изуку слегка кивнул. Он чувствовал, как опьяняюще пульсирует тёмная энергия, притягивая ближе и умоляя прикоснуться к ней. Мужчина осторожно вложил оружие в протянутые руки Изуку. Оно было ледяным на ощупь, но кроме этого ничего не происходило. Он нахмурился, чувствуя себя немного разочарованным, и осторожно опустил катану. Чизоме тоже выглядел озадаченным: — Может, она сломана?.. Изуку пожал плечами. Он всё равно был рад получить первый подарок от своего наставника. Может, клинок и не работал так, как должен был, но это было и не важно. Он всё равно удобно лежал в руке, идеально подходя и по длине, и по весу. Это был его меч, Изуку знал это. — Ну что ж, давай всё же испытаем эту штуку, — предложил Чизоме-сан, и Изуку улыбнулся. Одним плавным движением Стейн освободил один из своих клинков из ножен и бросился на него. Изуку отшагнул в сторону и занёс новый меч. В мгновение ока Чизоме парировал атаку, и звук удара металла о металл больно ударил по ушам. Как только Изуку отпрыгнул назад, убийца бросился к нему, и их мечи столкнулись, высекая искры. Меч и катана кружились в боевом вальсе, то расходясь, то встречаясь. Слышно было только тяжёлое дыхание Изуку и свист клинков, врезающихся друг в друга в шквале ударов и ярких искр. Чизоме был быстр, очень быстр. Изуку уклонялся и парировал чаще, чем успевал думать. Это было нормально, честно говоря, ведь Стейн был ассасином, в некотором роде – убийцей. Мужчина, скорее всего, прекрасно владел всеми видами оружия. К тому же у Стейна в распоряжении был многолетний опыт, в то время как Изуку едва ли мог похвастаться месяцем или двумя базовой подготовки. Но благодаря своему учителю он знал, как бить – и сильно – с мечом в руках или без него. Изуку проворно отступил назад, когда оружие Чизоме попыталось пробить брешь в его защите. Плавной дугой меч мужчины сократил дистанцию между ними, но катана Изуку уверенно не дёрнулась с места. Их клинки снова встретились в новом цунами быстрых ударов. Вновь и вновь раздавалась песня танцующих мечей. Тяжело дыша от усилий поспеть за Чизоме-саном, Изуку едва успел заблокировать особо быстрый выпад, и изношенный меч вылетел из его хватки, приземлившись на горячий песок. Убийца на секунду остановился, давая ученику время либо подобрать оружие, либо закончить поединок, но Изуку не сделал ни того, ни другого. Он оставил катану лежать на песке, вместо этого резко сократив дистанцию с Чизоме. Потрясённый, Стейн взмахнул мечом. Изуку бросился вперёд, и меч пронёсся прямо у него за спиной. Теперь они стояли практически вплотную. Он схватил наставника за запястье и одним слитным движением перекинул его через плечо, удивляя и себя, и мужчину. Чизоме грубо приземлился на спину, выронив из руки меч. На мгновение он шокировано уставился на Изуку, и тот в ужасе застыл, широко раскрыв глаза. Страх сжал его в своих ледяных объятиях, стиснув глотку. Извинения вертелись на кончике языка, но, как и всегда, он не смог выдавить и звука. Чизоме-сан сел и стряхнул с себя песок, а Изуку всё стоял, застыв на месте. Его руки дрожали сильнее обычного, а зубы вгрызались в нижнюю губу. Когда Стейн поднял руку, к глазам подступили непрошенные слёзы. Но наставник просто нежно потрепал его по голове, и как только он улыбнулся, то все нервные мысли испарились из головы Изуку. — Хорошая работа, пацан. При звуках похвалы весь страх и тревога окончательно улетучились. Казалось, наставник точно знал, что ему нужно было услышать, и видел нарастающий ужас в тёмных глазах Изуку. — Жаль, конечно, что катана не работает так, как должна была, но пока вроде и так сойдёт, — мужчина указал на меч, всё ещё лежащий на песке. Он подобрал его и направился к спортивной сумке, которую принёс с собой. Положив меч обратно на землю, Чизоме принялся рыться в её содержимом. Спустя несколько секунд он вытащил ножны, в которые и поместил катану ученика. Сердце Изуку вернулось на своё законное место в груди, и ледяные оковы страха спали, когда Чизоме раскрыл остальную часть неожиданного подарка Изуку. Сами ножны были красными, как и большинство ножен Стейна, но внизу чёрными штрихами, напоминающими чернила, было написано имя "Изуку". К ножнам крепился пояс с петлёй-держателем. Убийца повернулся к ученику: — Это всё, малец, — и сразу Стейн резко перешёл к делу. — Давай-ка освежим в памяти рукопашный бой, это то, на чём Все за Одного сосредоточится в первую очередь, — он сделал паузу и бросил на Изуку серьёзный взгляд. — Главное, в чём он всегда старается убедиться – это что человек умеет драться в первую очередь без помощи своей причуды. А уже потом, когда он будет доволен, то перейдёт к оценке причуды. Тогда и начнутся настоящие тренировки. Изуку слабо кивнул, мысленно повторяя наставления Чизоме-сана. Его руки застыли, прекратив даже нервно дрожать, а сердце больно сжалось от страха. Всё оказалось именно так, как он и думал. В воскресенье он пройдёт отнюдь не через обычную тренировку. Стейн выглядел бледнее, чем обычно: его терзало чувство вины. Завтра Изуку поймёт, что такое ад. Он поймёт, что счастье не посетит его ещё очень долгое время. Поймёт, что бояться стоило совсем не демонов, ведь Все за Одного был далёк от демона. Нет, этот человек был ангелом, самым благородным из всех. И мучить короля демонов – это его божественный долг. Чизоме-сан был его спасением, помогая Изуку подготовиться к грядущему настолько, насколько это вообще возможно. Поэтому ученик послушно впал в боевую стойку и устремил на наставника пристальный взгляд. Мужчина скинул всё своё оружие в сторону, и начался очередной жестокий поединок. Изуку сделал первый ход. Он попытался сделать стремительный выпад в челюсть Чизоме, но тот уклонился быстрее, чем Изуку смог заметить, и ответил размашистым ударом по ногам ученика. Он отпрыгнул назад, уходя с траектории пинка, и сам попытался достать до мужчины. Удар ногой почти попал в грудь Стейну, но тот с лёгкостью уклонился и нанёс ответный. В считанные секунды кулак возник перед лицом Изуку, но тому удалось в последний момент заблокировать удар и практически безуспешно подбить челюсть соперника. К счастью, Чизоме всё-таки не успел уйти от удара, и его голова откинулась назад. Моргнув, он вернулся в бой ещё яростнее, чем раньше, и впечатался своим лбом в лоб Изуку так, что тот даже пошатнулся. Воспользовавшись моментом, Чизоме нанёс удар ногой в незащищенный живот Изуку. Изуку потерял равновесие, и мир закружился, когда он приземлился на песок. Несмотря на головокружение, которое едва позволяло твёрдо держаться на ногах, он встал, и бой продолжился. Изуку удалось нанести хороший удар – пинок в колено Стейна. Тот захрипел, с шипением выпуская воздух сквозь зубы, но не споткнулся и не вскрикнул. Тут уже наставник быстро закончил бой, схватив Изуку и уронив его вместе с собой на песок. Тёплые песчинки накрыли его, когда он приземлился с глухим звуком удара. Он сразу же почувствовал, как песок начал засыпаться в ботинки, но глаза видели только пронзительно-голубое небо над головой. Спустя где-то минуту тишины Чизоме встал и отряхнул с одежды приставший песок. Он помог Изуку подняться и с лёгкой ухмылкой наблюдал, как тот принялся счищать с одежды упрямый песок. — Сегодня было лучше, чем обычно, — признал Чизоме, — ты действительно мог бы выиграть бой, учитывая то, насколько ты улучшился. Да и твои руки не мешают держать меч, как я ожидал. Это хорошие новости, — Изуку нерешительно улыбнулся, и мужчина взъерошил его волосы, помогая вытряхнуть песок. — Ты быстро учишься, пацан. Такими темпами совсем скоро станешь героем. Улыбка Изуку расцвела, а лицо засияло от похвалы. О, если бы он только знал, как быстро разрушится это шаткое счастье.

***

В её голове, замутнённой туманом и презрением, у Инко не было сына. Пятнадцать – а может, четырнадцать? – лет она не признавала то существо, что бродило в этом проклятом подвале. Конечно, она получала удовольствие, избивая и крича на него, но никогда не признавала. Было ли у этого монстра имя? На мгновение она не знала, да и не хотела знать, но разум сам подсказал ей ответ. Изуку Мидория. Она ненавидела его, ненавидела, ненавидела, ненавидела. С того момента, как этот мальчик оказался в её руках после родов, и до этой секунды она ненавидела его больше, чем что-либо ещё. Может, из-за волос или глаз. Может, из-за криков Изуку, похожих на завывания сирены, что чуть не заставили Инко закрыть уши и позволить ребенку упасть на пол сразу после рождения. В некоторые дни ответ был яснее, чем в другие, но она знала, что это как-то связано с его уродливой причудой, которая просто не имела места быть. Она не принадлежала ни Хисаши, ни Инко. Это было что-то совсем другое, что-то тёмное и чужое. Что-то, что вторглось в её дом и свило там своё уродливое гнездо, как член семьи. Эти чудовища притягивались к Изуку с четырёхлетнего возраста, и она ненавидела это. Ненавидела настолько, что вывалила всю эту информацию на ухо своему боссу, которому эта причуда сразу же приглянулась. Он послал одного из своих – её мужа – наблюдать за Изуку. Инко было всё равно, но она скучала по обществу Хисаши. Он обычно выполнял долгосрочные поручения от Все за Одного, из-за чего его подолгу не было дома. Поэтому Инко была благодарна за повод дать мужу хоть какой-то перерыв. Хисаши наблюдал за этим существом и ежегодно отчитывался перед Все за Одного, и Инко надеялась, что они скоро от него избавятся. Что босс заберёт эту его отвратительную причуду, а тело выкинет куда подальше. Может быть, сделает из него ному – хоть что-то полезное. Ей было всё равно, потому что это существо не было её сыном. Может, оно и росло в её животе девять месяцев, но ни в коем случае оно не было её сыном. Может, в нём и было её ДНК, но оно не было её сыном. Инко ненавидела Изуку настолько сильно, насколько человек вообще способен что-то ненавидеть. То, что она создала, с самого начала не было человеком и никогда им не станет. У него была человеческая оболочка, человеческое сердце, но в её глазах он не имел права называться человеком. Вот почему она била и кричала на него при каждом удобном случае. Вот почему Все за Одного проявил такой большой интерес к этой твари. Именно поэтому всё это и началось, сказал ей сегодня Все за Одного. Он хотел поэкспериментировать и посмотреть, сколько мальчик сможет выдержать. Злодей хотел заполучить информатора в непроницаемых стенах Юэй, и, если его удастся обучить, Изуку станет шпионом. Учитывая всё это, Инко, наверное, не следовало так злиться. Это существо наверняка поймают, и тогда оно будет уже не её проблемой. Она была рада, что Все за Одного позвонил ей, и до сих пор могла вспомнить, что именно он ей сказал: "Он будет нашим входным билетом, Инко. Мы наконец сможем осуществить нашу долгожданную мечту". — Нам не нужен шпион. "Моя дорогая Инко. Ты не понимаешь, насколько это выгодно для нас. С той информацией, которую он сможет предоставить, у нас будет огромное преимущество". — Я знаю, но– "Нам нужно это, Инко. Чтобы наш план удался, он нам нужен. Нам нужна любая информация, которую он найдёт. Он сможет предоставить нам список всех учеников Юэй! Всех учителей! Он сможет стать разницей между миром, который останется прежним, и миром, где правят злодеи. Беззаконным миром, где я восстану из хаоса и начну действовать! Мы ведь этого хотим, правда, Инко?" — Да. "В таком случае, он нужен нам". — Не относись к этому существу как к человеку. "Но он человек, Инко, не говори так". — Только не в моих глазах. "Если наши мечты сбудутся, я избавлю этот мир от него специально ради тебя. После того, как мы возьмем под контроль Японию". — Хорошо... План Все за Одного был великолепен. Убить Всемогущего и изменить мир до самого основания. Разрушить его и построить новый, рождённый из хаоса. Он станет символом войны. Столпом, на котором будет держаться этот новый мир, единоличным правителем. Эпоха героев закончилась, как всегда говорил Все за одного. Инко, естественно, соглашалась с этим, и если Изуку был ключом к такому исходу... Тогда, возможно, она могла бы потерпеть его существование ещё немного, чтобы достичь своей мечты. Она прислонилась к двери спальни и вздохнула. Хисаши мягко улыбнулся ей. Как только закончится сегодняшний день и наступит воскресенье, план начнёт осуществляться. Тогда-то все и развернётся по-настоящему. Наступал конец эпохи, даже если герои ещё не знали об этом. Век героев закончился, и настало время освободить место для злодеев.