Потанцуй со мной

***

Медленно открыв глаза, Крис увидела перед собой смятую подушку — след вчерашней истерики, и спутанные волосы. Вчера, пока плакала, в порыве ярости выдрала себе пару клочков прядей; они так и валялись рядом. Воспоминания о ночи нахлынули разом, и тревога снова заскреблась в сердце. Снились ужасные, тяжёлые сны — давили, предвещали самый страшный исход. То все узнают её секрет, то прямо во время танца она падает и ломает ногу, то, едва выйдя на сцену, на неё накидываются с оскорблениями, угрозами, забрасывают гнилыми помидорами. Сон не дал облегчения, только усилил страх. «А вдруг он вещий?» Руки снова затряслись. Когда в комнату вошла Наён, голос девушки дрогнул, и она не смогла сказать ничего внятного. — Н-наён... — Дорогая? Ты проснулась? Что с тобой? Глаза служанки обеспокоенно всматривались в её лицо, голос звучал мягко, успокаивающе. Крис не могла ответить, только слабо приподнялась и закусила губу. — Так, тебе нужно успокоиться. Давай я принесу чай с ромашкой? — Д-да... Спасибо. Спустя несколько минут Наён вернулась с чашкой ароматного зелёного чая и протянула девушке. — Выпей, сразу станет легче. Обещаю. Крис послушно приняла чашку, сделала глоток. Чай оказался приятным, чуть сладковатым, мягко обволакивал горло и дарил ощущение покоя. Наён не соврала — стало действительно легче. — Не думай. Просто будь собой, и всё обязательно получится. Ты столько тренировалась, вряд ли что-то может пойти не так, верно? — Ага. — Сейчас допьёшь и будем собираться. Но сперва завтрак! Не хочу, чтобы ты в обморок свалилась. — Спасибо. — Да не за что, дорогая. Крис сидела и ела кашу — «чтобы силы были, моя дорогая», как сказала Наён. И правда, силы появились. Кристалл даже показалось, что женщина — добрая фея, фея-крёстная. Иначе откуда бы взяться силам? Все эти дни она почти не ела, а тут наконец нормально поела — конечно, станет легче. Закончив с завтраком, девушка прошла в комнату для омовения, где Наён уже набрала тёплую воду. Крис стянула шёлковый халат, бросила его у купальни и погрузилась в воду. Пролежав с десяток минут, принялась мыться. Быстро промыла волосы, нанесла травяную маску — Наён всегда говорила, что это придаёт им блеск, — и замерла в ожидании. Когда все водные процедуры закончились, она насухо вытерлась махровым полотенцем и надела свежий халат. Вскоре девушка уже сидела перед зеркалом, ожидая Наён, которая должна была сделать причёску. Волосы почти высохли и казались ещё ярче, золотистее. Пряди мягко спадали на плечи, голубые глаза смотрели прямо на своё отражение. «Красивая. Но не для парня». Пришла Наён, взяла гребень с редкими зубьями и начала медленно расчёсывать густые длинные волосы. Когда закончила, принялась за плетение. В итоге на голове Крис красовалась объёмная, изящная прическа. Коса, уложенная поверх основной массы волос, элегантно убирала лишние пряди с лица, оставляя лишь несколько обрамляющих. Мягкие, шелковистые локоны струились по плечам. — Давай наденем платье, и я тебя накрашу. — Хорошо. Крис осталась в нижнем белье: длинной сорочке и широких панталонах. Наён помогла надеть не слишком тяжёлый кринолин, затем закрепила платье. Поверх затянула тугой корсет — дышать стало труднее. После чего Крис надела элегантные, но не удобные туфли, что жали ей стопу, но всё же она могла в них ходить. Девушке показалось, что всё идёт против неё. Платье тяжёлое и давит, тоже самое и с обувью, а сейчас и слой тяжёлой косметики нанесут. — Теперь я тебя накрашу, и ты будешь готова. Девушка села лицом к Наён, не имея возможности видеть себя в зеркало. Няня нанесла слой косметики: светлый тональный крем, пудру, тронула румянами щёки, подкрасила глаза и губы. И только после этого разрешила взглянуть. — Ну всё, ты готова. Выглядишь восхитительно! Крис встала, медленно повернулась к зеркалу. Перед ней стояла прелестная юная леди. Тонкие прямые брови, пухлые розовые губы, яркие глаза, густые локоны. Тонкая талия, небольшая, но заметная грудь (чаши и корсет сделали своё дело), округлые бёдра, созданные кринолином. Эта милая, невинная девушка не была Крис. Она не была Феликсом. Крис не узнала себя. Обычно она выглядела блёкло, худо, бледно. А сейчас на неё из зеркала смотрела совершенно другая — и это ужасало. Наён проводила Крис в залу, показать матери. Диана, завидев дочь, лишь окинула её быстрым, пронизывающим, оценивающим взглядом. — Сегодня ты должна быть безупречна. И сразу ушла, не удостоив больше ни словом, ни взглядом. Наён, заметив, как сникла Крис, от души обняла её, крепко-крепко прижала к себе и прошептала что-то тёплое, ободряющее. Крис хотела улыбнуться, но губы не слушались.

***

Крис уже сидела в карете в окружении матери, которая давила одним своим присутствием, и личной служанки Наён, поддерживающей лишь взглядом. Глаза девушки были устремлены в пол. Поводья тронулись, кони заржали, и экипаж двинулся в путь. Теперь Крис чувствовала не интерес, а страх. Пейзажи не восторгали, а пугали. Тревога. Скоро, буквально через полчаса, ей придётся выйти в свет. Показать себя во всей красе, на какую только способна. «Мне страшно». Подобные мысли проносились одна за другой, пока колёса громко стучали по дороге, отсчитывая последние минуты перед приездом. «Я не справлюсь». Стало трудно дышать. Крис в панике посмотрела на Наён и встретила её ободряющий взгляд. Стало чуть легче. «Спасибо». Наён заменила Крис мать. Она стала доброй феей в её истории, тогда как родная мать — ведьмой, предвещающей ужасный исход. Крис взглянула в окно. Быстро пролетающие мимо красоты заволокли сознание, погрузили в лёгкий транс. Очнулась она, когда карета уже остановилась. — Выходи. Строгий голос матери вновь нагнал страху. Крис послушно встала и вышла. Пришлось занять место подле Дианы, тогда как Наён стояла позади — как и полагается простой служанке. Вокруг дворца сновало множество людей. Все красочные, красивые, великолепные. Идеальные. Крис не идеальна. Шум и музыка доносились изнутри, толпы стремились войти как можно скорее. Десяток молодых девиц, которым тоже предстояло ступить на путь взрослой жизни, сейчас направлялись в залы в сопровождении родителей. Компания последовала их примеру и вошла внутрь. Красивые бело-золотые стены, украшения из сусального золота, статуи — всё говорило об одном: роскошь. Роскошь, недостойная Крис. Диана вместе с Наён проводили девушку в небольшой зал, отдельный от остальных, где дебютантки должны были ожидать вызова. Там можно было подготовиться и, если захочется, познакомиться с такими же леди. Леди. Крис оставили одну, приказав ждать выхода и готовиться, что без слов означало: ни с кем не болтай. Это, конечно, было пожелание матери, а не няни. Теперь только Крис, страх и ожидание.

***

Крис стояла у входа в основной зал, ожидая приглашения. Спустя какое-то время, полное переживаний и тревоги, она услышала громкий голос: — Приглашаем молодую госпожу Ли Кристалл! Сразу же за дверью послышались возгласы и аплодисменты — зовущие её войти. Она занесла руку над дверной ручкой, но так и не осмелилась открыть. «Слишком страшно...» Тревога била в виски, холодный пот струился по лбу и спине. Сердце забилось неровным, быстрым ритмом, руки задрожали. «Я не смогу». Вдруг за спиной раздался громкий, но тёплый голос: — Волнуешься? Она резко распахнула глаза, обернулась и прикрылась руками, словно защищаясь. «Напугал». — Кто вы? Нельзя же так людей пугать! — Оу, прости, — голос его звучал виновато. Парень красивой наружности, с короткими тёмными волосами и добрым взглядом смотрел прямо на неё. — Боишься? — Ну... да. Сейчас мой выход. Парень ободряюще улыбнулся и похлопал её по плечу. Кристалл это показалось неприемлемым. «Что он о себе возомнил? Почему он меня трогает?!» — Не переживай. Оно того не стоит. Вот моя младшая недавно дебютировала — и всё прошло нормально. Она, конечно, не идеально станцевала, даже споткнулась в конце, — юноша тихо засмеялся. — Но, несмотря на это, всё было хорошо. Тебе кажется, что все будут осуждать, а на деле большей части людей здесь на тебя абсолютно плевать. Крис не оценила его подбадривания. Слишком уж навязчивым оказался этот парень. — Ну спасибо, — пробурчала себе под нос. Повисла короткая тишина. Потом юноша всё же произнёс: — Милая леди, а как вас зовут? Позвольте мне первому назваться: меня зовут Бан Кристофер Чан. Можно просто Чан. «А я... Феликс. Был им когда-то. А так, можно просто фея». — Хм... Приятно познакомиться. Я Ли Кристалл. В этот момент из зала снова донёсся голос, призывающий её — она задерживалась. Юноша резво протянул ей руку в знак приветствия, и Крис тут же отметила про себя, что он тот ещё грубиян. Девушкам руки не пожимают. Девушкам. Но всё же она протянула свою. К её удивлению, он взял её ладонь в свою и... поцеловал. — До встречи, милая леди. Юноша поклонился, а после быстро скрылся в соседнем коридоре, исчезнув из виду. Сказать, что она удивлена — ничего не сказать. Она была просто в ужасе. «Что это было?!» Но время поджимало. Пришлось отпустить ситуацию и, глубоко вздохнув, войти в зал.

***

Дверь открылась — и шум обрушился на неё волной. Сотни глаз. Люстры, зеркала, золото, музыка, шелест платьев, приглушённый гул голосов — всё смешалось в один ослепительный водоворот. Крис сделала шаг, и пол под ногами показался зыбучим песком. «Не смотри по сторонам. Просто иди». Она шла. Медленно, ровно, стараясь не споткнуться о собственный подол. Краем глаза видела мать — та стояла у одного из столов, сложив руки перед собой, и взгляд её был тяжёлым, как приговор. «Не смотри на неё». Крис вышла на середину зала. Музыка стихла, голоса тоже. Тишина стала такой плотной, что можно было порезаться. — Ли Кристалл, — объявил распорядитель, и его голос прозвучал как удар гонга. Она присела в реверансе — идеально, как учили. Потом выпрямилась, подняла руки и замерла в ожидании первых нот. Сердце колотилось где-то в горле. Ладони вспотели. В глазах начало темнеть от напряжения. «Я не могу. Я не смогу. Я...» Музыка вступила. И что-то щёлкнуло внутри. Первые движения дались с трудом — тело было ватным, непослушным. Но чем дальше, тем больше танец забирал её. Крис перестала думать о том, как ставит ногу, куда поворачивает голову. Руки сами находили нужную линию, корпус сам держал равновесие. Музыка несла её. Она кружилась, взлетала, падала в объятия невидимого партнёра и снова взмывала вверх. Платье струилось следом, волосы развевались, и на секунду Крис показалось, что она действительно летит. «Не думай. Просто танцуй». В какой-то момент она подняла глаза — и встретилась взглядом с кем-то в толпе. Тёмные волосы. Острые, лисьи глаза. Он стоял у дальней колонны, не двигаясь, и смотрел на неё так, будто видел впервые в жизни. Будто она была не просто очередной дебютанткой, а чем-то большим. Взгляд продлился всего секунду. Крис уже отвернулась, увлечённая танцем, но что-то внутри дрогнуло. «Кто это?» Музыка стихла так же внезапно, как началась. Крис замерла, тяжело дыша. В зале повисла тишина — на секунду, на две, показавшиеся вечностью. А потом грянули аплодисменты. Она не сразу поняла, что это — в её честь. Стояла, не в силах пошевелиться, пока зал взрывался овациями. Кто-то кричал «браво», кто-то просто хлопал, и этот шум был таким громким, таким чужим, таким... «Я сделала это». Крис присела в ещё одном реверансе, чувствуя, как дрожат колени. Глаза искали в толпе мать, но нашли другое — тот самый взгляд, из-за колонны. Парень не аплодировал. Он просто смотрел. Неотрывно, пристально, так, что мурашки побежали по коже. А потом её уже уводили — кто-то из распорядителей, куда-то в сторону, к столам с угощениями, к другим дамам, к новой части этого бесконечного вечера. Крис шла и думала только об одном: кто он?

***

Крис сидела за небольшим округлым столиком, за которым расположилась компания молодых красивых дам. Одна из них, самая приветливая, протянула Кристалл чашу с чаем. Та приняла её, не задумываясь, ещё не до конца осознавая, что самое страшное позади. Девушки о чём-то мило беседовали, но Крис это не волновало. Впрочем, могло бы и взволновать, если бы она вообще понимала, где находится. Она сделала небольшой глоток, но вкуса не почувствовала. Сколько времени прошло — она не знала. Чай давно остыл, а она всё машинально подносила чашку к губам. Наконец решила поднять голову, просто чтобы взглянуть на этих девиц — может, кто-то окажется достаточно интересным. Но когда её взгляд оторвался от чашки, он упёрся не в соседок по столу, а в того самого парня, с которым она встретилась глазами во время танца. Острые лисьи глаза, родинка под одним из них. Высокий, в чёрном костюме-тройке: белая рубашка, бабочка в тон, стильный пиджак и брюки. Он смотрел прямо на неё. «Чего он так смотрит?» Крис тут же отвела взгляд, поставила чашку и решила ретироваться. К счастью, молодой человек уже отвернулся — можно уйти незамеченной. «Не нужны мне тут женихи. Мне и этого чудаковатого Чана хватает. Или как его там?» Она ничего не теряла, покинув это общество. Бесконечные разговоры о косметике, нарядах и парнях были ей глубоко безразличны. Крис направилась в конец зала, мечтая только об одном — выйти во двор или в сад, глотнуть свежего воздуха, избавиться от назойливого окружения. Она не любила людей. Впервые вышла в свет — и уже поняла: это не её. Когда шум чаепития остался позади, девушка остановилась у огромной колонны. Обвела взглядом зал — ничего интересного. «Скучно». Матери тоже не было видно, и это обрадовало. — Здравствуй. Крис резко обернулась. Знакомый голос — и снова напугал. «Нельзя предупреждать?!» — И тебе не хворать, — буркнула она. — А чего так грубо? — юноша надул губы, изображая обиду. — А не надо меня во второй раз пугать! — Прости, — он виновато улыбнулся. Крис закатила глаза, но спорить не стала. — Чего тебе? — В смысле? Я просто увидел, что ты одна стоишь. Хотел предложить прогуляться по саду. Она задумалась. Свежий воздух и правда не помешал бы. Здесь душно, скучно, тоскливо. — Пошли. Чан увлёк её к выходу, и Крис покорно следом, не оборачиваясь. А он — тот, с лисьими глазами — так и остался стоять у колонны, провожая её взглядом.