Дядя Марс и его племянник

— Пойдём, мы скоренько, твой дядя Марс даже не заметит, — сказала Лена. — Да я тебе в сотый раз говорю, не пойду я пороться! — всплеснул руками Борька. — Ну, чудной! — тряхнула головой Лена. — Конфетов он не хочет, кнута он не хочет… Ты, может, болеешь, Пузоборов? Когда болеют, вечно ничего не хотят. — Сама ты болеешь! — возмутился Борька. — Кто в здравом уме полезет получать кнутом? — Ой, дура-ак, — протянула Лена. — Бесплатно же! — Ну и ступай, раз так, — сдался Борька. — Только меня в это не впутывай! — Вдобавок ещё трус и неженка, — заметила Лена. — Кто, я?! — Ну, не я же! Борька сердито топнул ногой. Ситуация получалась дурацкая: то ли пойти и добровольно лечь под кнут, то ли прослыть трусом. — Я алхимик, меня нельзя кнутом! — наконец объявил он. — Меня только подтяжками можно, вот. На самом деле, конечно, он был глубочайше против подтяжек, но разве этой Лене объяснишь? Вбила себе в голову, что порка — это прямо праздник какой-то, подстраивайся теперь под неё… — Ты, кстати, тоже поостереглась бы, — сказал Борька. — Вот вернёшься домой вся в полосочку, а они тебя ка-ак вздёрнут! — Кто? — испугалась Лена. — Ну, эти всякие… — Борька неопределённо махнул рукой, вспоминая неотёсанных селян вроде Климки и Микича. — Ты же простолюдинка, а в благородные лезешь, так нельзя. Лена сосредоточенно нахмурилась, поджав губы, а потом просветлела и объявила: — Придумала! — Что? — настороженно спросил Борька. — А я тут останусь, вот что! Буду хоть каждый день кнутом угощаться. Лена расплылась в мечтательной ухмылке. — Дура! Они тебя порвут на ленточки этим кнутом! — воскликнул Борька. — Буду благородная, хочу — розги, хочу — кнут, — продолжала Лена. — И гусей пасти не надо. Кра-со-та! Борька покрутил пальцем у виска. Где-то вдалеке что-то завыло, замяукало. — Чего это? — спросила Лена. — Не знаю, может, пожарная сирена? — буркнул Борька. Кто-то проскакал по тропинке чуть поодаль. Повсюду зашуршало, зашумело, затопало. Какой-то грузный дяденька пронёсся было мимо с выводком сопливых ребятишек, остановился у дерева и строго глянул на Лену и Борьку: — Дети, а вы почему не бежите? Поторопитесь, а то пропустите вечернюю порку!