Дядя Марс и его племянник

Борька наконец остановился, чтобы отдышаться. В боку противно кололо, мокрая от пота одежда липла к телу, в ушах стучало. За спиной что-то зашелестело, и Борька подпрыгнул. Шланг, подлый! Приполз, выследил! Хотя чего там выслеживать, если дырка в стене, а дальше узкий коридорчик в сплошных зарослях… — Уроборос! Запыхавшийся голос был знакомым, но Борька не спешил расслабляться. Он вжался спиной в кусты, чтобы усложнить врагу доступ к необходимым для порки местам, и грозно крикнул: — Пароль! — Очумел, что ли? — Дядя Марс? Борька немножко отлепился от кустов и сощурился. В темноте лица было не разглядеть, но по фигуре это выходил скорее дядя Марс, чем шланг. — Уф-ф, не зря изучал их мироустройство, всё как по маслу прошло, — удовлетворённо выдохнул дядя Марс — всё-таки это был он — и протянул руку: — Штаны давай. — Чего это, не дам! — возмутился Борька, на всякий случай покрепче вцепившись руками в пояс. — Мои штаны, Уроборос, — устало сказал дядя Марс. — Твои? — переспросил Борька. — Ну да, ты же взял их? Я тебе кричал, — забеспокоился дядя Марс. — А я… А чего ты сам не взял! — нашёлся Борька. — Говоришь же, как по маслу! — Ну, почти. В конце концов, я достаточно наладил процесс, чтобы переключить эту штуковину с тебя на себя, — сказал дядя Марс. — Не щадя живота своего, так сказать… — Это разве живот, — фыркнул Борька, и дядя Марс надулся: — Так говорят. — Ну, ладно, — смущённо буркнул Борька. — Вообще-то я рад, что ты успел меня вытащить, хотя это ты меня во всё втянул. — Я? — А зачем не сказал про конфеты! — Уроборос! — укоризненно воскликнул дядя Марс и ненадолго замолчал. — Так что, моих штанов нет? — Не-а. — Плохо. — А ты рубаху сними и повяжи вокруг пояса, почти не стыдно будет, — подсказал Борька. — Или роди штаны каким-нибудь процессом. — Уроборос, штаны не рожают! — с упрёком воскликнул дядя Марс. — И вообще — дело не в штанах. Дело в том, что у нас снова нет конфет.