Широко закрытые глаза

От Автора: Спасибо моей бете, за то, что помогла мне с преступлением. Дорогие читатели, извиняюсь за столь долгую задержку, обещаю исправиться.

Детектив

-Вот, лучшее латте. Подняв голову, я посмотрел на сияющее лицо Коки. Меня уже который день мучила совесть, я тогда совершенно зря разозлился на мальчишку. Он пытается мне помочь, пытается облегчить мою боль, да и чего греха таить, желает узнать тайну моего прошлого. Только вот тогда я был не готов к подобным расспросам, тогда я хотел даже себя разорвать на кусочки, не то что Юю. Он милый, добрый, но вот не понимает, когда стоит просто перестать задавать вопросы и помолчать. -Латте? – повторил Коки, протягивая мне бумажный стаканчик. -Я не люблю латте. -Разве? Здесь тоже черный кофе с тремя ложками сахара, плюс бонус в виде молока. Я откинулся на спинку стула и сложил руки на груди, окидывая Танаку скептическим взглядом: -У меня аллергия на молоко. -Первый раз слышу, - отозвался парень. -Что вообще ты обо мне слышал? Коки скривил губы и забрал с собой две порции латте. И тут я вспомнил, что тогда в походе я пил капучино, тоже кофе с молоком. Нет, аллергии у меня, конечно, никакой нет, я просто не люблю разбавлять кофе молоком. Но тогда я даже не задумывался над этим вопросом, просто выпил и все. Может от того, что этот кофе дал мне Юя? Может все дело в мальчишке? И может, более того, Джин прав? -Кстати, тебя звал Рё, - сказал Коки, отвлекая меня от мучительных размышлений. Я тут же сорвался с места, если Рё звал меня, значит, нарыл что-то стоящее. Сбивая по пути зазевавшихся коллег, я добежал до убежища Нишикидо, затем рванул на себя дверь с такой силой, что навстречу мне вывалился рыжеволосый парнишка в белом халате. Мы испуганно переглянулись, после чего я забежал внутрь, забывая про столь незначительный инцидент. -Какого чер… - начал было на повышенных тонах Рё. - А, это ты, заходи. Думал, опять этот рыжеволосый придурок. Ты, как я погляжу, сильно спешил? Нишикидо не торопясь вешал в шкаф своё темно-серое пальто и надевал белый халат. Я же упал на диванчик в его кабинете, ожидая, когда парень решит посвятить меня в свои мысли насчет ниточек к преступлению. Учитывая его приподнятое настроение и игривое обращение, я понимал, что он нарыл что-то стоящее. Тем более у меня оставалось очень мало времени, чтобы раскрыть дело и выполнить обещание данное Казуе. Наконец Нишикидо сел в своё кресло, пощелкал кнопками ноутбука, отчего его лицо преобразилось и приняло мечтательное выражение. -Значит, надо было все же добавить глицин, - проворчал он. – Ладно, начнём сначала, время позволяет. А вот… -Эй, Рё, ты про меня не забыл? – приподнял я брови. Нишикидо хмыкнул, его плечи дрогнули, и он повернулся во мне. Он положил локти на подлокотники кресла, соединил пальцы рук и устремил на меня свой пытливый темный взгляд: -Каменаши был прав. Яд содержался в жвачке, я проверил. Но тут есть несколько нюансов, - я весь подобрался, садясь прямо. – Яд изначально был сварен неверно, его варили слишком долго и при более низкой температуре, а потому и свойства у него изменились. Он активизируется только при взаимодействии со слюной и никак более. Также, при попадании в организм, он убивает не моментально, как должен, все зависит от организма. Принцип такой же, как у стрихнина: если человек был сыт и яд попал к нему в организм, то умирает человек только через несколько часов, от трёх до пяти. А потому невозможно было бы связать все это со жвачкой, и очень хорошо, что Каме был настолько внимателен. Но знаешь, есть кое-что странное. -Что именно? -Это убийство похоже на лотерею. -На лотерею? -Понимаешь, яд находится только в одной пластинке. Если человек выбирает другую, то он не умирает, а если выбирают с ядом то… -Получается, преступник не желает жертвам смерти? – переспросил я. -Да. Он дает им право выбора. -Право выбора… - пробормотал я. В голове уже начала складываться общаяя картина и, пока еще размытый, образ самого преступника. Только у одного человека был шанс сделать яд, только у одного человека была возможность добавить его в пластинки, и только один человек имел достаточно мозгов, чтобы совершить подобное. Осталось только прояснить пару вещей, и тогда я смогу поймать его. -Спасибо, Рё, - улыбнулся я, поднимаясь. Затем похлопал парня по спине, показывая, как неоценима его помощь. Он перехватил мою руку и как-то хищно улыбнулся. -Ещё одно, Томо, - сказал он, сильнее стискивая моё запястье, - я почти поймал её. -Кого? – спросил я, сглатывая противную вязкую слюну. Поведение Рё было далеко от адекватного. -Крысу. Он отпустил меня, позволяя уйти. Только будучи у своего стола, я понял, о чем говорил патологоанатом, но вряд ли это сильно помогло мне в понимании его странного поведения. И вообще в голове до сих пор не укладывалось, как эта крыса связана со мной. И с чего это вдруг у нас в отделении сия мерзость могла появиться? Тем более, несмотря на прохладные отношения с коллегами, я не смог бы подозревать кого-то из них. Но пора было выбрасывать из головы размышление о странностях Рё, если подумать он всегда был несколько своенравным… что ли… -Коки! – позвал я, чтобы уточнить детали касающиеся дела. Парень подпрыгнул и опрокинул на себя остатки латте из последнего стаканчика: -ЯМАПИ!!! – закричал он, вскакивая с кресла и пытаясь стряхнуть капли еще горячего напитка с футболки. Спрятав в кулак свою улыбку, я дождался, пока парень прекратит скакать и размазывать напиток по одежде. Что Коки закончил делать довольно скоро, уставившись на меня обиженным взглядом. -Я хотел уточнить всего пару вещей. -Каких же? -Когда наши люди стали следить за Ватанабэ Наной? -Она приехала на день раньше, чем мы рассчитывали. -Значит, один день она провела без нашего контроля? Отлично. Я сел за компьютер, Коки тут же подъехал на своём стуле ко мне и смотрел на монитор. -Если мы возьмем маршрут, - я открыл программу для отслеживания городского транспорта, - куда входят адреса девушек, их университет и школа, где они учились, то найдем только один маршрут. -Автобус 304, - прочитал Танака, затем посмотрел на меня. – Что это нам дало? -А то, что девушки ездили на этом автобусе, жвачка попала к ним во время этого путешествия. -С чего ты взял?! -Интуиция. -Ты хочешь сказать, что сегодня будет ещё одно убийство? -Совершенно точно! Мы синхронно повернули голову в сторону доски с фотографиями жертв и всей нужной информации. Между смертями было разное время, но не больше недели, ведь какое-то время было нужно, чтобы приготовить яд, а раз со смерти Наны прошло уже пять дней, нам стоит поспешить. Моя интуиция говорила, прямо-таки кричала, что скоро будет новое убийство, и вероятнее всего сегодня еще кто-то умрет. Нам нужно было найти девушек, которые учились в одном классе с погибшими, включая Нарико. -Слушай, Пи, а может смерти закончатся? -Что ты имеешь в виду? -Ну, может преступник отомстил девушкам и всё. -Коки, мне кажется, что это не просто убийство из мести. К тому же, так умерли еще три девушки, которые просто учились с ними вместе. Пойми, эти смерти дело рук лишь одного человека. -Кого-то подозреваешь? -Слушай, а где сегодня Каменаши? – я решил сменить тему, мне не хотелось делать преждевременные выводы. -Не знаю, я сегодня не видел его, - отозвался Танака, посмотрев на стол моего помощника. Внутри меня что-то зазвонило и затрещало, учитывая все те преследования Йокоямы, возможно, он решил серьёзно навредить Казуи? Прогнав подальше подобные мысли, я вернулся к реальности. -Сегодня вечером мы поймаем убийцу. -С чего такая уверенность? – все ещё недоумевал Коки. -Не могу тебя сказать, просто чувствую. Я действительно чувствовал, как птицей бьётся адреналин в крови, как он нарастает и не дает места волнению. Что-то внутри меня предвкушало, что сегодня решится все дело, тем более, имя преступника я уже знал наверняка. Надо было только поймать его во время совершения убийства. -Знаешь, Томохиса, ты меня пугаешь, - ошарашено прошептал Танака. -Джокера не должна пугать любая возможность игры. Напарник улыбнулся. Мы нашли последние ниточки к разгадке преступления, отчитались перед Мидорикавой, она снова повесила на меня всю ответственность. Конечно, это было правильно, ведь мы действовали только на основании моих предположений, только на том, что мне подсказывала интуиция. Несмотря на это, в случае удачи, меня ждет закрытие очередного дела, а это не так уж плохо. Вечер наступил довольно быстро, и вот, заскочив в машину Коки, мы поспешили на остановку, на которой однажды уже бывали с Каме. Как по расписанию, преступник был там, мы вышли, встали чуть в стороне. Ждать такой не редкий 304 автобус пришлось недолго. Вот он и подъехал, распахивая гостеприимные двери. Оттуда вышла девушка, которую мы уже знали, Харука Синохара, она училась вместе с погибшими. К ней подошел наш преступник, протягивая «подарок». -За что? – улыбнулась она, принимая упаковку «Green Gum». -За то, что учились не в том классе, - сказал Танака, отбирая улику, до этого он предусмотрительно надел перчатки. -Что? Кто вы? – удивилась Харука. -Это за то, что вы спокойно смотрели, как издевались над Нарико и… - договорить у меня не вышло. -За то, что вы все молчали, когда её лишали друзей, когда её убивали, когда она осталась совсем одна, - твердым голосом закончила Мицуки Сайто-сан - бабушка погибшей. На глазах девушки навернулись слезы: -Простите, - прошептала она и низко поклонилась. Когда она выпрямилась, Мицуки-сан отвесила ей пощечину и даже не поморщилась. -Твои слова и твоя жалость не вернут её мне. -Но, Сайто-сан, их смерти также не вернут её к жизни, - сказал Коки, пока женщине надевали наручники. -Не вернут. Но справедливость будет восстановлена, - проговорила старушка. В полицейском участке Мидорикава-сан пыталась сопоставить факты, но у нее ничего не получилось. Надо было допросить Мицуки или хотя бы рассказать, ради чего был придуман весь этот план. Пришлось мне идти в комнату для допросов одному (Каменаши так и не пришел), Коки же отправился с начальницей в соседнюю комнату, чтобы наблюдать оттуда. -Ну что, Сайто-сан, мы готовы выслушать вашу версию убийств, - проговорил я, присаживаясь напротив женщины. Она гордо вскинула на меня горячий взгляд: -Это я готова выслушать вашу версию, - сказала она, делая ударения на слове «я» и «вашу». Она выглядела высокомерной и такой неприступной, но на то я лучший ученик полицейской академии. Расслабившись и даже откинувшись на спинку стула, принялся за рассказ: -Когда погибла ваша внучка, вы, желая узнать правду, обили ноги о пороги университета. Поджидали её одноклассниц и общались с ними, тогда-то вы и встретили Ито Нацуки, Коикэ Тайдзи, Хонда Нана, Хаякава Аканэ и других. Вы лично не общались с ними, так как они даже не смотрели в вашу сторону. По отзывам вы узнали, что девушки были в химическом классе и именно они нашли тело вашей внучки. Вы сопоставили факты и пришли к выводу, что они виновны в смерти Нарико. Тогда, попросив своего старого приятеля подписать документы о вашей лживой невменяемости, что он, кстати, и сделал, вы получили довольно много времени, чтобы изготовить яд и добавлять его в безобидную на первый взгляд жвачку. Под видом старой, больной бабушки, вы угощали девушек, а для отвода глаз давали и другим. Ничего не подозревая, они брали «подарок» и погибали. Но вы были расчетливы, уходили из дома только тогда, когда Эмири отлучалась, а во время её присутствия приходили на остановку встречать её, чтобы к вам привыкли и приняли за невменяемую. -У вас нет улик. -Ошибаетесь. Мы проверили вашу квартиру, и нашли у вас ингредиенты для яда. Когда вы впускали нас, вы обратили внимания на значок моего помощника, что уже говорит о вашей вменяемости. Больной человек, страдающий слабоумием, впускает всех, кто постучится в дверь. Также в вашей комнате стоит выпускная фотография, класс Нарико. Из неё вы и узнали, к кому надо подходить. Также у нас есть показания ваших соседей, которые рассказали о ваших отлучках из дома, и показания свидетелей с остановки, которые видели, как вы подходили к девушкам и давали им отравленную жвачку. Сегодня мы изъяли прямо из ваших рук последнюю улику. Уверен, сейчас её проверят и обнаружат там яд. Ну, так что, Мицуки-сан, вы признаёте себя виновной? -Но вы не правы… -В чём же? – я поставил локти на столешницу, сплел пальцы рук и устроил на них свой подбородок. -Они виноваты в её смерти. Они убили её! -Нет, они просто нашли её. -Нет, Нарико никогда бы не сделала подобного! -Мицуки-сан, вашей внучке было очень тяжело. Она решила использовать крайний способ, который она видела. -Нет, - старушка расплакалась. -Мы могли бы вам помочь узнать истинную причину смерти, если бы вы пришли к нам с самого начала. Сейчас же все, кто имел к этому отношение, мертвы. Поймите, ваше несогласие ставит под удар алиби людей, которые искренне переживают за вас. Женщина посмотрела на меня. Пришлось надавить на ее старое, доброе сердце: -У вас остался внук - Акира, он нуждается в вас. За вашими стремлениями добиться справедливости вы забыли, что часть семьи все же осталась. Вы поступили эгоистично и подло по отношению к нему и к Эмири, которая верила вам. Вы предали их, также как предала Нарико вас. -Какой срок мне дадут? - спросила Мицуки-сан. -Сейчас я не могу этого сказать. ***  Возвращаться в дом не хотелось, поэтому, оттягивая этот момент, я прогуливался по вечерним улицам. Не отвечал на настойчивые звонки Джина, мне не хотелось разговаривать даже с ним. Почему-то после закрытия дела меня мучило что-то похожее на совесть и камень , как ни странно, с плеч не упал, казалось, наоборот стало тяжелее? Поэтому медленно направляясь в сторону особняка, я думал, что же не даёт мне покоя. Даже заново разобрал по кусочкам дело, но нет, все было верно. Преступницей действительно оказалась Мицуки-сан. Около дома я остановился и увидел, как Тего играет со своим псом. Он кидал тому палочку, присаживался, протягивал руки и ждал, когда Тенши положит её ему в ладошки. Я огляделся в поисках Куро, но нигде не увидел своего пса. Последнее время я совсем забросил его, раньше с ним хотя бы Джин играл, а сейчас... Нет, общение с другими собаками, конечно, лучше, но я, как хозяин, совсем им не занимаюсь. В выходные, пожалуй, стоит посвятить ему. В любом случае тренировки надо возобновить, он же почти служебная собака. Помимо этого, я ведь могу приглядывать за Юей и за Куро, это самое простое дело на моей памяти. Точно! Стоя около забора, я еще немного посмотрел, как играет мальчик с псом. Это было как-то занимательно для моего взора, что отрываться было несколько лень. Лучше, наверное, всё же зайти, а то охрана уже коситься на меня стала, как на извращенца какого-то, спасибо, что хоть узнали. Зайдя в калитку, я помедлил, но всё же подошел к мальчику, тот никак не отреагировал на то, что услышал меня. Но мне-то прекрасно было известно, что даже если он вдруг случайно не расслышал моих шагов, то точно расслышал лихорадочное биение сердца. Он вновь кинул палочку и присел, вытянув ладошки. -Может поговорим? – наконец выдавил я из глубины своего нежелающего говорить организма. -Говори, - откликнулся Юя, не обращая внимания на меня. С одной стороны, это было хорошо, иногда в его глазах было столько смысла и понимания, что становилось жутко, а иногда, если честно, эти глаза просто пугали. С другой стороны, когда на тебя смотрят, понимаешь, что тебя, по крайней мере, слышат. -Прости меня за тот раз, когда я накричал на тебя, - я поклонился. Юя кинул в очередной раз палочку и повернулся ко мне, уголки его губ дрогнули, но мальчик сдержал улыбку: -Ничего, я всё понял. -А ещё прости за наш секс. Брови Тегоши исчезли под челкой, он наугад кинул принесённую палочку и обернулся ко мне со скрываемой яростью. Тенши видимо почуяв настроение хозяина, не побежал за палкой, а остался на месте. Пёс смотрел на меня с сожалением и тайной злостью, а может, это была своего рода ревность? Не знаю. -Почему вы извиняетесь за свой «подарок»? -Потому что это был неправильный, даже нет, непростительный с моей стороны… поступок. -Ямашита-сан, он был непростительным на том основании, что вы мой телохранитель? -Да, - кивнул, холодея от уважительного обращения, Юя всегда возвращался к нему, когда злился на меня. -Что ж, вас, как телохранителя, нанимали мои родители. Но я не нанимал вас, поэтому могу воспринимать вас как угодно, хоть отцом. И ваш, как вы его назвали «непростительный поступок», был для меня подарком и он не имеет никакого отношения к моим родителям. А значит, вы не должны извиняться за него. Хотя…- Юя склонил голову набок, словно всматривался в выражение моего лица, – нет, мне понравился ваш подарок, а потому я не принимаю ваши извинения. -Юя… -Хватит! Как ты не понимаешь, что этими своими метаниями, ты делаешь больно только мне? Тогда ты принял решение, так имей мужество вынести и то, что последует за этим. Иначе я очень разочаруюсь в вас. Скоро будет дождь, идите в дом. После этих слов мне стало не по себе. А ведь он прав, я мечусь туда-сюда, как краб и в итоге не сдвигаюсь с мертвой точки. Мне надо набраться мужества. Он чертовски прав! Не желая ругаться и дальше, я направился к дому, с желанием постоять на крылечке. Уже на подходе, туда вышла бабушка Тегоши, в руках у неё было две чашки, видимо она ждала меня. Неужели подглядывала через тюлевые занавески в прихожей? Я поднялся по деревянным ступенькам и остановился, облокачиваясь на теплые, от ещё по-осеннему горячего солнца, перила. Ику-сан протянула мне кружку. Я принял теплую, даже горячую кружку, понюхал, дымок отдавал чем-то ягодным. -Это чай с малиной, - улыбнулась женщина. Я глотнул. Очень даже вкусно, но комментировать не стал. Я уперся взглядом в играющего с собакой мальчика, мне не давали покоя его слова и реакция. «…ты делаешь больно только мне!» - отдавалось многократным эхом его слова. «…больно…» -Мне жаль, жаль, что он влюбился в вас, - сказала печально Ику-сан. Она стояла с кружкой в руках, облокотившись на перила, и смотрела на внука. – Он даже сам еще не понимает, что это любовь. Ведь выражает он гораздо меньше, чем чувствует. В этом вы с ним похожи, оба не умеете нормально выражать чувства. Мне было немного неприятно слышать, что, оказывается, влюбиться в меня, это худшее, что могло случиться в жизни её внука. Одно дело, когда ты сам так считаешь и думаешь, а другое, когда тебя тыкают этим в лицо другие люди. -Если между вами что-то есть, подумайте, стоит ли ломать это? Ведь сломав все мосты между вами, вы потеряете его доверие, разрушите веру и укорените в его сердце злость. Что? Оказывается в её глазах, я самый отвратительный человек на свете? К тому же, я могу влиять на мальчишку и разрушить его характер, ну или изменить только потому, что я появился в его жизни. -Я не буду мешать вам, закрою глаза на многое. Это не коснется ушей Масами-тян и её мужа. Это останется сугубо между вами, обещаю. – Ику-сан поставила кружку на перила и повернулась ко мне всем корпусом. – В таком случае, почему бы вам не попробовать? -Что? – скрыть, что я просто слушатель стало невмоготу. Меня начало напрягать слова «это», казалось, она прекрасно знает, что случилось между мной и её внуком, но только воспитание не дает говорить об этом прямо. Что трудно ожидать от такой женщины, ведь в первую нашу встречу, она вела себя иначе. Сейчас она больше была похожа на бабушку. -Покажите ему, что значит быть любимым. От вас не убудет, а Юе будет приятно. Тем более, этот ваш «роман» не продлится больше месяца.  -Вы сейчас хотите, чтобы он разочаровался в любви с моей помощью? – усмехнулся я, неприятно уязвленный её словами. -Нет. Каждый человек в жизни набивает шишки, стучит не в те двери и наступает на грабли, но приобретает неоценимый опыт. Почему если Юя особенный, то я должна мешать ему в приобретении этого опыта? Что-то сказать на это, я не нашелся. Ику повернулась спиной к Юе и встала ко мне боком. Я видел её лицо, вдруг оно стало более мягким: -Только когда все закончится и разобьются сердца, у Юи останусь я, а вот кто останется у вас? Дам вам один совет: если решитесь, то подумайте, на чьём плече, в конечном итоге, будете плакать. И да, не стойте долго, скоро будет дождь. Она ушла. А я вспомнил, что точно такие слова мне говорила мать Масуды. Неужели так хорошо видно, что у нас с Юей что-то есть? Стоп, а Ику-сан случайно не знакома с Юкико-сан? И чего это они все говорят про дождь? Я посмотрел на небо, оно было сумеречным, ведь шел уже девятый час, но оставалось ясным. Месяц освещал землю мягким, едва заметным серебристым светом. Пошарив по карманам, я вытащил полупустую упаковку сигарет, и с наслаждением затянулся никотином, да, вредно, но мозги прочищает - факт. Мой взгляд все ещё был прикован к спине мальчика, Юя зябко повел плечами. Посмотрел на небо, словно ожидал, что вот-вот прольётся дождь. Тенши гавкнул, усиленно виляя хвостом, просил о продолжении игры. Юя усмехнулся и снова кинул палочку. Огонёк обжег пальцы, сигарета прогорела до фильтра. Черт! Я выкинул окурок в стоящую рядом железную банку, надеясь, что она имитировала пепельницу. Тут сбоку кто-то свистнул. Я повернул голову и увидел Акико, девушка улыбнулась и кинула мне зеленое яблоко. Я легко поймал брошенный плод и благодарно кивнул. Телефон снова зазвонил. -Да, Джин. Что хотела твоя душа? ***  -Томо, так копаться может только кролик в ямке! -…или девственник в чужих трусах! -Хватит соревноваться в остроумии! – крикнул я прямо из дома, Джин и Казуя зашлись диким смехом. Их не волновало, что на часах всего семь утра и наличие взрослой женщины. -Слушай, а они правы. Особенно второй, - вдруг сказала Ику-сан. Не сдержавшись, она рассмеялась и пошла к себе в комнату. Вчера Джин позвонил мне и рассказал о «блестящей идее». Он собирался везти меня, Юю и Каме (которого он тогда не отпустил на работу) к себе в загородный дом - отдохнуть и провести время вместе. У Мидорикавы даже получил разрешение на наш с ним трехдневный отгул. Поэтому, еле разлепив утром глаза, я принялся за сборы, Юя же сидел на улице и играл с Тенши, его сумку собрала Чика. А я никак не мог решить, брать дополнительную футболку или не стоит. В результате все же положил и с чистой совестью застегнул молнию на сумке. Ночью все-таки пошел дождь, и мы надеялись, что за городом будет гораздо суше. Наконец, все разместились во внедорожнике, который нам «одолжил» Юя. Джин сел на место водителя, Каменаши рядом с ним, я с Юей на заднем сиденье, рядом с Юей Тенши, а Куро смог уместиться в ногах моего напарника. Джин включил что-то европейское и стал подпевать, Каменаши нахмурился и настроился на другую волну. -Эй! – возмутился Аканиши, крутя ручкой, чтобы поймать предыдущую волну. -Мы будем слушать не то, что нравится только тебе! – заспорил Каме, пытаясь помешать ему, найти нужную волну. -Джин, ты за рулём, будь внимательней, - вяло откликнулся я. Аканиши, как только получил права, сходил на курсы экстремального вождения, поэтому в нём, как в водителе, я был уверен на все сто процентов. -Томооо, Каааааме меня обижает, - застонал певец. Юя уснул, завалившись на моё плечо, ему не мешали даже шумные Акаме (как окрестил я эту парочку). Тенши повернулся и высунулся в окно, весело гавкая на проезжающие машины. Куро положил морду на колени Каме и заснул, пуская слюни на его чистые джинсы. Мне ничего другого не оставалась, как уставиться в окно и думать, что же делать, учитывая все свершившиеся события. Вскоре пейзаж сменился какими-то полями, а потом и вовсе темным лесом. Спустя несколько часов машина подъехала к воротам охраняемого посёлка. Аканиши вышел, хлопнув дверью, и зашел в домик охранников, он уже просидел там минут десять. -Надеюсь, он не автографы им раздает, - сказал Казуя, пытаясь разглядеть, что там делает певец. Вскоре парень вернулся, и мы въехали в поселок, двигаясь по асфальтированной дороге. -Здесь всего дюжина домов, и живут только люди «высшего общества», - рассказывал Аканиши. – Территория охраняется днём и ночью. Ворота закрываются на ночь, так как по соседству лишь лес, а там, знаете ли, дикие животные и всё такое. Слушая друга в пол уха, я рассматривал дома. В них чудесным образом сочеталась старость и современность, это придавало им привлекательность. Тут в окне одного из домов, я увидел девушку: длинные волнистые светлые волосы, пронзительно голубые глаза. Явно европейская внешность, она придерживала пальцами занавеску и смотрела на нас, как мне показалось, с завистью. -Джин, а кто тут живет? – я лишь на секунду отвернулся от незнакомки. Когда повернулся вновь, на втором этаже дома лишь вяло качалась занавеска, оповещая, что кто-то все же прикасался к ней. Проведя взглядом по фасаду, я заметил табличку «For Sale». -В этом? – переспросил Аканиши. – Никто, он же продается. -Но я видел девушку, - настоял я на своём. Глаза друга улыбались: -Нет, Томо, ты меня не напугаешь, - и добавил, обращаясь к Казуе. – Он прекрасно знает, что я боюсь призраков. -Но… я тоже видел её, - шепотом отозвался мой помощник. После чего в машине повисла гробовая тишина. В такой тишине мы и добрались до дома. Это был небольшой особняк в два этажа, вокруг него маленькие кустарниковые розы красного цвета, на заднем дворе высился величественный дуб. Мы вылезли из машины, прошли через калитку низенького заборчика, затем по дорожке из гравия в дом. В нём пахло медовостью дерева с горькой толикой смолы. Прихожая была небольшая, в ней с трудом умещалось четыре человека. Джин надел тапочки и повел нас вперед, чуть дальше по коридору справа была кухня, через арочную дверь виднелась столовая со столом на шесть человек. По левую руку находилась гостиная с большим камином, около которого лежали ровной поленницей дрова, и много пуфиков по всему помещению. Прямо перед нами находилась низенькая дверка, как объяснил Джин, она вела в винный погреб. Рядом с дверью - лестница на второй этаж, туда подниматься пока никто не захотел. Юя куда-то забрался, Куро бегал на заднем дворе за белками, Тенши как ни странно составил ему компанию. А я, Каме и Аканиши таскали в дом вещи, продукты и некоторую посуду, которую купил Джин. -Джин, а почему дома здесь продаются? – спросил Каменаши. Мы как раз разгрузили руки от объемных пакетов с едой, останавливаясь в кухне. -Ну… - замялся парень, - арендная плата постоянно растет, и содержать дом, в котором ты от силы появляешься раз в год, выходит накладно. Но есть такие, которые отселили сюда своих любовниц и любовников, которые живут слишком обособленно. Через два дома от нас живет любовница самого… -А тут есть девушка со светлыми волосами и голубыми глазами? – перебил я. Мне не улыбалась возможность выслушивать тайные хобби известных людей, а таких историй Джин знал оооочень много. Каменаши кинул на меня быстрый взгляд и с любопытством уставился на наш источник информации. -Голубые глаза, - бормотал Джин, - светлые волосы. Значит не японка? -Нет, - отозвался Казуя и тут же прижал ладонь к губам, в испуге глазея на меня. Но Джин задумался и не обратил внимания на этот досадный промах. -Нет, таких здесь точно нет. А что? -Ничего, - улыбнулся я. -Лааадно, - протянул друг, пытаясь по моему выражению лица прочитать то, что я не сказал. - Так остался только плед для пикников в машине, вы пока разложите продукты в холодильник, я схожу за пледом. Как только Аканиши ушел, Казуя подлетел ко мне: -Тебе не кажется, что он что-то скрывает? -Не кажется, я в этом абсолютно. -Ты, значит, и вправду видел ту девушку? -Да, - отозвался я, ставя бутылку молока в холодильник. -Мне показалось, что она смотрела на нас с… завистью, - прошептал помощник, протягивая мне упаковку яиц. -О чем секретничайте! – воскликнул Джин, выпрыгивая из-за стены. Мы с Каме посмотрели на него с одинаковой мыслью «детский сад». -Слушай, а где мы будем спать? – произнёс Каменаши, я повернулся к хозяину дома, так как меня также волновал этот вопрос. -На втором этаже три комнаты, - начала Джин, склоняя голову и соединяя указательные пальцы. -Три? – переспросил я. -Но нас четыре, - отозвался Казу. -Ну, в третьей комнате нет матраса, - продолжил мой друг. -Остается две комнаты, - осторожно озвучил я. Мне была прекрасно известна эта покорная и виноватая поза. -Ну, я думал, мы сможем спать парами. -Парами?! – взвился Казуя. -Да блин, Казу, здесь итак все друг с другом переспали. Какая разница! – отозвался Аканиши и развел руки в стороны. -Да как ты… Стоп, ты спал с Юей?! – обратился уже ко мне Казуя, делая удивленные глаза. -Ну, все, Джин, ты попал, - сказал я. -Проговорился! – воскликнул Джин и побежал наверх. -Догоню и придушу! – предупредил я и побежал следом.

Богатый мальчик

Около камина я нашел небольшой комод и без труда забрался на него. Прислонившись спиной к камину, я раскрыл книжку, которую всегда беру с собой - Агата Кристи «Таинственное происшествие в Стайлз», и снова начал перечитывать, потому что эту книжку подарила мне бабушка, она сама делала для меня шрифтом Брайля. В гостиной было немного прохладно, отчего я сильнее укутался в толстовку. Джин с Томо убежали наверх, проводить свои разборки, я чуть улыбнулся уголками губ: -Вот значит, как развлекаются большие дяди. Легкие шаги, заинтересованное биение сердца, нервное потирание ладоней. Каме осторожно шел с кухни в сторону гостиной, эта комната словно магнитом тянула его, судя по его неспешному шагу. Он наверняка разглядывает интерьер и совсем не замечает меня, что только на руку. Всю свою жизнь я учился обходить стороной людей, не доверять им и допускать только, когда без этого невозможно. Казу-чану я был благодарен за своё спасение, но все равно чувствовал неловкость в его присутствии. Все равно нам не о чем с ним разговаривать без присутствия болтливого Джина и надежного Томо. -Ай! – воскликнул Каме. – Ты напугал меня. Я улыбнулся и отложил книжку, поворачиваясь в сторону усиленного сердцебиения парня. -Ты слышал, о чём мы говорили? -Ты о виденной вам с Томо девушке или о том, что мы с Томо переспали? Каменаши, вероятно, смутился, так как сердце его забилось чуть сильней, и к тому же, он неловко переступил с ноги на ногу. Но развивать тему больше не хотел, а мне и подавно это было не нужно. Мне до сих пор не давали покоя извинения Томо за секс. Неужели всё было настолько плохо? Конечно, это был мой первый раз, не просто первый раз с парнем, а вообще первый секс в жизни. Ну, пусть целуюсь я не профессионально, но учусь я довольно быстро. -Слушай, здесь холодно, хочешь, я растоплю для тебя камин? -Если не сложно. -Сложно? Я умею разжигать камины, тем более тут все проще простого. -Нет. Сложно в плане того что приходится ухаживать за мальчишкой, - произнёс я, закусывая губу. Из-за отсутствия зрения я все также оставался, как там говорит папа? Ах да, неполноценным. И потому я не могу даже самостоятельно разжечь для себя камин, да даже зажечь спичку я не в состоянии. -Юя, у меня есть младший брат, его, кстати, зовут тоже Юя. Каме закинул дрова в камин и поджег их, затем подул, чтобы огонь поскорей оплел дрова. -Ему восемнадцать, начиная с десяти лет, я ухаживал за ним. Вообще у нас в семье четверо детей все парни, мы всегда заботились друг о друге. Этому нас научил папа. - Каменаши подошел и сел рядом со мной на камин. -Вы до сих пор близки? – спросил я, прижимая колени к груди. Я был единственным в семье и слышать, что бывают семьи с таким большим количеством детей, казалось чем-то вроде фантастики. Тем более я не знал, что значит «научил папа», меня учила бабушка. -Конечно. Раньше, когда мне было пять лет, а моим старшим братьям одному десять, а другому восемь, мы ходили вместе с отцом на бейсбольное поле и играли. Я был питчером, а отец судьей. Сейчас нам крайне редко удается встречаться, но когда мы видимся, то непременно играем в бейсбол. Правда, Юя играет лучше, он у нас единственный спортсмен в семье. Отец очень им гордится. -А почему ты не стал спортсменом? -Потому что был молодым… - сверху что-то упало, и послышался смех парней. - Надеюсь, они там не убьются. Так вот я был молодым и глупым и совершенно не думал своей головой. Но, думаю, быть помощником детектива по-своему хорошо, особенно если напарник Томо. -Томо доверяет тебе. -Это вопрос? – спросил Каменаши. -Нет, - ответил я, понимая, что изъяснился непонятно для парня. – В общем, как я понимаю, для Томо нет ничего важнее Джина, он заботится о нём. Ему пришлось оставить его под твой присмотр. И это было бы странно, если бы он не доверял тебе. Ведь ты заботишься о самом дорогом, что есть у Томо. -Никогда не думал… - пробормотал Казуя и замолчал. Мне стало хуже от моих собственных слов, хотел бы я быть хоть чуточку важен Томохисе так же, как Джин. Но не потому, что ему платят за это, а потому что ему важен именно я. Но, видимо, мне не суждено стать настолько значимым для человека, человека, который ничего, кроме желания разгадать все загадки мира, не чувствует. Наверху что-то упало, послышалось ругательство от одного парня и смех второго, к сожалению, это было так мимолетно, что разобрать, кому и что принадлежит, не получилось. Кажется, они там устроили шуточную потасовку и развлекаются. Что ж, им можно хоть иногда побыть детьми. -Эй, наверху, может уже хватит! – крикнул Казу, от чего я невольно подпрыгнул. – Эх, надо разнять уже этих придурков. Джин обещал показать нам здешний лес. С этими словами полицейский спрыгнул с комода и направился на второй этаж, топая по лестнице. Как только он добрался, послышался дикий крик «БУ!» и, закричав, парень чуть не упал назад. Но через минуту на втором этаже началось «кровавое побоище», перемежающееся громким смехом и криком «спасите!». Мне было жаль, что я не могу присоединиться к ним. Поэтому мне ничего не оставалось, кроме как вернуться к чтению. К тому времени как парни спустились вниз, было время обеда, о чем мне сообщили наручные часы. Книга была прочитана вперед на несколько страниц, ноги порядком затекли, спина побаливала от слишком близкого знакомства с каменной кладкой камина, а в кофте отпала всякая необходимость. -Юя, ты идешь гулять? – крикнул Аканиши-сан из прихожей. -Не думаю, что это хорошая мысль. Нет, в лес мне очень хотелось, но снова чувствовать себя в их троице помехой, и знать, что я не смогу принять в их увеселительных играх никакого участия, мне не хотелось. Тем более оставлять без присмотра зажженный камин вряд ли разумно. -Позволь узнать, почему ты отказываешься от хорошей прогулки? – ко мне подошел Томо. От него пахло просто умопомрачительно: запах одеколона с легкой примесью пота. Чудесный запах! Не сдержавшись, я вдохнул глубоко, чтобы задержать этот запах внутри своего тела, ведь ничего кроме этого мне нельзя. -Просто зажженный камин нельзя оставлять без присмотра, - ответил я, спустя пару минут, когда справился со своими вспыхнувшими чувствами. Неужели так будет всегда и я никогда не смогу дышать ровно, когда он будет рядом? Неужели он настолько властен надо мной? Меня начинали пугать все эти чувства, я испытывал такое первый раз. Меня пугала собственная слабость перед этим человеком, пугала его власть и то, как отзывается моё тело на его близость.  -И что ты сможешь сделать, если загорится паркет? – усмехнулся мой телохранитель. -Позвать на помощь. Мы рассмеялись. Томо вытащил книжку из моих рук, заложил закладкой и стащил меня с комода. Одевшись, мы позвали разыгравшихся собак, и отправились на долгую прогулку по лесу. На улице было прохладно, но главное, что дождь не добрался досюда, лишь в воздухе чувствовалась нотка озона. Аканиши-сан рассказывал про достопримечательности леса, хотя мне казалось, что никто кроме меня его и не слушает. -Раньше здесь было болото, когда поселок стали застраивать, первым делом его осушили, вот почему трава так пружинит под ногами. Деревья хороши только в этой части, чуть дальше их подпалил пожар, который был вызван аномально высокой температурой. Вдруг я затормозил - кто-то придержал меня за рукав. Никого кроме моего телохранителя рядом не было, ведь Казуя только что задал вопрос Джину, а значит, это мог быть только Томо. -Надо поговорить, - совсем тихо шепнул Томохиса. Я лишь кивнул и прислушался к тихому разговору Каме и Джина, они удалялись от нас. Когда их голоса слышались на расстоянии в нескольких метрах, Ямашита решился заговорить, а моё сердце кровью обливалась от предчувствия чего-то совсем не хорошего. -Юя, я задам тебе несколько вопросов, попробуй ответить на них максимально честно. Я невольно криво усмехнулся, точно также начинались всевозможные тесты моих психологов, чтобы определить, насколько я ненормален, раньше это не казалось таким смешным. Я быстро собрался, снова кивая. Хоть мой взгляд и был направлен в сторону Томо, я все также видел темноту, мне, почему-то казалось, что мой телохранитель излучает свет, который должен разгонять мрак, но видимо сейчас это не входило в его планы. -Ты же знаешь, что мне двадцать семь лет? -Да. -Тебе всего восемнадцать и у тебя все впереди. Твоя жизнь может быть более интересной и насыщенной без меня. Ты же понимаешь это? -Не уверен. -И еще ты же осознаешь, что я твой телохранитель? Я не смогу отказаться от этой работы, даже если захочу. -Да. -Я недавно говорил с твоей бабушкой… -Томо, подожди. Я понимаю, что ты мой телохранитель, понимаю, что ты старше меня, умнее, сильнее. Помню, что наш первый секс был далеко не идеален, но первый блин всегда комом. Я обещаю, что научусь любить, как надо, я сделаю все, чтобы следующий раз запомнился тебе. Понимаю, что слишком мал для тебя, еще я неполноценный, но я знаю, чего хочу. Хочу быть с тобой. Неважно, что сказала бабушка, я не отступлюсь. Хотя… Я уже не мог сдерживать рвущиеся наружу эмоции. Холодный ветер болезненно разрывал легкие, мне казалось, что я на грани истерики. Нет, слезы не бежали по моему лицу, но я захлебывался и без них в своих собственных словах. Мне хотелось донести, что, может это и не любовь, но Томо важен для меня, что я сделаю все, что он захочет, мне он очень нужен. Я хотел сказать это ему прежде, чем он разобьёт мне сердце, сказав, что отныне мы должны находиться друг от друга на расстоянии метра и не меньше. -Я согласен. -Что? Что за я согласен? На что?  -Я согласен, - повторил Томо. Он взял мою ладошку в свою и легонько сжал. Мои глаза распахнулись, вот значит, что он имел в виду. Он не хочет увеличить наше расстояние, он хочет его сократить. Мои щеки вспыхнули, а губы растянулись в улыбке. Я был счастлив, а потому сжал его пальцы своими. Его тепло, его слова, черт, я же сойду с ума. -Погуляем? Я поднёс наши сжатые руки к губам и мягко коснулся губами тыльной стороны его руки. Нежная кожа, теплая и такая сильная. Кажется, это и называется любовью, когда человек нужен тебе даже с его недостатками, недоговоренностями и огромной дырой в груди на месте сердца. Когда-нибудь мы вместе закроем этот дефект и построим свой мир. Мы медленно двинулись куда-то в сторону, совсем забыв про своих друзей, которые, как мы надеялись, не потеряли нас. Куро с Тенши шли рядом, они были слишком уставшие, так как погоня за прыткими белками совсем вымотала их. Это было тихое счастье, его рука в моей, его тихие слова. Шорох листьев и даже холод не мешал нашей пешей прогулке по лесу. В кои-то веки я был готов остановить миг своей жизни, ради этой минуты я терпел все издевательства одноклассников, ради этой минуты я стал слепым. Первый раз в жизни я радовался тому, что отличаюсь от других. Мы молчали, но нам и так было хорошо, трава всё так же пружинила под ногами. Иногда я поднимал глаза, улыбался Томо, может я смотрел не совсем на него, может чуть выше или ниже, но сердце парня все равно сбивалось с ритма. Бабушка, даже слепые бывают любимы, - подумалось мне. Как приедем, я расскажу ей все, она должна нам помочь. Она сможет сделать все, чтобы наше счастье было вечным. Но вот родители…мама, а особенно отец… -Юя, знаешь… -Тсс… - шикнул я, недалеко от нас раздавались чьи-то тихие голоса. -Что такое? – встревожился Томо. -Голоса, они говорят…Слышишь? -Нет, что они говорят? Что? Я пытался разобрать слова, но они были прерывистым, подчас даже неправильными. Было сложно разбирать слова. Тут я вспомнил, что пытаюсь в английских словах найти японские диалекты. Бабушка учила меня английскому языку, и я преуспел в нём больше, чем в родном языке. Прислушавшись, я уловил незнакомую и слишком тихую речь. -Четыре…Их всего четыре, - повторял я все, что мог услышать. – Они молоды, молоды. Сильные… Счастливы…Я тоже хочу, и я…Мы все хотим…Получить… Их… Томохиса сжал мою руку сильней. -Сколько их? -Голосов…не знаю много. -Мужчины? Женщины? -Сложно понять. Где мы находимся? -За домами. Вон тут видно дом. -Дом? Тот, в котором вы с Казу видели девушку? Тишина. Но я узнал, как сильно забилось сердце парня, а значит, он узнал его. К тому его рука сильней сжала мои пальцы, мне даже стало больно, но я смолчал. Моя ладонь наверняка увлажнилась, становилось ещё холодней. -Пойдём отсюда, мне страшно. Найдем Аканиши-сана и Казу-чан и вернёмся домой, - попросил я, прижимаясь сильней к парню. -Куро, Джин! – отрывисто приказал телохранитель. По земле забухали мощные лапы пса и вскоре затихли где-то в глубине леса, а мы двинулись в обратную дорогу. -Ты говорил твой пёс глупый. -На самом деле нет. Ну, мой пес, конечно, не сможет стать поводырём, не сможет перейти дорогу самостоятельно, но он все же пёс полицейского. Он умеет искать людей, немного наркотики, хотя, если рядом еда, его это сильно отвлекает, а ещё он отлично проходит полосу препятствий. Томохиса говорил много и нарочно громко, пытаясь, видать, заглушить голоса. Но я больше не слышал их, только размышлял что это за голоса. Неужели призраки? Может я медиум? Хай, слепой медиум. Стоп, а была же какая-то слепая известная ведунья. Кажется в какой-то глубинке. Черт, забыл, как её зовут? Ванга, точно Ванга! Может, я похож на неё? Тогда ко мне будут приходить духи для того, чтобы я помог кому-то. Нееет, не надо мне такого. Не хочу, чтобы ко мне приходили духи, я даже не вижу их. Страшно, когда тебя видит тот, кого не видишь ты. Надо отвлечься. Где-то вдалеке заглаял Куро, но мы не пошли на зов. -Так, он их нашел, надеюсь, он не порвет джинсы на Джине, как в тот раз, - в голосе парня наравне с легким страхом, звучали нежность и спокойствие. -А почему ты решил завести пса? – спросил я, чтобы отвлечь телохранителя от возможных переживаний. Если с парнями Куро, то я спокоен. -На самом деле это пёс Джина. -Аканиши-сана? -Да, ему подарил Куро стафф. Первые три месяца Джин ухаживал за ним, начал ставить прививки, гулял утром и вечером, кормил, если надо было ночью. Словно это был его ребенок. Но потом работа взяла вверх, и он все чаще оставлял Куро со мной, и уже к шести месяцам Куро признал меня, как хозяина. Но Джин мог взять его на прогулку, если хотел или если я задерживался на работе. Куро любит Джина, но я любимый хозяин. Мы же с Джином считаем, что это наш пёс. Вот так. -Наш пёс… - протянул я, посмотрев вниз туда, где шел Тенши. – А Тенши только мой. Хотя Чика его кормит, мама может помыть. Но если потребуется, ангел будет защищать меня даже от них. Год назад отец кричал на меня за то, что я месяц пропускал университет и вообще заперся в своей комнате. Тогда Тенши чуть не укусил его, а потом еще месяц скалился на него. Папа даже хотел отказаться от Тенши, тогда я вообще устроил забастовку, поэтому пса оставили. Иногда я слышал, как ангел рычит на Чику или на маму, но редко и, видимо, на то была причина. -Правильно, твой ангел-хранитель любит тебя и только тебя. Ведь он понимает, что ты нуждается в нём. Я кивнул, соглашаясь со словами Томо. -Эй, Томо, что случилось с Куро? – раздался возмущенный голос Аканиши. Странно, что я не услышал их приближения, видимо заслушался и задумался. – Он чуть не порвал мне штанину. -Прости, Джин, мы…хотели вернуться в дом. Холодно. -Хм, а сколько времени? -Уже четыре, - отозвался Казу-чан. -Так мы толком не завтракали и не обедали, может хоть поужинать получится. Кто за то, чтобы приготовить всем вместе ужин? Все тут же согласились с безумным предложением звезды. Надеюсь, он знает, что говорит, иначе мне снова придется сидеть на комоде. В доме было тепло, несмотря на почти погасший камин, но Казуя подкинул туда пару дровишек и огонь вновь весело затрещал. Все переоделись в более удобную одежду, согрелись и пошли на кухню. Некоторое время я старался не мешаться под ногами, а парни вовсю пихались, сыпали шутками и остротами. Мне было весело, только вот никак не знал, куда себя приткнуть. То остановлюсь со столом, но меня отпихивает Джин к холодильнику, принимаясь резать овощи, от холодильника отшвартовывает к раковине Каменаши, которому в холодильнике понадобилось мясо, а у раковины меня мягко подвигает к столу Томо, так как сам намеривается налить воды для риса. Но уже через десять минут мне нашлось занятие. Меня посадили на какую-то тумбочку и дали две миски одна с яйцами другая для скорлупок, чистые отдавал Казу, который нарезал их. -Казу-чан, - тихонько позвал я парня. Мне хотелось задать ему вопросы личного характера, но так чтобы не слышали другие. -Да! – зычно отозвался парень. - Эй, Джин, убавь газ под овощами, иначе пюре получиться. Что такое? Хотя я был уверен, что телохранитель точно обратил на нас внимания и будет подслушивать. Пришлось отложить допрос на более позднее время. Мои попытки не увенчались успехом. -Казу, - в седьмой раз попытал счастья. -Минутку, Юя, - прошептал парень. – Джин, Томо сходите за вином, к рыбе подойдет красное, а к гарниру лучше белое. Возьмите несколько бутылок и белого, и красного. -Хооорошо, - протянули парни и покинули кухню. Когда их смех затих за дверью винного погреба, Казуя, вероятнее всего накрыл крышкой овощи, так как сразу стало тише, помощник встал рядом со мной. -Ну, что тебя весь день мучает, выкладывай, - он потрепал меня по плечу. -Я хотел спросить, ты же спал с Аканиши-саном? -Спал? -Ну… у вас был секс? – мои уши отчаянно запылали, а лицо-то уж точно, поэтому я слегка опустил голову, чтобы Каме не увидел моего лица. -Был. -Я хотел бы узнать…как это…бывает? Слова давались с трудом, мне было так стыдно. Ну, конечно, про секс мне рассказывали, даже повезло испытать на практике. Но говорить о таком было мне все равно стыдно, именно поэтому я терзал свои руки и губы. -У вас же с ЯмаПи был секс, - удивился Каме. -Был, но я думаю, Томо не очень понравилось. Дело в том, что это был первый раз, я испугался. Мне кажется, ему было не так приятно, но я хочу теперь сделать ему…ну…ну…приятно. Сделать ему… - мне никак не удавалось выдавить из себя такое простое слово. -Минет, - подсказал Каменаши. На миг я даже забыл, как дышать, так меня шокировала легкость и правильность его слов. Я смог только кивнуть и вообще отвернуться в другую сторону. -Тут главное… Подожди, как это делается ты знаешь? Кивок. -Томо делал? Опять кивок с моей стороны. -Ну, главное, когда ты будешь это делать, ты должен сам этого захотеть. Принуждение или только одно желание показать себя не доставит удовольствие ни тебе, ни Томо. Сделай это, когда будешь готов, не заставляй себя. Повисла тишина. -Понимаешь, в сексе, как в танце. Есть ведущий и ведомый, ты же снизу? Кивок. -Так вот, - продолжал Каменаши, - Томо ведущий, а ты ведомый, позволь ему вести себя. Следуй за ним, не повторяй, а следуй. Он поможет тебе освоиться, и вы получите настоящее наслаждение. Не бойся и не стремись работать на удовольствие обоих. Это задача Томо, а потом уже у тебя будет выходить лучше, он позволит тебе немного…порулить. Все будет хорошо, не тревожься. Казуя похлопал меня по спине. Дверь погреба распахнулась, вскоре на кухне появились парни, слишком шумные, от них пахло вином, терпким, с ноткой цветочного аромата. -Мы нашли вином с твоим годом рождения, Казу, - весело объявил Джин и поставил бутылки на стол, судя по стуку, их было около шести. -Я нашел вино, которому тоже восемнадцать лет. Вот, стащил одну бутылку, - обдал моё ухо горячим дыханием Томохиса. Дрожь пробежала по моему телу. От него совсем не пахло спиртным, почему же он так ведет себя? Совсем не узнаю моего настороженного и собранного телохранителя. -И что ты хочешь с ней делать? – спросил я, едва скрыв дрожь в голосе. -Выпить наедине, - отозвался Томо и быстро чмокнул меня в губы. Я был шокирован. Это так свежий воздух действует или просто Томо, наконец, вылез из скорлупы своего панциря? Вскоре мы собрались за столом. Экономичный или, можно сказать, практичный Каменаши уговорил выключить свет и зажечь свечи, Джин усадил всех кучно, чтобы не надо было кричать через весь стол, а Томо сел около меня. Ужин протекал медленно, все разговаривали, пили вино, даже я не отказался от бокала. Правда вино было не очень вкусным, горчило и щипало кончик языка, в общем не самые приятные ощущения. Но все остальные были в восторге, судя по громким разговорам, смеху и вообще такой радушной обстановке. Так наверное бывает в настоящих семьях, где существуют любовь, взаимопонимание и отсутствие денег. Пусть обществом управляют деньги, но любовью они пока управлять не в состоянии. Хотя даже с этим многие могут поспорить, недаром, у толстых кошельков самые красивые девушки, но разве это любовь? Бабушка рассказывала о корыстных девицах, да и, устраивая мне о-миаи, родители прекрасно понимали, что среди них может появиться подобная вертихвостка и строго настрого наказали мне держать ухо востро. Вот и выживали. -Да ну, парни, вы все врете, - прервал мои размышления громкий голос Джина. -Нет, мы действительно видели её, - настаивал Каменаши. -И что вы хотите сказать, что это призрак? -Я не верю в призраков, - спокойно отозвался Томо, откидываясь на спинку стула. -А я верю, - сказал я. -Почему? – заинтересовался Казу. -Ну, есть много людей, которые видели их. Масса фотографий, да и фактов в интернете полно, мне бабушка читала. Я считаю, что просто феноменов типа тумана или случайного блика не может быть так много. Не всегда все строится лишь на человеческом факторе. В мире есть магия, особенно у нас в Японии. -Хм, интересная версия, - хмыкнул Аканиши. Из разговора я понимал, что он верит в них и боится, ничего, у людей много разных фобий. -Нет, ну, Юя, согласись, что нет ни одного преступления, которое совершил бы призрак, - заспорил Казуя. -Почему? А как же нераскрытые дела? -Эти дела не смогли раскрыть детективы-любители, всего то, - усмехнулся Томо. -И вообще на мистические истории есть Дин и Сэм Винчестеры, - попытался пошутить Джин, ему явно не нравилась тема разговора. -Из твоего мнения, похоже, что ты веришь в злых духов и прочую мистификацию, - сказал Каменаши с явной улыбкой в голосе. Может, ты и в инопланетян веришь? -Верю, - честно отозвался я. -Почему? – хором воскликнули все парни. -А, ну да, доказательства интернета, очевидцы и те, кого похищали. Достоверные источники, - скептически отозвался Томохиса. Аканиши рассмеялся, это тема нравилась ему гораздо больше. -Нет, просто я считаю, что в такой огромной галактике не можем жить только мы. Я уверен, что есть и другие организмы, что мы не одиноки. Но вот про их прилеты и прочее, сильно сомневаюсь. -Это звучит разумно, - согласился Казуя. ***  Ужин у нас плавно перетёк в поздний ужин, поэтому в спальнях мы оказались только ближе к двум часам ночи. Как и пророчил Джин, мы спали по парам, на больших двуспальных кроватях, но для нас с Каме все это оказалось сюрпризом. Сидя на широкой кровати, я никак не мог заставить себя снять шорты и лечь под одеяло. Гуляющее вино по крови вообще никак не хотело спать. -Томо, - тихонько позвал. Телохранитель нырнул под одеяло, пододвигаясь ближе: -Ты замерзнешь, залезай, - предложил он, распахивая теплое нутро одеяло. -Нет, я хочу поговорить. -О чём? -Ты знаешь обо мне всё, каждую деталь и мелочь. А вот я… Ты каждую ночь просыпаешься, ты стал курить все чаще. Во сне ты с болью шепчешь «мама», «Рина», «Мики». Кто они? Что с ними случилось? Я не хочу лезть тебе в душу или бередить старые раны. Но я хочу разделить твою боль, хочу снять часть с тебя. Хочу, чтобы ты улыбался чаще, чтобы не только Джин мог помочь тебе справиться с этим. Расскажи, позволь узнать мне эту тайну. Позволь. Наступила звенящая тишина. Я даже дышать перестал, но Томо наоборот дышал слишком часто. Вздохнув, он подобрался и привалился к спинке кровати: -Ты, правда, хочешь это узнать? -Да, - твердо ответил я. -Тогда я расскажу тебе историю Ямашита Наоми, Ямашита Рины и Шимады Мики. Я уселся поудобней, обняв ноги, и стал слушать. -На первом курсе Аоки Нобу и Ямашита Наоми встретились и влюбились друг в друга с первого взгляда. О такой любви сейчас только пишут в книжках или снимают в романтических фильмах, но у моих родителей все было именно так. Как только они окончили университет, сразу же поженились, а через год родился я. Через два года родилась моя сестра. Говорят, что маленькие дети плохо помнят, что с ними было, но я запомнил все, что было. Мы были счастливы, каждые выходные ходили на пикники, а в непогоду устраивали пикник посередине гостиной. С нас можно было писать книгу об идеальной семье. Глава семьи - отец, работающий на собственной фабрике по изготовлению мебели, мама домохозяйка, занимавшаяся воспитанием детей, старший сын, подающий надежды на то, чтобы в будущем стать наследником отца, дочка красавица, которая могла очаровать любого. Все изменилось, когда мне было шесть, я только пошел в школу, Рина ходила в детский сад. Отец часто задерживался на работе, в выходные уезжал в командировки. Похудел, осунулся, а потом и вовсе стал пить. Ночевал в офисе, а потом стал приходить домой пьяным. Срывался на маме, однажды ударил маму, а как-то и меня. Так начался наш семейный ад. После школы я бежал за Риной, мы спешили домой, тут же садились за стол и начинали есть, столько, сколько успевали съесть до прихода отца. Как только поворачивался ключ, мы с сестрой бежали в нашу комнату закрывали дверь. Я сажал сестру на колени и рассказывал ей сказки, истории, которые мог придумать. Когда у меня не было сил, я просто закрывал её уши руками и плакал. Я слышал все крики, упреки родителей снизу. Рина тогда принималась гладить меня по лицу, стирая слезы, я целовал её руки, а она смеялась, говорила, что ей щекотно. Томо замолчал. За дверью послышался едва заметный шорох, но я не обратил на него должного внимания. Не знал, что сделать, стоит ли прикоснуться к руке Томохисы, сказать что-то... Но мой телохранитель продолжил: -Однажды отец пришел и сказал что у него другая, собрал вещи и ушел. А на следующий день на имя мамы пришли огромные счета, а фирма отца, как оказалось, была на грани банкротства. Неделю я не ходил в школу, ухаживал за сестрой, она простудилась, а мама решала проблемы. Вечером она засыпала перед телевизором, я приходил, садился рядом и клал голову ей на плечо. Она просыпалась, гладила меня, хвалила и обещала, что все будет хорошо. Она развелась с отцом, он отправил бумаги по почте. А нам с Риной дала свою фамилию. Мама оказалась волшебницей она расплатилась с деньгами, выгодно продала фирму и устроилась не хорошо оплачиваемую работу. Мы прожили после ухода отца еще четыре года. Девятого апреля, в день моего рождения, когда мне исполнилось десять, я задержался на учебе, мои друзья устроили мне праздник. Я был счастлив и возвращался домой с радостный. Я открыл дверь и увидел, что квартира была украшена для моего дня рождения, но тут услышал, как на кухне кипит чайник, заходясь в ужасном писке. Выключив его, я увидел маму, видел её макушку, она сидела на диване, по телевизору шла какая-то передача. Я подумал, что она уснула… Томо тяжело вздохнул. Я протянул руку, нащупал его футболку и прижался к его груди. Он обнимал меня, пытаясь справиться с болью. Я чувствовал, что произошло что-то ужасное, поэтому сердце заходилось в стуке, а глаза жгло не пролитыми слезами. -Думал…что она спит, - наконец, справившись с волнением, Томохиса продолжил тихим голосом. Если бы я не знал его, не слышал его сердца, то подумал, что парень действительно холодная ледышка. Хотя я не видел его лица. – Я обошел диван, мягко ступая, чтобы не разбудить. Когда я увидел её лицо, то на миг мне показалось, что я умер. Сорок три ножевых ранения и вырезанные глаза. Когда прошло некоторое время, я рванул наверх к сестре. Наша комната была залита кровью, а в торт для моего дня рождения был воткнут окровавленный нож. Дальше все, как в тумане. Я позвонил. Полицейские, скорая, криминалисты и другие люди. Через день за мной приехала сестра отца, она похоронила моих родных. Рину признали мертвой, в комнате была её кровь, от такой кровопотери восьмилетний ребёнок не выжил бы. Тетя увезла меня в Токио, устроила в школу. Я не разговаривал ни с кем, ни с ней, ни с одноклассниками. Там встретил Джина, он стал разбирать эту стену по кирпичикам. Ему потребовалось четыре года, чтобы я стал замечать его и ещё год, чтобы я считал его другом. Он вытащил меня на праздник Танаба. Я снова был счастлив, но мы не дождались фейерверка, мне позвонили. Моя тетя... Её убили, толкнули в толпе с перрона под подъезжающую электричку. В пятнадцать лет мне надо было ехать на опознание. Джин был со мной. Тетя умерла. В то время я был несовершеннолетним, и родители Джина взяли меня под опеку, до моего совершеннолетия. Деньги моей семьи они не трогали, но аккуратно и под стать своим сыновьям одевали меня, кормили, дали крышу над головой. Правда после стольких смертей у меня начались ночные кошмары, я кричал во сне, боялся спать и потихоньку сходил с ума. Тогда Джин предложил поспать с ним в кровати, и это помогло, я не кричал, только плакал, но Аканиши был рядом. Он бросил школу поссорился с семьей и ушел из дома. Я жил, как и раньше, только в школе было тяжело без друга, но девушка составляла мне молчаливую компанию на обедеи на лабораторных. Она не навязывалась, молчала, говорила только по делу. У неё тоже не было друзей. Вскоре я привык к ней, это и была Шимада Мики. А потом и Джин вернулся, правда, не в школу. Окончив школу, я потратил все деньги своей семьи на обучение в полицейской академии. Мики поступила на дизайнера, и её корпус был через дорогу от моего. Мы стали обедать в кафе вместе и очень сдружились. Она даже с Джином познакомилась, я снова был счастлив. Считал, что это мой последний шанс. Мы должны были пожениться с Мики пятнадцатого августа, как и её родители. Мы выбрали церковь, кафе, разослали пригласительные. Четырнадцатого августа мне позвонили. Мики оступилась на лестнице и упала, она была в коме. Я приехал в больницу. Черепно-мозговая травма и…выкидыш. Она была беременна, а я даже не знал. Пятнадцатого в пять часов, когда мы должны были выходить из церкви, её сердце остановилось вследствие сильного внутрибрюшного кровотечения. Так я потерял свою первую любовь и…ребёнка. С того дня я понял, что не имею права на счастье. Родители Джина уехали на Окинаву с его младший братом, квартиру оставили нам, так мы и стали жить вместе. По моему лицу бежал поток слез, я не мог сдержаться и заплакал в голос. Как Томо пережил это, столько несчастий, как он не сошел с ума? Теперь я понимал, почему он так оберегает Джина, того единственного, кто остался у него из семьи.