Широко закрытые глаза

Детектив

-Мама? – детский голос. – Мам? Расслабленная поза, слышны звуки телевизора. Несколько шагов, которых не слышно из-за сильной пульсации в висках. Пахнет чем-то сладковатым. И вот её лицо, родное, но…глаза вырезаны, тело изуродовано множеством ножевых ранений. Тут женщина резко поворачивает голову: -Не спас, - хрипит она. Меня окатывает волной страха. Я отступаю назад, сбоку вижу ещё кого-то – сестра: -Почему я должна была умереть? – плачет маленькая девочка. Я не могу и рта открыть, спазм сдавил горло, грудь, да и вообще все, что только может сжиматься. Какое я ничтожеств! Комната заполняется женщинами, мужчинами, подростками, пожилыми людьми и совсем маленькими детьми. Это все те, кого я не спас, все те, о ком я узнал лишь после смерти. Те, кто погиб во время поимки преступника. Я споткнулся и упал. Они наступали, что-то шептали, хрипели, тянули, пели и говорили. Гомон странных голосов, звуков, шорохов... -Томо! – за этим последовал шлепок. Я распахнул глаза. Оказалось, что я сижу в кровати, за плечи меня придерживает Джин, а в его глазах столько печали. Он в одних трусах, волосы растрепаны, в комнате царит полумрак. Я кинул взгляд на часы, стоящие на прикроватной тумбочке – 3:00. Еще так рано. -Я кричал? – хрипло спросил я, уже немного отойдя от шока. Джин сел в моих ногах, сгибая одну ногу в колене: -Не кричал, но метался, как резанный, даже мне в живот локтем заехал, - пробурчал друг, показывая на красное пятно. -Прости, - прошептал я, вновь падая на подушки. -Да, ладно. Разве не я в подростковом возрасте просыпался несколько ночей подряд от криков и слёз? Я усмехнулся. -Ладно, я спать, а то скоро опять заявится Мару, надо же успеть уснуть, чтобы ему немного нервы помотать, - хохотнул парень и ушел к себе. Мне же было не до веселья, осадок ото сна и слов всех тех, кто появлялся в моей жизни, так или иначе. Я сам не заметил, как вновь уснул, а проснулся от того, что под щекой завибрировал телефон, поставленный в целях безопасности сна на беззвучный режим. Я достал трубку, вслепую разблокировал экран и уставился на смску: «Она идёт к тебе, не подведи, мой секс-символ». И смайлик с поднятым большим пальцем. В недоумении, я щурился на светящийся дисплей, пытаясь понять, что это с Джином? В квартире заверещал дверной звонок. Интересно, кого притащило в столь… - взгляд на часы - не ранний час? Я встал, пригладил растрепанные волосы, надел привычную маску, а вот очки решил не надевать, затем влез в спортивные штаны и пошел открывать дверь. На пороге стояла Сакура, она с неприкрытым интересом пробежала глазами по моему телу, от чего мне даже не по себе стало. Я развернулся и пошел искать футболку, чтобы накинуть её на себя. -Ты случаем не забыл, что у нас сегодня дело? – спросила девушка, скидывая туфли и следуя за мной. На диване обнаружилась футболка Джина, которую я все же натянул, уж лучше это, чем ничего. Кстати, да, мы с Сакурой все же перешли на «ты», так проще, да и удобней мне представляться дальним родственником девушки, который в принципе так никого и не интересовал. Что было странно, учитывая охочую до сплетен прессу, но нам это было только на руку. У меня опять была работа под прикрытием, после всех волнений, связанных с изгнанием меня из дома Тегоши, я немного успокоился. Ночами, конечно, мне вспоминался Юя, его хрустальный смех, чистые слезы, светлый образ, немного пугающий взгляд глубоких шоколадных глаз, его прикосновения. Поцелуи же преследовали меня, даже когда я просто задумывался. Это только слегка нервировало, так как на лице расплывалась улыбка, а от улыбки начинало болеть все лицо. У отца Юи была довольно тяжелая рука и хорошо поставленный удар. Когда он спустил меня с крыльца своего дома, мне показалось, что на этом все и закончиться. Эх, зря я так думал, он поднял меня за шиворот, что-то кричал, но он нехватки воздуха, ворот рубашки сдавил горло, ничего не слышал. Удар в лицо, ещё удар. Мне позволили упасть, я не считал нужным сопротивляться. Я чувствовал свой стыд, на его месте я, наверное, поступил бы точно также, поэтому только пытался прикрыть голову, остальное переживу. Тогда я думал, что апогеем всего этого будут спущенные на меня собаки (после того отравления все собаки поправились), но нет, меня ударили ногой по лицу. После чего я на минуту точно потерял сознание, и только спустя время почувствовал тяжелое дыхание на лице. Это был Куро, ну, как всегда, явился под конец! Я поднялся с помощью пса. Мне в лицо прилетели вещи и мат, от которого звенело в ушах. Ику-сан помогла мне собрать вещи, вызвала такси, помогла мне собраться, даже, кажется, заплатила, по крайней мере, я не платил. -Езжайте туда, где есть плечо, на котором вы можете поплакать, - шепнула женщина, хлопая дверью. Таким плечом всю жизнь для меня был Джин, только он. Но сейчас я не мог поехать к нему, как бы мне этого не хотелось. Я попросил таксиста отвезти меня в мотель, в котором разрешаются животные, в результате там я и провел два дня. Пока не вернулся обратно домой. На жалость к себе не оставалось времени, потому что Юкио тоже уехал со мной. Странно, наверное, мы выглядели со стороны ― избитый, истекающий кровью, молодой человек с собакой и спящим на руках маленьким ребенком, слава богу, значок был при мне. Ну вот, все решилось Юкио в хороших руках, Джин расстался с возможным преступником и снова приступил к работе с плотным графиком, да и в участке моё появление стало необязательным, так как я помогал Сакуре на всех её мероприятиях. -Эй, ты чего стоишь, может уже ответишь на поставленный вопрос? – возмутилась девушка, щелкая наманикюренными пальчиками перед моим лицом. -Какой вопрос? -В чем ты пойдешь на показ? Показывай свой смокинг? -Смокинг? – протянул я, не хватало только шаркнуть ножкой. -Ладно, - театрально вздохнула девушка, закатив глаза, - показывай свой гардероб. Она даже как-то безошибочно определила именно мою комнату и, впихнув меня туда, распахнула шкаф. Девушка пробежала глазами по полкам, руками по вешалкам и довольно хмыкнула. Потом закрыла шкаф, так ничего и не достав, повернулась ко мне, и сдернула повязку. Господи, против Сакуры нет приема, это точно. Мне даже возмущаться было как-то неловко. -Иди в душ, а я пока сделаю примочку для твоего лица. -Эй, ну вообще-то… - начал было я. Но Тамура закрыла ладошкой мой рот и грозно посмотрела в глаза, после чего вышла, по пути скидывая легкую кофточку с плеч. Я засмотрелся на ее стройные точеные плечики, сверкнувшие на солнце волосы, на то, как красиво она ходила, будто королева. После я потряс головой, прогоняя ненужные мысли, и все-таки прошел в душ. Теплая вода приятно снимала боль с тела и лица, но как только я выключил воду, все тяжесть и легкая ноющая боль вернулась трёхкратно. Выйдя из ванной комнаты, я в шоке застыл. Куро не любитель новых людей, тот, кто с осторожностью относился ко всем, подставил шею по руки девушки. Видно было, что ему нравится ее легкое поглаживание. -Куро! – вырвалось у меня. Пёс моментально повернулся ко мне, виновато покосился на девушку и потрусил ко мне. Прижав уши к голове, он лег у моих ног, подставляя живот. Ага, чувствуешь свою вину! – восторжествовал внутренний я. Конечно, я погладил пса и даже сказал, что не злюсь на него, на что Тамура удивленно вскинула брови. Но промолчала, указав мне на диван: -Ложись, лечиться будем. Куро я уже покормила. -Откуда ты узнала кличку пса? – мне даже страшновато стало. -Ты считаешь, что модели тупые крашеные куклы? Я умею читать. Гнев девушки можно было понять, ведь у моего пса на ошейнике висел медальон с его кличкой и моими данными. Я лёг на диван, она попросила меня закрыть глаза, легкими движениями выяснила, где сконцентрирована основная боль и положила приятно пахнущий компресс на лицо. -Я добавила ароматические масла, чтобы запах лекарства был не так резок, - улыбнулась девушка. – Полежи так пятнадцать минут. Расслаблялся я целых полчаса, так как тряпочку пришлось смочить и положить снова. Когда Сакура убрала ее и подала зеркало, чтобы я рассмотрел себя, то я готов был поклясться, что Сакура, по меньшей мере, не ведьма, но волшебница. Опухоль всего лица спала, цвет синяков стал чуть менее ярким, и было уже не так больно использовать мимику. -Еще пару таких процедур и останется только дождаться естественного схода синяков. Затем я приготовил себе обычный завтрак, надеясь, что девушка все же покинет моё гостеприимное помещение. Подчас казалось, что это она мой телохранитель, а не я её. Она везде таскала меня, вот почему я снова являюсь фрилансером, наверное, скоро Мидорикава уволит меня к чертям. Хотя это она сама сделала такое заключение, после того, как в отделе увеличились несчастные случаи. То парень ногу подвернёт (засмотрелся на ноги модели), то курьер перепутает корреспонденцию (по инерции клал на столы почту, не отрывая взгляда от обнаженной спины Сакуры, которая пришла ко мне), то полицейский чуть шею не свернул и так далее. Поэтому и пришлось нам встречаться на нейтральной территории. Дальше она потащила меня к стилисту, который должен был подобрать мне одежду, сделать прическу и придумать, как прикрыть моё лицо, конечно, там будут такие костюмы, что страшно будет, а моя маска будет привлекать ненужное внимание. Внизу в машине нас ждал Наохико, он как всегда прожег меня своими совиными глазами. -Поехали, Наоси, к моему стилисту. -Наохико, - поправил её менеджер. -Да, да, - отмахнулась девушка, даря мне своё внимание. Стилистом оказалась высокая девушка из разряда «говори, что хочешь, но я сделаю по-своему». Она совершенно не слушала Сакуру, она, как голодная кошка ходила вокруг меня, рассматривая, как она выражалась, «сырьё». После чего получила меня в своё безграничное повиновение, это было самое ужасное моё решение за все годы моей жизни. Она подстригла мои волосы, хотя они никогда и не были особо длинными, подвела глаза черным карандашом, оставалось молиться, что это стирается, потом подкрасила губы, отчего я почувствовал себя женщиной. Ужасное чувство, если честно. Хотя, если верить Джину, его подкрашивают практически каждую фотосессию, но если послушать моего лучшего друга, то можно и не такое услышать. Потом меня повели куда-то за шторки. Стилист кинула мне какие-то тряпки и сказала одеваться. Пять минут, действительно пять минут я рассматривал то, что мне предлагалось одеть. Уже тогда я знал, что в этом я в общественное место не пойду, в таком стыдно даже мусор выносить. Зря я отказался от первого блестящего наряда, потому что девушки (теперь на пару) решили сделать из меня модель. Они давали мне вещи и заставляли ходить перед ними. Вскоре они остановились на джинсах в облипочку, кроссовки со стилисткой соглашались, десять минут уговаривал. Потом была футболка и сверху мне протянули кожаную курточку. -Она мне мала, - возмутился я, пытаясь стянуть куртку. -Цыц! – сказала девушка. – В ней ты выглядишь сексуально, так что оставляй. -Но она даже не застегнётся на мне. -Она и не должна застёгиваться на тебе. Так что сильно руками не маши и, глядишь, она доживет то конца модного показа. Сакура, как я не бился, заплатила, сумма вышла приличная, после которой я действительно боялся не только руками махать, а вообще ими двигать. Мне надо было заехать в отделение, чтобы узнать, кому из полицейских доверили Юкио, я, конечно, предполагал, но надо было точно удостовериться. И забрать фотографии Сакуры, я тогда необдуманно оставил их на рабочем месте. Ко всему прочему ещё мне надо было отметиться. Те парни до сих пор не верили, что я не причастен к убийству той скрипачки. Но ладно, может, не так уж они и не правы, что не верят мне, но всему есть предел. Разве я не их коллега? Около полицейского участка я оставил Тамуру с её менеджером в машине и двинулся внутрь здания. Зря, зря я приехал, на входе охранник полчаса буравил меня взглядом. Неужели я настолько изменился? После своего преображения, я не рискнул смотреться в зеркало. Хотя, видимо, надо было все же посмотреть. А когда я шел к своему столу, то точно услышал, как мне присвистнули вслед мои коллеги, вот же язвительные сволочи! Коки уже собирался домой, ему, кстати, так и не удалось расколоть Масуду. Может, мне самому стоит поговорить с парнем? Хотя, учитывая его отношение ко мне, лучше мне и носа к нему не казать. Хотя, с другой стороны, чем черт не шутит. Я взял фотографии и от Танаки же узнал, кому отдали мальчонку. Мои подозрения оправдались, только Каменаши могли отдать ребенка. Пусть он только пальцем попробует навредить мальчику, я сам удавлю его и не посмотрю, что он мой напарник. Уже в лифте я понял, насколько сложная ситуация у меня. Некому довериться, кроме Джина, но втягивать его не было желания. Все вокруг враги, я даже не могу доверять своему напарнику. Может, пора сменить сферу деятельности? «Ага, и поработать курьером, совсем с ума сошел на старости лет! Или у тебя уже кризис среднего возраста начинается, все-таки скоро четвертый десяток разменяю», - возмутился внутренний голос. Может, я просто устал? К тому же, я где-то слышал, что психологи утверждают, что некоторые профессии пагубно влияют на наше мироощущение. Только вот не могу вспомнить, входит ли в этот список профессия полицейского. -Эй, Томо, ты, случаем, не заболел? А то лицо у тебя больно, скажем помягче, задумчивое, - усмехнулся Коки, щелкнув над моим ухом пальцами. -Нет. Просто задумался. -Над чем? Моделька таки пустила на тебя своим флюиды красоты, и ты не устоял? -Я не такой сексуальный маньяк. -Томо, стоит заметить, что если у тебя встаёт на красивую женщину, то это не извращение, а нормальная физиологическая реакция. А вот если уже не встаёт, то…извиняй. У тебя проблем не наблюдается, а то, может, стоит к врачу обратиться, пока совсем поздно не стало? -Заткнись, - оборвал я Танаку. Иногда он заходит слишком далеко в своих фантазиях. Вышли мы вместе, около машины, именно около, а не внутри, меня ждала Сакура. Она чуть нахмурилась, увидев рядом со мной Танаку, но все равно ослепительно улыбнулась. На миг мне показалось, что в легком свете её зубы сверкнули слишком белоснежно. Это смутно напомнило о протезах, отчего по спине пробежали мурашки ужаса. Коки решил поприветствовать модель лично, надеюсь, с ней он не будет пошлить. -Сакура, ты помнишь моего напарника Танака Коки? - представил я парня. -О, уже Сакура, а не Тамура-сан, – усмехнулся он, поцеловав протянутую ручку. -Какой галантный кавалер, - промурлыкала Тамура, проявляя тонну очарования. Коки облизал губы и как выдаст: -Мою собаку тоже зовут Сакура, и от неё пахнет также, как от вас. Интересное сходство. Лицо модели вытянулось, что не сделало её менее привлекательной: -Вы считаете, что сделали мне комплимент? – прошипела она. -А что тут такого? У моей собаки даже блох нет, а у вас вон… перхоть. -Перхоть?! – взывала Тамура и кинулась к боковому стеклу машины. – Ты идиот?! Это блестки! -Извините, я далек от мира гламура, для меня, что блестки, что перхоть, одна чушь, - усмехнулся Коки. Вот теперь я был точно уверен, что он целенаправленно выводил из себя Сакуру. Коки второй после меня, на кого не действовали чары модели, она явно был уязвлена его словами. -Тамура-сан, если мы сейчас не двинемся в путь, вас снимут с показа и Жюльен будет плакать, - противно провозгласил Наохито. -Да, конечно, Нагахи, - пропела Сакура, направляясь к пассажирскому месту. -Наохито, - привычно пробурчал менеджер. -Ха! Томо, поторопись, а то некий Жюльен зальёт блузку слезами и тушь явно у него не водостойкая, - насмехался Танака. Махнул мне на прощание и пошел к своей машине. Я усмехнулся и залез следом. Весь путь Сакура, что есть сил, чихвостила моего напарника, что вызывало у меня на лице улыбку. Их встречи предвещали массу сарказма и шуток, по большей части со стороны Коки. Это может быть интересным, может, почаще сталкивать их? – закралась крамольная мысль. Вскоре мы остановились перед зданием, которое буквально переливалось всеми цветами радуги в лучах прожектора. Сакура накинула на себя темный плащ, опустила пониже капюшон и в компании с менеджером и со мной нырнула в здание через черный вход. Её уже ждали, упомянутый Жюльен ― это был пузатый человечек, достигающий мне макушкой разве что до локтя, при этом одет он был в прозрачную маечку. Несмотря на это, у него был красивый бас, который он сознательно снижал до фальцета, получалась какая-то странная смесь. Он, правда, плакал, причем натуральными слезами и под глазами расползались черные круги, отчего он был похож на симпатичную панду. Рядом с ним бегала молодая девушка с бейджиком Юми, она подносила ему, то воду, то платочек и уговаривала не нервничать, иначе снова поднимется давление. В этой суматохе Тамура нырнула за шторку и стала переодеваться, когда Жюльен в очередной раз разразился рыданиями, что его любимой модели нет, заглянул за шторку и, схватившись за сердце, с блаженной улыбкой сполз на пол. Юми заметалась над дизайнером, обмахивая его журналом. -Ямашита, идите в зал, вот ваш пригласительный. Вас проводят к вашему месту, - из-за шторки показалась кисть руки Сакуры с зажатой карточкой. Я выхватил глянец и поспешил к выходу из подобного хаоса. Хотя за кулисами стояла не меньшая суматоха, все эти люди из шоу-бизнеса хватали с подносов бокалы с шампанским и возвращались к прерванной беседе, которая сквозила лицемерием. Я отказался от бокала, занимая своё место. Общаться также ни с кем не стал, никого из них я не знал, а моя маска многих пусть не пугала, но настораживала однозначно, хотя стилистка постаралась придать мне праздничный вид. Пусть по цветовой гамме она подходила к моему костюму, но все равно казалась совсем ненужной на лице. Весь показ мод я честно пытался вычислить среди этих накрашенных, одетых в нелепые вещи и идущих на высоченных каблуках девушек, подругу Сакуры – Ямагути Кику (хотя это её псевдоним, настоящего имени Сакура не знала). Но все девушки были практически на одно лицо, одинаковые лучезарные улыбки, одинаковые блестящие глаза, обрамленные длинными ресницами. Вскоре от этого стало подташнивать, ситуацию усугубляла сидящая рядом дама, от которой одуряющее сладко пахло каким-то фруктовым парфюмом. Морщиться, когда напротив меня сидят папарацци, пусть и фотографируют они моделей, было нельзя, ведь я явно попадал в кадр. Мне приходилось улыбаться и сдержвать рвотные позывы. Слава богам, что это был обычный показ мод, и он не был растянутым и таким грандиозным, как в Милане или Нью-Йорке. Это, можно сказать, междусобойчик для деятелей шоу бизнеса, чтобы расслабиться, отдохнуть и посмотреть на длинноногих красавиц. Все закончилось. Все потянулись в зал, где был устроен фуршет. А вот Сакура так и не появлялась, что уже немного нервировало, мне хотелось отделаться от всех этих людей, обрызганных немыслимым количеством духов, от этого блеска в глазах, от их лживых улыбок и похотливых взглядов. Все-таки я никогда не буду любить эту кутерьму людей шоу бизнеса, как только Джину может нравиться всё это? Как хорошо, что я знаю его другую сторону без гламура, лжи и килограммов лака для волос. -Ямашита-сан, - раздался писклявый голос менеджера девушки. Он схватил меня за локоть своими потными ладошками, это ощущалось даже сквозь кожаную ткань курточки. Мне был неприятен этот человек, его прикосновения, голос, да весь он в целом. Он потащил меня в сторону кулис, там обычно девушки переодевались, но многие уже были в зале. Я видел, как оголодавшие модели нападали на канапе и бокалы с шампанским. Наконец я увидел заплаканную Тамуру, сидящую на трехногой табуретке, здесь даже стулья - последний писк мебельной моды. Я подбежал к девушке, схватив её за плечи, она сидела в одном белье, её губы побледнели, тушь растекалась черными дорожками на щеках. -Что случилось? – слетело с моих губ. -Там, - отстранено прошептала девушка, указывая рукой в сторону. Там лежала мертвая ворона с разорванным горлом. Неожиданно Сакура особенно громко всхлипнула и бросилась на мою шею, уткнулась в шею и разразилась новыми рыданиями. Успокоить девушку получилось только спустя полчаса, она вытерла покрасневший нос и вернула себе боевой дух. Убитую птицу пришлось убирать менеджеру, который снова поправил неугомонную модель. Мы же спустились к бару. -Вина? - спросил бармен, как только мы присели за стойку, вдали от толпы. -Мне апельсинового сока, - отозвался я. Если Сакура и имеет право на расслабление, то я нет. -Мне тоже, - улыбнулась девушка. Она повернулась ко мне и кокетливо усмехнувшись, объяснила свой выбор: -Понимаете, вино такой напиток, что у меня от него крышу сносит. В газете даже писали, как я напилась и танцевала на столе, а пила я тогда только вино. Сейчас опасаюсь его немного. Перед нами появились стаканы, наполненные на две трети льдом, я скривился, улыбаясь коварному бармену. У Тамуры кстати льда было значительно меньше, вот подхалим. -Сакура! – послышался сладкий голос. Рядом стояла красивейшая девушка, от её блеска глаза невольно заслезились. - Легче было пристрелить меня в самом начале этого ада, - мелькнула мысль. -Кику?! – неуверенно произнесла сквозь зубы Тамура. Хаха, блеск девушки ослепил не только меня! Модели обменялись поцелуями и тут взгляд влажных, темных глаз Кику переместился на меня. -Знакомься, мой кузен - Ямашита Томохиса, - пропела Сакура, положив руку мне на коленку. Кику проигнорировала этот жест и протянула мне свою руку и грудным красивым, и в то же время сексуальным голосом, представилась. Я пожал её узкую холодную ладонь. Она схватила меня и просто держала руку, отбирая моё тепло. -Кику? – прошипела Сакура. Девушка отпустила меня и снова повернулась к своей подруге: -Крошка, можно я возьму твой браслет? Тот с розочками, что ты надевала на свой первый показ. Сакура нахмурилась, вспоминая, и после согласно кивнула. Кику счастливо улыбнулась и ушла восвояси. -Это передали вам, - бармен протянул девушке конверт. Она неуверенно посмотрела на плотную бумагу, взяла, взвешивая в руках. Разорвала и просунула руку: -Ай, - на среднем пальчике девушки появилась маленькая капелька крови. Я вырвал у неё конверт и, перевернув дном кверху, вытряхнул все на стол. Кнопки острые новые и больше ничего. Что за черт?! Не многовато ли для одного дня? Сакура в волнении сделала внушительный глоток сока. Она повернулась ко мне, покачнулась и это в сидячем положении, у неё покраснел кончик носа, так же красное пятно появилось на щеке. -Что за черт?! – ругнулся. – Что было в стакане? Бармен глядел на меня бараньими глазами. -Просто коктейль. Отвертка, - выдохнул он. Чертыхнувшись, я написал на салфетке контакты Рё: -Закрой этот бокал куда-нибудь в контейнер и только посмей сменить. Позвони по этому номеру и отдай бокал приехавшему человеку. Ясно? Парень кивнул. Я же подхватил девушку на улицу. У черного входа прислонил её к каменной стене, через минуту ей стало легче. -Что было в бокале? -Не знаю, но думаю, завтра уже узнаем. Сакура откинулась назад, положила на стенку затылок, и смотрел мне в глаза. Неприятное чувство, если честно. Неожиданно она рванула и поцеловала меня. Я же испытал шок. Нет не от того, что меня целует девушка, это в понятной мере даже приятно, скорее от того, что это делает Сакура – моя клиентка. Мидорикава всегда учила не смешивать личное и деловое. После закрытия дела хоть женитесь, но во время работы даже об объятиях не могло быть и речи. Да, да, я все равно уже нарушил все эти указания, но что поделать, это же Сакура-сама. -Ого, моделька! Парни, нам везет, - раздался глумливый смех. -А она не одна, - добавил другой голос. -Хаха, парень не трамвай, может и в сторонке постоять. Извини, парень, но мы по мальчикам не улетаем, даже таким гламурным, как ты, - обратился голос уже ко мне. К нам подходила компания головорезов. Банальная стычка, но уже неприятно. Их было пятеро, одному мне выкрутиться можно будет. Хотя, кто знает, учитывая их кастеты и биты, я даже пистолет оставил дома. Сакура уломала, что может случиться на показе мод-то? Хотя стрелять, даже в подонков, как-то неблагородно, девушка благоразумно молчала. Драки не избежать, кстати, бежать тоже придется. Я загородил девушку спиной. Они оскалились, что было видно даже в темноте переулка. И двинулись, как известно, по одному нападают только благородные люди и бандиты в фильмах. В жизни обычно нападают сразу несколько. Двое обходили с флангов, третий спереди, двое, как резерв, стояли в сторонке. Парень слева схватил меня за руку, я резко вывернул руку, вцепляясь в его запястье. Пнул ногой впереди идущего в солнечное сплетение, третьего ударил локтем промеж глаз. Первого толкнул в сторону стоящих. И они разозлились. О да, поднялись, надели кастеты. Я слишком долго смотрел на играющую искорку на кастете и получил ощутимый удар в скулу, уклониться в последний момент - успел. Толкнул парня на его приятелей, тесня Сакуру подальше. Еще пара ударов и мы побежим, только надо момент выбрать. Свист от взметнувшейся биты, прикрылся рукой - боль адская, но я успел пнуть парня в живот. И тут же получил удар сбоку кастетом в лицо, упал на асфальт и тут же сделал подсечку нападающему, от удара он приземлился лицом на мои ноги и кажется, потерял сознание. Нависла тень неудачно положение у меня, решение пришло моментом, ударил кулаком в пах и, кувыркнувшись в сторону, встал, опираясь на стену. Нападающие смотрели с яростью. Мы стали обмениваться ударами. Не люблю рукопашный бой – после него много травм. Не хочу хвалиться, а потому без обидняков скажу, что пропустил несколько ударов. И вот сцепился с одним самым сильным. Мы зацепились руками, между нами было совсем небольшое расстояние. Парень недоуменно посмотрел на меня, а я сделал невероятное - пнул его ногой в подбородок, отпуская. Да, у меня неплохая растяжка. Всё-таки служба в полиции обязывает. Затем я нырнул спиной вперед, нападающий с битой парень от неожиданности кувыркнулся. Сбоку послышался вскрик Сакуры. К ней подходил один из подонков, я ударил поддых четвертого и рванул к пятому. Он развернулся в свете фонаря, сверкнула сталь. Я схватил его за руку, он усмехнулся и попытался меня ударить ножом, но я увернулся. Обозлившись, парень стал наносить различные удары, я уклонялся или больно ударял ребром руки по его запястью. Надо отдать ему должное, нож он не выпустил. Моё дыхание сбилось. -Сзади! – крикнула девушка. Я оглянулся. Ох, зря! Нож полоснул по животу, просто царапина, но футболка испорчена, да и дискомфорт кратковременно, но испытал. Да и с визжащей моделькой я быстрей сам на нож кинусь, пора делать ноги. Я толкнул плечом парня, схватил Сакуру за руку и побежал куда-то в темные переулки. Эти уроды кинулись следом, покалеченные, но уже пришедшие в себя. Тамура ахнула и резко упала на землю. Черт она сломала каблук, конечно, на таких далеко не убежишь. Парни догоняли, но ещё были далековато. Я стал стаскивать с себя кроссовки: -Давай ногу, - приказал. -Я натру себе мозоли, - закапризничала девушка. Я матюкнул её, мысленно. Стягивал носки, я надевал на её ноги и быстро затягивал кроссовки. И понесся дальше, девушка что-то стонала. Мне было больно от камешков, попадающих под голые ступни. Зачем я отдал ей обувь? Ну, если тащить её на руках – далеко не убегу, а по долгу службы ей нельзя получать даже малейшие ранения. На бегу я стянул куртку и умудрился натянуть ее на девушку. Несмотря на то, что курточка была мне мала, Сакура все равно утонула в ней. Резкий удар по груди, меня швырнуло назад. Я чувствительно ударился головой о кирпичную стену. Честно говоря, ничего не понимал пинок в живот, скрючился. В голове гудело и начинало тошнить. Наугад махнул ногой, услышал шлепок и мат. Значит попал. -Ну, все молись… - послышался крик. Меня ослепил фонарик, послышалась ругань. Лай собаки и бег нескольких пар ног. Прикрыв глаза, я пытался рассмотреть неожиданного спасателя. Перед моим лицом появилась…Мидорикава. -Ямашита! – воскликнула женщина. Мою голую ступню задел чей-то холодный нос, я увидел маленького миниатюрного мопса, кто-то смачно лизнул в ухо – немецкая овчарка, руку полизали – такса. Я попал в собачий рай? – пронеслось в голове. Тут вспомнил о Сакуре, она появилась рядом. С ней было все в порядке. -Ямашита, ты меня слышишь? – потрясла за плечо меня начальница. -Да, слышу. Что вы здесь делайте? – отозвался я. Мне на колени забрался наглый мопс. -Видимо, спасаю твою задницу, - усмехнулась моя начальница, вставая. Она помогла мне подняться и о чем-то переговаривалась с моделью, пока я сплевывал кровь и держался за живот. Около ног Мидорикавы вились все три собаки, которых я успел увидеть. -И всё-таки, что вы здесь делайте? – не удержал я любопытство. Мидорикава прожгла меня взглядом: -Выгуливаю собак соседей. Я несколько минут смотрел на женщину и засмеялся. Живот заныл, но мне было ужасно смешно: -Вы выгуливаете собак соседей? -Ну да, - недоумевала женщина. -Грозная начальница следственного отдела в свободное время выгуливает собак? – смеялся я. – Мару будет писать кипятком. Неожиданно Мидорикава тоже рассмеялась. *** И вот теперь каждый день получалось подобное. Сакура приучилась иметь ключи от машины у себя и надевала балетки. Мои костяшки не заживали, тело ломило от постоянного физического вмешательства и побоев. Слава богу, что побои от отца Юи сошли с лица, благодаря примочкам Сакуры. Теперь я был частым гостем в её квартире, Джин был не против. Чтобы забыть мальчишку с чудесными глазами, я позволил себе несколько ночей с красавицей моделью. Но это все не то. Пустота. Я не мог получить нужную разрядку, никого возбуждения, никого тока по телу. Сакура замечала, но молчала, лишь целовала чаще. Мы вообще стали похожи на пожилую парочку, которая прожила довольно долго вместе. Из-за нападений, угроз и сюрпризов я не мог появиться в офисе. Телефон перестал быть нужным, он разряженный пылился на тумбочке у кровати Тамуры. Но спустя несколько недель у меня появилась возможность. Оставив Сакуру наслаждаться утренним сном, я отправился в отделение. Поприветствовал Коки и зашел к Рё. Тот изменился, и я прекрасно знал, почему. Он больше не язвил, глаза потухли, и он стал часто мерзнуть в своём некогда любимом подвале. Рё сидел за компьютером, кутаясь в какую-то мохнатую кофту, я не стал ничего говорить, был риск получить в лицо кулаком. Пожал ему руку и сел на диван. -Я все думал, когда ты придешь, - сказал Рё. Пощелкал кнопками на мониторе появился стакан, стрелочка от содержимого и что-то понаписано, несколько отпечатков пальцев и стрелочку к написанному, в углу висела фотография Сакуры. Отклонился на подголовник и стал слушать рассказ патологоанатома. -Начну с того, что в бокале действительно был коктейль. Сок и водка. Больше ничего. -Но Сакуре стало плохо. -Томо, ты знаешь, что у Тайдзи, сестры Сакуры, непереносимость алкоголя? -Конечно, - я всегда ответственно отношусь к работе. И прочитал о разыскиваемой девушке все, что нашел. – У Сакуры-то её не может быть. Она сама говорила, про инцидент с вином. -Да, я читал в газете про эту историю. У Сакуры действительно в жизни было такое. Но не в жизни Тайдзи. Отпечатки на бокале принадлежат бармену и Тайдзи Тамуре. Что? – распахнул глаза и принял сидячее положение. – Ты хочешь сказать, что все это время Сакура врала нам? -Да. Отпечатки у всех людей разные, даже у близнецов. И еще Сакура, – Рё с неким сарказмом произнес имя девушки, намекая, что она не та, – принимала участие в показе мод, где демонстрировалось нижнее белье? Я вспомнил показ мод. Там действительно был некий блок, где модели шествовали в купальниках или нижнем белье. Я кивнул. -Та вот, настоящая Сакура никогда бы не пошла на подобное. Она бывшая наркоманка. У неё на бедрах остались шрамы от инъекций, и она скрывала их. А её сестра дефилировала в бикини. -Но зачем ей претворятся своей сестрой? -И ещё. Я взял фотографию, прости. Но посмотри, - он пощелкал кнопками ноутбука. Появилась фотография, я подошел и посмотрел. – Присмотрись к девушке на заднем плане. Я посмотрел, но ничего не заметил. -Ты думаешь, это Сакура-Тайдзи? -Нет. Это загримированный человек. Я присмотрелся, и правда, сходство немного смазалось. Узнать в гриме человека не представилось возможным. Я вздохнул, поблагодарил Нишикидо и направился к выходу. Надо было подумать. -Томо. -Да? -Я слышал, Юя здесь. От этого имени болезненно сжалось сердце. Нельзя забыть того, кто показал тебе, где находится твоё сердце, я кивнул и пошел наверх. Стояла суматоха – оказывается, Мидорикава наконец-то вычислила крысу. Радостная новость. Я дошел до стола - ностальгия. -Томо? – позвал Коки. -Да, - я даже не повернулся. -Тегоши внизу. Он пришел поговорить с Такахисой, Мидорикава разрешила. Странно, зачем он сказал мне это? О наших отношениях знает только Каме и Джин, какого черта? Руки сжали столешницу. -И что? -Ты был его телохранителем, я думал, ты хочешь увидеть его. Я повернулся к этому Джокеру. -Сделай хоть раз то, что хочет сердце, а не то, что говорят правила, - проговорил Коки. Он знает? Но откуда? Странный парень, надо будет проследить за ним. Но я спустился вниз. Там я увидел Юю, заплаканного, растерянного, на руках у какого-то парня. -Юя? – сорвалось прежде, чем я сообразил, что делаю. И тут мальчик потерял сознание, я взял его на руки и пошел в комнату отдыха там был диванчик. Юя был бледным и сам на себя не похож. Сердце забилось в неистовом стуке беспокойства. -Кто вы? – спросил я холодно, насколько мог. -Я его новый телохранитель, - ответил голос за моей спиной. – А вы Томохиса? -Ямашита-сан, - прорычал. Взял руку Юи, согревая своим теплом. -Можно мне с вами поговорить? Уходить и оставлять Юю было выше моих сил: -Говорите. -После вашего ухода мальчику было очень плохо. Он пытался покончить жизнь самоубийством несколько раз. Потом начал пить, что плохо сказывается на молодом организме. Он очень переживает. А недавно он сказал, что любит вас и не может больше терпеть саморазрушение. По-другому, видимо, не получается. Если вы любите его, то разве все эти мучения не достаточное наказание за вашу поломанную гордость? Сердце рвалось из груди, он хотел умереть. Боже, мальчик мой, как я хотел бы спасти тебя. Я сильнее сжал его маленькую ладошку. -Вы даете мне советы? - холодно осведомился я, мне не нравился этот парень. -Нет. Я просто хочу вам сказать. Если вы разделяете его чувства, тогда не отпускайте. Либо уже поставьте точку и дайте ему время, чтобы забыть вас. Если бы я попал в подобную ситуацию, я бы выбрал второй путь. Для таких, как мы - работа превыше всего. -Во-первых, ваше мнение меня не интересует, во-вторых, мы с вами совсем не похожи, и, в-третьих, покиньте комнату. Дверь хлопнула. Как ни крути, а парень прав, пора ставить точку. После этого я позвонил Сакуре и договорился о завтрашней встрече в отделении, теперь я знал правду. Осталось оповестить девушку и поставить точку в наших неправильных отношениях. Нужно было разобраться с Танакой, поэтому я спустился к Рё. -Снова привет. Давай поговорим? Нишикидо удивленно глянул на меня: -О чем? -О его смерти. Патологоанатом осунулся и отвернулся от меня, в стеклянной дверце я видел, как покраснели его глаза. -Почему ты решил, что Уэда - крыса? -Следственный отдел №7 в Чибе – это сказка. Такого отдела нет. А еще… Но я уже не слушал коллегу. «-Ладно, познакомьтесь, Танака Коки - детектив из седьмого отдела». - Так представила нам парня Мидорикава. -Рё?! Парень повернулся сбитый с толку моим выкриком. -Либо Танака еще один тайный агент, либо он - крыса. Я завтра вернусь, пора закрывать дело, отвести подозрения от себя и написать несколько отчетов. А ты пока последи за Танакой, в силу возможностей, конечно. Нишикидо лишь кивнул. *** -Спасибо, что пришли, - улыбнулся я Сакуре и её менеджеру. – Знаете, я всегда думал, что модели глуповаты, у них на уме только их многочисленные наряды и украшения. Но оказалось, что притворится своей сестрой, могло прийти в голову такой тихой девушке, как Тайдзи Тамура. Вы всегда хотели стать моделью, вас привлекала эта среда. И тут вы узнаете, что ваша сестра стала моделью, хотя никогда не стремилась к этому, а вы за бортом. К тому же она бывшая наркоманка, а её взяли. Вас это разозлило? -Томо, ты хочешь сказать, что я виновата в том, что моя сестра пропала? – повысила голос девушка. – Да, я Тайдзи, но Сакура пропала. -Я знаю. Её убили. -Кто?! -Ваш менеджер. Девушка отшатнулась от него. -Наохито, снимите очки. -Что? – возмутился мужчина, оттягивая галстук костюма. -Снимите очки. Он вдохнул, стянул очки, его зрачки были расширены. Наркоман. -Могу предположить, как было дело, - начал я. – Вы хотели иметь власть над Сакурой и предложили ей наркотики, но она отказалась. Тогда вы стали запугивать её, с помощью Кику. Она гримировалась под Сакуру, и вы делали фотографии, а потом показывали девушке и пугали её. Вы думали, она сдастся, но не вышло. Однажды вы пришли к ней в гримерку и стали кричать, что расскажите о её прошлом, если она не будет подчиняться вам. Она закричала, вы толкнули и она, ударившись, потеряла сознание. -Нет! – перебил мужчина. – Я любил её, а она стала встречаться с каким-то вонючим осветителем. Да что он мог ей дать! Да, я толкнул ее, но она точно была мертва. Я закопал её на стройке около агентства, но там наверняка уже все залили бетоном. У вас нет улик против меня, - мужчина захохотал. -Нет, бетоном не залили, успели приостановить работы. Наш патологоанатом сейчас делает вскрытие. И знаете, в чем я уверен? Что вы закопали девушку живьём. А говорите, что любили её. Потом вы решили скрыть исчезновение девушки и заменили её сестрой, которая мечтала об этом и беспрекословно подчинялась вам. -Как вы узнали, что я не Сакура? – спросила девушка. -Даже у однояйцовых близнецов отпечатки пальцев разные. Бокал из бара, на нём были ваши отпечатки, к тому же, у вас тогда случилась нехорошая реакция, ведь у вас непереносимость алкоголя. И еще у вас плохо с памятью, вы не можете запомнить некоторые вещи, поэтому всегда путаете имя своего менеджера. Сакура очень хорошо помнила людей, которые окружали её. То, что вы не признали Кику - лучшую подругу, можно было списать на память, но вы действительно не знали девушку. И любимое украшение вашей сестры вы так бездумно отдали его и даже не знаете, как оно выглядит. А этот браслет принадлежал вашей матери, который Сакура хранила. Повисло тяжелое молчание. -Уведите! В комнату вошли мои коллеги подхватили менеджера и вывели его прочь. -Прощайте, Тайдзи-сан, - я встал. Девушка схватила меня за руку: -Томо? А наши отношения, мы можем продолжить? Я убрал с себя руку девушки: -Простите, у меня уже есть человек, которого я люблю. К тому же, не пытайтесь удержать рядом с собой человека посредством липовых угроз и подкупленных головорезов. С этими словами пошел к выходу, но в дверях столкнулся с Коки. -Тамура-сан должна подписать бумаги, - неуверенно сказал он. Жестом я пригласил его в комнату, а сам пошел к своему столу.

Богатый мальчик

Я наконец поправился. Только осадок на душе все же оставался после тех слов, что сказал мне Томо, о том, что я просто должен забыть. Я действительно старался, но получалось не особо хорошо. Но я больше не пытался навредить себе, не пил и вообще вёл себя, как примерный сын. Вскоре родители снова должны были уехать, мама ложилась в больницу, чтобы родить здорового ребёнка. Кстати, ждали девочку, у меня будет сестра, я радовался. Правда, скоро новый год, который я снова буду встречать без родителей. Глупо, но даже с хмурым и недовольным отцом хотелось сесть за праздничный стол. Он избегал меня, перестал ужинать с нами, компанию мне составляла только мама. Мне кажется, она просто чувствовала свою вину и пыталась искупить её вниманием. Сегодня они уезжали уладить какие-то дела, я же поднялся к себе. Бабушка забрала с собой Тенши, ему пора было ставить вакцину. Я улегся на кровать и незаметно для себя уснул. Проснулся я от того, что носа касался неприятный запах дыма, я сморщился и отвернулся. Странно, мой новый телохранитель никогда не курил, а тут такое. Дым настырно заползал в нос и тут я вспомнил. Это запах сигарет, марки, которую я не знал. Холодок пробежал по спине, я напрягся. Я повернулся, напрягая глаза, зрение немного прояснилось, я увидел размытое черное пятно на фоне окна. Некто стоял на моём балконе. Может, у меня получится сбежать? Только я чуть пошевелился и холодный голос, оповестил, что за мной следили и следят: -Проснулся? Как спалось? Подтянувшись на руках, я сел спиной к подушке, но так, чтобы иметь возможность хотя бы дернуться в сторону двери, которая была напротив. Правда, мне казалось, что напрасно надеяться, что я смогу до неё добраться, даже если помолюсь всем мыслимым богам. Но больше всего волновало то, как этот придурок пробрался ко мне в дом. Ладно, родителей нет, и моего верного Тенши, но охранники, куда они смотрели-то? К тому же, где мой новоявленный телохранитель, несмотря на всю безрассудность Томо, он выполнял обязанности явно лучше. Может, мне покричать? -Кричать можешь, но надрывать голос не стоит, все равно не услышат. Все твои «охраннички» прилегли «отдохнуть», - голос так и сочился ядом, презрением, холодностью и расчетливостью. -Вы хотите убить меня? – спросил я, и чуть сдвинулся к краю кровати, чтобы, как только появится возможность, рвануть куда подальше. -Хочу, но не могу. Харинедзуми запретила и зачем ты ей сдался? - Харинедзуми? -Да, а что, забыл уже нашу встречу? А она вот не забыла, все помнит. -Если вы пришли не убить меня. Тогда что вам надо? -Ну, убить я тебя, может, и не могу, - фигура двинулась ко мне, а у меня на глаза выступили слезы. Пусть зрение и давало мне некоторые понятия о реальности, но глаза быстро уставали и слезились. Я слишком долго держал их в напряжение и это сказалось на них не лучшим образом. – Но покалечить имею право. Я резко слетел с кровати, одна нога уже коснулась пола, но за вторую дернули назад. Я ударился о деревянный каркас кровати, зацепившись за него же руками. Но меня дернулись сильней, ногу пронзила острая боль. Поморщился и подтянулся на руках, но куда мне тягаться с взрослым мужчиной. А именно об этом говорил его голос, который я уже ненавидел до тошноты. Меня развернули на спину, руки рванулись и я отцепился, неуклюже распластавшись. Удар в лицо, от которого все внутри затрепетало от ужаса. Я ненавидел, когда меня били, внутри поднялась волна злости, также меня ударил отец. Не ведая, что творю, я резко развернулся и плюнул предположительно в сторону противника, вскрик и мат оповестили, что я попал. Я резко рванулся, скидывая с себя противника, и вслепую побежал к двери, немного ударился об косяк и вылетел за дверь. Думать спокойно не получалось, я влетел в библиотеку закрыв дверь. Но она вряд ли надолго спасет меня, я ринулся вглубь и очень скоро упёрся в холодное окно. Прижался вспотевшим лбом, пытаясь унять бешеное сердцебиение. Где же все? Кто мне поможет? Ситуация казалось безвыходной и стремной, дверь распахнулась, послышались легкие шаги. Я прижался спиной к стеклу, шаги приближались. Я ожидал чего угодно, ударов, мата, да даже смерти, вылетев из этого самого окна. Но жизнь решила поиздеваться надо мной, как можно изощрённей. -Юя? Этот голос был мне знаком, был для меня все равно, что родным. Но явно не вязался с этой ситуацией, почему нас всегда предают те, кому мы доверяем? Почему нож втыкают именно те, кому мы доверились в худшие моменты своей жизни. -Акико? Зачем? -Что зачем? Зачем я делаю это? -Да. Что я тебе сделал? За что ты так со мной? – из глаз готовы брызнуть слезы. Да я тряпка, да я слабый, но мне всего восемнадцать и то, что на меня навалилось несоизмеримо с тем, с чем я еще мог бы справиться. -Что ты сделал? Нет, ты только пытаешься сделать, может не надо? – голос Акико стал слишком мягким. – Подойди ко мне, прошу, - сама девушка тоже сделала шаг ко мне. -Стой! – крикнул я, сильней прижимаясь к стеклу, оно затрещало под моим натиском. -Юя, успокойся, я тебе все объясню. Зачем, почему и даже как. Но я знал, что если уступлю ей, если подойду, то точно все будет кончено. Потому я медлил, как мог, пытаясь всеми силами придумать выход из этой ситуации. Мне хотелось, чтобы здесь сию минуту появился мой спаситель, кто-нибудь сильный, кто сможет спасти меня. Пусть этот будет даже мой новый телохранитель или даже отец, но я больше не могу. Я сел на корточки, пряча лицо в ладонях. -Умничка, - мурлыкнула девушка и стала медленно подходить ко мне. Конец, - мелькнула мысль к моей голове. Но, видимо, Ками-сама все же существует и он меня хоть немножко, но любит, а может, ещё какие причины привели сюда моего единственного и неповторимого защитника. Ведь это его голос позвал меня, и раздались его шаги, такие сильные и уверенные. Ямашита Томохиса. Внутри забилась птица радости и счастья, грудь сдавило ледяным обручем, который мешал мне расправить грудь в полную силу. -Томо, я здесь, - отозвался я. Он подошел ко мне, присаживаясь на корточки рядом. Теперь мне ничего не страшно. Легкие шаги девушки послышались за пределами библиотеки, а через минуту хлопнула входная дверь. Убежала. -Где твои родители? Где Тенши? – спрашивал Томо, прижимая к своей груди, успокаивающе гладя по голове. -Родители уехали разбираться с бумагами, бабушка увезла Тенши - подошло время ежегодной вакцинации. Только вот не знаю, где мой телохранитель. -Я знаю, лежит в твоей комнате, его ударили по голове, - хмуро отозвался Томо. -Это Акико. -Извини Юя, но девушка вряд ли бы смогла вырубить такого амбала, как твой телохранитель. -Но она… -Хватит! – оборвал меня парень. – Я тебя больше здесь не оставлю и плевать на твоих родителей. Ещё некоторое время побуду твоим телохранителем. Томо собрал мою сумку, попытался привести в чувство телохранителя, но ничего не вышло. Он сказал, что оставил записку моему отцу, Чику и Акико мы не встретили. Вскоре уже ехали в такси, Томохиса сказал, что нашел место, где меня можно спрятать. Он воспользовался кредиткой, которую дала ему мама, меня удивило, что она не заблокировала её, хотя скорей всего просто забыла про неё. В любом случае, она давалась, чтобы спасти мне жизнь, не так ли? Водитель очень удивился, когда Томо неожиданно попросил остановиться и стал оплачивать проезд. По словам обалдевшего водителя, мы остановились в какой-то лесополосе, странно, что задумал парень? Неужели он просто сошел с ума и теперь хочется избавиться от меня? Водителя посетили такие же мысли, он сказал что-то про полицию, но Томо сунул ему под нос значок, так что мужчина только записал номер значка и пообещал позвонить и узнать, правда ли Ямашита детектив. Вскоре мы медленно, но целеустремленно пробирались сквозь заросли леса, дыхание у меня порядком сбилось, я вымотался. Не знаю, почему, но неизвестность стала пугать. Пи же отказывался, что-либо объяснять к тому же наша дорога напоминала какую-то неразбериху, мы петляли так, словно в нас стреляли. Вскоре Томо облегченно выдохнул, а следом и я. Мой телохранитель сказал, что снял в центре леса только построенный домик лесника. Внутри небольшая кухня, спальня с одной двуспальной кроватью, небольшая гостиная. Все это занимало мало места, поэтому я без труда перемещался. О душе и санузле мечтать только приходилось, так как здесь было ведро для таких дел и бочка с водой для умываний. Чтобы помыться во дворе стояло что-то вроде душа, но туда следовало сначала принести воды, подождать, когда она прогреется и мыться быстро, иначе вода закончится и все, капец. В общем все хуже некуда, но с милым, как говорится, и в шалаше рай, это был действительно шалаш. Мы подкрепились холодной пиццей и горячим чаем, здесь не было света, только свечи, только хардкор. Но для меня - слепого свет не являлся неотъемлемой составляющей частью для нормальной жизнедеятельности. Вечером, лишенные такого простого чуда, как телевизор, мы сели играть в карты. Да, да, вы не ослышались. Для слепых тоже есть карты, они с выпуклыми цифрами и мастью. Играть я не умел, поэтому Томо учил меня. Теперь я был счастлив, несмотря на отсутствие Тенши и каких-либо удобств в пределах здания. В туалет Томо ходил со мной, хотя я и не отказывался, завывания ветра, скрип деревьев пугали меня. А то, что я ничего не видел, настораживало ещё больше. -Одиннадцать часов, ве… - прохрипели мои часы. -Кажется, у них села батарейка, - сказал Томохиса. Я кивнул и положил на них руку, задевая тонкий браслет: -Интересно, как там Чика, бабушка и Тенши? Как родители? -С ними все в порядке, я уверен. -Ты, скорее всего, прав. -Хочешь поговорить? - начал парень, положив свою ладонь на мою руку. -Нет, - я даже головой помотал. Мне действительно не хотелось говорить и ломать голову над тем, как тот придурок оказался в моём доме, как меня нашел Томо, почему вообще приехал, что он видел и что написал мою отцу. Так определяется усталость, а мне действительно хотелось просто расслабиться. Если это место излечит меня и прогонит все страхи, то я буду только рад. Еще бы и враги попали за решётку, не хочу больше бояться. – Я устал, давай спать. Томо расстелил постель, он даже постельное белье купил. Я надел футболку из своего теперь скудного гардероба и лег на холодную кровать. Вскоре сзади прижался Томохиса, обвивая меня рукой: -Завтра я привезу Куро и Тенши, чтобы ты больше не скучал. А теперь давай спать, спокойной ночи, - прошептал полицейский, чмокнув меня в висок. -Спокойной ночи. После всех переживаний я спал как убитый, разбудил меня ветер за окном и скрип домика. Интересно, это все деревянные дома скрипят или просто этот домик построили тяп-ляп? Провел рукой рядом с собой, но рука наткнулась на пустоту, а на подушке нащупал какой-то предмет. Исследование показало, что это что-то вроде диктофона, портативный маленький. Нажал на кнопку, мечтая, чтобы это оказался плей, мне повезло: -Доброе утро, соня, - послышался голос Томо. – Надеюсь, тебе снились хорошие сны. Я уехал на работу, приеду вечером вместе с двумя лабрадорами. Не скучай, я привез сюда немного книг, может они смогут развлечь тебя. На кухне оставил для тебя завтрак, покушай. На обед в хлебнице найдешь булочки, а сок оставлю на столе. На ужин обещаю приготовить что-нибудь стоящее. Осторожней с туалетом, ты помнишь - там дырка, не дай бог упадешь! Хотя она не такая большая, чтобы ты поместился полностью, надеюсь, все будет в порядке. Ладно, удачного дня! Запись оборвалась, я рассмеялся про упоминания о туалете, о да, упасть и утонуть в какашках как-то не эстетично. Следующие полчаса, я разбирался в обстановке дома, ища кухню. Нашлась родная, живот уже сводило легкой судорогой от голода. Под крышкой на столе меня ждал мисо-суп с хлебом и стакан сока. Я быстро съел все приготовленное, посуду мыть не решился. Я еще не знал, как обстоит дело с водой на кухне. Дальше на ощупь двинулся в гостиную, ища книжный шкаф с упомянутыми книгами, нашел и взял первую попавшуюся. По первым строчкам определил, что это «Агата Кристи – Десять негритят». Прочитанная, конечно, книга, но не самая плохая, я устроился прямо на полу, напротив холодного камина и принялся за чтение. Даже кажется, уснул, организму требовался отдых из-за всех мучений. Я пообедал, в попытках согреться забрался на кровать, и снова стал читать. Когда мне надоела эта круговерть событий, я просто убрал книгу. Было скучно, к тому же я не знал, сколько времени и скоро ли этот ожидаемый вечер, когда вернется мой телохранитель. Спать не хотелось, да и валятся в кровати тоже, подошел к окну, на подходе наткнулся на кресло качалку, милая вещица. Но я уставился в окно, пытаясь настроить зрение, может мне стоит просто его тренировать, чтобы оно вернулось. Или это просто мнимое улучшение? Но пока стоит пользоваться, страх полностью ослепнуть есть только у зрячего, а я привык жить в темноте, меня этим не напугать. У меня получилось увидеть слабые удлиненные силуэты, по моим скромным познаниям, это, скорее всего, деревья, но вскоре и это наскучило, да и глаза побаливали. Оторвавшись от созерцания пейзажа за окном, я сел на пол, привалившись спиной к креслу-качалке. И чем себя занять? Подумав, я решил найти бумагу и карандаш или ручку, заняться рисованием, оно всегда затягивало меня и помогало отвлечься. Так и пролетело время, дверь распахнулась, и на меня обрушился радостный лай Тенши и его слюнявое приветствие, Куро не пожелал остаться в стороне. Когда счастье лабрадоров было прервано звуком насыпаемого корма, я, наконец, поднялся с пола. И тут же оказался в объятьях Томо, и ,недолго думая, чмокнул его в губы. -Скучал? – прошептал он. -Ещё как, - отозвался я, вдыхая запах его тела. -У меня для тебя сюрприз. Томо оторвался от меня и зашуршал какими-то пакетами, а потом в руки мне сунули большое мягкое нечто. -Что это? -Ну, продавщица утверждала, что мышонок, но мне кажется, медведь, - в голосе парня послышалась улыбка. -Игрушка? – моё лицо вытянулось, я прижался носом к мягкому нечто. Мех пах магазинной краской, но все равно приятно. – Зачем ты его купил? -Ну, я так ничего и не подарил тебе на день рождения, решил исправиться. -Ну, я же не девушка, чтобы дарить мне игрушки. -Правильно, ты не девушка, ты - ребенок, а дети любят игрушки. Кроме того, он большой и милый. -Как ты? - улыбнулся. -Как я, - подтвердил Томо. – Но если тебе не нравится, я верну его. Но я уже не отдавал ему игрушку обратно. Пока Томо готовил на кухне и разговаривал с собаками, которые, мечтая о чем-нибудь вкусненьком, мешались у него под ногами, я устроился на диване в обнимку со своим медведем. Первый мой подарок от любимого человека. Первая моя игрушка с десяти лет. Здорово! За ужином Томо огорошил меня новостью: -Завтра у меня последний рабочий день и наконец, выходные. А у тебя зимние каникулы. -Завтра, а что, уже двадцать девятое декабря? -Да. Отпразднуем новый год здесь. -Здесь? – немного разочаровано протянул я. -Да, ты расстроен? -Нет. Лучше здесь с тобой, в доме посреди леса, чем в шикарном особняке в полном одиночестве. -Я могу позвать Джина. -И Казу? Телохранитель замолчал, и я почувствовал неладное: -Что случилось? -Ну, с ним трудней, он пока в отпуске. И наверняка захочет провести новый год со своей семьёй. -А Аканиши разве не будет скучно без него? Может он захочет провести этот праздник с ним? -Не захочет. Я слышал, они расстались. -Расстались? Бред какой-то! -Почему? -Потому что они любят друг друга, а тут вдруг «бац!» и расстались, глупость какая-то. -Юя, люди расстаются каждые пять минут. Это нормально вполне. Просто они поняли, что не являются любовью всей жизни друг для друга, вот и всё. -Не являются любовью всей жизни?! – вспыхнули мои щеки. – Спасибо за ужин. Как Томо может такое говорить? Разве за любовь не стоит бороться, а наши друзья были влюблены, я буквально кожей это чувствовал. Неужели, если я захочу уйти просто из-за какого-нибудь недоразумения, Томо просто так отпустит меня? Даже не попытается все объяснить? В расстроенных чувствах я сел на диван, схватив в охапку плюшевого медведя. Но вскоре Томо пришел и, сев сзади меня, мягко обнял: -На что ты обиделся? – прошептал он, целуя меня в висок. -Я просто не хочу, чтобы однажды ты также легко отказался от меня, - буркнул я, уткнувшись лицом в мягкую шерстку медведя. -Если моё присутствие тебе только на пользу, то я больше не уйду. Я усмехнулся и пихнул его плечом. Он рассмеялся и пощекотал меня, я засмеялся и откинул плюшевую игрушку, повернулся и попробовал пощекотать Томо. Но он оказался совершенно невосприимчивым к щекотке и ответил мне нежным поцелуем. Как можно не ответить, на его вызов, не провести язычком по нижней губе, растворяясь в нём? Его объятия, запах и поцелуй с привкусом апельсинового сока. Он был таким горячим, таким родным, что я вкладывал в каждое прикосновение всего себя. Этот страшно, словно продаешь душу дьяволу, но чертовски приятно. Как танец на краю пропасти, только доверие спасет от падения. Он целовал нежно, даже можно сказать целомудренно, гладил по щеке, другая рука упиралась в диван. Но мне надоела эта нежность, просто секс без всяких эмоций. Я уже не маленький мальчик. Я хочу страсти, такой, чтобы сжигала кожу, оставляя оголенные участки души, хочу так, чтобы потом кусать локти, с остервенением мечтая о повторе. Хочу так, чтобы завтра я на стены лез без него. Хочу страсти, любви и эмоций. Шквала, чтобы с ног сбивал, чтобы крышу сносило. Хочу! -Перестань обращаться со мной нежно, я не девушка. Возьми меня, - страстно прошептал я ему в губы. На этом можно смело сказать, понеслась душа в рай. Как-то угрожающе рыкнув, Томо дернул меня за руку вынуждая встать на колени. Он целовал, кусал, облизывал. Его губы, казалось, были везде, без лишних слов он лишил меня одежды и разделся сам. Он поднял меня на руки и отнёс на кровать. Ложиться мне не хотелось я сел на колени и в этот момент кажется, я сошел с ума. Потому что, обняв его за шею, прижимаясь к горячему телу, я напал с поцелуями. Мой язык ещё неумело, но уже привычно пробежал по кромке зубов, пощекотал небо и сплелся с его. Он повалил меня куда-то, я немного больно ударился лопатками о пол, голова избежала столкновения лишь благодаря ладони Томо. Мы, не отрываясь, целовались, лаская друг друга. Ноги остались на кровати, а вот тело и голова на полу, прикрытом ковром. Было немного больно от жесткости, но тяжесть тела сверху забивала голову лучше всего. Я ласкал его спину, пробегая подушечками пальцев по позвонкам, выпирающим от его движений. Томо стал двигаться так, чтобы мы полностью оказались на полу, поцеловал мою шею, задирая одну руку вверх, другой позволял гладить его пятую точку. Затем он уселся на меня и, подняв мои руки вверх, снова припал к моим губам в страстном поцелуе, перехватывая инициативу, у меня не должно было остаться сомнений, кто здесь хозяин положения. Хотя я всегда отдавал ему активную роль и ничего менять в наших отношениях мне не хотелось. Мы сжали наши руки с такой силой, что пальцы бы точно свело, но он опустил их на свои бедра, прикасаясь своими губами к моей шее, оставляя засосы. Черт, как же хорошо, горячо, жарко. Томо скатился и сел сбоку, я воспользовался моментом и снова прикоснулся к его губам. Роль ведущего казалось мне маняще прекрасной, а потому просто так сдаваться мне не хотелось. Я сел на его колени, целуя так, что Томо запрокинул голову назад, упираясь затылком в кровать. Но долго позволять мне активничать он не дал, перевернулся, и я стал заползать на кровать спиной вперед, не отрываясь от обмена поцелуями. От поцелуев уже чесались губы, хотелось ещё большего, утолить этот голод, голод с того времени, когда мы были в разлуке. Мы целовались долго, самозабвенно, но потом я упал на подушки, а Томо продолжал стоять на коленях, он провел ладонями по бокам, заставляя меня выгнуться, подобно коту. Его руки с нажимом провели по животу, оставляя пылающий горячий след, я подался навстречу его руке, используя в качестве опоры согнутые в коленях ноги. Томо вдруг резко наклонился и стал целовать так страстно, что я захлебывался кислородом. Я сжимал ногами его бока, желая вырваться из плотного кокона своего тела, чтобы вселиться в его. Он гладил мои руки, которые я бездумно поднял вверх, терся своим возбуждением о его колом стоящий член. От искры между нами хотелось на стену лезть, хотелось кусать его губы, терзать его за пламя, бушующее внутри моего тела. Он стал целовать мою шею, затем спустился вниз, лизнув сосок. Его руки пробежались под ткань моих трусов, обхватывая мои ягодицы. Я, повинуясь внутреннему порыву, рвался вверх, пытаясь поймать наслаждение, опускаясь назад, задевал пахом его пах и взмывал верх от наслаждения. Это была какая-то дикость, страсть, искры и пламя. Затем и вовсе уперевшись руками, я встал на мостик, а его рот стал целовать мой живот. С губ сорвался стон наслаждения, оперевшись тазом на его руки, я снова упал на подушки, и он тут же накрыл меня своим телом, целуя с прежним пылом. Он покрывал поцелуями моё лицо, издавая приятный урчащий звук. Мои руки бесцельно бродили по его телу, поглаживая спину, оглаживали крепкие ягодицы, вторая рука лежала на его затылке, чтобы сильнее впитывать его поцелуи в себя. Я сам себе казался расплавленной сталью, как жидкий терминатор, и готов был принять любую форму под умелыми руками своего возлюбленного. Томо опустился вниз, поглаживая руками место под резинкой трусов сбоку, а я млел в его руках. Он снова лизнул сосок, спустился ниже, я бесстыдно терся своим возбуждением об его бедро, издавая непристойные стоны. Может, завтра мне не будет хорошо, но сейчас я хочу на стену лезть от его действий. Он вылизывал мой живот, надолго увлекся пупком, от этого я рычал. Я пытался выгнуться, но он не давал, удерживая меня руками, сжимая мои бока. Он был в непозволительной близости от моего члена, не трогая его. Я застонал от отчаянья. Моя голова скатилась с подушки и оказалась в висячем положении. Язычок Томо легкими штрихами пробежался по моим ребрам и губы сжались на соске. А рука наконец легла на моё, уже порядком зудящее, место. Я издал шипящий звук, снова затягивая его в поцелуй. Он погладил меня и приспустил мои плавки, кончиком языка задевая головку. Я выгнулся, застонав так громко, что самому как-то страшновато стало. Но Томо умело отвлек меня, лизал живот вперемешку с поцелуями, и якобы невзначай касался головки полового члена. Меня прошибало током от его прикосновений, от всего него. Томохиса снова поднялся на колени и потянул меня за собой, поглаживая ягодицы. Я оперся на руки и стал двигаться, имитируя секс. Черт, как же меня это заводило, руки в каком-то спазме сжимали простыни, а пальцы на ногах поджимались в сладострастной неге. Он немного опустил мои трусы и уложил на кровать, накрывая губами мой член, стоны срывались с моих губ беспрестанно. Это было просто фантастически превосходно. Я поймал его руку, оглаживающую мое тело, и прижал к сердцу. Я дернулся, когда сладкий спазм прошил моё тело по правой стороне. Томо навис надо мной, давая мне свободу действий. Я погладил его член и принял решение подарить такое же наслаждение. Я уже готов. Я уложил его на кровать, спустил трусы, провел по стволу рукой, тем самым вызывая стон парня. А затем нерешительно коснулся губами головки, пахло чем-то терпким, с ноткой цитруса. Руки Томо несильно надавили на затылок, он простонал моё имя, и я, сделав невероятное усилие, заглотил так глубоко, как только мог. Волоски защекотали мне нос. В глотку уперся не маленький член, я языком двигал по кругу, опустил и снова заглотил, пытаясь подавить рвотные позывы. Нет, мне не было противно, просто рот был не готов к подобному. Томо рычал и стонал какие-то слова, но мои уши заложило, я ничего не разбирал, а все ласкал языком, губами, словно леденец, член. Наверное, стыдно утром будет, но сейчас это кажется невообразимо правильным и таким важным. Я выпустил изо рта и стал вылизывать его мышцы на животе, и все это время терся о него, как можно сильнее. Я уперся рукой в стену, наконец, находя его губы, он отвел мою руку, чуть приподнимаясь. Но так быстро сдавать позиции мне не хотелось, я залез на него и стал двигаться, соприкасаясь нашими членами. Господи, как же мешали нам трусы, но я не мог оторваться от него. Я выгибался в спине, чтобы увеличить площадь соприкосновения. Руки Томо скользнули по бокам, ягодицам, стянули трусы и первый палец скользнул в меня. Мои глаза распахнулись от новых ощущений. Боли уже не было, лишь легкий дискомфорт, мой телохранитель растягивал меня нежно, даже пальцы облизал, чтобы было менее болезненно. Вскоре я уже сам насаживался на три пальца, мечтая, чтобы он задел простату. Но вскоре его рука легла на мой член и стала поглаживать, я откинулся назад, упираясь на руки. Позволяя ему делать все, что душе угодно, его губы коснулись и грубовато прошлись по всей длине. В паху уже болезненно пульсировало, я безумно хотел его прямо сейчас. Я поддался вперед, чтобы ему было удобней, вторая его рука поддерживала меня под попу, чтобы я сильно не напрягался. -Ах…Томо, - прошептали губы. Он увеличил темп. Повалил и снова уложил меня на лопатки, сдирая эти злосчастные трусы, и стал покрывать мою шею новыми поцелуями. Он гладил моё достоинство, целовал губы. Я сходил с ума, буквально трахая его в руку. Мне нужно было все и сразу, нужен был он. Но ничего замечательного в их отношениях не было, ни жаркого секса, ни каких-либо разговоров. Только короткие отрывочные фразы, Томохиса снова замыкался в себе, а я не знал, чем ему помочь. Этой ночью я проснулся, так как полицейский ворочался в кровати, зовя маму, сестру и Джина. Ему явно снился кошмар. -Не трогай их, не надо, - шептал он. А затем резко поднялся на кровати, не заметив, что я уже не сплю. На кухне выпил стакан воды и когда возвращался, я не удержался от вопроса. -Томо, что-то случилось? -Нет, просто кошмар, - моментально отреагировал полицейский, присаживаясь на край кровати. -Они когда-нибудь закончатся? -Не знаю. -Может, стоит смириться? – робко предложил я. -Смирится с их смертью или с тем, что по земле ходит тот, кто убил их? -Смирится с тем, что их больше нет. Ведь они не хотели бы… -Не надо! – взорвался парень. - Зачем говорить киношную ерунду о том, чего бы они хотели. Они погибли, они уже ничего не хотят! И тогда они не думали, что умрут и не думали, что будет, если я останусь один. И я виноват в их смерти. -С чего ты взял? -Мама и сестра погибли, потому что меня не было рядом, тетя потому что я совсем не помогал ей, а Мики…потому что влюбилась в меня. -Но, Томо, Джин жив и он любит тебя. Надо смириться, смириться с виной перед ними, - я сделал попытку и обнял его со спины, прижимая к себе. -Но…я не могу. Сражаться в одиночку… больше не могу, - в голосе Томо звучали слёзы. -Ты больше не один, мы вместе. -Почему? -Потому что мы любим друг друга. -Любим?.. Я никогда не говорил, что люблю тебя. -Никогда не поздно, - с улыбкой сказал я и попытался заглянуть ему в лицо, возможно, чтобы получить поцелуй или ещё почему-то. -Но…я не люблю тебя. В ушах зазвенело, мне показалось, что с таким звуком и разбилось моё сердце. Эти слова было так больно слышать, более того, услышать, произнесенные таким холодным тоном. -Что? – сорвалось с пересохших губ. -Я не люблю тебя. Твоя бабушка сказала, что ты влюблен в меня и стоит тебе подыграть, тебе будет приятно, а от меня не убудет. -Ба…ба…бабушка? Она так с-сказала? -Да. -Ты играл со мной. Пользовался мной. Лгал мне. Я не верил своим ушам, этого просто не может быть. Сохранив остатки самообладания, я встал с кровати: -С этого момента не приближайтесь ко мне больше, чем это позволяют рамки приличия, не разговаривайте. Вы мой телохранитель, мы просто…увлеклись. С этого момента вы будете ночевать за пределами этой комнаты, будете охранять меня и только. И последнее…я люблю тебя. Из комнаты я вылетел, как пуля. Ветер взъерошил мои волосы и немного остудил пыл. Этой ночью я не спал, когда замерз, то сел в кресло-качалку. Тенши устроил свою голову на моих коленях, я гладил его за ушами, покоряясь этому спокойствию. Утром Томохиса уехал в город за продуктами для праздничного стола. У меня совсем не было настроения и не хотелось веселиться, но съесть рыбный пирог я был просто обязан. Я подошел к книжному шкафу, выбирая книжку для прочтения, когда услышал звук открываемой двери. Сначала я подумал, что вернулся Томохиса, хотя странно, что как-то быстро. Но лай Тенши разубедил меня в моих первоначальных догадках. Резко обернувшись, я наткнулся на какую-то резко пахнущую тряпку. Последнее, что я услышал, было чьё-то ругательство, визг Тенши, а дальше все заволокло туманом. Очнулся я от головной боли, попытался коснуться лба, но у меня не получилось. Руки были привязаны, я задергался с такой силы, что стул, на котором я сидел, запрыгал по полу. -Не вырвешься, у меня не получилось, - сбоку раздался хрипловатый голос. -Аканиши-сан? – удивился я. -Да. -Как я здесь оказался? -Не знаю, я был в отключке, а когда очнулся, ты уже был здесь. Повертев головой, я заметил свет, значит, в комнате есть окно: -Вы можете разглядеть, что находиться за окном? -Да, деревья с каким-то старым скворечником, - начал объяснять Джин. – Такой нелепый, с солнышком на боку. Ещё в нескольких метрах видна асфальтированная дорога, больше ничего не видно. Я в ужасе смотрел перед собой. -Я знаю, где мы. Дверь в нашу темницу отворилась. От Автора: извиняюсь за задержку, главный агрегат ― руки, немыслимо болели, так что я не могла никак писать. Зато вон сколько надумала. Следующая глава будет последней. Вы не против, если я напишу её от лица Томо? Хотя в начале дам слово и Джину, и Каме, но совсем немного.