Есть ещё время сохранить лицо

      Иван едва дождался, пока коллега со стороны контактной группы сделает необходимые заявления. Впереди их ещё ожидали попытки полностью собрать впечатления от этой траты времени и изложить их в отчёте, который должен был лечь на стол босса первым делом с утра. — Пустая трата времени, — не удержался он от комментария, пока автомобиль вёз их в сторону посольства. — Абсолютнейшая. — Есть ли смысл писать в отчёт ещё что-то кроме этого? — Ну, как же, — собеседник подавил зевок. — Обязательно надо описать, что предложенный вариант разрешения конфликта они всеми силами отрицают, не предлагая ничего взамен. И, что самое главное, это происходит при полном равнодушии и попустительстве господ Бонфуа и Крауца. — И что теперь? — Иван испытывал какие-то смутные чувства, не понимая, что делать дальше. — Продолжать единственными выполнять свою часть соглашений? — Думаю, нам всем нужно ещё немного терпения, — мудро заключил коллега. — А если его нет? — Брагинский и сам понимал, насколько наивно звучат его вопросы, но, чувствуя, как нечто нехорошее в своём разрушении почти подобралось к фундаменту всего, что он делает, хотелось достичь ясности хотя бы тут. — Так надо поискать тогда.       Ни убавить, ни прибавить. Правда, где их искать - не знал уже, похоже, никто. Или почти никто.

***

      Электронный дверной звонок негромко пискнул, впуская в квартиру, арендованную под посольские нужды, её временного жильца. Включение света в прихожей было ошибкой, принесшей волну апатии, до кучи добавляя нежелание шевелиться даже до собственной кровати. Нахождение на свету почему-то заставляло оцепенеть, словно таракану, оторванному от своих более привычных дел в темноте. Это не только не помогало, но только мешало абстрагироваться от факта пережитого за день и бессмысленности жизни в его контексте.       Едва разувшись, Иван с наслаждением приземляется прямо на пол у двери, прислоняясь спиной к стене рядом и ненароком задел головой подол её пальто. Откинув голову назад, он прикрыл глаза, чувствуя приятное щекотание ткани на лице. Хотелось остаться здесь навечно.       Наташа, наверное, уже спит. Утром она явно будет весьма удивлена, найдя своего новоиспечённого мужа прямо на пороге квартиры, причём, совершенно трезвого. Насчёт последнего он сожалел особенно. Иван почти уже смог убедить себя хотя бы подняться на ноги - а там дальше как пойдёт, - но едва слышное шлёпанье ног по паркету остановило любые поползновения.       В коридоре появилась Наташа - сонная и закутанная в плед. Она остановилась, осматриваясь и с непониманием воззрилась на Ивана: — Что делаешь? — в её голосе не было ничего, кроме искреннего интереса. — Сижу. — Долго ещё будешь так? — Пока рак не свистнет. — Понятно, — она вздохнула.       Шагнув к нему, девушка щелкнула выключателем и аккуратно приземлилась по соседству, решив набросить плед и на его плечи тоже. Её рука, протянувшая мягкую ткань, так и осталась где-то там, спустившись ниже и приобняв Ивана за талию. Тот чуть пошевелился на месте, чтобы плед полностью закрыл собой холодную стену и Наташа восприняла это как приглашение. Она приникла головой к его плечу, поймав свободной рукой его ладонь и сонно зевнула.       От неё постепенно разлилось то самое нежное и мягкое тепло, которое может быть только от кого-то заботливого и чуткого, не желающего мириться с тем, что его возлюбленный сейчас испытывает трудности. Оно успокаивало, согревало и как будто создавало вокруг них небольшое пространство, где оба были вне проблем и забот. Иван чувствовал, как потихоньку оттаивает его сердце, успевшее за это время так сильно промёрзнуть. — Как всё прошло? — почти пробормотала Наташа, отогревая его ладонь от уличной прохлады. — Бессмысленно, — тяжело вздохнул Иван. — Я очень устал. — Понимаю, — она на мгновение сжала его пальцы и замолчала. — Может, и на самом деле я неправильно что-то понимаю? — он не просил диалога, скорее, ему хотелось поделиться мучающими его вопросами. — Может, они только и делают, что тянут время, когда как только я верю в чистоту их помыслов? — в тепле Ивана начало клонить в сон. Он немного пошевелился, устраиваясь поудобнее и коснулся головой её головы. — Может, и правда лучше не пытаться больше заставить всех меня услышать, а просто бахнуть - и всё? — Бахнем, — Наташа вздохнула. — Обязательно бахнем. Весь мир в труху будет, — Иван тихо хмыкает, вспоминая источник цитаты. — Но потом.       Он повернулся к девушке, ища её взгляд. К его удивлению, она совсем не выглядела сонной, скорее, наоборот - готовой к любой возможной опасности извне, готовой защитить его. Всего пару мгновений они смотрели друг на друга, прежде чем разделить взаимный поцелуй. Он никак не мог понять, как ей удаётся находить новые слова понимания, но к такой поддержке привыкнуть оказалось невероятно легко. Хоть и женаты они всего ничего - особенно по их меркам.       Надеясь продлить поцелуй, Иван касается её щеки пальцами, но Наташа мягко и с неохотой отстраняется, убирая его руку. — Пойдём чай пить, а то остынет, — от этих слов у него почему-то по спине пробежали волнительные мурашки. — А потом ляжем спать и пока ты не выспишься, я тебя никому не выдам. — Даже боссу? — улыбка сама собой возникла на его лице. — Ему - в первую очередь, — Наташа усмехнулась. — Я его не боюсь.       Осторожно выпутавшись из пледа, она поднялась на ноги и протянула Ивану руку. Тот не без вздоха схватился за неё и поднялся. — Расскажешь это ему при встрече. — А ты думаешь, что я откажусь от своих слов?...