Не проси меня любить, я не умею

Утро следующего дня настало, как по щелчку пальцев. Для всех, кроме белокурой девушки, что всю ночь крутилась и не могла уснуть. Мысли настолько заполонили голову девушки, что сомкнуть глаза, было просто невозможно. К счастью, особо напрягаться сегодня не нужно было, так как все ребята уезжали на встречи к родным. Но оставаться одной, наедине со своими мыслями, после вчерашнего вечера, совершенно не хотелось. Хуже этого — только остаться тет-а-тет с воспитательницей в одном здании, что и ожидало девушку. Маша стояла возле ворот и провожала подруг, обнимая их на прощание. На улицу вышла и воспитательница, обсуждая какие-то нюансы по возвращению, на день позже, одной из воспитанниц. Наконец, все ребята оказались за забором. Маша с улыбкой помахала Мари и ее бабушке с дедушкой, которые с улыбкой помахали ей в ответ. — М-да… — протянула белокурая, неловко почесав затылок. Даже не взглянув на воспитательницу, она развернулась и пошла к зданию. — Собирайся, — вслед ей, сказала шатенка. — Что? , — девушка развернулась, но взгляд продолжала держать опущенным. — Мы кое-куда с тобой съездим. — Ладно… — спорить с женщиной, ей совершенно не хотелось, ибо как выяснилось, заканчивается это плохо. Автомобиль преодолел несколько десятков километров, с гробовой тишиной внутри салона, и остановился возле старых железных ворот, что вели на кладбище. — Стоило догадаться… — еле слышно сказала девушка. — Пойдем? , — заглушив двигатель, спросила старшая, внимательно изучая лицо белокурой. — Я как-то не… — Я рядом, — воспитательница положила свою руку на колено девушки, от чего та напряглась еще больше, — Но если ты не хочешь, мы можем уехать. Просидев молча, несколько секунд, Маша собралась с духом и вышла из машины. Пока она неспешно вышагивала по дорожке, Лаура заметила, как ее начало трясти. В голове у девушки резко зашумело, а все вокруг начало плыть. Вывела из этого состояния, рука, что мягко схватила и сжала ладонь. — В порядке? , — спросила шатенка, чуть склонив голову, чтобы посмотреть на лицо воспитанницы. — Угу, — Маша шумно вдохнула и отпустив руку, пошла дальше. Подойдя к нужным могилам, девушка присела на корточки, читая инициалы и дату смерти. Мягко коснувшись обеих надгробных камней, белокурая встала и ушла на ближайшую скамейку, где и приземлилась, смотря пустым взглядом куда-то вдаль. — Не хочешь с ними поговорить? , — шатенка присела неподалеку от воспитанницы. — С кем? , — Маша печально усмехнулась. — С родителями. — Они мертвы, — она пожала плечами, — Мертвы… — еще раз негромко повторила она. — Ты все равно можешь… — Они мертвы… — как мантру повторяла девушка. Лаура нахмурилась и взглянула на лицо воспитанницы. У той, по щекам, медленно стекали слезы. — Они мертвы! , — уверенно сказав это, Маша встала и пошла к воротам. Лукина не стала ей мешать. Просто последовала за ней, следя за состоянием девушки со стороны. Выйдя за забор, Третьякова стала метаться и ходить из стороны в сторону. В глазах четко читалась паника. — Отвезите меня обратно! Я хочу обратно! , — повторяла девушка. — Хорошо. Только успокойся, прошу тебя, — женщина осторожно подошла к белокурой. — Зачем вы меня сюда привезли? Они мертвы, вы понимаете? Они мертвы! , — продолжала вторить она. — Тш… — Лукина взяла ее за руку и повела к машине. — Нет! , — она вырвала руку уже на подходе к автомобилю, — Я останусь здесь! Я не хочу! Я… — Тише! Успокойся! — Я не… Я… Они… — глаза метались из стороны в сторону, паника все с большей силой захлестывала девушку. — Маша… Маша! , — Лаура схватила и впечатала белокурую в машину, подняв ее руки над головой, — Послушай! Слышишь? Третьякова закивала, мечась взглядом, по всему лицу воспитательницы. — Сделай глубокий вдох, — она сделала вдох вместе с Машей, — Теперь выдох… — но девушка выдыхала очень обрывисто, что намекало на начинающуюся истерику, — Маша! Маша! Выдох! И снова вдох! , — они обе вдохнули, и сразу после этого, Лаура впилась в губы девушки, заставляя ее, тем самым, легко и ровно выпустить воздух из легких. — И еще раз вдох, — отстранившись, сказала женщина, — И выдох, — на этот раз, белокурая сама прильнула к губам воспитательницы, плавно выпуская воздух, вперемешку с еле слышным стоном. — Посмотри на меня, — старшая отпустила руки Маши, беря ее ладошками за лицо и поглаживая подушечками пальцев влажные, от слез, щеки, — Тебе легче? Маша кивнула и нырнула в объятия женщины. Лаура крепко прижала ее к себе, давая возможность отдышаться и успокоиться. Дорога обратно прошла в тишине. Весь путь, Лаура держала Машу за руку, с периодичностью поглядывая на нее и поглаживая ладонь. По приезду, Лукина предложила Маше выпить чая, чтобы успокоиться и та согласилась. — Почему ты волнуешься? , — спросила старшая, видя, как Третьякова нервно потирает ладони. — Зачем вы меня поцеловали? — Как выяснилось, это отличное успокоительное средство для тебя… — шатенка чуть усмехнулась, — Извини, я не должна была этого делать. Ни сегодня, ни вчера в классе. Считай, сравняла с тобой счет. — Сравняли счет? , — Маша тоже усмехнулась, — Тогда уж 4:2. Лукина встала со стула и подошла к белокурой, пристально смотря в глаза. — Берешь меня на слабо? , — увидев потерянный и слегка испуганный взгляд девушки, старшая усмехнулась и отошла, — Я прикалываюсь, расслабься! Не стала бы я этого делать! — Вы обещали больше так не шутить! — А ты обещала, что больше не поцелуешь меня, так что 1:1! Весь вечер, они провели вместе. Работы у Лауры особо не было, поэтому скучать по разным комнатам, им не было смысла. Разговор шел, как по маслу, за исключением некоторых неловких пауз, когда кто-то из них, резко вспоминал о том или ином поцелуе. — Ну как, отпустило? , — после очередной выпитой кружки горячего напитка, спросила женщина. — Наверное… — Маша вздохнула, смотря в пол, — Это так странно… — Что? , — Лаура оставила кружку в сторону и присела к девушке на кровать. — Только спустя пять лет осознать, что их нет… — Иногда, пока не увидишь все своими глазами, тяжело поверить. — Угу. — А кто… — Лукина отрицательно покачала головой, передумывая спрашивать. — Что? — Да, ничего, — она отмахнулась. — Ну говорите уже. — У тебя еще кто-то остался… из родственников? — Дед. — Он их хоронил? — Угу. — Он не приходит к ним? Могилы выглядели довольно запущенными. — После их смерти, он начал пить. И с тех пор, я его больше не видела. Так что, я не знаю, что с ним. И жив ли он вообще… — Вы были с ним близки? — Не прям, чтобы близки, но я его любила, — белокурая пожала плечами, — Он всегда был таким веселым, — с улыбкой вспоминала она, — Когда мы всей семьей на дачу ездили, мы с ним всегда на речку ходили. И каждый раз, он рассказывал столько всяких фактов и историй о том месте, лесах, людях, которые там жили. С ним всегда было интересно. Маша подняла взгляд и увидела, как воспитательница поудобнее легла на кровать, оперевшись о ее спинку, продолжая при этом внимательно слушать. Улыбнувшись этому, она обратила внимание, что Лаура взглядом предложила ей лечь рядом. — Я… Мне и тут… — Я не кусаюсь! , — с улыбкой сказала старшая, — Нет, могу конечно, но… — Молчите уже! , — Маша прилегла рядом, смотря на то, как женщина улыбается. — Расскажешь еще что-нибудь о нем? — Мы как-то с ним на велосипедах ездили кататься, — Третьякова усмехнулась, — Я тогда совсем малышкой была, лет 7, может. И мы так далеко уехали, а как потом выяснилось, заблудились. Я помню, как он тогда переживал, а мне так здорово было. Я ему говорила, что будем мы с ним теперь в лесу жить, как настоящие путешественники. — Судя по рассказам, вы все-таки были с ним близки. — Не знаю…наверное… — Маша задумалась, — Просто… Будто целая жизнь после этого уже прошла… — она опустила голову и вновь стала потирать ладошки. Лаура перехватила у нее руку, а другой приобняла ее, укладывая голову девушки к себе на грудь. Маша, не без волнения, но все же прижалась в ответ к женщине. — Почему ты все время такая напряженная рядом со мной? , — погладив плечо, спросила воспитательница. — Будто бы у меня нет поводов, — тихо усмехнулась девушка. — Что? , — не расслышав, переспросила старшая. — Ничего, — усмехнувшись, ответила белокурая. — Ты не это сказала! — Это. Лаура улыбнулась и провела пальцами вдоль ребер девушки, заставив ту дернуться и засмеяться. — Вы все слышали! , — смеясь, сказала Маша. — Не-а. — Да! Лукина отрицательно покачала головой. — Вы обманываете! — Я?! , — женщина наигранно удивилась, — Да не в жизнь! Маша улыбнувшись, промолчала. — Так, что ты там сказала? — Что будто бы у меня нет поводов, — сдалась девушка. — А они есть? — Определенно! — Назови их. И я перестану. — Вы и сами знаете! — Понятия не имею, о чем ты, — продолжала играть старшая. — Вот именно об этом я и говорю! , — сев и склонив голову с улыбкой, сказала девушка. — Ладно. Я больше не буду, — Лаура подняла руки, как бы сдаваясь. — Точно? , — Маша прищурилась. Лукина уверенно кивнула головой, добавив к этому, такое же уверенное, «Нет!». — Ну, тогда, я пошла, — девушка хотела подняться с кровати, но Лаура схватила ее за руку и притянула обратно, — Так не честно! , — она скрестила руки на груди. Лаура улыбнулась, по смешному, надутым губкам девушки, а после, подтянула ее за руки, выше к изголовью кровати, нависнув прямо на ней. — А я и не говорила, что я честный игрок, — ухмыльнулась старшая, — Если тебя это так беспокоит, я могу сравнять счет прямо сейчас, чтобы тебе не пришлось переживать об этом. И мы забудем обо всем. — Вы опять обманываете! — Нет! , — на полном серьезе сказала старшая. Маша подняла взгляд на руки женщины, что держали ее руки над головой, и увидела скрещенные пальцы. — Ладно, ладно! , — Лаура поднялась с кровати, — Раскусила! Но я и вправду думаю, что нам не стоит больше… — Согласна. — Хорошо, — шатенка мягко улыбнулась и поджала губы. — Кхм… Я, наверное, пойду… — Да… Обменявшись неловкими улыбками, Маша встала с кровати и подошла к двери. — Эм… А я правда вам помогла тогда… в больнице? — Да, — печально улыбнувшись, ответила женщина. — Если вам еще понадобиться помочь… Я… — Я поняла, — старшая кивнула, — Спасибо. — Доброй ночи. — Доброй. Всю следующую неделю, они старались, намеренно, не общаться. Им обеим нужно было время все переварить. К тому же, появился страх перейти какую-то черту дозволенности, хоть она уже давно и была стерта. Тем не менее, держать дистанцию в общении, было проще обеим. Очередной выходной день. После пробежки, Маша спокойно принимала душ. Впереди ее ждал довольно скучный день, поэтому утреннюю рутину, девушка растянула на пару десятков минут больше. Выключив воду, белокурая вышла из кабинки, но заметив силуэт перед глазами, резко прикрылась полотенцем, издав негромкий визг. — Я… Прости, я думала, что ты уже… — женщина закрыла глаза, — У меня просто…в комнате душ накрылся и я… В общем, я думала, тут уже свободно! — Угу, — нервно кивнула девушка, которая уже нырнула обратно в кабинку. — Ты не…не выходишь? — Нет, я… Я еще… — Ладно, я тогда… — Лаура указала на соседнюю кабинку. — Угу, — Маша с усилием кивнула и закрыла щелку, через которую общалась с воспитательницей. Включив душ, она с головой встала под него, уперевшись руками о стену. Даже прохладная вода не смогла привести девушку в чувства. В голову лезли дурные сценарии. Снова захотелось сбежать. Но пока там стояла Лаура, это не представлялось возможным. Через несколько мгновений, в соседней кабинке включилась вода, от чего Третьякова слегка вздрогнула. — У тебя сегодня есть какие-то планы? — У меня? , — с легкой усмешкой спросила белокурая. — Угу. — Разгадывание кроссворда 1998 года, считается? — Значит нету? — Ну, получается — нет. А что? — Не хочешь…съездить со мной в больницу? , — неуверенно спросила старшая, — Можем потом…не знаю…прогуляться где-нибудь, например. — Хорошо. — Да? , — голос женщины чуть ободрился. — Да. Вода в соседней кабинке выключилось и отчетливо было слышно, что шатенка ее покинула. — Ты так и будешь там сидеть? — Нет, я…скоро уже выйду. — А, точно, я забыла, что ты у нас из робкого десятка, — старшая усмехнулась и ушла в предбанник переодеваться. Переодевшись, Лукина прислушалась и поняла, что вода до сих пор льется. — Ты и вправду будешь сидеть там, пока я не уйду? — Да. — Маша! , — женщина в голос засмеялась, — Успокойся ты уже! Я не буду смотреть, выходи! — Вы и так, наверняка, уже все видели! — Нет. — Да! — Нет. Серьезно. Я ничего не видела и смотреть не собираюсь! Лукина закрыла глаза руками, пока белокурая застенчиво выглянула из-за угла. — Не открывать! , — пригрозила она. — Не открываю я! Было слышно, как Маша шустро одевает одежду, от чего Лауре стало смешно. — Не смейтесь! — Я просто анекдот вспомнила. — Конечно! Знаю я эти ваши анекдоты! — Можно вопрос? — М? — То, что ты меня стесняешься, я еще понять могу, но… Почему ты не ходишь в душ вместе с девочками? — Из-за шрамов. Ну… на спине… — Они не знают? — Нет. — Даже Мари с Камилой? — Ну, Мари знает. Остальные нет. — Ты стесняешься или… — Нет. Просто пойдут лишние сплетни. Да и вопросы начнут задавать. А я этого не хочу. Лаура понимающе кивнула. — Прости за все те случаи. — Забыли, — Маша махнула рукой. — Я могу открыть глаза? — Угу. Лаура открыла глаза и чуть поморщилась от света. Третьякова была в намоченной телом и мокрыми волосами, одежде. — Ты вообще вытиралась? , — воспитательница усмехнулась. — Я торопилась! Лукина склонила голову и с улыбкой закатила глаза. — Иди сюда, — она подошла с новым полотенцем в руках и повернула девушку к себе спиной, вытирая ей волосы, — Ты так заболеешь опять, если будешь мокрая ходить! От приятных прикосновений и теплого дыхания, где-то за спиной, по телу прошлась буря, что хлынула горячим приливом к лицу белокурой. — Я… я справлюсь, — собрав все силы в кулак, девушка развернулась и улыбнулась, устремив взгляд в голубые, как чистое небо, глаза. Ответно улыбнувшись, Лаура поджала губы и отошла сторону. — Ах, да… Возьми с собой пару учебников и листов, ладно? — Зачем? , — белокурая нахмурилась от непонимания. — Проведем время с пользой. Я подтяну тебя по некоторым темам. — Разве вы не хотите провести время с мамой? — Хочу. Но если буду просто несколько часов сидеть возле ее койки, то я сойду с ума! — Хорошо, — Маша понимающе кивнула. — Тогда встретимся через 15 минут, возле ворот. Договорились? — Договорились. Окинув взглядом девушку, Лукина еле заметно улыбнулась и вышла из помещения.