Fleurs sauvages | Полевые цветы

Мы были слишком молоды,

Чтобы подписаться под пунктиром.

Теперь мы достаточно молоды,

Чтобы построить лучшую жизнь.

Холод. Он, казалось, захватил мое тело до костей, когда я увидел глаза Эльвио. Морозно-голубые, прищуренные, полные обиды и непонимания. — Где ты был? — Тихо спросил он, вглядываясь в мое лицо. Я заметил, как по углам комнаты начал расползаться серебряный иней. Странное чувство охватило меня, будто комната давила на меня. — Во дворце, — Ответил я, и в комнате повисло тяжёлое молчание. Эльвио ошарашенно рассмеялся, и внезапно с потолка упала здоровенная сосулька, в нескольких сантиметрах от моей головы. Отступив на шаг, я испуганно посмотрел на рассыпавшиеся по полу осколки льда, — Дай мне объяснить. — Сначала дай мне сказать, — Прошипел Эльвио, его руки мелко тряслись, — Тебя не было два дня, ты просто вышел из дома посреди ночи и пропал, я тут чуть с ума не сошел! Ты мог хотя бы сказать… — Я думал, что тебе плевать, — Взглянув в окно, я позволил себе на мгновение закрыть глаза. Эльвио вздрогнул, — Ты будто исчез из моей жизни, и я подумал, что я больше не нужен тебе. Я не хотел тебя удерживать, поэтому прокрался во дворец и попытался найти что-то, что поможет избавиться от проклятья. Но там я встретил Алису, и она предложила мне остаться во дворце на некоторое время, чтобы я смог решить, что делать с проклятьем дальше. Я так ничего и не выяснил, так что это все было бессмысленно. — И ты серьезно согласился? — Эльвио закрыл лицо руками, — Ладно согласился, но ты не подумал о том, что я буду беспокоиться? Я отстранился на некоторое время, чтобы дать тебе свободу, пространство, дать тебе решить, что ты сам хочешь. — Мне это не нужно было, ты причинял мне боль, — Нехотя сказал я, — Я тебя совсем не понимаю, Эльвио… — А я не понимаю тебя, — Огрызнулся он. Устало сев на кровать, я посмотрел на него. На бушующую метель в глазах, на иней на кончиках пальцев. Между нами словно пробежала черная кошка, и отношения, взаимосвязь, которую мы строили, рушилась, оставляя после себя только кучу пыли и непонимание. — Мне нужно было предупредить, я понимаю, — Начал я тихо, наблюдая за тем, как с потолка капает вода, — Но тебе не нужно было быть таким холодным по отношению ко мне, это было необязательно. — Прости, — Шепнул Эльвио в ответ, смотря туда же, куда и я, — Мы оба оплошали. Воцарилось молчание, тяжёлое, задумчивое, полное недосказанного и невысказанного. — Я скоро вернусь, — Он вышел из комнаты, внизу хлопнула дверь. Я остался один. Эльвио до самой ночи не было, и я за это время успел свернуться под одеялом в комочек, смотря на пустую кровать. И, когда он вернулся, я уже спал, поэтому я не успел поймать быстрый поцелуй в лоб и посланный мне печальный взгляд. Эта глубокая летняя ночь должна была захватить остров, как и всегда, но случилось то, что переломило мою жизнь на две части. Посреди ночи в глубине дома раздался громкий взрыв, зазвучал девичий визг. Я подскочил с кровати как ошпаренный, и мы с Эльвио быстро переглянулись. Ужасно пахло дымом, и я увидел, как он черным туманом ползет в комнату через дверь. Громкий топот, запах гари, паника, затопившая меня, ледяная ладонь Эльвио в моей руке, все смешалось в одну кучу. Мы попытались открыть дверь, но ручка была раскалена. Огонь бушевал за пределами нашей комнаты, судя по звуку треска и нарастающему жару. Жуткий грохот заставил нас одновременно отскочить от двери. Что-то с огромной силой упало, и кто-то снова закричал. Огонь быстро пожирал старые деревянные стены дома, но все те, кто ночевал внизу и ближе к лестнице, успели выбежать наружу. Мы с Эльвио остались вдвоем в замкнутом, охваченном огнем пространстве. Он оторвал два куска ткани с наволочки, а я намочил их с помощью магии. Мы прижали мокрую ткань к лицу, но это не сильно помогало. — Окно! — Крикнул я, и Эльвио, схватив меня за руку, ринулся туда. Но он не успел. Путь перегородила съедаемая пламенем потолочная балка, едва не рухнувшая нам на головы. Западня заперла нас в квадрат, в окно не выпрыгнуть — путь перегорожен, по бокам стены, а сзади уже все горело. Я закашлялся, и Эльвио в панике прижал меня ближе. Он никак не мог потушить своей магией такое количество огня, но, увидев, как я теряю сознание, задыхаясь, что-то в нем перещелкнуло. Эльвио выставил вперёд ладонь, и из нее вырвался огромный поток ледяной воды, хоть ненадолго проложивший нам путь вперёд. Свою мокрую тряпку он выронил, и ее сожрало пламя. Я еле перебирал ногами, но упрямо шел, стараясь смотреть четко на окно. От дыма и жара глаза слезились, и по щекам текли слезы, прочерчивая дорожки на чумазом лице. Добравшись до окна, Эльвио разбил его кулаком, запачкав кровью подоконник. Он едва не упал на пол, но я подхватил его. Приток свежего воздуха немного прояснил голову. Дом разваливался по кускам прямо у нас на глазах, и под моей ногой провалилась доска, открывая маленькое окошко на первый этаж, где было пожрано огнем уже почти все. Я выдохнул и осторожно посмотрел вниз, где столпилась вся семья. Они откуда то взяли длинный кусок ткани, и растянули его как смогли. Осторожно подхватив Эльвио под руки, я выдохнул, собравшись спрыгнуть вниз. Что-то за спиной взорвалось (скорее всего, это была керосиновая лампа), и ударной волной нас выкинуло вниз. Я чувствовал, как стекло раздирает руки, как огромный поток горячего воздуха бьёт в спину, как свистит ветер в ушах. Приземлившись туда, куда нужно, я приоткрыл глаза, едва ли не сразу зажмурившись опять. Дом полыхал, и все, кто в нем жил, стояли со слезами на глазах. Трескалось стекло на бесчисленных рамках, внутри которых, съеживаясь, сгорали фотографии. Пламя сжирало игрушки и реликвии, комнатные растения и накопленные за многие годы жизни этого дома вещи. Кая держала на руках кошек, сидя на траве. На плечах у нее сидели мыши, попискивая, на макушке синичка. Кая горько плакала, прижимаясь к Винни, которая гладила сестру по голове, утирая слезы. Плакали все. Непонимающе Эйч, тихо и скорбно Сет с Элизой, надрывно и открыто Фина и Санни. Лини держала за руку Руди, уткнувшись ему в плечо. Эльвио приоткрыл глаза, и я увидел в его глазах то, что увидеть боялся больше всего. Он снова потерял свой дом. Мы переплели пальцы, глядя на то, как вниз валятся горящие доски. Стоя на достаточном расстоянии, мы не боялись, что в нас прилетит чем-то. Это был момент, когда ночь озарилась костром горя. — Почему… Почему это произошло? — Тихо спросил Эльвио, оборачиваясь к семье. Все взгляды устремились к Санни. — Я клянусь всем, что у меня есть, это было не из-за меня, — Она всхлипнула, утирая нос рукой. — Взрыв произошел в нашей комнате, — Винни покачала головой, — Возможно это был стихийный… — Нет! — Санни яростно оттолкнула от себя сестру. Ее губы дрожали, будто она грозилась расплакаться ещё пуще прежнего, — Я давно себя контролирую, и у всплеска не было поводов. Можете мне не верить, но я точно знаю, что это была не я. Все указывало на то, что пожар произошел по вине Санни, но мы с Эльвио быстро переглянулись. Что-то не складывалось. Первые лучи мягкого ласкового рассвета коснулись черных, догорающих досок дома. Вокруг собрался весь район, и большая часть эльфов печально и горько качали головами, переглядываясь и глядя на пепелище. Элиза взяла за руку сидящую на траве и тихо плачущую Санни. Она будто потускнела, и казалось, что яркие рыжие волосы лишились части краски. — Тебя никто не винит, птенчик, — Тихо сказал Сет, присаживаясь перед дочерью на корточки. Она лишь отрицательно покачала головой, — Мы обязательно справимся, построим новый дом, не нужно отчаиваться! На лице Сета расползалась широкая ободряющая улыбка, он взял на руки стоящего на траве Эйча и обвел взглядом семью. — Мы из разных передряг выбирались, и из этой выберемся, — Вокруг его темных глаз собрались гусиные лапки, — Мы же семья! После слов Сета на лицах остальных членов семьи возникла пауза, а затем прорезались робкие улыбки. Фина подняла с травы Каю и ее подопечных, Винни подала руку Санни, мы с Эльвио снова переглянулись, на этот раз с облегчением. Лини обняла Элизу, и та засмеялась, вытирая слезы кончиком пальца. Зеваки радостно засвистели, вызывая волну смеха. На обугленном доме заиграли лучи солнца, и он больше не казался таким жутким. Этот день был одним из самых странных дней в моей жизни. Суматошный, спешный. Я бегал туда сюда, помогая Элизе и Сету устраивать детей к родственникам, бинтовать им руки и мазать ссадины, полученные в результате пожара. А ещё думать, думать, думать. Мы с Эльвио смогли нормально поговорить только вечером, когда проводили Лини, ушедшую ночевать к Руди. Сидя на ступеньках деревянного дома тети Сета, слушая безмятежное стрекотание сверчков и смотря, как колышется от лёгкого ветра отросшая трава. Эльвио сел рядом со мной, прижимаясь своей ногой к моей. — Ты так и не рассказал, о чем вы с королевой разговаривали, — Тихо сказал он, распуская волосы, завязанные в пучок. Светлые пряди рассыпались по плечам. …Алиса провела меня в столовую, где был уже заварен алый чай, по цвету напоминающий кровь. Нос пощекотал приятный сладкий запах, но внутри завыла сирена. Не пить. Ни в коем случае. Мы сели напротив друг друга, и я осторожно взял фарфоровую чашку в руки. Глаза королевы в упор смотрели на меня. — Я хотела у тебя спросить, — Звонко сказала она, — Ты останешься на острове навсегда или планируешь уехать отсюда? Обычный, будничный вопрос, какой можно задать другу или знакомому. Но я насторожился. Алиса была слишком простой на вид, слишком дружелюбной. И по ней было видно, что под слоем простоты что-то скрывается. Это выражалось в мелких жестах. Ее походка была жёсткой, взгляд был лисьим, с прищуром, а движения были неестественно резкими. Она не была похожа на простую крестьянку, но и на девушку из зажиточной семьи тоже. — Пока не планирую никуда уезжать, — Сказал я после паузы. Алиса едва дернула бровями. — Послушай мой совет, — Она проглядела на меня предельно серьезно темными умными глазами, — Уезжай с этого острова, пока не поздно. Ты не нужен здесь. — Что? — Я нахмурился, сердце заколотилось в груди быстрее, — Что это значит? — То и значит, — Лёгкая сутулость Алисы внезапно исчезла, заменившись ровной, как струна, спиной, — Что тебе нужно покинуть королевство, пока другие существа или мятежники не прознали о твоём существовании. Эмибет они ещё как-то примут, потому что все вместе ее воспитывают, но тебя… Тебя нет. — Но как они узнают? — Алиса многозначительно посмотрела на меня в ответ спокойным взглядом, — Зачем? — Ты — угроза. Я даю тебе срок в неделю. Ровно через семь дней уплывает Линнет, и ты должен уплыть с ней, — Я ужаснулся. Лини действительно покидала остров через неделю. — Я не угроза, мне ни к чему трон и жизнь во дворце. Она вздохнула, и я внимательнее присмотрелся к ее лицу. Желтоватый цвет кожи, каштановые кудри далеко не такие блестящие на вид, как год назад, лёгкий тремор маленьких кистей. Магия отторгала ее, и Алису это злило, она сопротивлялась. Считала, что это моя вина. — Ничего не изменится, если я уеду, только если ты добровольно покинешь трон и отдашь его моей сестре, — Тихо обратился я к ней, уже не как к королеве, а как к обычной девушке. — Ты не можешь знать, изменится что-то или нет, — Огрызнувшись, она покрепче сжала чашку. Алиса не сделала из нее ни глотка. — Если я тебе неудобен, почему просто не убьешь меня? — Семья, в которой ты сейчас живёшь, слишком влиятельна. Они начнут копать. Мне это ни к чему. В столовой повисло тяжёлое молчание. — Лори же предупреждал тебя? — Она нехотя кивнула. — Мне все равно. Я с мрачным удивлением снова взглянул на Алису, сверлящую взглядом колонну. Разговор зашёл в тупик, и я понимал, что мне надо уходить. Стражники спешно выпроводили меня за пределы дворца, хотя у меня остался ещё с десяток вопросов к королеве… Эльвио вымученно застонал, закрывая лицо в руками. Чувство вины и горечь охватили меня. — Она дала срок в неделю… — Это было предупреждение. Предупреждение о том, что это не шутки. Сказав это, он с отчаянием посмотрел на меня, взяв за руку. — Надо уезжать отсюда, Валериан. — Что? А как же семья, как же моя сестра? Это трусость! — Я больше не могу терять близких, — Прошептал Эльвио, и я сразу сдался, понимая, что он прав. Из-за меня опасность угрожает всем, — Уплывем вместе с Лини и Руди, но не останемся здесь. Желание закричать, запротестовать одолело меня, но я молчал, глядя в васильковые глаза напротив. Ища в темных шариках зрачков подтверждение того, что мы действительно со всем справимся. Но там была неопределенность и неуверенность, такие же чувства, что и у меня. Эльвио коснулся большим пальцем моих костяшек. — Мы справимся, начнем новую жизнь вне острова, будем путешествовать, этого же мы хотели, верно? — Только и смог сказать я, но эти слова были пропитаны горечью. «Не при таких обстоятельствах» — хотел добавить я, но это было лишним. «Не так, чтобы это было похоже на трусливый побег» «Уйти в свободную жизнь без угрозы быть убитыми за спиной» «Не так»