ГЛАВА 10. Исполнение супружеского долга
23 августа 2023 г., 17:00
В тот день у господина Хэ Тао был выходной. Проснувшись намного позже, чем обычно, он с удивлением обнаружил, что на улице царила солнечная чудесная погода. Сделав лёгкую зарядку, которая прописал ему лекарь для укрепления дыхательных путей, и умывшись тёплой водой, оставленной с вечера, Хэ Тао отправился на кухню, чтобы приготовить себе завтрак.
Он любил готовить, хоть и не был искусным поваром. Хэ Тао знал лишь несколько простых блюд, но нарезка овощей приносила ему своеобразное удовольствие, и каждый раз, когда он располагал достаточным количеством времени, предпочитал сам готовить себе еду, нежели трапезничать вне дома в столовых заведениях города.
В этот раз Хэ Тао приготовил рис, яичный рулет, и несколько овощных закусок, а поскольку погода располагала, принял решение позавтракать на свежем воздухе.
Водрузив на поднос все миски с блюдами, палочки для еды, и не забыв про небольшой кувшин с водой и маленькую чарку, Хэ Тао направился во двор своего дома, где под красным кленовым деревом стоял небольшой каменный столик с двумя каменными стульями.
Во время завтрака он залюбовался маленьким кленовым листиком, который словно в танце покружил в воздухе и изящно осел на землю, и пропустил тот момент, когда за стол сел Ло Хуашэн.
У Ло Хуашэна в руке были металлические палочки для еды, которыми он быстрым движением подцепил последний кусочек яичного рулета и отправил в рот, довольно улыбнувшись.
Хэ Тао громко сглотнул.
— Знаете, я с самого детства мечтал, чтобы моя жена умела готовить, — сощурившись от удовольствия, сказал Ло Хуашэн после того, как проглотил тот самый последний кусочек яичного рулета. Не успел Хэ Тао возмутится тому, что Ло Хуашэн назвал его женой, как тот поспешил продолжить свою мысль, дабы разгладить морщинку, что появилась у Хэ Тао промеж бровей.
— Честно сказать, поначалу я был слегка обескуражен тем, что моим супругом оказался мужчина. Но я решил, что должен уважать собственный выбор, каким бы он ни был, и сейчас убедился в верности своих суждений, ведь будучи мужчиной, Вы являетесь прекрасным поваром и, честно признаться, я никогда прежде не вкушал таких вкусных блюд. Удивительно, как из самых простых ингредиентов Вы сумели создать поистине настоящее произведение кулинарного искусства.
Хэ Тао, которого за всю его жизнь хвалили всего лишь три раза, и все три раза были до того, как ему исполнилось 10 лет, чувствовал себя немного странно, но в то же время приятно. Поэтому решил не обращать внимание Ло Хуашэна на то, что еду он приготовил исключительно для себя, и не то, что не удостоился положить ему приборы для еды, но приготовив завтрак, даже не позвал его на совместную трапезу. Такие действия ни в коем случае не смог бы себе позволить любящий муж, коим его считал Ло Хуашэн. В то время как Хэ Тао думал о том, как лучше стоит выразить свои мысли благодарности Ло Хуашэну за неожиданный комплимент, тот отложил палочки для еды, выпрямился, словно натянутая струна гуциня и, прочистив голос, очень серьёзным тоном промолвил:
—Я пришёл к важному для себя выводу.
Хэ Тао тут же напрягся, ведь уже познал горький опыт. Все выводы, к которым приходил Ло Хуашэн шокировали своей ошеломляющей бредовостью, и Хэ Тао успел удостовериться в том, что прекрасная голова Ло Хуашэна была абсолютно пуста. В этот раз Хэ Тао собрал в кулак всё своё мужество, решив, что сумеет выдержать новый удар от изобретательного Ло Хуашэна, и для достоверности, чтобы не рассмеяться тому в лицо, набил полный рот риса и начал тщательно его разжёвывать, глядя на то, как Ло Хуашэн собирается с духом, чтобы выдать очередную светлую мысль.
— Прошу меня простить, но я пока что не в силах исполнить свой супружеский долг, — сказал Ло Хуашэн и у Хэ Тао одна маленькая рисинка стала поперёк горла.
Хэ Тао начал задыхаться и Ло Хуашэн встал из-за стола, заботливо похлопав его по спине, пока Хэ Тао в конце концов не удалось проглотить несчастную рисинку. Всё это время лицо Хэ Тао было красным, а из глаз брызнули слёзы, но Ло Хуашэн расценил это, как всегда, по-своему. Ещё раз напоследок ласково погладив по спине мужчину, который потянулся к чарке с водой, Ло Хуашэн сел обратно на своё место.
— О чём же я говорил? — задумчиво протянул он, — Точно, вспомнил! Я говорил о том, что пока что не готов к исполнению супружеского долга, но, — Ло Хуашэн поднял указательный палец вверх, таким жестом обозначая, что ещё не закончил свою мысль, — Но, я обещаю, что буду стараться и прилагать все усилия для того, чтобы как можно скорее возместить тот ущерб, что я нанёс Вам за этот короткий период воздержания.
Красное лицо Хэ Тао стало зелёным. А через несколько мгновений — серовато-синим. Он уронил из руки палочки для еды и даже не удостоился поднять их. Вместо этого он встал из-за стола, и не говоря больше ни слова, отошёл в свои комнаты, весь остаток дня предаваясь безрадостным думам.
***
Далеко за полночь Хэ Тао пришёл к тому, что если он сегодня же не разберётся со всем, то так и не сможет уснуть. Поскольку сказанные Ло Хуашэном раннее слова не давали ему покоя, он всю ночь ворочался в кровати, и не в силах больше противостоять этой пытке, он решился взять всё в свои руки и разобраться в первую очередь с Ло Хуашэном. Набравшись смелости, Хэ Тао накинул на плечи тёплый халат и открыл дверь своих комнат. В комнатах напротив, что принадлежали Ло Хуашэну, всё ещё горел свет, ведь Ло Хуашэн по обычаю предавался распутству в объятьях искусства именно в ночное время, а значит, Хэ Тао мог себе позволить его потревожить. Он вышел из комнаты и неспешным шагом направился к комнате Ло Хуашэна, но на полпути решил, что это глупая затея и стоит вернуться назад. Он намеревался так и сделать, но потом передумал и вновь направился комнатам Ло Хуашэна. Так, глубокой ночью, Хэ Тао несколько раз ходил туда-сюда по внутреннему двору, не решаясь поступить, как смелый человек, и только когда он вспомнил, с каким пренебрежением сегодня утром Ло Хуашэн съел последний кусочек яичного рулета, решился пойти в наступление. — Господин Ло Хуашэн, можно Вас? — достаточно громко спросил он, но всё ещё не удостоившись постучать в его дверь. — Конечно можно, — ответил Ло Хуашэн и открыл Хэ Тао дверь. — Прошу Вас, заходите. — Не стоит, — хмуро на него глядя, сказал Хэ Тао, не имея ни малейшего намерения переступать порог комнаты Ло Хуашэна. — Знаете, существует поверье, что ни один важный разговор не должен состояться через порог комнаты, ведь ночные бесы могут это услышать и всячески помешать. — Вы правы, господин Ло Хуашэн это действительно важный разговор, но я не верю во всякие суеверия, поэтому предпочту разговаривать с Вами через порог. — продолжая хмуриться, сказал Хэ Тао, который действительно не являлся суеверным человеком. — А я достаточно суеверный, поэтому лучше я выйду к Вам, — сказал Ло Хуашэн и переступил порог, оказавшись на крыльце прямо перед Хэ Тао. — Господин Ло Хуашэн, — уверено начал Хэ Тао, стараясь говорить как можно быстрее, дабы не растерять свою храбрость. — Я хотел бы говорить с Вами насчёт того дела, о котором мы говорили сегодня утром. — Вы не согласны с тем, что я Вам сказал? — растерянно на него глядя, спросил Ло Хуашэн, — Вы хотите взять своё? — добавил он, с некой опаской прикрывая грудь руками. — Да нет же, господин Ло Хуашэн! — прокричал Хэ Тао, топнув ногой. — Я не хочу. — Так вот в чём дело, Вы не хотите более со мной… — расстроенно сказал Ло Хуашэн. — Я не хочу! И никогда не хотел. Что за глупости Вам приходят в голову?! — Получается… Мы никогда не?.. — изумлённо спросил Ло Хуашэн, который после прочтения нескольких десятков стихов эротического содержания, был абсолютно уверен в том, что между ним и господином Хэ Тао временами случалось необузданная страсть. — Именно, господин Ло Хуашэн. Об этом я и пытаюсь Вам сказать. Мы никогда не… И никогда не будем. — Но я хочу! Я признаюсь честно, слегка этого побаиваюсь, но всё равно хочу. Поэтому и попросил Вас с этим слегка повременить. — Господин Ло Хуашэн, — с нажимом произнёс Хэ Тао, который понимал, что с каждым словом его попытки достучаться до Ло Хуашэна были всё более безуспешными. — Что? — громко шмыгнув носом, спросил Ло Хуашэн. — Давайте договоримся, — мягче произнёс Хэ Тао, понимая, что громкими криками ничего не добьётся, — Давайте договоримся, что пока к Вам полностью не вернётся Ваша память, Вы даже не будете думать о таком. — Угу, — тихо ответил ему Ло Хуашэн. — Вы всё поняли? — растерянно спросил Хэ Тао, который не понимал, что происходило с Ло Хуашэном. — Угу, — вновь было ему ответом. — Что Вы поняли, господин Ло Хуашэн? — тяжело вздохнув, и схватив Ло Хуашэна за плечи, дабы посмотреть ему в глаза, спросил Хэ Тао. — Я понял… Вы хотите наказать меня за потерю памяти… Воздержанием. — БОГИ! За какие такие грехи Вы решили меня этим наказать! — воскликнул Хэ Тао и отпустив плечи Ло Хуашэна, развернувшись, направился к своим комнатам, бубня себе под нос что-то о том, что нужно почаще наведываться в храм, дабы вымолить у разгневанных богов прощение. Оставшийся в растерянности Ло Хуашэн, вновь воспринял слова Хэ Тао по-своему и решил начать активно действовать, чтобы как можно быстрее вернуть свою память.
