Часть 8
2 августа 2023 г., 16:58
День прошёл дерьмово и это мягко сказано. Годжо был вынужден явиться на свои пары, так как препод устроил им опрос, поэтому Сугуру скучал в одиночестве и даже немного послушал лекцию, чего в последнее время не делал. Он уже и забыл какого это — просто сидеть, писать конспект, иногда отвечать лектору, если тот хотел проверить знания своих не слишком внимательных слушателей. Это было так... обычно?
Слишком обычно. Жизнь с Сатору имела ярко выраженный характер, она была колоритной и разнообразной, поэтому Гето привык к ней, как наркоман к дозе, и теперь ему не хватало дофамина и экстрима.
Без всякого удовольствия расправившись с абсолютно пресным салатом, Гето вздохнул и пошёл бесцельно слоняться по универу, потому что поболтать ему было не с кем. Вернее, знакомые у него были, просто они служили очень плохой заменой Годжо, а Гето не слишком любил использовать людей, так что предпочёл остаться в одиночестве.
Он не торопясь прогуливался по коридору, пока к нему не подошла незнакомая девушка.
— Эм, привет. — она немножко нервно улыбнулась, но от этого не растеряла своей очаровательности.
— Привет. — Гето кивнул в ответ.
— А ты не сильно занят? — девушка отвела взгляд в сторону и покрутила прядь волос, будто собираясь с мыслями. — Мне тут помощь нужна с переноской. То есть с книгами. Надо перенести книги.
— Да без проблем. Куда идти?
Девушка едва не подпрыгнула на месте и тут же расплылась в улыбке.
— Иди за мной. — она прошла мимо него пружинистой походкой, легонько задев его худеньким предплечьем.
Гето пожал плечами и пошёл следом, так как подобное было довольно частой просьбой даже от малознакомых людей. Была ли то студенческая солидарность, или просто скука, но Сугуру последовал за девушкой, которая завела его в пустой кабинет. Он огляделся вокруг, но на первый взгляд не обнаружил ничего, что можно было таскать.
— Эм, так что отнести-то надо? — Гето закатал рукава рубашки, чтобы не испачкать одежду, но вместо обещанных книг он получил немного другое.
Девушка глубоко вдохнула и выдохнула, после чего выпрямилась и спрятала руки за спину.
— Я Аманай Рико, первый курс. — девушка немного смущённо улыбалась и, чтобы успокоиться, теребила кончик юбки — Прости, что дёргаю, тебе, наверное, это кажется странным.
Гето чуть нахмурился, не понимая, что происходит.
— Так тебе не нужна помощь?
Аманай покачала головой, а потом, громко выдохнув, подняла на него глаза.
— Ты мне очень нравишься.
Сугуру впал в ступор. Во-первых, он никогда раньше еë не видел, а даже если видел, то не замечал, и, во-вторых, ему впервые кто-то признавался в чувствах, но сейчас это было безумно не к месту. Он заранее почувствовал вину за отказ, хотя ещё даже рта не открыл, но он просто не мог поступить иначе.
— Это очень внезапно. — он почесал затылок, раздумывая, как бы помягче отшить девчонку, которая при иных обстоятельствах показалась бы ему очень милой.
— На самом деле я уже пыталась с тобой знакомиться, но ты всегда был таким хмурым и занятым, что просто не обращал на меня внимания. — Аманай снова потрогала волосы, а потом переступила с ноги на ногу.
Гето почувствовал себя последним мудаком, и теперь отказаться было ещё сложнее.
— Прости, я был тем ещё козлом. — он виновато улыбнулся. — И, боюсь, особо не поменялся с тех пор.
— Нет, ты очень классный. — девушка смотрела на него очень нежно, видимо, он действительно был ей не безразличен. — И тогда ты тоже был крутым, просто очень уставшим. А сейчас ты такой весёлый, тебе очень идёт этот пучок.
Гето тут же невольно коснулся волос, а потом постарался выгнать ненужные мысли из головы.
— Мне безумно приятно слышать такое от красивой девушки, но прости, я не смогу ответить взаимностью.
— Ничего, я просто хотела признаться, чтобы ни о чëм не жалеть. — и всё-таки Рико явно была расстроена отказом. — Но, по секрету, почему отказался? У тебя кто-то есть? Просто я поспрашивала у ваших девчонок и они сказали, что у тебя нет девушки.
Гето прикусил губу, не зная, стоило ли ей говорить, но девушка выглядела такой опечаленной, хоть и пыталась это скрыть улыбкой, что он не хотел заставлять еë искать проблему в себе.
— Я болен, — признался Сугуру —и скорее всего умру к концу года, поэтому ни о каких отношениях речи и быть не может.
Рико ахнула и прикрыла рот рукой, испуганно глядя на парня.
— Рак? — спросила она, когда смогла справиться с эмоциями и сопоставила одно с другим.
Сугуру кивнул. Аманай затряслась всем телом, будто ей стало очень холодно, и потом её глаза закономерно намокли.
— А вылечиться не получится? — с надеждой спросила она.
— Увы. — Сугуру развëл руками, невольно испытывая вину за свою болезнь и невозможность с ней справиться. — Ну, раз с книгами помощь не нужна, я пойду, пожалуй. Ты очень классная, правда, мне даже жаль, что не сложилось.
Он оставил девушку одну и юркнул из кабинета. Время уже поджимало, стоило как можно скорее вернуться в аудиторию, хотя с другой стороны можно было и опоздать на пару минуточек.
Гето засунул руки в карманы и направился к лестнице, как вдруг из ниоткуда и абсолютно незаслуженно ему прилетел кулак в лицо. Сугуру и сам не понял, что произошло, но из-за занятий баскетболом у него было очень хорошо развито периферийное зрение, поэтому он увернулся и избежал удара. Чтобы не потерять равновесие и не упасть, Гето в прыжке вытащил руки из карманов и приземлился на пол уже готовый. Он тут же поднял глаза и увидел очень злобного старшака, который пыхтел и сжимал кулаки, явно намеренный прописать ему в лицо. Гето понятия не имел, что стало катализатором конфликта, поэтому просто встал в защитную стойку, на случай, если переговоры сорвутся.
— И что это было? — спросил он у незнакомого парня.
— Ещë и издеваешься?! Трахал мою девушку, а теперь делаешь вид, что не в курсе?!
Сугуру даже сломался на секунду, совсем не понимая, о чëм шла речь, а потом к нему пришло просветление.
— Аманай? — спросил он, не ожидая, что это сработает, как красный флаг для быка.
Старшекурсник тут же взревел и набросился на него, благо Гето стоял в хорошей позиции и имел далеко не хрупкое тело, поэтому он отбил выпад и снова встал на изготовку, не нападая на противника.
— Вышло недоразумение. — он попытался достучаться до агрессора. — Я её сегодня впервые встретил и ничего не было. Она просто попросила помочь с книгами, вот и всё.
— Всë?! Тогда почему у неё глаза красные?! Я видел, как вы выходили из одного кабинета и там не было никаких книг!
Гето едва не цокнул: это был залёт. Драться не хотелось, но и сбежать уже было трудновато: вокруг начали собираться любопытные студенты, некоторые из которых были не против небольшой потасовки и окружили их своеобразным кольцом, через которое надо было прорываться. Преподы здесь ходили редко, а на камеры рассчитывать не приходилось, поэтому на всякий случай Сугуру приготовился к тому, что ему придётся слегка избить парня, а потом уже объяснить, что тот был неправ.
Гето вспомнил все свои навыки ближнего боя, которые благодаря потасовкам с Сатору довольно неплохо прокачал. Что ж, сдаваться он точно не собирался. Но прежде чем поединок ни за что успел начаться, сквозь толпу к ним пробралась сама Аманай. Она встала между ними и раскрыла руки, блокируя любой доступ к Гето собой.
— Ты его ещё и защищаешь?! — едва не взвыл парень.
— Что ты устроил?! — Рико была как минимум взбешена. — Ты так взбесился, потому что я отказала тебе?
Гето не понимал, как оказался втянут в такую Санта-Барбару, но кажется от мордобоя его спасли.
— Да чем он лучше меня? — едва не в слезах спросил парень, у которого точно было не всё в порядке с головой.
Сугуру, хоть и не отличался излишним нарциссизмом, но был готов назвать как минимум десять пунктов, одним из которых была адекватность.
— Это тут причëм? Ты нападаешь на человека просто так — это достойный поступок? — Рико грозно смотрела на парня, она была рассержена просто до предела. — Так ещё и на того, кто слабее!
Вот с этим Гето поспорил бы, но сейчас ему просто хотелось выйти из конфликта сухим и без синяков.
— Слабым? Да он мне чуть руку не сломал!
— Он защищался!
— Да хватит оправдывать этого пидора! — старшак хотел уже отодвинуть Рико и всё-таки набить морду конкуренту, но Аманай схватила его за пояс и потянула в другую сторону.
— Ты с ума сошëл? Ты убьёшь его! У него рак!
Мгновенно все затихли и повернулись к нему. Даже парень, который так жаждал избить его, замер и посмотрел на Сугуру совсем по-другому. Не ожидавший такого Гето почувствовал, как у него ушёл пол из-под ног. На месте готового к бою девятнадцатилетнего парня оказался крошечный ребенок, на которого все пялились огромными глазами, и каждый взгляд вгонял в него огромную, длинную, острую иглу. Сугуру словно оказался один в толпе проклятий.
Кто-то тихо переговаривался, кто-то явно не верил в сказанное, кто-то смотрел на него с искренним сочувствием, но Гето было неважно, кто и что про него думает. Ему было плохо от осознания, что его тайна вскрылась. Раньше смерть была фантомом, о котором знал он и ещё пара людей, но теперь её явили миру и она предстала перед ним в полной красе. Он сейчас умрëт. Сугуру ясно почувствовал, что сейчас он умрëт...
Аманай поняла, что проговорилась, и лишь виноватыми глазами просила у него прощения, но Гето не нужны были её извинения. Его дыхание сбилось, оно стало неглубоким и частым, воздух толком не попадал в лёгкие, его словно схватили за шею когтистыми руками. Гето не мог даже сглотнуть пересохшим горлом.
Его резко затошнило, сердце забилось от внезапного выброса адреналина, перед глазами поплыла картинка. Гето начало казаться, что кто-то орёт ему прямо в душу, проклиная его изнутри. Он чувствовал, что ещё немного и его просто разорвёт на части, а потому он бросился бежать, куда угодно, лишь бы не слышать эти голоса и не видеть взглядов, обращённых на него.
Сугуру летел, не разбирая дороги, а в голове билась лишь одна мысль, раз за разом становясь все громче.
Ты умрёшь! Ты умрёшь! ТЫ УМРЁШЬ!
Всë кружилось перед глазами, в висках стучала кровь, заглушая любые звуки, в горле жгло, словно он выпил расплавленную сталь, пот выступал на коже крупными каплями. Гето боялся, сам не зная чего. Он почти потерялся в этих ощущениях, как вдруг с размаху влетел в грудь Годжо, едва не сбив его с ног, но парень устоял и даже удержал Сугуру, крепко схватив за плечи.
— Сугу, что случилось? — Годжо всем телом ощущал чужую дрожь, а Гето, почувствовав его тепло, вжался в него, как загнанный в угол зверь, и спрятал лицо, боясь косившихся на них людей и крика в голове.
— Забери меня! — сбивчиво шептал он ему в ключицы, холодея и трясясь с каждой секундой всё больше и больше. — За-забери, п-помоги мне!
Сатору схватил его за руку и потащил к выходу, более не говоря ни слова. Он не задавал вопросов, не смотрел на него, а просто вёл вперёд, крепко переплетя их пальцы. Сейчас это всё, что было нужно Сугуру. Он шёл за ним следом, не зная куда и зачем, и наконец-то картинка в глазах перестала рябить, а к ушам вернулся слух.
Обычно путь от универа до дома занимал минут пятнадцать, Годжо привёл его за десять, но от каждой секунды, проведённой в его объятиях, Гето чувствовал, как в его груди проворачивают нож.
Сатору затащил его в квартиру и, стоило двери захлопнуться, внутри у Гето взорвалась последняя нервная клетка, отчего он зарыдал. Годжо обнимал его, гладил по спине, шептал всякие глупости и нежности, будучи рядом, когда это было нужно. Вот какого хуя его выдернули на пары?! Зачем они ему, когда Сугуру страдает в одиночестве? Сатору проклинал препода, и терпеливо ждал, когда истерика пройдёт.
Постепенно та поганая мысль затихла. Она не исчезла, нет, просто притаилась, словно змея под корягой. Сугуру кое-как выровнял дыхание, успокоился и взял себя в руки, хотя было видно, что пережитый ужас оставил на нём свой отпечаток.
— Прости, я сорвался. — он шмыгнул носом и вытер глаза, дрожа всем телом. — Ебать, что вообще было...
Годжо пропустил его слова мимо ушей. Сатору смотрел на него, бледного, с взлохмаченными волосами, с покрасневшей склерой и дрожащими губами, и испытывал совсем не те эмоции, что должен был. Его лучший и на самом деле единственный друг сейчас был уязвим, напуган, взволнован. Он нуждался в защите и поддержке, но Сатору мог лишь смотреть на него и думать о том, как бы выглядел Гето при иных обстоятельствах. Когда он раскрыт и возбуждён, когда его хмурая оболочка лопается, наверное, он так же растерян и его щеки украшает такой же немного болезненный румянец.
Сатору не смог совладать с собой и, обхватив Гето за лицо, соединил их губы, припечатывая его боль поцелуем. Сугуру смотрел на него в тихом ужасе, и у Годжо прострелило в сердце. Он был обязан защитить его, а вместо этого буквально ударил ещё раз ножом в спину, наплевав на его доверие и воспользовавшись моментом слабости.
—Я н-не хотел… — Годжо забыл, как дышать, видя медленно выступающие слëзы на чёрных глазах.
Казалось, сейчас стеклянная кожа Сугуру покроется трещинами и он лопнет, как мыльный пузырь, что застыл на морозе. Хватит уже молчать и терпеть. Сейчас не время для лжи!
—Блять, хотел я, хотел! — Сатору прижал его к себе и зарылся лицом в чëрные волосы. — Всё время хотел! Ещё со школы. Думал о тебе каждый ёбаный день и не понимал, что происходит.
Сугуру слушал его дрожащий голос и чувствовал, как сердце снова начинает биться, словно сумасшедшее, словно оно отдавало сейчас все эмоции, что экономило последние девятнадцать лет.
— Ты всегда был рядом, я думал, что так будет и в будущем. Я верил, что ты всегда будешь со мной и поэтому ничего не говорил. — Сатору держал его крепко, чтобы Гето не исчез и не сбежал, но на самом деле, потому что так он чувствовал его пульс и дыхание. — Я… Я люблю тебя. Очень давно. И... я хотел быть тем кракеном из твоего кошмара... Бля-я-ять, боже, что я сейчас несу?
Годжо понял, что это фаталити: ляпнуть такое во время признания. Да проще из окна сразу выйти и не мучиться.
Сугуру затрясся мелкой дрожью, и Годжо испугался, что он плачет, поэтому чуть отпрянул, чтобы заглянуть ему в глаза и утешить, но потом понял, что Гето не плакал, а смеялся.
— Я на секунду представил тебя с щупальцами. — сквозь тихий смех сказал Сугуру, чьë лицо, пусть и было бледным, зато теперь его украшала улыбка. — Ты был бы самым стрёмным моллюском в океане.
Глядя на него, Сатору и сам невольно расплылся в улыбке. Каким бы идиотом, придурком и тупоголовым мудаком он не был, Гето всегда принимал его и был рядом. Что бы не происходило, он всегда оставался на его стороне. Это не Сатору защищал Сугуру — всё было как раз наоборот.
Гето улыбался, хотя слёзки всё ещё стыдливо сбегали по розовым щекам. Его чёрные пряди прилипли к скулам, украшая их тёмным узором, а чёрные глаза светились, словно маленькие ониксы, любовно огранëнные мастером для самого лучшего парня на свете. Это было уже второе признание за день, но на него Гето не был готов ответить отказом.
Сатору даже не сразу заметил, как снова наклонился к нему и коснулся его губ своими, а когда понял, что натворил, почувствовал неловкую попытку Гето ответить ему на поцелуй, и забыл, что хотел отстраниться. Сатору зарылся пальцами в его волосы, прижал к себе его лицо и буквально впился в рот, пробравшись внутрь языком.
Он видел это в собственных мокрых снах, он думал об этом, когда напивался до отключки. Сатору так часто представлял себе это, что забыл о том, что он не в мире фантазий. Поверить в то, что Гето был так близко, было невозможно, пока он не взвыл в поцелуе. Тогда Годжо опомнился и дал ему отдышаться, только после поняв, что сам едва не задохнулся. Кажется, во всём океане не нашлось бы настолько счастливого кракена, каким был он в это мгновение.
