Амулет

      Тело, неподвижно, будто бы в невесомости висевшее внутри резервуара с кольто, могло с первого взгляда показаться безжизненным. Но Касбир ощущал внутри истерзанной плоти слабую искру жизни, а мерное попискивание медицинской аппаратуры в такт слабым движениям грудной клетки подтверждало то, что Касбир видел сквозь Силу.       Нейд жив… Очень плох, но жив. Несколько часов, которые понадобились Касбиру, чтобы добраться до позиций, занятых Нейдом, показались ему вечностью. Дарт Марр приказал Касбиру взять под командование оставшиеся после наступления Республики войска Нейда. Как всегда, было непонятно, о чём на самом деле думает старый Учитель. Он не сказал ни слова о поступке Нейда, хотя вся армия буквально стояла на ушах. Солдаты уже готовы были носить милорда Айгена на руках, лишь бы выжил. Но Дарт Марр мог оценивать действия ученика совсем иначе. Кто знает — может он уже размышляет, как наказать Нейда за дурость, если он выживет…       Касбир не знал, поступил бы он в ситуации Нейда так же. Скорее всего, нет. Пошёл бы по более стандартному пути, попытался выкроить резерв для защиты участка. Касбир фыркнул про себя: «Именно поэтому тебя уважают и боятся, но никто из твоих солдат не станет осаждать медблок, чтобы узнать, жив ты или уже копыта откинул.» Солдатня — народ простой. Командиры-ситхи у них меняются довольно часто. Погибнет один, пришлют другого, подумаешь… Обсудят, будет ли новый командир похож на предыдущего, да и разойдутся заниматься своими делами.       Но с Нейдом было не так. Всю дорогу от бронированного флаера до полевого госпиталя Касбира молча провожали сотни, а может и тысячи глаз. Все следили за ним, подозрительность, страх и надежда, витавшие в воздухе, казались настолько ощутимыми, что их можно было подёргать за ниточки, как воздушные шарики. Нет, этим людям нужен их командир. Появление Касбира они восприняли с тревогой, но вместе с тем надеялись, что этот новый ситх внесёт хоть какую-то ясность и обнадёжит их.       Ощутив рядом чужое присутствие ещё до того, как расслышал тихие, полные достоинства шаги, Касбир повернул голову и слегка поклонился в знак уважения к старшему. Целитель Орнот был очень стар, возможно, разменял свой второй век, но вот немощным стариком не выглядел нисколько: сильные жилистые руки, гордая осанка, живой, пытливый взгляд янтарных глаз. Чем-то он напоминал Касбиру лорда Лексарна — главного целителя Академии на Коррибане. Тоже лысый, лицо испещрено шрамами и глубокими морщинами… Мигающие красные огоньки на панели управления резервуара с кольто оставляли на его лице красно-чёрные тени, делая и без того жутковатое лицо ещё более зловещим. Но в руках этого ситха сейчас была жизнь друга.       Касбир не мешал Орноту считывать показания приборов, и лишь когда тот чему-то кивнул, тихо спросил:       — Милорд, как он?       Целитель фыркнул:       — Можете не шептать, он вас всё равно не слышит. Не лучше и не хуже, чем полчаса назад, когда вы сюда зашли.       Касбир вздохнул. Он понимал, что от его нетерпения и страха за жизнь друга кольто быстрее действовать не начнёт, и ответ вряд ли изменится, но всё же переспросил:       — Я понимаю, вы уже говорили об этом, но можете ещё раз прояснить, какие у Нейда шансы?       Орнот покачал головой:       — Я действительно уже говорил об этом. Думаете, мне есть резон врать?       — И в мыслях такого не было. Просто поймите… Нейд — мой друг. Я ему жизнью не раз обязан.       Целитель вздохнул с видом человека, которого очень утомляет молодёжь, пристающая с глупыми вопросами, но всё же кивнул.       — Ладно. Когда вашего друга только доставили ко мне, я честно считал, что спасать там уже некого. Однако он меня удивил. Сначала перенёс сложнейшую операцию, потом стабилизировался в кольто. Сейчас состояние стабильно-тяжёлое. Мои прогнозы… Осторожно положительные. В ближайшие несколько часов скажу точнее. Если милорд Айген выживет, я не слукавлю, если скажу, что это весьма неожиданно. За свою практику я видел немало интересных случаев, но этот, пожалуй, уникальный.       Касбир никогда не считал себя профи в медицине, но благодаря довольно долгим отношениям с Иллин нахватался от неё знаний по верхам и даже чуть больше. Иллин часто с горящими глазами рассказывала ему о всяких сложных случаях и том, как они с лордом Лексарном спасли очередного послушника. Касбир тогда ласково сжимал её ладонь и ободряюще улыбался, всем своим видом показывая, как гордится ей…       Касбир едва не потряс головой, прогоняя воспоминания. Идиот, нашёл о ком сейчас вспоминать! И вообще, вовсе не в Иллин дело, а в том, что он, возможно, сможет удивить этого старого зануду тем, что понимает больше, чем тот от него ожидает.       — Что в случае Нейда такого особенного, милорд?       — Да хотя бы то, что даже с подпиткой Силой и целительными практиками, известными мне, шансов у него почти не было. Но, как видите, он жив. А я ломаю голову над одной загадкой. Если это то, о чём я думаю… Кто-то очень сильно любит вашего друга. И этот кто-то вернул из небытия нечто очень ценное.       Касбир удивлённо хмыкул:       — Ну, Нейда есть кому любить. Родителям, брату. И моей сестре. Они поженились недавно.       — Ваша сестра тоже ситх?       — Да, совсем недавно прошла испытания. Она в Пирамиде науки, — на всякий случай добавил он.       Глаза Орнота возбуждённо блеснули.       — Тогда всё сходится. Скажите, вам знакома эта вещь? — Целитель указал на кулон, до сих пор висевший на шее Нейда.       — Лично не видел, но Нейд что-то такое говорил перед отъездом. Сказал, что Арна подарила ему какой-то амулет и верит, что он должен помочь. Вы не сняли его… Почему? А как же стерильность и всё такое?       — Потому что не должен был. Эта вещь должна быть рядом с ним, — пробурчал Орнот.       Касбир уставился на него:       — Вы хотите сказать, что эта штука реально работает? Арна сказала правду?       — Если бы я не видел своими глазами и не ощущал в Силе, я бы, наверное, и сам не поверил. Но себе я доверяю. Да, это амулет, напитанный Силой. Вещица простая и довольно грубая, сделана явно дилетантом, но вы сказали, что ваша сестра только прошла испытания. Поэтому для новичка — очень достойная работа. Потрясающе… Давненько я не видел применение мехадеры на практике.       — О чём вы говорите?       Старый ситх задумчиво нахмурился, прикрыл глаза.       — Когда мы вырезали милорда Айгена из остатков доспехов, я заметил, что часть повреждённых тканей уже восстанавливается, причём регенерация идёт явно быстрее, чем позволяет система жизнеобеспечения доспеха. А параллельно доспех пытался латать собственные повреждения, хотя откуда там энергия на это? При этом я ощутил чёткую связь в Силе между доспехом и его хозяином, а в центре этой связи находилась вот эта безделушка.       Касбир от удивления едва не открыл рот:       — Вы хотите сказать, Арна создала какую-то штуку, которая заставляет доспех быть разумным и действовать самостоятельно благодаря Силе? Так, что ли?       — Скорее она создала некую симбиотическую связь между амулетом, хозяином амулета и доспехами, в которые облачается милорд Айген. Амулет поддерживает жизнь своего владельца всеми доступными ему способами. Иного объяснения у меня нет. Думаю, вам лучше расспросить обо всём сестру.       Касбир аж вздрогнул. Их Рыжик… Их малышка Арна создала такую потрясающую вещь? И это уже на первом году обучения? Ай да сестрёнка! Тогда она действительно спасла Нейду жизнь!       — Обязательно расспрошу. Если вы правы, то это изобретение имеет огромный потенциал. Тогда ещё вопрос. Если амулет помогает и сейчас, можно ли сказать, что Нейд поправляется быстрее, чем можно было ожидать?       — Да, это действительно так. Скорость регенерации тканей на несколько процентов выше, чем при стандартном действии кольто. Если бы всё шло как обычно, я бы пока не делал оптимистичных прогнозов. Ну, удовлетворил я ваше любопытство?       — Более чем.       — Вам нужно что-нибудь ещё?       — Только ваше разрешение побыть с Нейдом ещё немного.       — Да хоть ночуйте здесь, только ничего не трогайте.       — Тогда я останусь столько, сколько возможно.

***

      Когда Касбир через несколько часов вышел из медблока, уже царила глубокая ночь. Но, к его удивлению, лагерь не спал. Точнее, возле сборного здания госпиталя его ждала целая делегация: солдаты и офицеры — судя по нашивкам, здесь собралась и простая пехота, и спецназ, и артиллерия, и даже снабженцы.       Все шепотки, как один, смолкли при появлении Касбира, солдаты тут же построились и отдали честь. Касбир одобрительно хмыкнул — хорошая выучка.       Один из младших офицеров отвесил ему глубокий поклон:       — Разрешите обратиться, милорд.       Касбир снисходительно кивнул:       — Обращайтесь.       — Лейтенант Гарон, милорд. Всё, что произошло с милордом Айгеном, случилось на моих глазах. Если бы не он, мой расчёт был бы мёртв, наши орудия выведены из строя, а позиции сданы. Я… Другие солдаты и офицеры уполномочили меня узнать, как дела у милорда Айгена. Мы очень волнуемся за него. Не могли бы вы сообщить нам хоть какие-нибудь сведения? Милорд Орнот нас гоняет и ничего не говорит.       Касбир придирчиво осмотрел шустрого лейтенанта. Белобрысая шевелюра, помятая, запачканная форма… Видимо, как закончилось сражение, так и прописался возле госпиталя. Смелый и дерзкий парень. Обычно он таких не любил, но сейчас был готов простить небольшое нарушение субординации: в глазах солдата читалась настоящая верность и волнение за командира. Он и остальные заслужили знать правду, тем более такую правду Касбир и сам был рад сообщить.       Какое-то время потянув паузу, словно раздумывая, как отреагировать, Касбир наконец-то ответил:       — Милорд Айген идёт на поправку. Он будет жить.       Громогласное: «Ур-ра-а-а!» разорвало тишину ночного лагеря.