Я — не еда!

      Сёма отвернулся, едва поняв, что троица в отдельной комнате переодеваться собралась. Семён и вовсе бы вышел, но дверь была заперта. Стоять спиной к ним было страшно — он видел, на что эти живые скелеты способны, но смотреть на них Сёме было бы ещё страшнее.       Семён вздрогнул, когда его плеча коснулась чья-то рука, деликатно так коснулась, но Сема подскочил, переворачиваясь в прыжке. Может, у субтильных атлетов этот манёвр получился бы идеально, но у Семена всё ещё болело бедро, и вообще он не особо дружил со спортом, так что он бы рухнул, но Кей его весьма ловко подхватил и удержал от падения.       — Спасибо, лапы можно уже убирать, — без доли благодарности в голосе возмутился Семён и хлопнул по чешуйчатой руке. Тут же охнул — на его пальцах осталась длинная полоска кожи ящероподобного. — Извини, я случайно, — осторожно сняв чужую кожу с пальцев, Семён и протянул «трофей» назад Кею.       Сёма поднял на ящероподобного взгляд, и глаза парня округлились: Кей откровенно облизывался. Поскольку Семёна уже отпустили, он тут же рванул, решив не ждать момента, когда его начнут жевать. Только в этот раз не было ни леса, ни близко стоящих зданий, только небольшая комнатка, один небольшой шкафчик у стены и трое противников.       Словлен был Сёма сразу и оказался в руках Амарада. Черноглазый тоже однозначно плотоядно облизнулся.       Не найдя никакого другого выхода, Семён, словно барышня семнадцатого века выпуска, рухнул в обморок.

***

      Амарад облизнулся и, шепелявя от выдвинувшихся зубов, жалобно спросил:       — Может, сейчас самое время мне пообедать?       — Думаю, да, — кивнул Кей. — Я вас обоих до машины дотяну.       Сосущий благодарно кивнул, передал расслабленного вкусного в руки впитывающего. Взяв Сем Ена за ладонь, прокусил запястье. Вкусный даже не вздрогнул. Амарад сам бы не смог оторваться от крови их вкусного, но Немас зажал нос сосущего, и тому пришлось вытащить клыки, чтобы вдохнуть. Соблазняющий отодвинул сосущего, сообщив:       — Тебе хватит… Через дня три повторишь.       Амарад кивнул, зевнул и осел на пол, погружаясь в восстанавливающий сон. Немас вздохнул и предупредил:       — Кей, я его не дотащу.       — Знаю, — кивнул тот и присел.       Уложив Сем Ена на Амарада, они заклеили вкусному ранки на запястье. Затем Кей поднапрягся и поднял их обоих. Соблазняющий тяжело вздохнул и открыл двери раздевалки. Немас шёл чуть впереди, открывая перед Кеем и его двойной ношей двери, придерживая их.       Лишь когда оба тела были усажены на заднее сиденье авто, пристегнуты, впитывающий позволил себе устало повести плечами и спросил:       — Немас, жемчужинка ты наша, ты как? Держишься?       — Я справлюсь: Сем Ен — молодой вкусный, он при нормальном питании уже скоро…. меня покормит, — отозвался соблазняющий, садясь на заднее сиденье со второй стороны от вкусного. — Я держу себя в руках. Но ты скажи мне, когда он очнется.

***

      К большому своему удивлению, Сёма очнулся, но глаза открывать не спешил, пытаясь понять по звукам, что происходит. Рядом шумел мотор, тихо, но всё же. Семён был почти уверен, что находится в машине. С обеих сторон его подпирали, так что мысли о побеге стоило отложить. Но самое важное: он не чувствовал боли, так что ни ногу, ни руку ему пока не отгрызли.       Открыв глаза, Сёма первым делом убедился, что цел, и уставился на весёлый такой лейкопластырь на запястье.       Сидящий рядом жемчужный что-то сказал и рукой придержал пальцы Семёна, мешая снять лейкопластырь и посмотреть, что же под ним. Сёма нахмурился и только потом заметил, что Амарад, что сидел справа, спит! Ещё так сладко, с такой блаженной улыбкой, что Семён не удержался и словно бы случайно заехал ему по боку локтем в бок. Амарад даже не вздрогнул.       — Дрыхнет? — уточнил Сёма, зная, что его не поймут. — Или… Вы решили мной не делиться и убили его?       Страх липкой змеёй перехватил дыхание, и вновь Семён задышал, лишь убедившись, что Амарад рядом живой, пусть и слегка прохладный. Осмотревшись, Сёма понял, что они едут по городу. Кругом были высоченные здания, ходили пешеходы, ездили другие авто. И Семён отметил, что окружающие выглядят странно: среди вполне себе цветущих представителей четырех рас, в том числе и людей, то и дело встречались вот такие вот доходяги. При этом настолько худых людей Сёма не заметил, как не всматривался. Была и другая странность: кругом было полно мужчин, а вот женщины… Женщины человеческой расы тут точно не встречались и других рас тоже. Ну или Сёма просто не мог у тех же ящероподобных различить мужчин и женщин между собой. Может, вот тот огромный ящероподобный с синеватой чешуей — дама. Сема с подозрением посмотрел на свою тройку, гадая, все ли они мужского пола.       Груди, вернее грудных желёз, видно не было, но… Семён не был уверен, что ящероподобные — млекопитающие. Может, они все трое родились с зубами и питались мясом. Но вот в одно Семён уже почти не верил — вряд ли они едят людей. Всё ж не могут все люди вокруг смириться со своей участью и поэтому так спокойно шастать по улицам рядом с теми, кто их собирается есть.       Кей завернул в сторону с дороги, и они остановились на третьем уровне подземной парковки очередного небоскрёба.       Немас вышел первым, помог Сёме расстегнуть ремень, и тот тоже выбрался на парковку. А вот Кей Семена удивил: он не стал будить Амарада, а просто подхватил его на руки.       Сёма мог бы тут неплохо побегать: стояли авто, площадь позволяла, но не стал, лишь тяжело вздохнул и послушно пошёл следом за своим худым трио.       Несмотря на общую недокормленность организмов, жили они более чем обеспеченно: квартира выглядела не обшарпанной, явно тут слово «ремонт» знали и любили. Да и мебель не стремилась развалиться, в отличие от хозяев. Сёма глянул на коридор и присвистнул: комнат пять тут точно было! Так почему эти трое выглядели так, словно жили под мостом?       — Есть? Пить? — предложил радушно Немас, пока Кей уносил в глубь квартиры сладко спящего третьего.       — Да, — кивнул Семён, решив убедиться, что эти трое едят.

***

      Когда Кей вернулся, Сем Ен уже сидел за столом и со жгучим любопытством наблюдал за тем, как соблазняющий готовит. Это любопытство было таким вкусным и питательным, что впитывающий шумно сглотнул слюну. Вкусный повернулся к нему и улыбнулся.       Немас же разложил вкуснейшую запеканку по трём тарелкам, налили всем сока и сел напротив. Кей сел рядом с Сем Еном и принялся за еду. Не сразу впитывающий понял, что вкусный не столько сам ест, сколько смотрит, как они едят. Удивление Сем Ена, что отражалось и на лице, заметил не только Кей.       — Мне кажется, что он не верит, что мы едим, — заметил соблазняющий, сев полубоком и откровенно пытаясь строить глазки вкусному.       — Ты нас видел? — уточнил Кей.       — Ну он же должен понимать, что это последствия иного голода, — возмутился Немас.       — Почему должен? — задумчиво потянул впитывающий. — Он нашего языка не знает… Думаю, он о нас вообще ничего не знает. Жил, наверное, в какой-то закрытой общине вкусных в глубине лесов, и его изгнали. Не думаю, что он понимает происходящее. Слишком уж удивлён. Его вид нашего обеда поставил в тупик. И вспомни, как он испугался, когда я облизнулся. Словно бы я его съесть собрался.       — Думаешь, он правда ничего не понимает? — уточнил соблазняющий, смотря на Кея с таким жалким выражением лица, что впитывающий не выдержал, протянул руку над столиком и погладил того по щеке.

***

      Семён смущённо отвёл взгляд, понимая, что такие нежности двум мужчинам не к лицу. Значит, жемчужный на самом деле женщина жемчужная. Теперь Сёма понимал ещё меньше — ели двое из трёх хорошо, с аппетитом, да и в холодильнике были прозрачные дверцы, и он смог убедиться, что и еды в этом доме полно.       Пока парочка миловалась, Семён отклеил пластырь с запястья и уставился на странные ранки. Четыре почти заживших прокола. По виду им было несколько дней, но Сёма точно знал, что вчера их ещё не было. Семён сколупнул корочку на одном из них и уставился на нежную розовую кожу.       — Да что тут вообще происходит? — уточнил Сёма и ткнул своим запястьем под нос ящероподобного.       Кей глянул на Семёна и затем сообщил:       — Амарад клац-клац, — ящероподобный клацнул зубами, словно бы кусаясь.       Сёма резко убрал запястье и затем насторожено уточнил:       — Кей клац-клац?       Кей отрицательно замотал головой и заверил:       — Нет!       — Немас? — повернулся к жемчужной Семён.       — Нет, — последовал тут же ответ.       — А что да? — уточнил Сёма, но на этом вспышка взаимопонимания утихла.       После плотного основательного обеда Семёну показали его комнату с собственной ванной комнатой. Сёма задумчиво сообщил, смотря на чистые полотенца:       — А мне даже переодеться не во что.       Но ему нравилось то, что его оставили одного и можно было привести свои мысли в прядок, осмотреться. Всё же сейчас Сёма понимал ещё меньше, чем понимал вначале, в вертолете. Эта нездоровая худоба хозяев, их половая принадлежность, обилие еды в доме и странные соревнования за право поселить в своей квартире человека. Всё это было лишено хоть какой-то логики, и Семён никак не мог связать всё воедино, осознать хотя бы что-то.       Эти трое не голодали, явно принадлежали к разным расам, жили вместе и вполне состоятельно. И им зачем-то нужен был Семён или другой человек. Ещё и Амарад его зачем-то укусил, не откусил кусок, а просто цапнул, и почему-то этот укус зарос очень быстро. Порез на бедре и то выглядел более свежим!       Семён вернулся в спальню и прижался лбом к тёплому стеклу, рассматривая с высоты этажа двадцатого город. Современный, похожий на привычные мегаполисы родного мира, но при этом такой непривычный, такой непонятный.       — Нужно учить язык, — сам себе приказал Семен. — Отдохнёшь пару часов и начнём обучение. Я должен понять их… Может, они могут вернуть меня домой?