Белая кровь

На следующее утро Лиама разбудил Данте. Ничего не объясняя, он вывел сонного товарища из палатки и кивнул на озеро. Драйк сначала подумал, что спросонья забыл открыть глаза и смотрит на мир внутренним взором. Еще вчера кристально чистая вода превратилась в темную гнилую субстанцию — густую, маслянистую, с тошнотворным отблеском, словно кто-то вылил в озеро расплавленный свинец. Трава вокруг почернела и рассыпалась в труху от легкого прикосновения ветра. — Это случилось за одну ночь, — нахмурился Данте. — Жуткое зрелище. Лиам молча прошел ближе и проверил свою отметку. Вчера он поставил ее четко на границе, которую видел внутренним взором. Сейчас мертвая трава расползлась за нее. Он переключил зрение — и стиснул зубы: в энергетическом спектре поражение уходило еще дальше, намного дальше, чем показывала мертвая растительность. — Оно и правда распространяется, — невесело подтвердил Лиам. — Но почему еще вчера было все нормально, а тут внезапно оно почернело? — Озеро большое. Мы видели лишь берега, мель. Возможно, что уже вчера оно было таким где-нибудь на глубине… — Но ты проверял воду. — Но она стоячая. К тому же, это лишь поверхностный взгляд. — Надо это как-то остановить, — Данте покачал головой. — Пока мы не сможем исправить. — Если сможем. Они постояли еще немного. Утренний свет заливал холмы привычным молочным сиянием, где-то за дальним склоном перекликались птицы — и эта обыденность пейзажа рядом с черным пятном мертвого озера казалась почти оскорбительной. К полудню прибыла огромная повозка. Рядом с палаточным городком разбили лабораторный пункт: столы, инструменты, склянки с реагентами, зачарованные сосуды для хранения образцов. Крис взяла на себя разбор и обустройство — спокойно, деловито, без лишних вопросов, — и Лиам впервые за долгое время почувствовал, что от подопечного бывает реальная польза. Король Алларии больше не мог задерживаться и вынужден был вернуться в столицу, но оставил половину гвардейцев и пару слуг. Перед уходом он протянул Лиаму корзинку, накрытую тканью. — Булочки с корицей? — по запаху определил Лиам. Аллантий вздохнул. — Это единственное, что я точно знаю, ты любишь. — Потому что больше ничего и нет. Будучи существом, не особо нуждающимся в пище, он готовил исключительно в качестве хобби, а ел лишь необходимый минимум для поддержания физиологии. Булочки же были скорее напоминанием о радостном и беззаботном детстве — единственным вкусом, к которому он был неравнодушен не из практичности, а из чего-то теплого и давно забытого. Для сдерживания дальнейшего распространения непонятной «скверны» поставили барьер, не пропускающий энергию. Но чтобы он сработал, Лиаму пришлось очертить границы по собственному внутреннему взору — обычное зрение отставало от реальности на несколько метров, и без его меток смерть растительности продолжала расползаться. Через несколько дней прибыли адепты Черного замка, специализировавшиеся на энергии и обладавшие некоторыми способностями медиумов. Для подтверждения хотя бы одной из теорий необходимо было проверить все возможные варианты. Обычно на такие исследования уходили месяцы. Однако со способностями Лиама процесс значительно ускорился, и уже через несколько недель он был готов сделать совершенно неутешительный вывод. — Наставник! — Ваан, как обычно, с громким криком ворвался в лабораторию. — Я все закончил! — Я понял, не обязательно так кричать. Лиам поднялся из-за стола, вышел на улицу и потянулся, разгоняя застоявшуюся кровь. Размяв затекшие конечности, он взглянул на письмо в своей руке. Из его ладони вытекли клубы белой энергии и сложились в небольшую птицу — полупрозрачную, мерцающую, с крыльями, которые двигались так, словно она была живой. Вложив в клюв запечатанный магией конверт, Лиам отпустил ее в небо. — Наставник, — ошарашенно прошептал Ваан. — Это… что это такое? — Впервые видишь? — Ага. — Материализация энергии, — пожал плечами Лиам. — Но она полетела, я о таком не слышал. «И не услышишь». Когда-то Повелитель сказал, что наделение созданий магии жизнью и способностью двигаться — это особенность Силы духа, которой владел Лиам. Тогда он не придал значения этим словам, но со временем научился ее применять, хоть и делал это довольно редко. — Что там? — Нокс проводил взглядом улетающую птицу и подошел ближе. — Ничего хорошего… Когда к ним присоединились Данте и Крис, Лиам рассказал о своих выводах: — Все плохо. — Как и подразумевалось, — вставил Данте. — Духи этого места просто исчезли. И энергия, которая циркулирует по миру живых, в этом месте не двигается. — А в остальных местах? — спросил Ваан. — В округе все в порядке, но это место как будто выпало из маршрутов всех потоков. — Это как с руслом реки, которое может пересохнуть? — сразу вникла в суть Крис. — Вроде того, — кивнул Лиам. — Из-за того, что энергия перестала двигаться, умер дух озера. Проблема в том, что я точно не знаю, почему. То есть почему умер дух при остановке движения энергии. Возможно, это что-то вроде крови в организме человека. Если ее ток останавливается, то умирает весь организм. Кроме того, оно распространяется вне зависимости от внешних факторов. Как будто какой-то вирус… а барьер, который мы поставили, приходится обновлять, потому что он тоже сделан из энергии. Под ним даже сам воздух начал пахнуть тухлятиной. — Думаешь, разломы Грани как-то мутировали? — нахмурился Данте. — Нет. Это точно не из-за них. — Чего? У нас тут что, вселенская катастрофа номер два??? — ужаснулся парень. — Боюсь, что так… И еще, я уверен, что это не единичный случай. — Да как так-то?! — Данте демонстративно схватился за голову. — Если проблема действительно в циркуляции энергии (в чем я уверен на 9 из 10), как думаешь, каковы шансы того, что сбой произошел только в одном месте? — Так получается, что помимо разломов Грани теперь у нас появилась головная боль в виде самоуничтожения духов природы?! — Нет. — Что нет? — не понял Данте. Остальные слушали с нарастающим волнением. — Я думаю, что проблем с Гранью больше нет. Она восстановлена. — Что?! — одновременно закричали Ваан и Данте. — Восстановлена? — повторил Нокс, пристально глядя в глаза Лиама. — Именно. Уже больше месяца не было ни одного разлома Грани. Ни в Алларии, ни в Мистриксе, ни в Альфии. — Но… Может, мы просто не засекли их? Или они все стали блуждающими? — предположил Данте. — Ты прав, нельзя сказать точно. Мы все равно продолжаем следить. — Точно мы сможем узнать через пару месяцев, — сказал Нокс, продолжая буравить взглядом товарища. — Не так ли? — Да. Уже через пару месяцев… — Отлично! То у нас Бог Смерти исчез, теперь духи!.. — хлопнул в ладоши Данте. — В веселое время живем, господа! Так что делать будем? — Я написал учителю, нужно проверить, единичный ли это случай. Кроме того, мы должны как-то разобраться с барьером. Если мы не сможем сдержать распространение этой непонятной скверны… — Н-да, как обычно, весь мир умрет. Все понятно, — Данте демонстративно всплеснул руками. — Наставник, а почему вы называете это «скверной»? — спросил Ваан. — Нравится. Лиам на секунду задумался. «Тоже нравится», — прозвучал в голове чужой голос. Глубокий, чуть насмешливый. Он вспомнил, что раньше рядом с ним уже была парочка любопытных детишек. Сейчас они стали совсем взрослыми, хотя только внешне, внутренне оставаясь все еще такими же милыми. — Наставник? — М? — он вынырнул из воспоминаний. — Кхм, придумать новую технику ведь очень сложно, — неуверенно продолжил Ваан, — а вы сказали это так, как будто что-то само собой разумеющееся… «Очень сложно? Асмодею это скажи», — ухмыльнулся про себя драйк. То, что сложно магам и заклинателям, зачастую давалось очень неплохо драйкам, изначально жившим за счет энергии. — В данном случае нам не нужно изобретать новую технику, лишь доработать стандартный барьер. К тому же, у нас найдется парочка светлых умов. — О, — только и смог ответить Ваан, почувствовав себя глупцом. Крис, до этого молча слушавшая, достала свой блокнот и уже записывала — быстро, убористо, страница за страницей. Лиам заметил, что на полях она рисует схему потоков энергии, какой он описал ее минуту назад. Неточную, но для человека, впервые услышавшего об этом, — поразительно близкую к реальности. Как бы ни был занят Асмодей, ему пришлось лично приехать, чтобы разобраться в проблеме барьера. Как и ожидалось, он быстро нашел все изъяны, и уже через пару дней вокруг озера были вырыты небольшие рвы, засыпанные мелкими белыми камнями. Они образовывали ровный круг с длинными и короткими лучами — словно мистическое солнце Долины, отпечатанное в алларийской земле. Помимо этого выставили кристаллы энергии, питающие барьер. Асмодей поправил технику скрепления, и по его расчетам, конструкция должна была продержаться как минимум год. — За это время мы должны разобраться с тем, что происходит, — вздохнул он, обводя взглядом товарищей. — Отличный план, — похвалил Данте. — В любом случае, если ты говоришь, что это не единственный такой случай… — Асмодей нахмурился. Крис подхватила его мысль: — Нужно как минимум записать дату активации барьера. А желательно и выставить стражу, чтобы никакие монстры не повредили массив. — Да. Так как мы на территории Алларии, можно оставить это дело Королю. — Лиам был уверен, что тот не откажет: Аллантий всегда серьезно относился к подобным вещам. — Хотя насчет животных… Они вообще стараются не подходить к этому месту. — А правда ведь, — кивнула Крис, обращая взгляд на лошадей, которые паслись поодаль и ни разу не приблизились к озеру. — Крис, тут вся информация. Сделай несколько копий, разошлите вместе с подробными разъяснениями Королю, Императору с Владыкой и Коллоквиуму. — Да, брат. — Владыке? — поморщился Ваан. — А правда, что он с Императором?.. — Что? — изогнул бровь Лиам. — Ну, что у них роман. — Им лучше знать. А ты лучше делом займись. — Ну, просто… как можно с драйком… Лиам вздохнул. «Мелкая заноза, да вокруг тебя драйков больше, чем людей». — Что с ними не так? — уточнил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Да ведь они ужасны!.. — в сердцах выпалил паренек. — Я все про них знаю: они ведь даже рождаются бесформенными, и только к пяти годам начинают выглядеть как люди. А вообще, они раньше были как слизь какая-то! Теперь подражают нам! Возомнили себя гуманоидами, а сами всего лишь куски мяса! Лиам еле сдерживал смех. Как обычно, этот малец даже сам не понимал, за что ненавидит их вид. Типичный продукт алларийского воспитания — Ваан повторял чужие слова с искренней убежденностью ребенка, заучившего урок, но не задумавшегося над его содержанием. Крис не сдвинулась с места. Не сощурилась, не стиснула пальцы — просто стояла чуть прямее, чем секунду назад. Лиам знал эту неподвижность. Так держатся те, кто слышал подобное слишком много раз, чтобы тратить на это свою реакцию. В какой-то мере он даже гордился ею, хотя сам отношения к ее стойкости не имел. Забавно было и то, что Ваан очень сдружился со своей соученицей и постоянно бегал за ней хвостиком. — Кое в чем ты не прав, — решил поправить подопечного наставник. — А? В чем же? — Драйки сделаны не из мяса, к твоему сведению. — А? Ну, да, у них кровь белая. Так значит, что и мышц и всего прочего у них нет? — Есть, конечно, они ж людей копируют. А насчет подробностей… Как только кого-нибудь препарирую, обязательно тебе расскажу. — Наставник, я не это… — Идите уже, — отправил младших Асмодей. Когда они удалились, он с сочувствием взглянул на Лиама: — Угораздило тебя взять ярого ненавистника драйков. — Ну, этого вопроса на экзамене не было, — пожал плечами Лиам. Асмодей хмыкнул, но промолчал. Оба понимали: даже если сущность Лиама когда-нибудь всплывет, для самого драйка это давно перестало быть поводом для беспокойства. Были вещи посерьезнее. Лиам уже собирался возвращаться в Замок, как ему пришла в голову идея наведаться в Мистрикс и порасспрашивать древних духов — возможно, те хоть что-то знали. По его прикидкам, самыми древними были духи природы Альфии и Мистрикса. Но в Альфии он бывал редко, и на поиски могло уйти слишком много времени. — Мистрикс? — удивился Ваан. Для него такое частое перемещение между измерениями было непривычным. — Там тоже что-то случилось? — Нет, мне нужно кое-куда, — объяснил Лиам. — Хотите со мной или поедете в Черный замок с Данте и Ноксом? — С вами! — хором ответили Ваан и Крис. — Собирайтесь. А, и еще. Там, куда мне нужно, может быть холодно. Собрав бумаги, Лиам запихал их в сумку и отдал Данте. Палаточный городок заметно поредел: прибывшие из Черного замка медиумы тоже отправлялись назад. — Хорошая работа! — помахала Лиаму какая-то девушка, чьего имени он даже не удосужился запомнить. Слегка кивнув, он направился к лошадям. — Сэр Лиам! Вот, ваши лошади здесь! — королевский гвардеец указал на тройку отборных коней с длинной пушистой гривой. С улыбкой пояснил: — Его Величество попросил заменить ваших. — Благодарю. Лиам взобрался на высокого крепкого вороного и потрепал его по загривку. Ваан и Крис уже спешили навстречу. При виде коней мальчик пришел в неописуемый восторг — на мгновение даже позабыв о скверне, мертвом озере и всем остальном. Одновременно с ними выезжали и остальные, так что половину пути они планировали пройти вместе. — А это кто? — шепнул Ваан, кивая на красивую брюнетку, которая сидела в седле перед Ноксом. Никто и не заметил, когда и как она здесь очутилась. — О, — Лиам тоже не заметил ее появления. Впрочем, она всегда была такой — внезапной, как смена ветра. — Это наша Богиня. — А? Богиня? — не понял Ваан. — Ее зовут Акари, — кивнул Лиам. — А что она тут вообще делает? Я ее раньше не видел… — Ну, она тоже адепт Черного замка. В какой-то степени. Когда их лошади поравнялись, Акари приветственно помахала рукой. Выглядела она так, словно не ехала верхом по алларийской степи, а прогуливалась по дворцовому саду, — ни пылинки, ни усталости. — Приветствую, — кивнул Лиам. — Как ваше самочувствие? — Маленький мальчик, — Богиня обворожительно улыбнулась, — Ты, наконец, пришел в себя? Лиам удивленно поморгал. — Думаете? — задумчиво спросил он. — Определенно. Изменилось что-то в тебе, точно. Лиам ничего подобного за собой не замечал: чувствовал себя так же, как и прежде. «Что могло измениться?..» — Не так важно, — решил он. — А вы?.. — Жизнь непредсказуема, — Акари прижалась к прямому, как клинок, и спокойному, как Будда, Ноксу. — Но она у меня есть. — Это радует, — кивнул Лиам. Он немного переживал за ее состояние — в последнее время замечал в Акари следы угасания. Что-то неуловимое: в том, как она двигалась, как иногда замолкала на полуслове и смотрела сквозь собеседника, будто видела за ним что-то, чего другим было не разглядеть. Но помочь он вряд ли мог, оставалось лишь наблюдать. — Ты меня не ненавидишь? — ни с того ни с сего спросила брюнетка, прищурив огромные глаза. Лиам поймал ее взгляд и ровно ответил: — Нет. Вы тут ни при чем. — Ты не только умен, но и мудр. — Если бы… — с тяжелым вздохом Лиам поднял глаза к небу. Надвигался дождь. Когда до ближайшего города оставалось еще около часа пути, с неба упали первые капли. Очень быстро они переросли в настоящий ливень. Выстроить магический щит на скаку было задачей бесполезной, рыться в поисках теплых вещей — слишком долгой, так что оставалось просто ехать вперед. Лиам стянул плащ и набросил на Ваана. Тот с недоумением посмотрел на наставника: — Благодарю, но не лучше ли предложить его девушке? — он многозначительно кивнул в сторону Крис. Лиам не мог объяснить юнцу, что ей-то никакие простуды не страшны: драйки вообще мало болеют, особенно свойственными человеческим существам недугами. Но Асмодей пришел на помощь, молча укрыв сестру своим пиджаком. Тогда Ваан все же принял одежду и закутался в теплый плащ, от которого исходил странный, но приятный аромат. Он покосился на единственную пару в их отряде и изумился: вопреки ожиданиям, Нокс вовсе не собирался благородно одолжить плащ своей девушке. Вместо этого и он, и даже сама Акари кутали дрожащего Данте в свои верхние одежды. Блондин, которого в Черном замке считали воплощением несгибаемой бодрости, трясся, как мокрый котенок, и жалобно стучал зубами. Капли дождя вбивались в землю с такой силой, словно пытались пронзить ее насквозь. Бесконечные лужи заполонили дорогу, отражая в себе хмурое небо. Равнинные просторы Алларии уходили за горизонт, и даже воздух казался серым — небо и земля слились воедино, нагоняя смертную тоску. Белый камень дороги потемнел от воды и потерял свой молочный блеск, а редкие кустарники вдоль обочин поникли под тяжестью потоков. Холодный дождь, как ни странно, успокаивал — мысли и чувства затихали под его монотонный шум, и Лиам с удивлением отметил, что стал чувствовать себя даже лучше. Они остановились в небольшом городке на пути к порталу. К этому моменту Ваан уже чихал, и у него поднялась температура. В маленькой гостинице на всех места не нашлось, пришлось делить комнаты. Лиам остался с больным подопечным, взяв на себя ответственность за его состояние. Вот только в лечении человеческих болезней он был не силен, и пришлось вызвать врача. Ваан к тому времени был уже в предобморочном состоянии и совсем не понимал, что происходит. В дверь постучали. Вошла слегка полноватая женщина средних лет с короткими бордовыми локонами и большой потертой сумкой в руках. Она поставила сумку возле кровати, где лежал Ваан, бросила взгляд на мокрую одежду и нахмурилась: — Мне нужно осмотреть пациента, вероятно, это лихорадка. Вы ехали под дождем? — Да, — Лиам кивнул и поднял черные ножны. — Вы можете делать, что нужно, я буду внизу. Женщина удивленно посмотрела на него — видимо, не часто ей встречались спутники, так легко оставляющие больного, — но ничего не сказала и начала осмотр. Лиам спустился и заказал травяной чай. Дождь барабанил по крыше, настукивая какой-то знакомый мотив. Мысли снова не давали покоя. — Мыться идешь? — подошел сзади Данте. — Хэй, ты ведь даже не переоделся. — Сначала доктор. Осматривает Ваана. Потом пойду. — О, — Данте показалась чересчур знакомой эта манера речи — рубленая, разбитая на короткие куски, — но он решил промолчать. Они вместе дождались врача. Та с невозмутимым видом подошла к их столику и присела рядом. — Кхм, у пациента сильный жар и лихорадка, — важным тоном сообщила она. — Вот жаропонижающее. Тут инструкция, когда и сколько давать. Поите его отваром из сукоды в течение следующих трех дней. В остальном — только время. — Хорошо, — Лиам поблагодарил женщину и расплатился. — И больного нужно переодеть. Если нужна помощь… — О, было бы чудесно, — воспользовался предложением Лиам и увеличил плату. Он объяснил, где найти сухие вещи, после чего и сам отправился мыться и переодеваться. Дождь шел следующие пять дней. Крис взяла уход за Вааном на себя без лишних слов — переставила вещи поближе к его комнате, методично выполняла все предписанное врачом. Лиам убедился, что подопечный в надежных руках, и больше наверх не поднимался. Данте ждал ровно до второго дня. — Все, — объявил он, с грохотом отодвигая стул. — Я умираю от скуки. Лиам, на улицу. — Там дождь, — поднял левую бровь тот. — И что? Лиам посмотрел на него. Встал. Он хоть и сам отличался достаточным терпением, на фоне тоскливой погоды и за неимением возможности заняться делом, уже заскучал. Пытливый ум требовал движения. Хотя в итоге это движение больше получило тело — Данте заставил друга тренироваться прямо под ливнем. К вечеру к ним вышел Нокс, а следом — Крис, дождавшись, пока Ваан заснет крепко. Она появилась во дворе уже со своими кинжалами — парными, с характерным изгибом лезвия, явно не из стандартного арсенала школы. Данте покосился на них с одобрением. — Асми дал? — Да. — Хороший вкус у брата. — Это семейная реликвия, у нас неплохой арсенал… остался… Крис на секунду вернулась домой, в красивый особняк в Эльтарионе, — и встала в стойку. Данте не стал делать скидок. Она и не просила. Двигалась она иначе, чем большинство учеников: без красивых связок, без лишнего размаха — только то, что нужно. Лиам наблюдал. Чувствовалось что-то еще — не техника, а привычка. Так двигаются те, кто давно понял: рассчитывать можно только на себя. — Неплохо, — сказал Данте после третьего раунда. Это была похвала. От него — почти орден. Крис убрала кинжалы в ножны. Но что-то в ее плечах стало чуть свободнее. Лиам это заметил. Данте, кажется, тоже, потому что немедленно предложил еще раунд. На третью ночь победитель Турниров потянул всех на охоту. — Все твари в округе попрятались по оврагам, — сообщил блондин с видом человека, которому пять дней взаперти уже невыносимы. — Было бы невежливо их не навестить. Лиам посмотрел на дождь. На грязь. На довольную физиономию Данте. — Нокс? А Нокс уже надевал перчатки. Крис убрала кинжалы в ножны и снова достала — проверила. — Ваан? — Спит, — сказала Крис. — Я проверила. Они вышли вчетвером. Ночная Аллария без стен была другой. Темнота здесь стояла настоящая — та самая, про которую говорили еще в первую ночевку. Дождь ее только усиливал, размывая огни факелов в мутное пятно далеко за спиной. Твари чувствовали себя хозяевами — и поначалу шли смело: не прятались, не уходили от запаха людей. Они привыкли, что люди за стенами — и то правильно. Обычно. Потом один из них встретил Нокса. Остальные поняли быстро. Данте предложил соревнование — Нокс согласился сразу, Крис завела свой счет, делая отметки на запястье. Лиам не считал. Просто двигался, почти на автомате — и вдруг поймал себя на том, что не думает ни о свитках, ни о барьере, ни о следующем шаге. Просто дождь, грязь, темнота и клинок в руке. Акари сказала, что в нем что-то изменилось. Он тогда не понял. Сейчас — почти. К рассвету Данте вырвался вперед по всем показателям — и количеству монстров, и слов, и даже зевков. — А победителю полагается исполнение желания от проигравших? — весело спросил он. Нокс кивнул. Лиам молча поднял найденную в грязи перчатку и запустил ею в блондина. Тот поймал, не глядя. Крис засмеялась — коротко, неожиданно, — и Данте немедленно обернулся с таким видом, словно это было важнее победы. — Иди мыться, — сказал Лиам. Утром они спустились в общий зал, и драйк сразу почувствовал: что-то не так. Хозяйка гостиницы смотрела на них иначе, чем накануне. Мужик у стойки поспешно отвел взгляд. Старушка за угловым столиком, не успев поздороваться, торопливо сунула Лиаму в руки пирог — теплый, в тряпице — и засеменила прочь, бормоча что-то благодарственное. Ребята переглянулись. Данте поймал пробегавшую мимо официантку — молодую, с быстрыми глазами и очень выдающимися формами. — Красавица, не подскажешь, что тут происходит? Та остановилась, оглянулась — и выложила все разом. — Дед Харро с рассвета ходит, всем рассказывает. Говорит, вышел скотину проверить — а овраги пустые. Все пустые! Твари эти неделями покоя не давали, а тут как вымело. — Она понизила голос. — А Мила с соседней улицы говорит, что ночью в окно смотрела и видела — за стеной клинки сверкали. Мы уже гонца в Крамею собирались слать, рыцарей просить… — она запнулась и посмотрела на них уже иначе. — А они, выходит, уже здесь. Вы спасли нас, — просто закончила она. — Вот как, — Данте будто нисколечко не удивился. Лиам покачал головой, ловя взгляд Нокса. Драйки тут же поняли, что их товарищ не празднества ради затеял эту охоту. Но в том был весь он — наверняка, не хотел ни светиться, ни играть в благородство. Просто делал. За завтраком с них не взяли ни монеты. Данте был вполне удовлетворен таким исходом. Нокс ел методично. Крис — с той же сдержанностью, что всегда, но Лиам заметил: она сидела иначе, чем в первые дни в Замке. Не напряженно. Не чуть в стороне. Просто — за общим столом, среди своих. Асмодей не просил за ней приглядывать. Но предупредил: «Выпотрошу». Красноречиво. Но ребятам и не нужно было ничего объяснять. Крис оказалась своей раньше, чем кто-то успел решить, считать ее своей или нет. Что было забавно — с учетом того, что отправила ее аристократия Эльтариона, которая умела вести свои игры. Ваан выздоровел на пятый день, когда дождь наконец стих. Про ночную охоту он узнал последним. Слушал молча, смотрел в сторону — и в этом молчании было что-то, что Лиам не стал разбирать. Наконец, можно было продолжать путь. Акари снова появилась и куда-то пропала, и только Нокс знал, куда именно. Ваан стал избегать своего наставника и каждый раз находил причины, чтобы держаться рядом с Крис. Лиам был совсем не против — ему так было даже проще. Суетливость и энергичность подопечного частенько утомляла. Однако, когда отряд разделился, и Лиам остался с двумя своими подопечными наедине, Ваану пришлось прекратить прятки. Мистрикс встретил их прохладным бризом с привкусом морской соли. Они вышли на главной площади, полной самых разных существ. Пополнив запасы и перекусив, адепты Черного замка добрались до порта. К удивлению, оказалось, что случился прилив и в море сейчас никто не выходит. Лиама снова кольнуло нехорошее предчувствие. Прилив во время их визита — совпадение, конечно. Но он давно перестал в них верить. Они нашли лодочника, который согласился их отвезти. Худощавый старик за шестьдесят с густой бородой ловко подвел небольшое судно к причалу. Трое путников ступили на борт, и лодочник встал за штурвал. — И чего вам вздумалось именно сегодня выйти в море?.. — недоумевал старик. — Вот давеча такой прилив случился, что жуть. Землю трясло, вода с ума сходила. Как будто не прилив, а наводнение! Но Лиам заплатил пару серебряных — за такие деньги можно было купить целое новое судно, — так что старик все равно вел лодку к указанному острову. Путь был неблизким. Лиам устроился на корме, закрыл глаза — и почти сразу провалился в полудрему, чего давно не случалось так легко. Однако сон продлился недолго: уже через несколько часов его отбросило к борту так, что он чуть не расшиб нос. — Что не так? — он плавно поднялся. — Кажется, что мы направляемся прямо в центр… — пробормотал Ваан. Лиам выпрямился. Несмотря на достаточно ясную погоду, волны беспощадно кидали судно из стороны в сторону. — Ох, волны-то прямо с того острова и идут! — ткнул пальцем лодочник. Лиам посмотрел вперед. «Так быстро?» По его подсчетам, они должны были прибыть нескоро. — Почему он тут? Разве этот остров не должен был быть дальше? — А? — старик сверился с картой. — Точно, тут острова быть не должно. «Ну, вот оно…» Над островом, полным зелени, поднимались клубы дыма. — Оставайтесь тут, держите лодку неподалеку, — скомандовал Лиам. — Вы тоже. — Наставник! Лиам тем временем спрыгнул за борт. Они подошли на достаточное расстояние, чтобы он мог добраться до берега по воде. Быстрый шаг цингун не был предназначен для перемещения по водной поверхности, но при умелом использовании пару раз оттолкнуться от нее было возможно. Этим Лиам и воспользовался — несколько стремительных касаний, и он уже на берегу. Дальше было проще. Через десяток минут он взбирался по заснеженной вершине к кратеру ранее спящего вулкана. Несколько лет назад он уже находил здесь духа и хотел воспользоваться его помощью снова. В прошлый раз дух кратерного озера дал ему множество подсказок, благодаря которым удалось разобраться в устройстве генератора энергии, созданного обществом Бессмертия. Сейчас же на вершине его встретило иное зрелище: небольшое чистое озеро сотрясалось, а из его глубин сочилась лава. Не теряя времени, Лиам воззвал к духам. Над озером разросся небольшой водный смерч. — Дэо звал нас? — Да, почему вулкан проснулся? — Мы более не можем его усмирить. — Но почему? — Силы покинули нас. — Почему остров сместился? — У нас нет сил удержать его на месте. — Так он что, будет плавать по морю? — Нет. Вулкан нашел источник силы. — Ладно. Почему духи лишились силы? — Мы не знаем. Мы больше не чувствуем ее. — Что давало вам силу тогда? — Мы и есть сила. «Что за бред». Но Лиам просто продолжил — быстро, четко, вопрос за вопросом. Нужно было вытянуть максимум, пока дух еще мог отвечать. — Если вулкан извергнется, ты умрешь? — Мы погибнем с этим островом. «Опять смерть духов. Что происходит?» — Энергия! Она движется? — Мы и есть энергия. Энергия есть везде. Она словно река, наполняет собою землю, воздух, растения и животных… — Почему энергия может перестать двигаться? Течь, словно река. — Мы не понимаем. — Что дает начало всей энергии? — Наша Богиня. — Где?.. С глухим ударом дух распался. От озера поднялся столп пара — белый, плотный, почти осязаемый. Лиам не двигался. Богиня. Слово стояло в голове как заноза — не острая, но неудобная, из тех, что не нащупать. Он не знал, что с ним делать. Поэтому убрал в дальний угол и бросился вниз. Из кратера показалась красная кипящая магма — бурлила, переливалась через края, пожирая остатки озера. Снег на вершине с шипением обращался сразу в пар, не успевая даже стать водой. Лиам летел по склону быстрее, чем поднимался, — ноги уже начинали отказывать. В затяжном бою чем дольше тянулось дело, тем меньше оставалось шансов. Так и сейчас: подъем, спуск, хождение по воде — все это съедало то немногое, что еще оставалось. Лава еще не начала спускаться. Он покинул вершину вовремя — но расслабляться было нельзя. Лодка уже ушла далеко от берега — волны относили ее все дальше. Выбора не было. Лиам, не останавливаясь, выбежал на воду — несколько отчаянных толчков цингуном, — и перевалился через борт. Лег на спину прямо на мокрые доски, глядя в небо, пока легкие не вспомнили, как надо дышать. Наша Богиня. Где? Дух умер, не договорив. Как всегда — на самом важном. — Наставник! — в унисон окликнули испуганный Ваан и обеспокоенная Крис. — Уходим, — кивнул он лодочнику, не поднимаясь. Старик с превеликим удовольствием развернул судно назад. Остров за кормой дымил — густо, тяжело, как будто прощался. Лиам закрыл глаза.