I'll Help You Help Yourself

      Женщина поправила свои очки и с шелестом перелистнула страницу блокнота.       — Расскажите, чувствуете ли вы какие-то улучшения в себе или своей жизни?       — Хм, — Дазай изобразил задумчивость. — Есть пара моментов. Но мне кажется, они обусловлены активной выработкой серотонина, эндорфина, дофамина и прочих чудодейственных гормонов на фоне развившейся влюбленности.       Она непроницаемо вписала пару заметок.       — Это очень хорошо. Можно проверить дневник чувств, чтобы заметить или не заметить закономерность.       Осаму глупо, сомнительно улыбнулся.       — Вы же знаете, я вёл его недоброкачественно…

***

      Куникида не спешил понять всё и сразу. Он потратил пару дней на то, чтобы разгрузить рабочий график, отоспаться, прибраться — отдохнуть, в конце концов. Нужно было не просто взбодриться — необходимо было вернуть на свои места то, что было упущено, избавиться от того, что было лишним. Бороться с усталостью больше не нужно, напротив, самое время прислушиваться к её симптомам. Уменьшив рабочую нагрузку, Доппо нашёл место для мягкого футона, плотного завтрака, зелёного чая, прогулок на свежем воздухе, сна без самокопаний, пробежек по вечерам — всего понемногу и всё на благо привычной рутины. Дазай не торопил, наблюдал исподтишка и отмечал, как с каждым днём напарник становился всё активнее и живее. За три дня Доппо быстро поправился, грамотно распределил задачи на эту и следующую недели, не выпадая при этом из общего графика. Приятней всего было вернуться к совместным обедам с членами агентства, тренировкам с Кёкой и Ацуши, коротким прогулкам до общежития с Осаму.       Откладывать на потом Куникида не любил, поэтому принялся изучать статьи сразу, как только понял, что готов. Хоть Дазай не давал никаких сроков, Доппо старался уделять поиску информации и дополнительным рассуждениям хотя бы час в день.       По большому счёту, всё упирается в Сертификат Партнёрства. Этот документ даёт лишь малую часть тех прав, которые предоставляет гражданский брак. Полноценной юридической защиты эта бумажка не даёт. Вопросы имущества, наследников, похорон и многие другие останутся не закрытыми. Наверное, можно было бы обойти часть этих проблем составлением завещания, но так далеко в юриспруденцию Доппо уходить не стал. Хватит пока и того, что есть.       Сейчас важно не это.       Сейчас важно определиться с самым спонтанным и самым сумбурным явлением в жизни Куникиды — собственными чувствами.       С чего начать — не ясно. Дазай дал понять, что придётся полагаться на собственные принципы. Но для не ведущего в отношениях Доппо, это всё равно, что пробираться сквозь тернии вслепую. Его принципы просто не предусматривали то, что однажды придётся столкнуться с влюбленностью. Вернее, с влюбленностью в замотанного в бинты недосуицидника, который будет ставить вверх дном весь привычный уклад. Однако поздно критиковать избранного человека, лучше задуматься о другом.       А какие у них получаются отношения? Когда оглядываешься назад, вопросов становится ещё больше. В какой момент Дазай перестал так раздражать? Была ли конкретная точка перехода от одних особенностей отношений к другим? Насколько Дазай искренен с ним, и можно ли доверить ему не только жизнь, но и душу? А Осаму задавался теми же вопросами или плыл по течению не задумываясь?       К составлению нового списка Куникида всё никак не мог подступится. Перечень пунктов идеальной жены мог бы служить примером, но он больше не внушал доверия. Прописать идеальные отношения — задачка не из лёгких. На черновике, под светом настольной лампы Доппо вдумчиво записывал. Начал он с поверхностной базы, обозначил очевидные пункты: 1. Взаимное доверие. 2. Взаимное уважение. 3. Взаимопомощь. 4. Взаимопонимание. 5. Общие ценности.       А дальше — неизведанная пропасть. Дальше пяти пунктов идеи не шли. Доппо подумал ещё немного и добавил последний на сегодняшний вечер пункт: 6. Общие интересы       Слишком сухо как-то получилось. Куникида прошёлся взглядом по шести строчкам и в растерянности отложил записи на край стола. Может, завтра будет прояснение.

***

      Несмотря на хорошее настроение, Доппо продолжал прибывать в задумчивости бо́льшую часть времени. В голове всё не складывался пазл, а множественные новые вопросы всплывали снова и снова. Сидящие на диване неподалёку Ранпо с Дазаем наблюдали со стороны за прихмурившимся Куникидой. Тот сгорбился над своим рабочим местом, устремив взгляд куда-то мимо компьютера.       — Вроде давно в себя пришёл, а всё равно напряжённый какой-то, — шепнул Эдогава.       — А когда он у нас был спокоен? — также тихо ответил Дазай.       Акико, проходящая мимо, присоединилась к их обсуждению:       — Кстати, Дазай, это же твоих рук дело? Чем ты так нагрузил Куникиду, что он уже вторую неделю сам не свой?       Парни многозначительно переглянулись.       — Да так, — не подавал виду Дазай, — подкинул ему один ребус…       — То, что я вас не вижу — не значит, что я вас не слышу, — раздался басистый серьёзный тон Доппо.       Куникиде не нужно было даже оборачиваться, чтобы заставить сплетников разойтись по делам. Ранпо направился на кухню за любимым печеньем, а Акико упорхала на рабочее место. Но Осаму так просто не спугнуть. Он медленно подкрался сзади и резко схватил его за плечи. Куникида сначала вздрогнул от неожиданности, а потом вдарил со злости кулаком по столу, от чего дёрнулся уже не только Осаму, но и сидевший напротив Ацуши. Дазай только игриво улыбнулся, снова положил руки на плечи и заглянул в экран ноутбука.       — Выбесить меня решил? — раздражённо произнёс Доппо.       — Давно сдерживался, — радостно протянул Дазай. — Кстати, перерыв будет через четыре секунды, три…       Куникида сверился с наручными часами. Осаму точно угадал нужный момент, как будто весь день только его и ждал.       Доппо неспеша откинулся на спинку кресла и запрокинул голову, сталкиваясь с парой блестящих смеющихся глаз. Осаму выглядел даже слишком довольным. Просто от того, что напарник снова полон сил, от того, что позволяет играть и любоваться. Дазай с трепетом наблюдал, как грозный вид смягчается, как сердитость сходит со светлого лица, и вновь в глазах читается беспокойство, но вместе с тем и потаённое тепло. И от этого на душе становилось уютно.       — Пойдём? — спросил Дазай, не отрывая взгляд.       Они вместе выйдут из офиса и вместе спустятся в кафе.

***

      Следующий вечер — и новая попытка прописать пункты. На плите кипит кастрюлька куриного супа, источая пряный аромат. В ночи за окном горят фонари и окна домов. Под шум кухонной вытяжки Куникида пишет ещё пару строк: 7. Честное обсуждение проблем. 8. Эмоциональная привязанность.       И снова ступор. Доппо уже не удивляется собственной непродуктивности.       Между тем, ему успела наскучить и даже надоесть собственная узость мысли. Столько времени заставлять себя разбираться, а выжать только восемь пунктов — что за пугающая неспособность? Над списком критериев идеальной жены он долго не сидел, напротив, рука не поспевала записывать идеи. А теперь ему нужно подойти к делам сердечным с другой стороны, ещё и с оглядкой на Осаму. Дазай бы справился куда быстрее, может, смог бы описать все свои требования лаконично и с улыбкой. У него всегда всё так просто — только спроси, и он всё разложит по полочкам. Удивительно, как этот демон хаоса так ловко всё упрощает.

***

      Новый рабочий день не принёс ничего интересного. Куникида с Ацуши заполняли очередные плановые отчёты, пока Дазай листал ленту социальных сетей. Видео с животными, новости, шутки — всё гораздо лучше скучной бухгалтерии.       В какой-то момент на телефон Ацуши пришло уведомление. Он проверил телефон и огорчёно поджал губу.       — Кёка плохо себя чувствует. Она не сможет сегодня прийти.       Куникида понимающе кивнул, не отрываясь от экрана.       — Тогда потом пусть подойдёт к директору, чтобы обсудить пропуски.       Ацуши отправил младшей соответствующее сообщение. Дазай подключился к их разговору:       — Я тоже плохо себя чувствую. Можно мне домой?       — Дазай, мы работаем всего час.       Осаму страдальчески захныкал и развалился в кресле.       — Когда уже выходной?       — Сегодня только четверг.       — Я столько не выдержу.       Куникида с Ацуши упорно игнорировали его капризы.       Осаму всё листал и что-то читал в телефоне, пока наконец его не заинтересовала одна новость. Лицо сразу приобрело оживлённый вид.       — Какая красота, — повеселел Дазай, — Ацуши, смотри.       Осаму показал ему телефон.       — Не знал, что вам интересно такое.       — Что там? — не скрывал любопытства Доппо.       «Не пропустите! Выставка картин Икенага Ясунари в картиной галерее Йокогамы,» — кричал заголовок. Рекламное объявление рассказывало о продаже билетов, большой новой коллекции, зазывало посетить просторные залы, наполненные прекрасными образами именитого художника…       По всему офису раздался петушиный клич, по столу пробежала курица. Кенджи, мать твою…       — Ой, извините, — крикнул с порога мальчик, — На ферме затопило курятник. Мы можем приютить пару птичек на денёк? — невинно хлопал глазами Миядзава.       Дазай залился звонким хохотом, пока все в агентстве обескураженно наблюдали за догонялками курицы и петуха.       — А они нам цыплят не принесут? — укоризненно возникла Ёсано.       — Не, инкубационный период у них занимает несколько дней. Но из яиц мы сможем сделать деревенский омлет!       Ранпо чихнул — первые симптомы аллергии постучались в нос. Наоми запрыгнула к брату на колени и испугано прижалась.       — Так, всем сохранять спокойствие, — Доппо обратил на себя внимание коллег, — Кенджи, бери птиц, я пока найду гостиницу для животных.       — Так точно!       Ацуши решил помочь с их поимкой, так как обладал хорошей скоростью и реакцией.       Боже, ну и денёк… Куникида пока не решил, кто фееричнее портил его планы — Дазай своими попытками или Миядзава своей живностью с фермы. Но на ребёнка злится трудно.       — Наша мама всё уладит, — шутя говорит Дазай ему в след.       Да, и уладил. Потому что он Куникида Доппо — наводить порядок это его работа.

***

      Кстати о порядке, вечером его всё ещё ждал список. Снова тьма ночного города, тусклая лампа и гелевая ручка. К остальным добавляется ещё два пункта: 9. Приятное сосуществование. 10. Совместный досуг.       Они кажутся инфантильными и самыми субъективными, но это лучшее, что пришло в голову.       Куникида сдаётся, больше писать ничего не хочется. Вместе с иллюзорным крахом всплывает и идея — ясная, как северная звезда и наивная, как мечты ребёнка. Падать ниже всё равно не куда, а Дазай чётко дал понять, что составит компанию даже на дне.       Тем временем, Осаму лежал, укрывшись одеялом, листая любимую книгу. Рядом лежали фантики от конфет и чашка допитого чая. В комнате холодно, но он уже привык к обмёрзшим пальцам на руках.       На телефон пришло сообщение. От Доппо.       Интригует. Дазай кладёт книгу на пол страницами вниз и заходит в чат. От Sweetheart💋 Привет. Не отвлекаю? 19:55

Вы

А что нужно сделать?

19:55

Ничего. Просто спросил. 19:55

Нет, не отвлекаешь

19:55

Как твои дела? 19:55

Отлично. Один вот симпатичный молодой человек написал. Даже не знаю, чем такой радости удостоился)))

      Пока Дазай ухмылялся своим словам, Куникиде стоило больших усилий переварить эту неприкрытую лесть. От Sweetheart💋 Вижу, ты в хорошем настроении. Я давно не спрашивал… Как твоё самочувствие в целом? 19:56

Вы

Как видишь — жив, здоров, без мыла и верёвки))

19:56

Удивительно… Как ты так долго держишься? 19:56

Кто знает…

Ты знаешь.

Я знаю, что я знаю. И я знаю, что ты знаешь, что я знаю)

…

Но если расскажу — ты слишком уж возгордишься)

Это подсказка?

Пхахахахха

Забей

Сколько ещё раз мне нужно будет вытащить тебя из петли, чтобы ты прекратил устраивать мне квесты?

Поверь, ты уже достаточно натаскался

А ты — нависелся, наплавался и натравился.

И нарезался, да.

Так сколько?

А это зависит от череды самых разных факторов)

Ты невыносим.

Я тоже тебя люблю.

Кстати говоря, На чём нас прервали петухи.

ПХАХХА КЕНДЖИ СДЕЛАЛ МОЙ ДЕНЬ

Та выставка. Билетов много, зал открыт до позднего вечера. Могу пригласить тебя?

Оу, будем только мы вдвоём? 😏

Ты правильно понял. Я приглашаю тебя на свидание.       Дазай замер, впал в исступление и, кажется, прекратил дышать. Что за крайности? То из него слова лишнего не вытащить, то атакует неожиданной инициативой? Это запрещённый приём. У Осаму нет против такого контратаки. И изголодавшее по романтике сердце развивает тахикардию. Он мог только уткнуться носом в подушку, спрятавшись от собственного смущения, и не находить в себе сил лежать спокойно от предвкушения.

Вы

😳

Ой, даже не знаю)

19:57

От Sweetheart💋 Можем и в пятницу после работы. И в выходные. 19:57

Пятница. Людей будет чуть меньше

А я могу надеяться что ты заплатишь за что-нибудь? 🥺

19:57

… Могу за проезд.

Блин (

Входной билет — точно нет. Но могу всё остальное по мелочи.

Ура: D

А с чего вдруг решил пригласить?

Хочу кое-что проверить.

Могу попросить об одном?

?

Ради всего святого, не делай из свидания экзамен🙄

Или допрос

Вообще забудь про формальность

Хорошо.

Урааа

Сладких снов💋

Спокойной ночи.       Дазай отложил телефон, по прежнему не веря в прочитанное. Лицо предательски горело, рдели щёки. Казалось, сохранять спокойствие рядом с Куникидой будет всё труднее и труднее. Но от этого не терпелось поскорее дожить до завтрашнего дня. Осаму прижал руки к груди и резко перевернулся на спину, потом обратно на живот, затем обратно на спину и всё по новой. От прилива энергии трудно было сохранять спокойствие, бессвязные перекаты могли выпустить лишь малую часть того пара, что накопился в груди.       Осаму подскочил на ноги и стал нарезать круги по комнате, рассуждая о вероятном развитии событий. По правде говоря, предложение Доппо было неожиданно сразу по нескольким причинам. Помимо того, что это слишком несвойственно характеру Куникиды, свидание с таким как Дазай шло вразрез со всеми идеалами. Осаму был уверен — Доппо одумается быстро, спихнёт все чувства на глупый всплеск гормонов.       Не спихнул. И это даже немножко пугает, как пугает любое не свойственное давно знакомому человеку действие. Что же такого он хочет проверить? Неужели решится примерить на Осаму роль потенциального партнёра? С какой стати? Все расчёты, вся уверенность основывались на принятии заведомого поражения.       Поражение откладывается, игра продолжается.

***

      Вечер пятницы наступил. Они договорись зайти в общежитие после работы. Дазай настоял под предлогом: «Тебе нужно немного отдохнуть, а мне припудрить носик». Куникида не стал задаваться вопросами. Выставка открыта до одиннадцати вечера — спешка ни к чему.       Спешка нужна, чтобы успеть предстать в своём лучшем облике. Осаму принял условия игры, а значит, хочет получить от неё максимум удовольствия. Поэтому ему просто необходимо провести определённые приготовления, чтобы ещё больше сбить с толку Куникиду и потешить своей красотой эго.       Четверть часа ушла на быстрый душ и небрежную сушку волос. Фен хорошо обдал и взъерошил карие кудри, придавая волосам ухоженности и неаккуратности одновременно. Дазай по привычке намотал свежие бинты на шею и приступил к рукам. Свежих рубцов давно не было. Осаму задержал взгляд на белеющих полосах, зудящих шрамах. Запястья покалывало. Особенно досталось левой — вредить ей было удобно. В голове соблазнительным дуновением пролетела больная тяга по холодному лезвию. Как невовремя. Всего пара следов обещали избавить от накатывающего волнения. Лезвие лежало в ящичке, на второй полке сверху, в дальнем правом углу — Осаму это точно помнил.       Немного дёргано и резко, но он смог забинтовать руки, затянув ленты потуже. Здравый смысл требовал продолжать заботиться о внешнем виде, а не поддаваться мимолётной постыдной слабости.       Выбор одежды был решающим. Нужно что-то достаточно удобное и стильное одновременно, не слишком повседневное, но и не заметно-яркое, учитывающее холодную погоду и пронзительный вечерний ветер. Тёмные брюки и белая рубашка — пока что очень скучно. Для тепла и в качестве изюминки Осаму надел объёмный синий свитер, поправил рубашку так, чтобы её ворот и края аккуратно выглядывали. Уже интересно да и с бежевым пальто будет смотреться хорошо. Дазай с большим удовольствием разглядывал своё отражение, покачиваясь и вертясь, стараясь оценить вид с каждой стороны и каждая ему была по нраву.       Он выдавил горошину тонального крема, нанёс немного под глаза, на щёки, нос и подбородок, быстро растушевал пальцами. Мелкие точки, родинки и потемнения были спрятаны, а кожа приобрела равномерный светлый оттенок. Чтобы защитить губы от ветра и дурной погоды — нанёс тонкий, едва заметный слой гигиенической помады. Чуть не забыл про парфюмерию: давно он не использовал заветную баночку с запахом терпкого кофе. Оттянув ворот одежды, пшикнул разок, от чего в носу стало щекотно до чиха. Стерильные бинты пропитались приторным ароматом. По карманам пальто и брюк Дазай распределил самые важные вещи: кошелёк, телефон, ключи, маленький гребень и пачку сухих салфеток. Большего и не надо.       В очередной раз разглядывая себя в зеркале, Дазай начинал всё больше сомневаться в происходящим и всё больше переживать за Доппо. Что он хочет из этой встречи вынести? Одинаково ли они понимают значение этого свидания?       В дверь постучали, и сердце испуганно ёкнуло. Тайм-аут закончился.       — Сейчас! — крикнул Осаму.       Он накинул пальто и быстро сунул ноги в туфли. Успокаивающий вздох, прежде чем вновь окунуться в калейдоскоп чувств, вызванных им.       Может, пару быстрых глотков саке? Так, для храбрости?       Лекарства с алкоголем смешивать нельзя.       Какая досада.       Дазай дёргает ручку и открывает дверь. Холод сразу бьёт в лицо.       Куникида стоял, мягко улыбаясь. Он был одет в водолазку, оливкового оттенка, тёмные брюки и пальто. Через плечо висела прямоугольная кожная сумка.       Его лицо и кончики волос облюбовало тусклое солнце, и взгляд был ясным и, как и всегда, внимательным.       — Чудесно выглядишь, — не скрывал своего умиления Доппо.       Дазай польщёно ухмыльнулся.       — Взаимно.       Он больше не мог со столь привычной уверенностью вести разговор, но он обязательно постарается хотя бы поднять себе настроение. И пускай Куникида сделает те выводы, которые должен.