Should we start from here?

Уже вторую неделю у меня жуткий завал на работе. Конец года, отчёты, статистики и ещё миллиарды бумажек на проверку и подпись. О здоровом, хотя вообще-то о любом, сне, мне остаётся только мечтать, а мои 60% воды в организме превратились в кофеин. Откидываю лодочки в угол прихожей, мечтая о простом человеческом пожрать. В холодильнике пусто, в морозилке три кубика льда. Перебираю шкафчики над раковиной, — даже печенек нет. Обычно, во времена такого хаоса, я питаюсь готовой едой и на работе, но сегодня все доставщики решили взбунтоваться, а магазины отключили эту наиудобнейшую функцию. Желудок неприятно сводит, вряд ли смогу уснуть, а значит придётся всё-таки идти в магазин. Короткая стрелка настенных часов давно перевалила за 12, единственный круглосуточный находится в другом районе, транспорт уже не ходит, а такси поймать проще в деревне, чем здесь. Сетуя на паршивые сплетни о данном местоположении влезаю в кеды, закрываю квартиру и спускаюсь по лестнице, периодически пропуская пару ступенек. Незавязанные шнурки раздражающе болтаются, так и норовя запутаться, но я так устала, так лень возиться с этими тряпичными веревочками. Шлёпаю кроссовками по неглубоким лужам, полностью погружённая в размышления о том, чего же я всё-таки хочу на ужин. Нужно ведь что-то не сильно тяжёлое, но сытное. А ещё хочется какой-нибудь острой и вредной дряни, но желудок с утра спасибо за это точно не скажет. Может онигири? Качаю головой и раздражённо фыркаю. Не пойдёт, не то. Может всё же взять лапшу быстрого приготовления и будь что будет? Чуть сильнее приземляю ногу в очередную лужу, но она оказывается гораздо глубже предыдущих. Брызги разлетаются во все стороны, пачкая капроновые колготки и даже подол юбки. Какая-то парочка пьяных молодых людей слева в тёмном переулке обжимается, а девушка громко хихикает. Градус напряжения и нервозности растёт со скоростью света. Чёртовы лужи, чёртова работа, чёртов мой парень, который не объявляется второй день, чёртовы лужи. Как же всё погано. Круглосуточный супермаркет встречает громко звенящим колокольчиком на раздвижных дверях и прохладой, исходящей от кондиционеров. Не спеша брожу сквозь ряды со всякой бытовой химией, сменяющейся выпечкой, а затем мясным отделом. Планировка тут до жути странная, сколько бы не заходила сюда, — каждый раз поражаюсь. И главное, всех ведь устраивают пирожки с запахом стирального порошка... Взгляд падает на прилавок с бэнто и онигири. Замечаю знакомую этикетку "Онигири Мия" и рука сама тянется за рисовым треугольничком с тунцом. Могу со смелостью заявить, что это лучшая вещь, приоритет которой будет отдаваться вне зависимости от разнообразия ассортимента. Несколько раз я была в самом кафе, и это было восхитительно. Начиная от интерьера, заканчивая отношением к посетителям. Правда, во второй раз произошла странная ситуация. Меня пришёл встречать мой молодой человек, который чуть не испепелил взглядом брата (я так думаю, слишком уж они похожи) владельца кафе. Сакуса так и не объяснил мне, почему ему так не понравился блондин, но, по моим догадкам, парни были знакомы, и на то была причина. Надеюсь, что была. Выяснять я не решилась, хотя и интереса особо не было, да и ситуация быстро забылась. Под размышления о том случае, неожиданно всплывшим в памяти, я добрела до дома, благополучно по дороге запихнув в себя две штуки онигири. Даже грязная юбка уже не особо беспокоила. Правду говорят: злая женщина - голодная женщина. Выкидываю обёртку в мусорку и набираю номер Киеоми, но стальной голос автоответчика снова вещает, что абонент недоступен. Сейчас около часа ночи, он как раз должен готовиться ко сну. Зубы он чистит по таймеру на телефоне, потом везде с ним таскается под "расслабляющую и готовящую мозг ко сну" музыку, так почему вдруг я не могу дозвониться? Сакуса — дотошный перфекционист, который не отступится от своего графика ни на шаг. Человек, любящий порядок и контроль во всём, вдруг пропадает на несколько дней, не отвечая на сообщения и звонки. Я поняла бы, будь мы в других отношениях. Но раз он объявил меня своей девушкой, то можно было бы предупредить, что будешь занят? Пинаю вывалившуюся из помойки помятую алюминиевую банку из-под пива. Его любимого пива. Я так привыкла, что он всегда рядом и как-то болезненно сейчас реагирую на его отсутствие. Может, сказывается усталость, которая накопилась за эти две недели. Каким бы холодным человеком не был Сакуса Киеоми, мне он всегда дарил чувство дома. Того самого места, куда ты приходишь и забываешь про все свои печали и заботы, где можно расслабиться и чувствовать, что ты нужен и любим. Того места, куда ты бежишь со всех ног, потому что тебе хочется там быть. Всё так же перешагивая через ступеньку (до жути неудобная лестница, хочу заметить. Та самая, для которой два шага - это много, а одного мало.), поднимаюсь на 3 этаж и замечаю, что дверь в мою квартиру приоткрыта. Неужели забыла закрыть? Пиздец, мне правда нужен отпуск. Как только моя нога переступает порог квартиры, слышу женский смех и неразборчивой тихий басистый и такой знакомый голос. Осторожно с замиранием сердца прохожу по коридору в самый конец, за прикрытой дверью виднеется свет ночника, который я недавно купила в нашу спальню. Глубокий вдох, толкаю деревянную дверь от себя и вижу своего молодого человека с какой-то блондинкой. Полураздетых, целующихся и абсолютно пьяных. Я вижу Сакусу Киеоми, мизофобного ублюдка, не любящего посторонних людей, на своей кровати целующегося с другой, мать её, девушкой. Так и остаюсь стоять в дверном проёме в полном ступоре, наблюдая за изменяющим мне на моих глазах парнем. Не могу ни сказать ничего, ни уйти. Этим двоим явно нет дела до происходящего вокруг, никогда не видела Киеоми настолько увлечённого чем-то, кроме, разве что, волейбола. Поразительно, просто поразительно. И адски больно. — Оба. Вон. Из. Моей. Квартиры. — на каждом слове делаю выдох, голос звучит неестественно отстранённо. Две пары глаз удивлённо пялятся на меня, то ли пытаясь осознать произошедшее, то ли просто в попытках сфокусироваться. — У вас на двоих две минуты. Дальше в вас полетят предметы, а ваши шмотки — из окна. Сакуса встаёт и, шатаясь, пытается дойти до меня, бурча что-то про "перепутал", "напился" и далее по списку самых очевидных оправданий. Делаю шаг назад и левой рукой беру хрустальную вазу, стоящую на декоративном столике у входа в комнату. — Осталась минута, — белобрысая мадам даже не думает двигаться, просто тупо хлопает глазами. Обида, негодование, гнев, боль, печаль, адреналин смешиваются в одно неописуемое словами чувство, мозг отключается. Ваза летит чуть выше головы девушки и разлетается на мелкие осколки в оглушительной тишине помещения. От женского визга закладывает уши, крышу сносит окончательно. Отталкиваю Киеоми со своей дороги и стаскиваю блондинку за волосы на пол, с размаха бью кулаком по носу несколько раз. Руки трясутся, слезы текут, шлюха, на которой я достаточно удобно уселась, орёт как резаная (ну, получается, избитая), Сакуса натягивает джинсы и периодически говорит мне успокоиться, предлагает всё обсудить мирно. — Вон отсюда, я сказала. — поднимаюсь на ноги, переступаю через светловолосое несчастье и ухожу, запираясь в ванной. Больно, очень больно видеть такое своими глазами. Включаю ледяную воду и подставляю под струи голову. Человек, для которого так много значила чистота, сам оказался по уши испачкан в дерьме. Человек, который со школы ухаживал за мной и клялся в верности, изменил мне. Я не хочу кидаться фразами о том, что мой мир рухнул, нет. Переживу, справлюсь. Но предательства навсегда остаются в вашей душе неизлечимыми ранами. Не знаю, сколько я проторчала под водой, но шея затекла прилично. Отжимаю лишнюю воду с волос и вытираю лицо, оставляя черные пятна от потёкшей туши на махровом жёлтом куске ткани. Без раздумий полотенце летит в бельевую корзину. Хватаю пластиковую ёмкость и возвращаюсь обратно в комнату, снимаю все постельное бельё и закидываю к полотенцу. Всё это хотелось бы сжечь, но костры в квартирах разводить запрещено. Так что оно просто отправится на мусорку. Напарываюсь ногой на осколок. Совсем забыла, что я тут возомнила себя персонажем с башером*. На сбор осколков ушло некоторое время и около литра моей крови. Никогда не умела без нанесения себе увечий собирать стекло. Сколько бы не била кружек, всё по новой. Теперь могу только мечтать о красивых руках. Не сильно, конечно, видно маленькие шрамики, но и до эстетики далеко. Ещё какой-то промежуток ночи ушел на дезинфекцию и перемотку рук бесчисленным количеством пластырей. Спать не хотелось совершенно, да и ничего не хотелось, если честно. Вообще ничего. Здравомыслящей (а точно ли?) мной было принято решение о смене замков, просто на всякий случай. К великому удивлению в поисковике оказалось довольно много результатов по запросу "круглосуточный слесарь", выбрав самый популярный, оставила заявку. Не успела я поджечь сигарету, как мне перезвонили из компании и заверили, что в течение часа-двух мастер подъедет и всё сделает в лучшем виде. К 6 утра вся кухня пропахла сигаретным дымом, осколки собраны, все вещи, уже бывшего, парня, вместе с постельным бельём вынесены на помойку, а в двери красовался новый замок. Только вот паршивые ощущения обиды, разочарования и одиночества никуда нельзя выкинуть. Отправляю короткое сообщение директору о том, что произошли непредвиденные обстоятельства, и мне необходимо пару дней отгулов. Начальник у нас строгий, но беззлобный и понимающий. Тем более, я думаю, что заслужила выходные. Две недели я пахала как проклятая, приходя раньше всех, а уходя последней. Только вот чем себя занять... Являясь трудоголиком до мозга костей, все свои свободные дни я проводила с Киеоми, наслаждаясь такими редкими совпадениями в графиках. А теперь... Весенний тёплый ветерок приятно обдувает лицо, словно очищая голову от отягощающих мыслей. Я просто бреду по улицам без определённой цели, наслаждаясь утренним спокойствием и тишиной. Иногда встречаю людей в деловых костюмах, торопящихся на работу, домохозяек, выгуливающих своих питомцев. О чём они думают? О том, что опаздывают или наоборот, вышли вовремя? О том, как хорошо было завести собаку или жалеют о своём решении? Наслаждаются ли погодой или не обращают внимания, погружаясь в рутину? Я сама, наверное, такая. Тороплюсь на работу, размышляя как лучше до неё добраться, и что же я буду на ужин, в чём пойду на следующий день и о том, что стоило бы ложиться раньше. За такими обыденными мыслями мы забываем наслаждаться окружением, в котором иногда так много прекрасного. Может быть, меня и Сакусу просто поглотила эта самая рутина? Не знаю, разумная часть меня твердит о том, что это ни капли не моя вина, но во всех нас живёт тот самый червячок, именуемый самокопание, который ведёт не всегда к позитивным и рациональным размышлениям. Я знаю, что со временем всё это пройдёт. Я знаю, что отпускать тяжело, но проще от понимания не становится, к сожалению. Из ниоткуда перед носом появляется стеклянная дверь, столкновения с которой я чудом избегаю. Пару секунд нужно на анализ ситуации. Слишком уж резко эта прозрачная стена выросла из ниоткуда и оторвала от размышлений. Поднимаю глаза на сероглазого парня, внимательно изучающего меня с ног до головы и что-то говорящего мне. — Вы не ушиблись? — слова с запозданием достигают меня. Отрицательно покачиваю головой и извиняюсь за невнимательность. Парень улыбается и предлагает мятный чай в качестве моральной компенсации. Удивленно осматриваю его ещё раз, взгляд цепляется за вывеску заведения, в дверь которого я чуть не вошла.

"Онигири Мия"

— От чая не откажусь, но я заплачу за него. Но вы ведь ещё не открыты? Парень вежливо пропускает меня внутрь, объясняя, что приходит раньше, чтобы лично проверить готовность заведения к работе. Уютное помещение заставлено цветами, названия которых я вряд ли когда-нибудь запомню, хотя предпринимала тщетные попытки изучить ботанику в средней школе. Мия щелкает выключателем, неназойливый свет гирлянд, развешенных под потолком, разливается по всему пространству, освещая даже тёмные уголки. Владелец заведения заводит ненавязчивый разговор, не требующий ответов, его приятно слушать. Ровный спокойный голос отвлекает от гнетущих мыслей, но не усыпляет, а наоборот, концентрирует. Молодой человек ставит на барную стойку чашку и уточняет, комфортно ли мне будет тут или лучше принести за стол. Заверяю, что всё в порядке, мне нравятся барный стойки. Почему-то за ними происходят самые душевные разговоры, даже если градус алкоголя равен 0. Как будто эта невидимая перегородка делит тебя и человека за ней, даёт ощущение безопасности, но при этом ты видишь внимательного слушателя перед собой. Никогда не понимала этого ощущения, но пришла к выводу, что это что-то связанное с популярным мнением: "расскажи незнакомцу о своих проблемах, и станет легче". Оглядываюсь по сторонам, интерьер особо не поменялся с последнего раза, когда я была тут, возможно, стал даже чуть уютнее. Забираюсь на высокий стул и подпираю щёку рукой в ожидании обещанного чая, но неожиданный вопрос, второй раз за последние полчаса, выбивает меня из колеи. — Я Вас помню, вы приходили сюда с Сакуса-сан. Ваш молодой человек, полагаю? — Бывший, — передёргиваю плечами, как будто пытаясь сбросить вновь нахлынувшие воспоминания минувшей ночи. — Ох, прошу прощения. А что у вас с руками? — белый чайник аккуратно приземляется на пробковую подставку рядом с чашкой из того же набора, источая такой приятный запах. — Это была весёлая ночка, — горькая усмешка вырывается непроизвольно. Тянусь к чайнику, но Мия быстрее. Услужливо наливает светло-зелёную жидкость в кружку и предлагает выслушать. Не понимаю почему, но вываливаю абсолютно всё, что произошло, с подробностями, матами и нелестными комментариями в сторону одного из лучших доигровщиков страны. На удивление, парень меня внимательно слушает и довольно хмыкает на каждом обзывательстве. К концу моего довольно оскорбительного монолога, чай в чайнике закончился, а мы с владельцем заведения по приготовлению божественных рисовых треугольников перешли на "ты" и договорились использовать имена, а не фамилии. Осаму оказался на удивление преданным слушателем, особенно с учётом того, что мой рассказ процентов на 50 состоял из нецензурных выражений. Всё внимание его пронзительно-серых глаз было устремлено на меня, что не могло не льстить и не располагать. — Ты разве не занят? Я пойду наверное уже. Не хотелось бы мешать. — О, не переживай. Скоро зайдёт брат, он будет рад услышать, какое чмо этот ваш Сакуса. — первый раз за всё время шатен смеётся в голос. Удивленно таращусь на нового знакомого, тут дверь позади меня открывается и вваливается(да-да, не входит, а именно вваливается) копия человека, стоящего передо мной, только с крашенными в блонд волосами и чёлкой на другую сторону. Всё-таки брат, так они ещё и близнецы. — Тсуму, тут Сакуса-сан грязью поливают, присоединяйся, — весело бросает Осаму, подмигивает мне и удаляется в сторону кухни. "Тсуму" тут же оживился, приземлился рядом и принялся выяснять подробности с завидным оживлением. Эти два человека появились так вовремя, не дав окунуться в пучину страданий. Они вошли в мою жизнь так легко и естественно, что я даже не заметила, как мои выходные стали скрашивать громкий и активный Атсуму с его шутками и тихий и уравновешенный Осаму, который был готов выслушать и помочь.

Вот так мы что-то теряем, а что-то приобретаем. И, порой, наши находки гораздо лучше утрат.