Осколки воспоминаний

Лето проснулся первым. Всё ещё плавая в дымке сна, он лишь наполовину осознавал тело рядом с собой, тяжесть раскинутых конечностей — тяжёлая рука на его талии, нога поперёк его ноги — и щекотание тёплого дыхания на шее. Горячая плоть, прижатая к его телу, заставляет его чувствовать себя желанным и ленивым. Пришло пробуждение, и он вспомнил. Человеком, в чьих руках он был запутан, был Коллин Розенберг. Открыв глаза, Лето рассматривал Коллина. Так близко, что его лицо выглядело странно. Лето слегка сдвинулся, чтобы видеть лучше. Да, Коллин — со щетиной, которая проросла почти за ночь, в основном тёмно-русая, с небольшим количеством преждевременной седины, волосы растрёпаны и падают на его лоб, изборождённый морщинами, и знакомый шрам, пересекающий его губу. Когда-то он был таким красивым. Лето мог вспомнить те дни и до сих пор проследить черты красоты, которая когда-то освещала лицо Коллина. Это правда, что его всегда тянуло к красоте. Он всегда восхищался красивыми лицами с правильными чертами, или сочной, дразнящей гладкой молодой кожей, или соблазнительных изгибом упругих ягодиц — но он не был настолько поверхностен, чтобы всё, что ему требовалось, было только красотой. Тигр — покрытый чудовищными шрамами, почти не похожий на человека — был достаточным доказательством этого. То, что начиналось как простое влечение к запретному плоду, стало гораздо большим. Так же, как это было с командором. Он был красив, да, но было что-то… большее. Несмотря на его беспокойное прошлое, внутри Коллина сиял свет добра. Лето знал, что должен освободиться от конечностей Коллина, встать и начать свой день. И всё же он медлил, вдыхая запах Коллина. Запах горелого озона немного рассеялся, и было что-то приятное в том, чтобы просыпаться рядом с любовником. После Тигра Лето брал к себе в постель других мужчин, но фактически никому не позволял провести с ним ночь. Лето вздохнул. Тигр — этот большой, старый, мягкосердечный мужчина, мягкий как крем под маской кровожадного воина. Забавно, что горький привкус предательства всё ещё ощущался во рту Лето. «Вот что ты получаешь, Лето Лаветан, за то, что позволяешь себе испытывать чувства, — сказал он себе. — Твоё сердце разбивается. Не делай этого снова». Вернулись тревожные колокольчики. Мужчина в его постели, конечно, был не тем мужчиной, к которому его тянуло много лет назад. В лучшем случае, этот Коллин был почти пустой оболочкой того человека, которым он был раньше. И всё же прошлая ночь была больше, чем просто освобождением. В их занятиях любовью была какая-то интимность. Это было страстно, да, но страсть превратилась в нежность, такую сладкую, что у Лето защемило сердце. И — как только им удалось покончить с серьёзным делом — трахом — оказалось, что быть с Коллином было просто… весело. С тех пор, как они с Лейси нашли его в Брел-Шанторе, это был первый раз, когда Лето услышал смех бывшего генерала. Нет, испытывать какие-либо чувства к Коллину просто не годилось. Этот путь привёл бы только к ещё большей боли. Коллин умирал. Если целительница, к которой он обращался, действительно не смогла бы сотворить чудо, существовал только один конец этой истории. Отравление Пылью было необратимо. Проще всего было покончить с этим сейчас. Они повеселились. С его стороны было бы глупо продолжать физические отношения с Коллином. Глупый риск снова вкусить ту сладость, которая заставляла его сердце болеть. После смерти Тигра Лето построил вокруг себя крепость. Он не хотел — не мог! — позволить кому бы то ни было взобраться на её стены и уничтожить чёрные, горькие ошмётки, которые были остатками его изодранного сердца. — Лорд Лаветан?.. Здесь кое-кто хочет вас видеть. Лето поднял взгляд от своего стола на секретаря, который только что просунул голову в дверь. Он сказал всем, что не хотел, чтобы его беспокоили. Подавив раздражение, Лето спросил: — Кто это, Дейран? Губы эльфа на мгновение сжались в тонкую линию. — Она не назвала своего имени, но сказала, что прибыла по делам Ордена Ярого Пламени. Это заставило Лето задуматься. Он очень долго не получал вестей ни от кого из Ордена, даже от Лейси. С надеждой, он спросил: — Наша гостья… рыжая девушка из горного клана? Дейран покачал головой. На Лето были лёгкие летние одеяния из струящегося шёлка. На ходу он поправил ворот верхней накидки, прежде чем пригладить волосы. Быстрый взгляд в зеркало, мимо которого он проходил, убедил его, что его внешний вид безупречен, а самообладание выше всяких похвал. Гостья ожидала его в атриуме, её фигура была в основном скрыта глухим дорожным плащом, выделялись только пыльные кожаные сапоги на высоком каблуке и плотный капюшон. — Могу я вам помочь? Женщина повернулась, откидывая капюшон, чтобы показать своё лицо. Длинные платиновые волосы, собранные в пучок, знакомый короткий шрам на щеке и — когда Лето почувствовал, что его знаменитое самообладание покидает его — знакомое ироничное веселье в серых, как оникс, глазах. Под плащом у неё было столько металла, что им можно было бы оснастить целую армию. — Дженна! — Ты выглядишь удивлённым, Лето. В голове Лето бушевал вихрь мыслей. Тем не менее, ему удалось изобразить вежливую улыбку. — Удивлённым…. Возможно, немного мягко сказано, Джен, — протянул он. — Возможно, я пропустил письмо, в котором сообщалось, что мы с тобой теперь друзья? Слабый проблеск улыбки тронул уголки губы Дженны. Затем она быстро кивнула Дейрану, который вышел из кабинета вслед за Лето. — Как я уже говорила твоему слуге, я здесь по делу, — сказала она. — Ты действительно думаешь, что я проделала бы весь путь до Эстера ради собственного развлечения? То, как она произнесла название его родины… Лето почти увидел висящие в воздухе сосульки. — О, я не знаю, — сухо сказал он. — Ты из Нокары. Ваш народ находит МЁРТВЫХ забавными. — Иронично слышать это от человека, который потратил столько сил на поиски книг по некромантии. Лето одобрительно усмехнулся. — Справедливо, — признал он. — Могу я предложить продолжить эту беседу в гостиной? Там гораздо удобнее. Он взглянул на эльфа. — Дейран, прикажи принести нам чаю с кухни. И скажи им, что у нас на ужин будет гость, и чтобы они приготовили комнату в гостевом крыле. Пока один из рабов разливал чай, Лето рассматривал женщину, сидящую напротив него. Время не было к Дженне жестоким. С её резкими, почти колючими чертами лица и глазами «усмирённой»… Лето всегда считал её привлекательной женщиной — с эстетической точки зрения. Несмотря на это, ему скорее нравилось иногда поддразнивать Дженну за то, что она вела себя почти как мужчина. Воительница сняла плащ и перчатки. На доспехах, которые она носила, не было герба или других отличительных знаков, но Лето знал, что она делила своё время между Орденом Ярого Пламени, служением Божественной и восстановлением своего собственного ордена, Ордена Ледяной Стали, чьи остатки ютились теперь среди Стальных Пиков к северу от Каледоса. По правде говоря, Лето считал её грозной женщиной и даже втайне восхищался ею. К сожалению, с первого момента их встречи, Дженна не доверяла ему. И ей не следовало этого делать, — напомнил себе Лето. Лето не был лишённым когтей котёнком — он и правда «был» опасен. Он не возражал против хладнокровного убийства соперников, особенно тех, кто был связан с Валаскес. И — хотя он хотел сохранить свои навыки некроманта в тайне — в прошлом не потребовалось много времени, чтобы его секрет распространился по всей Огненной Цитадели. Конечно, это была его собственная вина и неосторожность. Его магическое мастерство было экстраординарным, и демонстрировать его было абсолютно глупо. Дженна потеплела к нему ближе к концу, совсем немного, только когда убедилась, что они на самом деле на одной стороне. Лето был там, чтобы помочь победить Деву, не более того. Он пришёл без какого-то ужасного тайного плана со стороны Эстера. Как только раб вышел из комнаты, закрыв за собой двери, Лето обратил свой изучающий взгляд на гостью. — Итак, — сказал он несколько беззаботно. — Ты действительно проделала весь этот путь по делам Ордена? Дженна взглянула на фарфоровую чашку на столе перед ней, но не взяла её. Вместо этого она пристально посмотрела на Лето. — Не… только по приказу Ордена, — медленно произнесла она. — Этот вопрос мог быть решён в письменной форме. Она сделала паузу, наблюдая за Лето, который потягивал чай из своей чашки, внимательно ожидая, когда гостья продолжит. — Лейс рассказала мне о Коллине. Лето опустил свою чашку. — Ты всегда переживала за командора. — Коллин был честным и ответственным человеком, — сказала Дженна. — Хорошим человеком. Без его усилий по восстановлению порядка в Грейне, после того, что произошло там… без него жертв было бы намного больше. Лето не мог с этим поспорить. — Если ты говорила с Лейси, тогда… что ж, ты должна знать. Дженна помрачнела. — Что Пыль уничтожила его разум? — спросила она. — Да, она рассказала мне всё. — И всё же ты всё ещё хочешь его увидеть, — предположил Лето. Воительница пожала плечами. — Я собственными глазами видела, что зависимость может сделать со Стражем. У меня нет иллюзий относительно Коллина, — сделав паузу, она наблюдала, как Лето слегка провёл пальцем по краю своей чашки. — Я уважаю то, что ты делаешь для командора. Если есть какой-то способ, которым я могу… которым я могу помочь облегчить это бремя, я в твоём распоряжении. Палец перестал двигаться. На мгновение Лето задумался, какие ресурсы могла предложить Дженна. «Если бы у Искателей было секретное лекарство, она бы так и сказала», — понял он. Лекарства не было. Максимум, на что мог надеяться Лето, — это сделать оставшееся время Коллина как можно более приятным. — Если ты хочешь увидеть его, — сказал Лето. — Есть немного времени до ужина. Конечно, если ты уже допила свой чай. Дженна мгновение рассматривала нетронутую чашку. Затем она потянулась за ней. Одним махом осушила до дна и поставила обратно, со звоном ударив фарфором об изящное блюдце. Лето поставил свою чашку. Поднявшись он жестом предложил гостье сделать то же самое. — Кстати, — сказал он лёгким тоном, открывая двери, — ужин в Эстере — официальное мероприятие, поэтому тебе нужно будет надеть платье. Глаза Дженны загорелись удивлением, но затем она заметила дразнящую ухмылку Лето. — Вот что я тебе скажу, Лето, — сказала она. — В тот день, когда я надену платье, ты наденешь его тоже. Лето тихо рассмеялся. — Знаешь, Дженна, это почти стоило бы того.