Десять к одному

Чтобы хоть как-то осветить обратный путь, Блейз прихватил с собой факел из кухни и теперь смело шел впереди, освещая бесконечный, унылый коридор. Следом за ним шли Драко и Гермиона. Девушка то и дело с опаской оглядывалась по сторонам, словно ждала, что на нее вот-вот бросятся из-за угла, а Малфой, напротив, выглядел слишком спокойным. - Ты назвала меня пьяным животным, - вдруг сказал он, - А ведь я пил второй раз в жизни. Гермиона с удивлением обернулась к нему, собираясь сказать “да мне плевать”, но Драко продолжал свою странную исповедь: - Мне просто нужно было заглушить свой страх. Я пил не за своих погибших друзей, а за свою собственную душу… - он поднял глаза и странно посмотрел на гриффиндорку, - Грейнджер, я чувствую, что нам не выбраться отсюда. А я не хочу умирать! Я видел, как гибнут другие, я знаю, что такое смерть. Она ужасна, Грейнджер! Никогда она не дарит спасения или покоя – это сплошная мука длиною в вечность! Я боюсь смерти. Гермиона молчала, не зная, что ответить, а Драко продолжал смотреть ей прямо в глаза, словно стараясь прочесть в них такой же страх. - Ты хотела объединения, но это невозможно, - продолжал Малфой, - Мы все равно разобьемся на группы, и каждый будет заботиться лишь о своем спасении. Грейнджер, оставайся со мной и Блейзом. Сейчас мне плевать даже на твое происхождение, ведь ты умна, возможно, твой ум поможет нам если не выжить, то хотя бы погибнуть последними… - Ты сошел с ума! – прервала Гермиона, - Страх окончательно помутил твою голову. Забудь о группах, о том, кто умрет последним. Никто не умрет, слышишь! Мы все спасемся, если будем действовать вместе… - Наивная девчонка! – невесело рассмеялся Драко, - Ты еще не поняла, как сильно мы вляпались. И ты совсем не знаешь людей. - Я достаточно знаю о таких мерзавцах, как ты! - А о своих друзьях ты тоже знаешь достаточно? – усмехнулся Драко. Гермиона подозрительно прищурилась. - О чем ты? - Увидишь, когда бойня начнется, и все поймут, что смерть неизбежна. Вот тогда и узнаешь цену своим друзьям и врагам… Не успел Малфой договорить, как Блейз, шедший на несколько шагов впереди, громко вскрикнул и выронил факел, который мгновенно потух, с грохотом ударившись об пол. - Блейз! – воскликнул Малфой, бросившись к другу. Тут он замер, заметив прямо перед Блейзом маленькую, хрупкую фигуру девушки, в полумраке казавшуюся восставшим мертвецом. Длинные черные волосы падали на ее неестественно бледное лицо, а руки были плотно прижаты к телу. Приглядевшись, Драко не сразу узнал Чжоу Чанг. Когтевранка медленно шла вперед, не замечая ничего перед собой, словно гуляла во сне. Именно с ней едва не столкнулся Блейз. - Чжоу! – воскликнула подошедшая Гермиона и уже протянула руку к подруге, но Драко тут же больно схватил ее за руку и резким движением прижал к себе. - Нет! – быстро зашептал он ей прямо на ухо, - Она под Империусом. Я уже видел такое, посмотри на ее глаза. Гермиона вгляделась в жуткое лицо Чжоу, наполовину скрытое непослушными прядями, и действительно заметила, что ее обычно темные глаза стали заметно светлее и словно бы остекленели. Чжоу вдруг резко остановилась и, приподняв голову, внимательно посмотрела на застывшую троицу. Блейз невольно отступил под этим жутким взглядом, а Гермиона почувствовала, как Малфой сильнее стиснул ее руку. - Гарри не один, - медленно произнесла Чжоу, - Он идет сюда со своими друзьями. Ступайте и вы, пусть все увидят, как он любит меня! С этими словами она так же медленно отвернулась и пошла дальше по коридору. Опасность миновала, и все трое смогли вздохнуть спокойно. Блейз оттер испарину, выступившую на лбу, а Малфой наконец-то отпустил Гермиону, на руке которой остался красный след от его пальцев. А уже в следующее мгновение из темноты вынырнул Гарри Поттер в сопровождении всех остальных пленников Хогвартса. - Гермиона! Все бросились к девушке так, словно бы она только что вернулась из логова Темного Лорда. И Гермиона обняла каждого, мысленно благодаря небо за то, что теперь она снова под защитой друзей. Хотя… Малфой не собирался причинять ей зло, напротив, он даже остерег ее от заколдованной Чжоу. Он хотел спасти ее из благородства или из соображения, что ее ум может помочь разобраться в этой страшной истории? Не удержавшись, девушка на мгновение обернулась к Малфою, но тот стоял к ней спиной и о чем-то тихо переговаривался с Блейзом. - Идемте дальше! – скомандовал Рон, - Чжоу уже на лестнице. - Какого хрена она здесь несла про Поттера? – на ходу спросил Блейз, когда вся компания продолжила преследование заколдованной девушки. - Это мы и пытаемся выяснить, - вздохнула Луна. Идти пришлось недолго. Чжоу привела всех в Большой Зал и, остановившись точно в центре, повернулась к следовавшим за ней. Ее безразличный, жуткий взгляд скользнул по застывшим ребятам, а на губах вновь появилась неестественная, вымученная улыбка. - Ну же, Гарри! – позвала она, - Я не хочу стать первой жертвой – спаси меня, любимый! Поттер сделал шаг вперед, не обращая внимания на Джинни, попытавшуюся удержать его. - Чжоу, послушай, - спокойно заговорил он, - Наши отношения давно в прошлом… - Бесполезно, Поттер! – резко прервал Малфой, - Она под заклятьем и не понимает тебя. Чжоу тем временем вытянула вперед руки. - Гарри, кто-то должен умереть первым, чтобы передать послание. Ты ведь не допустишь, чтобы первой оказалась я! Поттер в растерянности обернулся к друзьям, и в тот же миг пол прямо под Чжоу Чанг стремительно начал рушиться, и девушка непременно провалилась бы в пропасть, если бы ее не удержал Невилл, бросившийся на помощь. Он в последнее мгновение успел вцепиться в ее руку. Чжоу, зависшая над несколькими этажами, громко рассмеялась, пока Невилл, дрожа от напряжения, с трудом удерживал ее. - Хорошо, юный герой! – воскликнула она, - За твое благородство ты будешь награжден – ты умрешь первым и не будешь страдать, как другие! Невидимая сила тут же подхватила обоих и уволокла в бездну. Невилл лишь успел пронзительно вскрикнуть. Поттер бросился к пропасти, но было поздно. Упав на колени перед дырой в полу, он посмотрел вниз, но ничего не увидел в темноте. - Чжоу! Невилл! – в отчаянии позвал он. Через мгновение он с трудом различил хриплый голос Чжоу: - Гарри, это ты? Что происходит? Я… Ее голос перешел на крик, будто девушка внезапно увидела что-то жуткое. - Чжоу! Держись! Юноша быстро вскочил на ноги и понесся к лестнице. Остальные бросились за ним. - Заклятье исчезло, - удивился Блейз, пока они бегом спускались по лестнице, - Чанг снова стала собой. - Но как же Невилл? – прошептала Луна. Наконец, они спустились на этаж ниже, и их взору предстала страшная картина. Посреди коридора, прямо под огромной дырой в потолке лежал бездыханный Невилл Лонгботтом с залитым кровью лицом – он насмерть разбил голову при падении. Рядом с ним сидела живая и невредимая Чжоу Чанг, беззвучно рыдавшая над телом юноши. Факелы вокруг них ярко горели, освещая послание, написанное на стене кровью несчастного Невилла: “Приветствую вас, Избранные на смерть! Надеюсь, вам понравилось начало моей веселой игры. У нее очень простые правила: вы заперты в Хогвартсе с ограниченным запасом пищи и воды, никто не знает о том, что вы не можете покинуть его, и, соответственно помощи ждать неоткуда; каждый из вас – враг Темного Лорда, и потому я приговариваю вас к смерти; каждый день я буду убивать одного из вас до тех пор, пока не останется один палач. Видите, все просто! А теперь главное: я среди вас! Да, палач и предатель – один из здесь присутствующих. Интересно, не правда ли? Итак, одна жертва принесена на алтарь мести. Вас осталось ДЕВЯТЬ!” - Всемогущий Мерлин! – прошептала Гермиона, прижав дрожащие руки к губам. “Я среди вас!” Эта ужасная фраза эхом отражалась в мозгу у каждого. Один предатель, один палач. Кто? Кто он?! Неужели кто-то из этих молодых людей способен на столь безжалостные убийства и, кроме того, обладает могущественной темной магией. “Я среди вас!” Чжоу продолжала содрогаться от болезненных рыданий и не могла отвести широко раскрытых глаз от тела Невилла. Поттер первым решился подойти к ней. Присев на пол рядом с девушкой, он молча обнял ее и прижал к себе. Чжоу доверчиво уткнулась ему в плечо и громко зарыдала, больше не сдерживая себя. Все остальные в безмолвном ужасе всматривались в застывшее, искаженное болью лицо Невилла. Гермиона заставила себя посмотреть на Луну. Девушка выглядела как всегда спокойной, но блестевшие от слез глаза выдавали ее тихую, скрытую от всех скорбь. Все знали, что у них с Невиллом зарождался роман, и юноша был готов вот-вот признаться в своих чувствах, но не успел… Какого это? Потерять любовь, так и не изведав ее? - Луна, - едва слышно шепнула Гермиона, голос которой стал хриплым от сдерживаемых слез, - Мне так жаль… - Все правильно, Гермиона, - с грустной улыбкой возразила Луна, - Ничего в этом мире не делается без причины. Значит, судьба распорядилась именно так, и зачем плакать над человеком, который всего лишь завершил свой жизненный путь, воплотил свое предназначение. Теперь он счастлив и свободен, я искренно рада за него! Грейнджер не могла понять, что скрывается за этими отрешенными, разумными словами – равнодушие, грусть или же действительно Луна была счастлива, что ее возлюбленный спасся из этого кошмара. От размышлений Гермиону прервал резкий, воинственный крик. Все разом обернулись и увидели, как Рон Уизли с кулаками бросается на растерявшегося Малфоя. Уизли без труда повалил его на пол и, схватив слизеринца за грудки одной рукой, принялся другой нещадно бить его прямо по лицу. - Мразь! – вопил Рон, сверкая обезумевшими от ярости глазами, - Это твоих рук дело! Это ты предатель! Малфой попытался столкнуть с себя Уизли, но безуспешно – тот был слишком огромен и тяжел. На помощь ему подскочил Блейз, но Уизли и его с легкостью оттолкнул в сторону, продолжая выплескивать свой гнев. - Рон! Сейчас же прекрати! – вскричал Поттер, вырастая рядом с ними, - У нас нет доказательств! Услышав голос друга, Уизли немного пришел в себя и замер с поднятым в воздух кулаком. На Малфоя было страшно смотреть – его лицо было таким же разбитым и кровавым, как и у Невилла. Он буквально захлебывался собственной кровью и непрестанно сплевывал ее. - Поттер, - прохрипел он, - Отзови своего бешеного пса! Уизли в ответ уже хотел опустить свой гигантский кулак на эти ядовитые губы, но Гарри перехватил его руку. - Оставь его, Рон! Может быть, он не виноват в смерти Невилла. - Почему ты защищаешь этого ублюдка? – изумился Рон, нехотя поднимаясь на ноги и с ненавистью наблюдая за тем, как Блейз усаживает избитого товарища. - Если мы начнем бросаться друг на друга, это лишь поможет убийце, - продолжал Поттер, - Мы перебьем себя сами и без его помощи. Нельзя поддаваться своему гневу и превращаться в животных. Мы вместе выясним, кто за всем этим стоит, и только тогда отомстим, когда будем уверены, что нашли истинного предателя. Все кинулись убеждать Уизли, что Поттер прав, и тот, нехотя кивнув, отошел подальше от всех, бросая недобрые взгляды в сторону слизеринцев. Малфой устало прижался спиной к стене – он был не в состоянии даже встать. Блейз заботливо предложил ему свой платок, и Драко пытался хоть немного оттереть кровь с разбитого лица. - Живой? – сухо спросил у него Гарри. Малфой молча кивнул, и по его дрожащим губам и раздувающимся ноздрям, Гарри понял, что Драко взбешен и намерен отомстить Уизли. - Мы должны позаботиться о Невилле, - напомнила Луна. Девушка медленно опустилась на колени перед его бездыханным телом и принялась ласково убирать растрепанные пряди с его побелевшего лица. - Отнесем его в Больничное крыло и наложим чары, - предложила Гермиона, - Его тело будет в сохранности до самого погребения. Поттер молча кивнул, с болью глядя на погибшего друга. Кто бы мог подумать, что скромный и тихий Невилл Лонгботтом погибнет из-за смелого и благородного поступка. Вот он – истинный гриффиндорец! * * * Неприятную обязанность взяли на себя Гарри, Гермиона и Луна. Пока все остальные молча возвращались в гостиную Гриффиндора, они подняли тело несчастного Невилла в воздух с помощью Вингардиума и медленно зашагали в сторону Больничного крыла. Жуткое, бездыханное тело, вытянувшееся так, словно уже лежало в гробу, бесшумно плыло за ними, и каждый боялся обернуться. Путь показался им вечным, но все-таки они добрались до просторных, белоснежных палат Больничного Крыла и бережно уложили Невилла на одну из кроватей. Пока Гарри и Гермиона шептали заклинания, которые должны были защитить тело от разложения, Луна с грустной, вымученной улыбкой создала букеты прекрасных, пышных цветов и украсила ими смертное ложе возлюбленного. В ее потускневших глазах, почти таких же безжизненных, как у Невилла, было столько боли, что Гермиона не удержалась и громко зарыдала, закрыв лицо руками, а Гарри едва слышно прошептал: “Я не знаю, кто это сделал, но он заплатит!” Позаботившись об останках друга, они так же молча и благоговейно покинули Больничное Крыло, с протяжным скрипом затворив тяжелую дверь, за которой остался тот, кто когда-то был Невиллом Лонгботтомом. Гарри уже открыл рот, чтобы сказать что-нибудь ободряющее Луне, но она все с такой же грустной улыбкой мягко дотронулась рукой до его губ и слегка покачала головой. В таком же безмолвии они вернулись в гостиную, по дороге услышав, как огромные старинные часы, расположенные на первом этаже Хогвартса, громогласно возвестили о том, что наступила полночь. Первый день истек, и первая жертва пала. Наступал второй день; “вас осталось девять”. Каждый из пленников напряженно вслушивался в равномерные, тяжелые удары часов и тайно молил небо о том, чтобы не стать “следующим”. * * * В эту роковую ночь никто не мог заснуть. И дело было не только в кровавых кошмарах об ужасных событиях минувшего дня, но и в том, что в воспаленном мозгу каждого пленника отзывалась одна простая фраза: “Я среди вас”. Как можно уснуть, зная, что ты в одной комнате с безжалостным убийцей и предателем. Кто он? И откуда владеет такой огромной магической силой? А в ответ лишь гробовое, мучительное молчание, от которого становилось еще страшнее. Никто не решился остаться в спальне, потому было решено принести в гостиную постельное белье и устроиться в одной комнате. Луне (из сочувствия к ее горю) отдали мягкий диван, на котором она лежала, словно покойник, задумчиво глядя на потолок почти немигающим взором. В соседних креслах устроились Лаванда и Джинни. Чжоу спать отказалась и села на низкий, деревянный стул в дальнем углу комнаты; никто не осмелился заговорить с ней. Парни устроились прямо на полу (благо здесь были ковры) вдоль всей комнаты, а Гермионе выделили теплое место возле самого камина. Малфой, подобно Чжоу, тоже не стал ложиться – его мучили увечья, полученные от тяжелой руки Уизли, и бедняга был вынужден устроиться возле камина и, нахмурившись, протирать лицо платком Блейза, смоченным простой водой. Спустя два часа утомленные ребята все-таки провалились в напряженный, полный кошмаров сон. Продолжали бодрствовать лишь Чжоу, Гермиона и Драко. Дотронувшись до разбитой губы, Малфой приглушенно застонал и чертыхнулся, когда из свежей раны вновь полилась тонкая струйка крови. Гермиона, как истинная гриффиндорка, не могла спокойно наблюдать за страданиями, потому тихонько приподнялась и села рядом с Драко. - Давай я помогу, - предложила она, мягко взяв из его руки багровый от крови платок. Малфой уже открыл рот, чтобы возразить, но Гермиона опередила его: - Я лишь возвращаю долг. Ты уберег меня от заколдованной Чжоу, а я попытаюсь вылечить тебя. И вообще не спорь со мной! - Разве кто-то может тебя переспорить? – усмехнулся Малфой, впрочем, вполне беззлобно. “Подобрел от боли”. Гермиона отложила мокрый платок в сторону и вынула из кармана свой – бледно-розовый с аккуратно вышитыми инициалами “ГГ”. С помощью простых заклинаний она создала миску с водой и выудила из другого кармана походную склянку с лечебным зельем. Добавив несколько переливающихся капель в миску, она окунула платок в заколдованную воду и приложила его к лицу Драко. Тот тут же скривился – зелье сильно щипало раны. - Терпи! – строго сказала Гермиона, нещадно продолжая обмывать зельем его лицо, - Ты это заслужил. - Возможно, - нехотя согласился Драко и вдруг резко схватил ее за руку, заставив девушку вздрогнуть и выронить платок, - Грейнджер, ты веришь в то, что наговорил Уизли? Он смотрел ей прямо в глаза, словно желая прочитать ответ прямо в ее душе. Гермиона невольно сжалась – ей стало не по себе. - Верю ли я в то, что ты и есть убийца? – шепотом переспросила она. Драко кивнул. - Нет, Малфой, я не верю в это. Ее рука тут же была освобождена, и Гермиона принялась растирать онемевшее запястье. - Прости, - вздохнул Малфой, - Очень больно? Гермиона посмотрела на него с удивлением. Чтобы Малфой попросил у нее прощения?! Похоже, что Рон повредил не только его лицо, но и голову. Она отрицательно мотнула головой и вновь взялась за платок. - Завтра все раны заживут, - пообещала она, - Только постарайся впредь не злить Рона, у меня не хватит зелья лечить тебя каждый раз. Драко слегка улыбнулся в ответ. Сейчас он выглядел как-то иначе. Вместо напыщенного, самодовольного подростка Гермиона впервые увидела уставшего, запутавшегося в себе юношу, которому через многое пришлось пройти. Его тяжелый, совсем недетский взгляд красноречиво говорил о том, что он мгновенно повзрослел всего за один год. - Послушай, Малфой, - осторожно заговорила Гермиона, - Ты действительно… Она не смогла договорить – слишком сложно спрашивать о подобном. Но Драко и так прекрасно понял, о чем она хотела спросить. Он горько усмехнулся и отрешенно посмотрел на весело и уютно пляшущий огонь в камине. - …Действительно ли я мог убить Дамблдора? - Откровенность за откровенность, - шепнула Гермиона. Малфой снова повернулся к ней и заглянул прямо в глаза. - Нет. * * * - Умоляю не надо! Помогите! Гарри, Гарри! - Джинни, очнись! Девушка распахнула перепуганные глаза, в которых еще отражались обрывки страшного сна. Как оказалось, во время ночного кошмара она свалилась на пол с кресла, и теперь вокруг нее столпились обеспокоенные друзья, а Гарри с силой тряс ее за плечи, пытаясь привести в чувство. - Это был сон, просто видение, - говорил он. - Сон? – робко переспросила Джинни и тут же упала на его плечо. Поттер крепко прижал ее к себе, успокаивающе поглаживая по волосам. - Из-за этого видения мы все проснулись вместе с Уизли! – недовольно буркнул Блейз и демонстративно зевнул, - Я и так еле смог вздремнуть, теперь точно не засну повторно. - Заткнись, Забини! – сверкнул на него глазами Гарри поверх плеча девушки. - Который час? – тихо осведомилась Чжоу. Ее лицо было бледнее обычного, глаза покраснели и опухли, а под ними появились тени. Бедняжка так и не смогла уснуть. Гарри наконец-то отпустил Джинни и глянул на свои маггловские наручные часы. - 06:40, - сообщил он, - Ну что, давайте окончательно просыпаться. Попробуем что-нибудь перекусить и прийти в себя. - А где Гермиона? Все повернулись к тому месту, где спала гриффиндорка и застыли с открытыми ртами. Возле давно погасшего камина лежали бок о бок Малфой и Грейнджер, укрывшись одним одеялом. Замерзшая под утро девушка сжалась в комочек и доверчиво опустила голову на грудь Малфоя, и тот слегка обнимал ее во сне. Первым из оцепенения вышел Забини. Громко присвистнув, он не сдержал смешка: - А Драко время зря не терял! - Прочь с дороги! – буркнул Рон, резким движением отталкивая его в сторону. Уизли приблизился к спящим и совершенно неделикатно дернул Гермиону за плечо. Девушка недовольно поморщилась и зашевелилась, медленно просыпаясь. От ее движения проснулся и Малфой. Оба непонимающе посмотрели друг на друга сонными глазами, а потом одновременно дернулись в сторону с видом глубочайшего омерзения. - Как это понимать? – возмущался Рон, - Ты что, заодно с этим ублюдком? - Я только… - Оставь их, Уизли, - вмешался Блейз, - У тебя и так есть девчонка – не устраивай сцену ревности. - Какая к черту ревность! – вскричал Рон, - Гермиона, ты понимаешь, что он скорее всего и есть убийца! Он теперь наш главный враг, а ты…ты… Он буквально задыхался от ярости и не мог подобрать нужного определения. - Полегче, Слизли! – угрожающе произнес Малфой, поднимаясь на ноги, - Тебе лишь бы кого-нибудь избить. Сначала предоставь доказательства, а потом обвиняй меня во всех тяжких. И вообще, ты слишком много петушишься. Отводишь подозрения? Рон мгновенно побагровел и неизвестно, чем бы все кончилось, если бы между ними не возникла Гермиона. - Хватит! Заткнитесь оба! Рон, я всего лишь помогла ему залечить раны, которые ты, кстати, и нанес совершенно без причины, а потом мы просто заснули. Ты не имеешь права ни в чем меня обвинять! Даже если бы что-то и было, это мое дело! - Если бы что-то было… - мечтательным тоном повторил Блейз, заработав уничтожающий взгляд от Малфоя. Вездесущий Поттер на этот раз не стал вмешиваться, устав разнимать старых врагов. Он вполне поверил оправданиям Гермионы, да и вообще, по совести сказать, ему было в данный момент наплевать – есть ли что-то между Гермионой и Малфоем или нет. Его интересовал только загадочный убийца, все остальное стало бессмысленной суетой. Когда все наконец-то угомонились и вновь вспомнили про съестные припасы, Гарри повернулся к стулу, на котором всю ночь просидела Чжоу Чанг. - Чжоу, все собрались завтракать, может все-таки присоединишься? К его изумлению стул пустовал, и Чжоу куда-то исчезла. В тревоге Поттер огляделся, но не заметил нигде когтевранку. Остальные уже шумно доставали припасы, сделанные Гермионой, и обсуждали, как экономнее разделить их. Вчера всем было не до еды, зато теперь все были жутко голодны. Разумеется, в этой суматохе никто не заметил исчезновения Чжоу. “Она слишком часто пропадает куда-то, - напряженно думал Поттер, - А что если она и не была заколдована? Неужели она сознательно убила Невилла? Нет, невозможно!” Башню Чжоу не покидала – все бы услышали скрип от двери с портретом Полной Дамы. Быть может, она поднялась в женскую спальню, чтобы побыть одной? Нужно проверить. Гарри незаметно отделился от остальных и подошел к лестнице, ведущей в спальню для девочек. Он помнил про каток, в который превращались заколдованные ступени, потому пришлось тихонько позвать девушку: - Чжоу! Чжоу, ты здесь? Ответа не последовало. А если на нее напали? Вдруг она сейчас умирает?! Поттер решительным движением вынул палочку и применил заклинание, отменявшее простые чары. Лестница долго не поддавалась, но все же под его напором приобрела свой прежний вид. Не теряя времени даром, юноша тут же вбежал по ступеням наверх и ворвался в женскую спальню. - Чжоу! Нет!