Десять к одному

Едва очнувшись от сна, Гарри Поттер уже дернулся, чтобы встать и поспешить к потайной двери, которую он видел во сне, однако только сейчас спохватился, что все еще связан. - Проклятье! – в гневе вскричал он, и его хриплый голос яростным эхом отразился от стен. Убитый друг послал ему видение в помощь, каким-то образом смог ненадолго вырваться из потустороннего мира, чтобы дать ему подсказку, а он не может ею воспользоваться из-за каких-то простых веревок! Пылающий гневом и жаждой мести, Гарри принялся извиваться всем телом и медленно подполз к горящей лампадке. Прямо на полу развернувшись к ней спиной, он на ощупь открыл раскаленную крышку и, глубоко вдохнув и зажмурившись, выпустил горящий синим пламенем заколдованный огонь себе на руки. Комната вновь наполнилась душераздирающим криком, зато веревка, стягивавшая руки пленника, была мгновенно сожжена. Тяжело дыша, Гарри посмотрел на свои жестоко обожженные руки, которых он почти не чувствовал от дикой боли. Что ж, такова цена мести. Ради того, чтобы уничтожить убийцу лучшего друга, храбрый юноша готов был не только обжечься, но и отхватить себе обе руки. Не теряя времени даром, пленник с трудом распутал узел на ногах, морщась от боли в непослушных пальцах. Затем он вскочил на ноги и поспешил к той самой стене, к которой его привел призрак Рона. Потайной рычаг был на том же месте, что и во сне, и, как только Гарри с силой надавил на него, в стене открылся знакомый потайной ход с лестницей. Подумав, Гарри вернулся за лампадкой и, вновь закрыв крышку, поднял ее той рукой, что была обожжена чуть поменьше. Призрачного синего света вполне хватило для того, чтобы осветить путь. - Скоро твоя душа обретет покой, Рон, - прошептал Гарри, прежде чем переступить порог потайного хода, - Я отомщу за тебя и всех остальных! * * * Чуткий сон Малфоя вновь его не подвел, и слизеринец мгновенно проснулся, услышав тихий шорох рядом с креслом, в котором спал. Кто-то медленно шел позади него. Слегка приоткрыв глаза, Драко бесшумно вытащил палочку из кармана и, выждав немного, резко вскочил на ноги, выставив палочку перед собой. Даже в полумраке он по приглушенному вскрику сразу понял, кто перед ним. С кривой ухмылкой опустив палочку, юноша подошел к застывшей Гермионе. - Не смотри на меня так, - пробормотала девушка, - Я не замышляла ничего дурного. - Неужели? – приподнял бровь Малфой, не спуская с Гермионы жуткого, блестящего в темноте взгляда, - Тогда к чему эта вечерняя прогулка? Уже половина десятого, через час мы все проснемся и будем следить друг за другом. Но ты, видимо, решила изменить наш план. - Через час я бы вернулась. Малфой вдруг резко схватил ее за руку и до боли сжал тонкое запястье, заставив гриффиндорку пискнуть от боли. - Откуда вернулась? – строго спросил он, сверля ее испытующим взором. - Из кладовой Снейпа, - почти со слезами ответила Гермиона, - Я не могу уснуть, меня мучают кошмары и страхи. Я хотела поискать успокоительное. - Что за глупости, - презрительно бросил Драко, - С каких это пор отважной гриффиндорке нужно успокоительное, да еще и в такой ответственный момент? Из красных, измученных глаз Гермионы вдруг хлынули слезы, и она с беззвучными рыданиями повалилась на колени. Малфой по-прежнему крепко сжимал ее руку, но не попытался поднять девушку на ноги. - Я больше не могу… - в отчаянии проговорила Гермиона, захлебываясь слезами, - Я вовсе не такая сильная, как все думают. Я боюсь и не могу подавить свой страх. А теперь и ты опять подозреваешь меня! Драко шумно выдохнул, а затем медленно опустился на пол рядом с ней и уже мягче сжал ее нервно вздрагивающие плечи. - Я не знаю, что думать, - растерянно прошептал он, - Ошибка может стоить жизни и тебе, и мне. Кто знает – быть может сейчас я утешаю убийцу, а может – обвиняю жертву. - Не думай сейчас об этом, - так же тихо сказала Гермиона, робко касаясь его бледной щеки, - Я Гермиона, твоя Гермиона; неужели тебе мало того, что я здесь – живая, невредимая и любящая тебя? Вместо ответа Драко с жаром прильнул к ее дрожащим губам, на которых чувствовался соленый привкус слез. Но поцелуй был резко прерван громким девичьим криком. Малфой и Грейнджер тут же вскочили на ноги и увидели перепуганную Джинни Уизли, выбежавшую из башни, ведущей в спальню девочек. Едва оказавшись в гостиной, девушка захлопнула дверь и отскочила от нее подальше. - В чем дело? – сдвинув брови, прикрикнул на нее Малфой. - Они там! – срывающимся голосом вскричала Джинни, дрожащей рукой направляя палочку на дверь, - Их там не меньше десятка! - О ком ты говоришь? Словно услышав вопрос юноши, “они” все-таки ворвались в гостиную. Дверь в девичью башню с грохотом слетела с петель, и на пороге показался гигантский мохнатый паук, заполнивший своим мерзким телом и длинными лапами весь дверной проем. Трое молодых людей дружно вскрикнули от ужаса и кинулись к двери с портретом Полной Дамы. Монстр, поняв, что добыча убегает, поспешно протиснулся в узкий для него проем и с невероятной быстротой понесся следом за удирающими ребятами. Но Гермиона на бегу выкрикнула защитное заклинание, и паук ударился о невидимую преграду. Малфой тем временем распахнул спасительную дверь, и все трое оказались в коридоре. Защитное поле тут же спало, и паук с еще большей яростью бросился в погоню. На этот раз его отшвырнуло назад заклятье, брошенное слизеринцем. Чудовищный паук, сцепив волосатые лапы вместе, бомбой полетел обратно в комнату и столкнулся с еще парой пауков, перевернув их на спину. Воспользовавшись этой заминкой, ребята со всей мочи бросились бежать, не разбирая дороги. - Откуда они взялись? – на бегу спросил Малфой. - Я пошла в ванную, - задыхаясь от бега, ответила Джинни, - Но тут плитка на одной из стен стала рушиться, и за ней оказалась какая-то шахта. Из нее и полезли эти твари. Драко мысленно поблагодарил Мерлина за то, что не повстречался с подобным монстром, когда оказался заперт в одной из многочисленных шахт Хогвартса. - Они догоняют! – в ужасе крикнула Гермиона, услышав позади себя топот многочисленных лап. - Быстрее! – только и мог сказать на это Драко. Они пробежали весь первый этаж Хогвартса и оказались возле входа в теплицу мадам Стебль. Не долго думая, Малфой подскочил к старой деревянной двери и распахнул ее с помощью Алахоморы. Пауки уже показались из-за поворота, и Драко, схватив Гермиону за руку, влетел вместе с ней в прохладную теплицу. Пауки были уже настолько близки, что могли заметить, куда спрятались беглецы, поэтому Малфой, ни секунды не колеблясь, наглухо захлопнул дверь. - Нет!! Немного замешкавшаяся Джинни в отчаянии вцепилась в ручку двери, но было уже поздно. Понимая, что умолять бесполезно, девушке ничего не оставалось кроме как бежать дальше, надеясь, что впереди будет еще какая-нибудь дверь. - Ты что делаешь! – в ужасе воскликнула Гермиона и попыталась ухватиться за ржавую ручку, чтобы впустить Джинни. Но Малфой мгновенно перехватил ее руку и сжал за спиной девушки. - Не смей! – властно процедил он над самым ее ухом, - Если мы откроем дверь, пауки ворвутся сюда и сожрут всех троих. А так хотя бы у нас появляется шанс на спасение. - Ты чудовище! – со слезами выдохнула Гермиона, беспомощно обмякнув в его руках, - Ты самый жестокий, ужасный…ненавижу!.. - Заткнись! – негромко прикрикнул на нее Драко и потащил упирающуюся девушку внутрь теплицы, - Они все еще бегут рядом и могут услышать нас. Драко увел ее в дальний угол заросшей самыми разнообразными растениями теплицы и заставил опуститься вместе с ним на пол. Оба замолчали и, прижавшись друг к другу, начали напряженно наблюдать за полупрозрачными хрупкими стенами своего убежища, сквозь которые мелькали жуткие тени гигантских пауков. Вдруг один из последних пауков замер, остановившись возле самой стены. Драко и Гермиона затаили дыхание, во все глаза наблюдая за его неподвижными очертаниями. Похоже, он услышал какой-то подозрительный звук из теплицы и теперь остановился, чтобы прислушаться. Гермиона до боли вцепилась во влажную руку Малфоя, слыша, как бешено бьется ее сердце. Она была так сосредоточена на тени паука, что не заметила, как с одного из широких листьев какого-то растения, нависшего прямо над ней, спустилась огромная жирная гусеница отвратительного вида. Она была намного больше обычной, незаколдованной гусеницы, и по всему ее телу шли целые ряды безобразных шипов и отростков. Мерзкое создание тихонько сползло вниз прямо по листу и почти неощутимо перебралось на плечо девушки. Гермиона почувствовала странное движение в собственных волосах, в беспорядке разбросанных по плечам, и повернула голову. Прямо перед ее носом и оказалась отвратительная гусеница. От неожиданности Гермиона негромко вскрикнула и поспешно стряхнула с плеча эту дрянь, тут же уползшую прочь. Этого приглушенного звука хватило пауку. Уже в следующее мгновение Теплицу огласил грохот от огромной, сильной лапы, ударившей об хрупкую стену теплицу и проломившей в ней дыру. * * * Разрывая грудь собственным рваным дыханием, Джинни неслась все вперед и вперед, напрягая последние силы. Пауки уже щелкали своими жуткими челюстями над самой ее головой – еще буквально сантиметр, и они схватят свою беззащитную жертву. Уизли уже несколько раз пускала в них различные заклятья, но хитрые твари быстро сообразили, что от них можно увернуться и всякий раз резко прижимались к стенам, чтобы опасный сияющий луч из ее палочки пронесся мимо. Этих коротких заминок хватало девушке лишь для того, чтобы опередить их еще на несколько спасительных шагов и выгадать время. Наугад метнув позади себя очередной проклятье, задержавшее пауков, и свернув в очередной темный коридор, Джинни вдруг споткнулась об какой-то выступ в полу. Это же ручка от очередного потайного люка! С торжествующим восклицанием гриффиндорка поспешно опустилась на колени и потянула за старую ручку. Естественно, заперто. На секунду оглянувшись, Джинни с ужасом увидела, что черные силуэты пауков вновь догоняют ее. Не мешкая, девушка применила Алахомору, и крышка люка с недовольным скрипом начала поддаваться. - Ну же! – в отчаянии шептала Джинни, побелевшими пальцами вцепляясь в проклятую ручку, - Давай! Старая крышка как назло открывалась с большим трудом. Пыхтя и морщась от напряжения, девушка вновь и вновь налегала на нее. Один из пауков уже потянулся к ней своими мерзкими мохнатыми лапами, намереваясь проткнуть ими тонкое, слабое тело Джинни. Но в тот же миг дверца все-таки распахнулась, и девушка тут же нырнула в черную бездну, захлопнув за собой тяжелую крышку, придавившую две лапы проклятого паука. Весь коридор огласился его противным визгом. В полной темноте Джинни упала на крутые, влажные от сырости ступени и, тут же оступившись, кубарем покатилась вниз, больно ударяясь о каждую ступень. С громким криком она повалилась к самому подножию длинной лестницы и потеряла сознание. * * * Едва проникнув в потайной ход, подсказанный призраком, Гарри сразу же понял, где оказался. Сырые, поросшие отвратительным мхом, стены с многочисленными изображениями змей было невозможно забыть. Он вновь попал в тайную комнату. “Выходит, есть два входа в нее”, - отметил про себя юноша, хлюпая промокшими ботинками по мокрому холодному полу. Заколдованная лампадка давала достаточно света, но совсем не грела, потому Гарри сразу же замерз. Дрожа всем телом, он шел все быстрее, пытаясь хоть немного согреться. “Зачем Рон показал мне этот ход? – продолжал свои размышления Поттер, чтобы хоть немного отвлечься от холода, - Если он хотел просто освободить меня, то его план не сработал – это новая ловушка. В прошлый раз из тайной комнаты нас вытащил Фоукс. Быть может, есть еще какие-нибудь скрытые двери и тоннели, по которым можно выбраться наружу, но я не знаю, как обнаружить их. Значит, Рон хотел показать мне что-то другое”. Очнувшись от размышлений, Гарри только сейчас понял, что машинально пришел к тому самому каменному изваянию, внутри которого прятался ужасный василиск. Теперь от знаменитого чудовища остался лишь внушительный и все же жалкий скелет. Останки гигантской змеи нетронутыми пролежали здесь все пять лет. Гарри медленно приблизился к поверженному врагу, снизу-вверх глядя на его чудовищные кости, даже после смерти василиска внушавшие страх своим невероятным размером. И сейчас Гарри казалось невероятным, что он, будучи двенадцатилетним мальчишкой, смог одолеть это дьявольское создание. Взгляд юноши переместился на безобразную огромную голову с разинутой пастью, из которой торчали целые ряды отравленных клыков. Одной маленькой царапины было достаточно, чтобы за несколько минут уничтожить противника. “Жаль, что это недостаточно легкая смерть для убийцы друзей, - мрачно подумал Гарри, и его взгляд сделался жестким, - Но яд василиска тоже способен достойно отплатить ему”. Не теряя времени даром, Поттер принялся карабкаться по каменному истукану, чтобы с него дотянуться до мертвой головы и заполучить один из смертоносных клыков. Только действовать нужно предельно осторожно – одна царапина могла стоить жизни. Балансируя на скользком выступе, он вытянул вперед дрожащую от напряжения руку и с трудом дотянулся до отвратительной головы и, схватившись за самый маленький из клыков, резким движением выдернул его из скелета. В тот же миг гигантские останки пришли в движение. Жуткая пасть разинулась еще шире, и из нее вырвался такой противный и громкий визг, что Поттер от неожиданности поскользнулся и с грохотом упал на мокрый пол, чудом ничего не сломав. Тут же подняв голову, он округлившимися от ужаса глазами наблюдал за тем, как скелет поверженного василиска быстро оживал. * * * Прежде чем гигантский паук успел ворваться в теплицу, Малфой выставил вперед палочку и создал защитный барьер. Монстр, едва заметив пропавшую добычу, тут же бросился вперед, но с удивлением натолкнулся на невидимую преграду. С дикой злобой он вновь и вновь бился об волшебную стену, и от каждого его удара Малфой вздрагивал всем телом. - Я не смогу сдерживать его вечно, - сдавленно пробормотал он, медленно поднимаясь на ноги вместе с Гермионой и не опуская палочку. - У меня есть идея, - ответила Грейнджер, - Держи его, я сейчас. - Поторопись! Пока Драко удерживал защитный барьер, Гермиона принялась разглядывать многочисленные горшки с заколдованными растениями. Она еще со второго курса помнила, что нужное ей растение было где-то здесь…в таком небольшом темно-коричневом горшке…ну где же оно?! - Что ты копаешься? – вновь подал голос Драко, - Он сейчас пробьется! Паук в очередной раз разбежался и вновь попытался взять барьер на таран, заставив юношу упасть на колени от сильного удара, однако стена все еще стояла намертво. - Я стараюсь! – с негодованием воскликнула Гермиона, продолжая свои поиски. Наконец, она заметила горшок со знакомым растением. Очень толстый темно-зеленый стебель с красивыми большими цветами ярко-розового цвета невозможно было перепутать. Не теряя времени даром, гриффиндорка схватила горшок, предусмотрительно стараясь не зацепить овальные, сочные листья и пышные цветы. - Что это еще за куст? – удивился Малфой. Гермиона пропустила его вопрос мимо ушей. - На счет “три” снимай барьер! – властно сказала она. - Чтобы он сожрал нас?! - Делай, что говорят! – тоном истинной гриффиндорки прикрикнула на него Гермиона. Драко с беспокойством покосился на безобидное растение с прекрасными цветами, но все же кивнул, и Гермиона тут же начала отсчет: - Раз…два…три! Малфой тут же снял чары, и паук с победоносным видом уже понесся на своих жертв, но Гермиона сразу же запустила в него тяжелым горшком. Стебли растения, натолкнувшись на его мохнатую голову, вдруг пришли в движение и, быстро увеличиваясь в размерах, обхватили все его тело и лапы, заставив монстра беспомощно повалиться на пол. А чудесные благоухающие цветы вдруг превратились в отвратительные зубастые пасти с целым рядом острых зубов. Все они жадно впились в тело паука, завизжавшего от боли. Кровожадное растение, крепко удерживая барахтающуюся и вопящую жертву, принялось поедать его. Эта сцена была такой отвратительной, что Гермиону едва не стошнило. Она во все глаза смотрела на то, как чудовищные цветы-пасти отрывают от живого паука лапы и куски тела и мгновенно проглатывают. Малфой, морщась от отвращения, поспешно схватил ее за руку, и, заставив отвернуться от погибающего паука, быстро повел прочь из теплицы. - Ты гений, Грейнджер, но можешь быть коварной и жестокой, как истинная слизеринка, - шепнул он ей. - Нет, Драко, я не такая как ты, - сухо ответила девушка, - Я бы никогда так не поступила с Джинни, которой ты, между прочим, обязан жизнью. Если с ней что-нибудь случится, я тебе никогда этого не прощу! Драко закусил губу и ничего не ответил, в душе понимая, что ее слова совершенно справедливы. - Идем! – скомандовала гриффиндорка, - Мы должны найти ее. * * * Крупная холодная капля воды упала Джинни прямо на лицо и заставила ее мгновенно очнуться. Резко распахнув глаза, девушка тут же вскочила на ноги и с тревогой осмотрелась по сторонам. Она почти ничего не увидела в кромешной тьме подземелья. Лишь белый камень лестницы выделялся во мраке. Могильную тишину нарушали только мерные удары капель воды, падавших с потолка, да рваное шумное дыхание самой Джинни. К счастью волшебная палочка не потерялась во время падения, и Джинни на ощупь нашла ее рядом с местом, на котором лежала без сознания. Дрожащим голосом шепнув “Люмос”, она хоть немного осветила помещение. Это был какой-то древний подземный зал, целиком выложенный темным сырым камнем. Приблизившись к стенам, Джинни смогла разглядеть какие-то жуткие мистические рисунки, изображавшие толпу людей в длинных белых балахонах с капюшонами. Все они, судя по рисункам, собирались в этом магическом зале и творили какое-то темное колдовство. Округлившимися от ужаса глазами девушка наблюдала за целой чередой отвратительных рисунков с жертвоприношениями, сумасшедшими, чернокнижниками и пытками. Все в кровавых и черных тонах, все лица перекошены кровожадной, безумной радостью и злобой, а изображения несчастных жертв полны страха и боли… Словно загипнотизированная, Джинни молча стояла, вглядываясь в каждый рисунок, пока не заметила, что фигуры на стене вдруг пришли в движение: люди в белых плащах принялись заламывать руки наверх и от них послышалось дружное пение, похожее на церковное, а жертвы принялись корчиться и метаться, и весь зал наполнился их бешеными криками и мольбами о милосердии. Опомнившись, Джинни с ужасом отскочила от ужасной стены, и древние изображения вновь застыли в своих прежних позах. Только сейчас перепуганная девушка поняла, что оказалась в том самом зале, в котором любая магия увеличивалась в разы. Но какой ценой! Неограниченная магическая мощь подпитывалась кровью и забирала душу. “Вот как он это делает! – думала Джинни, - С каждой новой жертвой убийца увеличивает свою силу. Выходит, все погибшие были принесены в жертву на алтарь черной магии”. Нужно выбираться из этого ужасного места! Джинни метнулась в сторону лестницы, по которой попала сюда, но, едва она шагнула на первую ступеньку, как лестница вдруг вспыхнула ослепительным белым светом и исчезла прямо у нее из-под ног. Попасть в этот зал оказалось не так сложно, но как теперь выбраться? И почему убийца не позволил Гарри и Рону попасть сюда, но допустил, чтобы Джинни проникла в заколдованный подземный зал? Паника все нарастала. Девушка принялась метаться по всему залу, пытаясь найти еще какой-нибудь способ выбраться. Едва ступив в дальний угол помещения, она вдруг почувствовала неприятный хруст у себя под ногами. Посмотрев вниз, она громко вскрикнула и поспешно отскочила в сторону: половину зала занимала целая груда древних скелетов, наполовину скрытых толстыми нитями паутины. Джинни почувствовала, как по ее щекам беззвучно потекли предательские слезы. - Кто-нибудь! – в отчаянии закричала она, вновь и вновь оглядываясь по сторонам, - Помогите! Вытащите меня отсюда! В тот же миг прямо перед ней в стене образовалась знакомая большая дверь, ведущая на верхние этажи Хогвартса. Не веря своему счастью, Джинни бегом бросилась к ней и схватилась за ржавую ручку, однако дверь оказалась заперта. - Нет, нет! – бормотала Джинни, с силой дергая несчастную ручку и напрасно применяя Алахамору, - Должен быть способ открыть дверь. И способ действительно нашелся. Через мгновение рядом с Джинни прямо из воздуха образовался дубовый стол с несколькими пробирками, внутри которых была разноцветная жидкость. Рядом с ними лежал клочок пергамента. Дрожащей рукой девушка подняла записку и прочитала: “Пришедший сюда из пустого любопытства – мгновенно погибнет, поплатившись за свое безрассудство; пришедший не по своей воле – будет принесен в жертву; посвященный в тайны сего магического места – легко найдет выход; пришедший по незнанию – получит шанс на спасение: в одной из колб зелье, которое позволит ему пройти сквозь запертую дверь, в остальных – яд.” Страшное послание выскользнуло из ослабевших пальцев и мягко опустилось обратно на стол. Джинни прерывисто выдохнула и, склонившись над столом, принялась внимательно разглядывать каждую колбу. Ни малейшей подсказки! Абсолютно одинаковые изящные колбы с желтой, розовой, синей, зеленой и бесцветной жидкостью. Последняя тут же привлекла внимание, резко выделяясь среди цветных зелий. “Быть может, бесцветное зелье сделает и меня полупрозрачной и позволит пройти сквозь дверь? – размышляла Джинни, - Скорее всего так и есть. Это как детская загадка – найти лишнее. Но все же…как-то слишком просто”. Поколебавшись еще немного, Джинни все-таки протянула дрожащую от волнения руку и взяла ту самую колбу, в которой была жидкость, больше похожая на обычную воду. Она выглядела самой безобидной из всех. Глубоко вдохнув, девушка поднесла колбу к пересохшим губам и одним резким глотком выпила все зелье. Не прошло и мгновения, как ее горло обожгла такая невыносимая горечь, что стало невозможно дышать. С глухим стоном, Джинни повалилась на пол. Несколько секунд весь зал оглушали неприятные, отчаянные хрипы задыхающегося человека, а потом все стихло. В тот же миг текст записки поменялся: “Пришедший по незнанию – будет обманут и принесен в жертву, ибо для любого чужака во всех колбах будет яд”. А уже в следующую секунду и стол, и оставшиеся зелья вспыхнули пламенем и исчезли. А на полу осталась лежать бездыханная девушка, все еще сжимавшая безжизненной рукой ту самую колбу, которую добыл Драко Малфой. * * * Малфой и Грейнджер ступали по очередному коридору, когда до них донесся едва слышный бой часов из Большого Зала, возмещавший, что прошел очередной час. Оба тут же замерли, с нескрываемым ужасом уставившись друг на друга. Несколько мучительных, бесконечных минут они молча ждали, сцепив влажные от волнения руки. Но ничего не происходило. Спустя пять минут Малфой не сдержал шумного выдоха облегчения. - Значит, не мы! – с торжествующей улыбкой воскликнул он, заставив Гермиону вздрогнуть, - Ты понимаешь, Гермиона, это не мы! Он пылко обнял все еще хмурую девушку, будто не замечая ее тревоги. - Это значит, что погиб кто-то другой, - мрачно заключила она, даже не пытаясь вырваться из его объятий, - Либо Гарри, либо Джинни… - Скорее всего Джинни, - отпустив Гермиону, вздохнул Малфой, - Ведь за ней гналась целая армия пауков. Я уверен, что этих тварей послал убийца, они не могли просто так вырваться из своего логова и напасть без причины. - Если ты прав, то получается, что убийца – это Гарри, - медленно проговорила Гермиона. - Получается, что так, - кивнул юноша, - Если честно, я с самого начала подозревал их обоих. В таком случае, мы должны найти Поттера и обезвредить. - Вначале давай все же попробуем отыскать Джинни. Если она жива, то значит – мы ошиблись, а если же нет… - Гермиона перевела дух, - Мы должны позаботиться о ее теле. - Хорошо, идем. Они продолжили поиски и вскоре забрели в ту самую комнату, посреди которой был люк, ведущий в подземный зал. Внимательная Гермиона тут же заметила его и, схватив Малфоя за рукав, потащила юношу прямо к нему. - На месте Джинни я бы попыталась проникнуть туда, - заметила гриффиндорка, дергая за старая ручку, - Заперто. Малфой опустился на колени рядом с ней и тоже попробовал открыть люк. - Эй, Джинни! – громко позвал он, постучав по железной крышке, - Ты здесь? Ответа не последовало. Тогда Гермиона применила Алахамору, однако на этот раз крышка не поддалась. - Видимо, она все-таки не пряталась туда, - разочарованно вздохнула Гермиона, - Его невозможно открыть. - Подожди, есть еще одно заклинание. Малфой вынул палочку и, дотронувшись ею до крышки люка, что-то быстро прошептал. В тот же миг крышка сделалась полупрозрачной, но внизу все равно ничего не было видно – сплошная мгла. - Ее там нет, Драко, - с нетерпением сказала Гермиона, - Идем дальше. - Мне интересно, что вообще в этом люке, - остановил ее Драко. - Люмос его не осветит, - нравоучительным тоном напомнила Гермиона, - Крышка лишь кажется полупрозрачной. - А ты попытайся. Закатив глаза, Гермиона нехотя достала палочку и произнесла “Люмос Максима”, вложив в заклятье как можно больше силы. И магический свет действительно сумел пробиться сквозь заколдованную крышку и немного озарил то, что скрывал под собой древний люк. Увиденное заставило Драко и Гермиону ахнуть от изумления: посреди какого-то заброшенного зала неподвижно лежала Джинни Уизли в жуткой скрюченной позе, а ее лицо, обращенное к потолку, выражало такое страдание, что молодые люди содрогнулись, глянув на него. К груди она прижимала какой-то маленький блестящий предмет. - Что у нее в руке? – сглотнув, пробормотал Драко, силясь рассмотреть этот предмет. - Я не знаю, - всхлипнула Гермиона, глаза которой застилали слезы, - Бедная Джинни… Что с ней сделали?.. - Это явно не работа пауков, - задумчиво проговорил Малфой, - Она сумела спрятаться от них в этом люке, но здесь ее поджидала другая опасность. Наверняка это как-то связано с предметом в ее руке... Что же это за предмет?.. Драко сощурился еще сильнее и вдруг похолодел, поняв наконец, что именно сжимала безжизненная рука девушки. - Великий Мерлин! – вскричал он и принялся дрожащими руками обшаривать все карманы. Колбы с ядовитым зельем не было! - В чем дело? – удивилась Гермиона. - Ее отравили, - сдавленно пробормотал Драко, - Тем самым зельем, что я унес из кладовой Снейпа. Она сжимает пустую колбу из-под этого зелья. Гермиона во все глаза уставилась на растерянное лицо Малфоя, и ее рука с палочкой, на конце которой все еще сиял Люмос, медленно повернулась в сторону Драко. - Гермиона, ты что? – удивился слизеринец, - Я не делал этого! Зелье кто-то выкрал! Я понятия не имею, кто и как это сделал, но я не причастен к отравлению Уизли. - Ты хотел ее смерти! – выдохнула Грейнджер, - Поэтому ты не впустил ее в теплицу. - Нет, клянусь, что нет! – в отчаянии вскричал Драко, - Меня уже в который раз обвиняют в преступлении, которого я не делал. - Прости, Драко, но я больше не верю тебе. - Гермиона, выслушай меня!.. Малфой не успел договорить, потому что в следующее секунду из палочки Гермионы вырвалось оглушающее заклятье, погрузившее его в кромешную тьму.