Десять к одному

- Проклятье! – вскричал Малфой и, бросившись к неподвижной девушке, упал перед ней на колени. Гермиона выполнила свое обещание последовать за якобы погибшим возлюбленным. Гарри не сдвинулся с места и молча наблюдал за тем, как Драко, посылая все возможные проклятья Мерлину, пытается привести бедняжку в чувство. - Не стой столбом! – гаркнул слизеринец, обернувшись наконец к Поттеру, - Она умирает, черт возьми! Гарри не шелохнулся, будто не слыша его. Тогда Малфой, не теряя времени даром, поспешно отодрал рукав от собственной рубашки и обмотал им раненую руку Гермионы в виде самодельного жгута. Кровь, бесконечным потоком текущая из поврежденной вены, остановилась, но лицо бедной девушки все еще оставалось бледным и безжизненным. - Сколько крови… - в тревоге бормотал Драко, стягивая жгут еще туже, - Ей нужна помощь лекаря. Поттер, ты так и собираешься стоять и хлопать глазами? Перестань строить из себя идиота и принеси воды. На этот раз Гарри все-таки откликнулся и, взяв небольшой таз, всегда стоявший в углу, набрал в него теплой воды из раковины. Поставив таз рядом с Гермионой, он вновь отошел в тень и принялся задумчиво наблюдать за тем, что происходило вокруг него. Драко тем временем побрызгал немного водой на побелевшее лицо девушки, а затем принялся осторожно промывать многочисленные ранки на ее руке. Несмотря на все его старания Гермиона по-прежнему была без сознания. - Она умрет? – совершенно спокойно поинтересовался Гарри, нарушив долгую тишину. Драко метнул в него укоряющий взгляд. - Должен тебя огорчить, Поттер, - она поправится. Но ей все равно нужен лекарь, я не знаю подходящих заклятий и не умею зашивать раны. - Ты же сделал жгут и отмыл кровь – пока этого хватит. Не выдержав, Драко резко поднялся на ноги и в упор посмотрел на гриффиндорца: - Тебе совсем наплевать на нее? - Несколько дней назад тебе тоже было наплевать на Гермиону, - парировал Гарри, - А теперь ты вдруг строишь из себя влюбленного. - Я никого из себя не строю, - процедил сквозь стиснутые зубы Малфой, - Я люблю ее… Громкий, неприятный хохот Поттера прервал его. - Никогда в жизни не поверю! – сквозь нервный смех заявил юноша, - Ты не знаешь, что такое настоящее чувство. Смех резко застыл на его губах, и лицо Поттера сделалось серьезным и неподвижным, взгляд отрешенно уставился в сторону от изумленного такой резкой переменой Малфоя. - Ты не знаешь, что значит любить, - скорее самому себе продолжал Гарри, - Любить самозабвенно, всей душой, любить так, что даже боль принимаешь за высшее благо, а потом в одночасье этого лишиться и осознать, что даже любовь не имеет той великой ценности, как все считают, раз ее так легко уничтожить. Драко понял, что Поттер узнал о гибели Джинни, потому резкие слова, готовые сорваться с его губ, остались непроизнесенными. В его стальных, обычно равнодушных глазах даже мелькнула тень сочувствия. В конце концов, он был одинаково обязан жизнью и Джинни, и Поттеру. К тому же, он сам захлопнул спасительную дверь перед самым лицом бедной девушки, потому чувствовал часть вины за ее смерть на себе. Тем временем притихший Поттер вновь обернулся к нему, словно очнувшись от сна, и его глаза лихорадочно заблестели из-под стекол очков. - Послушай, Малфой, - быстро заговорил он, - Пока Гермиона без сознания мы можем поговорить начистоту. Я говорил с убийцей, и он показал мне свою цель, позволил узнать, почему погибли наши друзья и что с ними произошло на самом деле. Я не стану рассказывать подробности – на это нет времени. Я буду откровенен: долгое время я подозревал тебя, затем, - после таинственной гибели Рона, - я был уверен, что виной всему Джинни. Но теперь, когда она тоже умерла, а тебя я только что вытащил из бездны, я понял, что остается только Гермиона. Посмотри правде в глаза, Малфой, все указывает на нее. Она часто исчезала и у нее была прекрасная возможность уничтожить всех, одного за другим. Затем она стала строить из себя плаксу и жертву, что совсем не в ее характере (я знаю ее гораздо лучше, чем ты). Говорю тебе – с ней что-то не так. Возможно, она единственная из всех нас, кто действительно сошел с ума. Драко молча слушал, то и дело поглядывая на беззащитную, полумертвую девушку, распростертую у его ног. Она даже не подозревала, что ее судьба в руках юноши, которого она сама приговорила к смерти. И сейчас сердце Драко разрывалось от противоречивых чувств, между любовью и холодным рассудком. Внезапная догадка дала Гарри еще один веский аргумент: - Это ведь она едва не убила тебя? Драко едва заметно кивнул, придав тем самым Поттеру уверенности: - Все сходится, Малфой! Она оставила тебя умирать, а сама в этот момент водила меня по подземелью, или же ее призрак – черт знает, с кем я на самом деле говорил. Она и есть тот безумец, которого мы ищем! - Тогда почему она попыталась покончить с собой? – не сдавался Малфой. Этот вопрос заставил Поттера задуматься. Он в сомнении взглянул на неподвижное, неестественно-бледное лицо девушки, однако в нем не проснулось и капли сострадания. Слишком сильна была жажда мести. - Наш преступник так хитер и изворотлив, - медленно проговорил Поттер, - Я не удивлюсь, если все это очередной спектакль. Однажды она уже “умерла”. - Это совсем другое дело, - прервал его Малфой, - То была наша с Блейзом затея. - План придумал Блейз? - Да. - Она могла задурить ему голову, пригрозить, наложить на него Империус, в конце концов. Я уверен, что на самом деле идея принадлежала ей, она лишь внушила ее Блейзу. - По-твоему, это притворство? – хмыкнул Драко, кивнув на перепачканную кровью одежду гриффиндорки, - Рана и кровь настоящие, Поттер. Она действительно раскромсала себе вену. - Значит, она сделала это намеренно. Мы нашли ее, когда она была еще жива, она знала, что я непременно спасу тебя, поэтому предупредила, что кому-то из выживших нужна моя помощь. Это она переместила меня на башню, чтобы я помог тебе. И она знала, что ты непременно найдешь ее и остановишь ей кровь – это все ее очередной план. Но пока она без сознания, у нас появляется шанс… - На что ты намекаешь, Поттер? – с подозрением спросил Драко. Юноша посмотрел на него в упор и недрогнувшим голосом произнес: - Убьем ее сейчас. - Ты спятил! Малфой вновь опустился на пол, загородив собой девушку. - Это единственный способ отомстить за погибших друзей и спастись самим, - убеждал его Гарри, медленно подступая все ближе, - Смирись, Малфой, твоя так называемая “любовь” так же хрупка, как и моя. Я пережил эту жертву, я не отчаялся до конца, узнав о гибели любимой. Будь же и ты сильным, побори свои чувства и прими страшную правду. Ты и сам все прекрасно понимаешь, но отказываешься поверить, потому что ты вбил в себе в голову эту поганую любовь! - Еще шаг, Поттер, и я забуду о том, что обязан тебе жизнью! – вдруг твердо выкрикнул Малфой, - Ты свою любовь не защитил, а я от своей не отступлюсь. Я тоже не отчаялся до конца, и я не верю в то, что это она. Гермиона невиновна! - Опомнись, глупец! – Поттер начинал терять терпение, и его рука потянулась к карману с ядовитым клыком, - Она обманула тебя, она играла на твоих чувствах… - Нет, Поттер, это ты на самом деле не знаешь, что такое любовь. Она гораздо сильнее, чем ты думаешь, она позволяет узнать то, на что разум не способен. Пусть все доводы говорят против нее, но я твердо знаю: Гермиона невиновна. - Как же сильно она задурила тебе голову, - покачал головой Гарри, опуская руку в карман. Решив, что он собирается вынуть волшебную палочку, Малфой вдруг резко обернулся и, выхватив из кармана Гермионы ее палочку, метнул в Поттера заклятье, отбросившее его назад. Гриффиндорец пролетел несколько метров и, врезавшись в зеркало над одной из раковин и разбив его вдребезги, повалился на пол, изранив все лицо осколками. Малфой медленно поднялся на ноги и подошел к нему, выставив палочку Гермионы перед собой. - Я не дам тебе даже подойти к ней, Поттер, - уверенно произнес он. - Раньше ты не был таким храбрецом, - презрительно хмыкнул Гарри, оттирая кровь с лица. - А ты раньше не пытался убить собственных друзей. - Она и есть преступник! - Она только жертва. - Тогда кто преступник?! – почти заорал на него Поттер, - Назови мне, кто! Я точно знаю, что это не я, остались лишь вы с Гермионой. Или ты хочешь сделать чистосердечное признание? - А я точно знаю, что и я невиновен. В Гермионе я уверен так же, как и в себе. Остаешься ты, Поттер. - Но я знаю, что это не я! – повторил Поттер. - И я знаю, что не я. - Значит, Гермиона. - Значит, кто-то еще. С чего ты вообще взял, что он среди нас? Ты так слепо веришь словам в послании хитроумного убийцы? Я не думаю, что он настолько благороден, что не станет нам лгать. - До сих пор он говорил только правду, - заметил Гарри, с трудом поднимаясь на ноги и стряхивая с одежды осколки зеркала. - Нет, Поттер, на этот раз он солгал. Либо ты убийца, либо кто-то со стороны. Если так, то этот безумец сейчас сидит и наблюдает за нами, насмехаясь над тем, как мы бросаемся друг на друга, как голодные звери в клетке. - Он среди нас, - убежденно сказал Гарри, - Я это чувствую, интуиция никогда не подводила меня. И я убежден, что виной всему Гермиона. - Ты просто окончательно обезумел, - вздохнул Малфой и, полуобернувшись, вновь посмотрел на лежавшую рядом гриффиндорку. Воспользовавшись этим, Поттер неожиданно бросился на него и, сбив Малфоя с ног, вцепился в его руку, пытаясь отобрать палочку. Но Драко намертво сжал побелевшие от напряжения пальцы и изо всех сил пытался скинуть с себя противника. Тогда Гарри попытался ударить его в лицо, но ловкий юноша увернулся и сам пнул его ногой в живот. Скривившись от боли, Поттер ослабил хватку, и Драко удалось оттолкнуть его в сторону. Но не успел он подняться, как Поттер прямо на полу перекатился ему в ноги, вновь заставив повалиться на пол. Яростно сцепившись, двое молодых людей принялись кататься по мокрому полу, пытаясь завладеть волшебной палочкой, из которой во все стороны летели горячие разноцветные искры, обжигавшие кожу. Гарри все-таки удалось ударить Малфоя в висок, но тот не сдавался и не отпускал палочку, так что кровавая схватка продолжалась. Они были так увлечены боем за палочку, что совершенно не заметили, как всеми забытая Гермиона с тихим стоном зашевелилась и разомкнула опухшие веки. Едва очнувшись, она почувствовала, как неприятно онемела рука. Взглянув на нее, девушка с удивлением заметила странный жгут из легкой черной ткани, а также многочисленные глубокие царапины на всей руке. Вспомнив о том, что она пыталась вскрыть себе вены, Гермиона принялась беспомощно оглядываться по сторонам, не понимая, кто спас ее и перевязал рану. Перед воспаленными глазами все плыло и смазывалось в одно темное месиво, так что она не сразу различила двух парней, дравшихся прямо на полу. Прищурившись от напряжения, она все-таки узнала Малфоя и Поттера. Воспоминание о том, как она приговорила Малфоя к казни, молнией пронеслось у нее в голове и заставило вновь похолодеть от ужаса. Выходит, он выжил! Драко жив! И радость, и отчаяние одновременно наполнили ее сердце. Бедняжка не знала, как ей отреагировать на это событие и что теперь ожидать от Малфоя, выбравшегося из бездны. Он наверняка захочет отомстить и непременно убьет ее! Видимо, Поттер каким-то образом смог вовремя найти ее и остановить кровь, а Малфой хотел возмездия и пришел, чтобы убить ее, теперь же Гарри пытался помешать ему. Но, приглядевшись еще внимательнее, Гермиона заметила, что один из рукавов потрепанной черной рубашки Малфоя был оторван, а на ее раненной руке был самодельный жгут точно такого же цвета. Выходит, это Драко спас ее! Но почему? И из-за чего между ними началась схватка? - Драко! – слабым голосом позвала Гермиона. Но парни были так увлечены боем, что не расслышали ее. - Драко! – чуть громче позвала девушка, не в силах подняться на ноги, - Драко! Наконец, юноша услышал ее и резко повернул голову. В тот же миг Поттер нанес ему очередной жестокий удар, заставивший слизеринца задохнуться от боли, а сам быстро выхватил палочку из ослабевшей руки противника. С победоносным возгласом, Гарри тут же вскочил на ноги и направился к обессиленной девушке, с изумлением наблюдавшей за ним. - Не смей, Поттер! – в отчаянии прохрипел Драко, захлебываясь собственной кровью, - Ты совершаешь ошибку! - О нет, Малфой, я исправляю свою ошибку, - хищно оскалившись, произнес Поттер, поднимая палочку. Гермиона округлившимися глазами смотрела на него снизу-вверх, и ее дрожащие губы беззвучно шевелились, словно шепча мольбу о пощаде, однако ни один звук так и не сорвался с них. - Ну же, Гермиона, - насмешливо произнес Поттер, - Прими свое истинное обличие, перестань корчить из себя жертву. Тебе больше не провести меня. - Я не понимаю, о чем ты… - Хватит! – срывающимся от волнения голосом гаркнул на нее юноша, - Если ты сейчас же не признаешься, клянусь – я убью тебя! Из перепуганных глаз Гермионы хлынули слезы, но она вновь замолчала, понимая, что убеждать Гарри бесполезно. В его обезумевших глазах было столько ненависти, что Грейнджер ясно поняла – он примет лишь слова признания, иной правды для него сейчас не существовало. В этот момент она заметила, как Драко незаметно сжал в руке большой, острый осколок зеркала, валявшийся на полу. Воспользовавшись тем, что Поттер не смотрит на него, он медленно и бесшумно поднялся на ноги. Чтобы выиграть ему время, Гермиона попыталась отвлечь Поттера. - Хорошо, Гарри, пусть будет по-твоему, - приподнявшись на здоровом локте, дрожащим голосом заговорила она, - Ты действительно все понял, я во всем сознаюсь. Глаза Поттера заблестели еще сильнее, а на губах появилась торжествующая, дьявольская улыбка. - Я знал, я знал! – возбужденно зашептал он, - Коварная мразь! Я считал тебя своим самым близким другом, я доверял тебе все. О, если бы я только знал!.. - Я убила их всех, - с трудом сдерживая волнение, продолжала Гермиона, пока Драко осторожно подбирался к Поттеру со спины, - Все это был мой план. - Теперь ты за все ответишь, - усмехнулся Поттер, - Как жаль, что Авада слишком легкая смерть для такого чудовища, но я не могу откладывать. Он уже открыл рот, чтобы выкрикнуть смертоносное заклятье, но в этот момент почувствовал, как что-то острое впилось ему в спину, прямо между лопаток. Закричав от боли, он обернулся, и в тот же миг Малфой изо всех сил ударил его по лицу. Гарри тут же упал к его ногам и лишился чувств. Гермиона шумно выдохнула и, опустив голову на пол, устало закрыла глаза. Драко тут же подбежал к ней и обхватил ее бледное лицо руками. - Как ты? – с тревогой спросил он. Вместо ответа он почувствовал, как по его рукам потекли слезы. Он с нежностью обнял перепуганную девушку, и она громко разрыдалась ему в плечо. - Этот кошмар никогда не кончится! – в отчаянии воскликнула она, захлебываясь слезами, - Мы погибнем, Драко, я это знаю! - Мы будем бороться! – твердо произнес Малфой и осторожно поднял ее на руки, - А сейчас нужно уходить – Поттер может очнуться в любой момент. Драко отнес ее в самое безопасное на его взгляд место – гостиную Слизерина. Пароля Поттер не знал, так что они могли на какое-то время скрыться от него. Гермиона все еще чувствовала себя обессиленной, но кровь больше не текла из ее раненой руки (Драко удалось разыскать в одной из спален исцеляющее зелье и бинты). Пока юноша осторожно перевязывал ее левую руку, Гермиона с сочувствием вглядывалась в его еще больше исхудавшее, бледное лицо с глубокими тенями под глазами. - Сколько ты не спал? – тихо спросила она. - Не помню, - честно ответил Драко, - Я живу от 11 до 11 – только этот час имеет значение. - Тебе нужно хоть ненадолго прилечь, до ночи мы в безопасности. - Кошмары все равно не дадут заснуть. Лучше ты поспи, я постерегу твой сон. - Я и так долго была без сознания, а вот тебе действительно нужен отдых. - Только не сейчас. Малфой затянул маленький белый узел и с тяжелым вздохом опустился в кожаное кресло возле камина. Гермиона, лежа на соседнем диване, тревожно поглядывала на него. - Драко, - наконец она решилась заговорить, - Ты не держишь на меня зла? Я была так напугана, что едва не… Она не смогла продолжить, но Малфой лишь грустно улыбнулся ей в ответ. - Признаться, я был немного на тебя обижен, - усмехнулся он, - Особенно когда под моими ногами была гигантская бездна. Но я понимаю твои чувства и не злюсь на тебя. Ты думала, что поступаешь правильно. Даже по-своему совершила подвиг, я бы так не смог. - Мне не нужны такие подвиги, - вздохнула Гермиона. На некоторое время в комнате повисло напряженное молчание, каждый был погружен в свои мысли. Наконец, Малфой нехотя поднялся на ноги. - Куда ты? – удивилась Гермиона. - В гостиной Гриффиндора осталось немного еды. Я принесу. Девушка тут же села на диване и в испуге схватила Драко за руку. - Не ходи, прошу тебя! – с мольбой пробормотала она, - Здесь мы в безопасности, а за порогом нас может поджидать ловушка. - Я не могу не пойти, - осторожно высвободив свою руку, произнес Малфой, - Мы умрем от голода раньше, чем наступит 11 часов. Не обращая внимания на мольбы Гермионы, Драко уверенно прошел через всю гостиную и, сказав на прощанье “не волнуйся – я скоро вернусь”, покинул комнату. Как только он ушел, Грейнджер охватило тревожное чувство приближающейся беды, и она не переставала корить себя за то, что все-таки позволила ему уйти. Спустя минут двадцать после его ухода, Гермиона, которой казалось, будто прошло уже больше часа, не выдержала и покинула гостиную Слизерина следом за Малфоем. * * * Едва очнувшись, Поттер скривился от боли: нос был сломан, а глубокая рана на спине причиняла страдания при малейшем движении. Шепча проклятия Малфою и Грейнджер, он дрожащей рукой поднял с пола упавшие очки, одно из стекол которых треснуло от удара. Нацепив их на поврежденный нос, он с кряхтеньем поднялся на ноги и медленно заковылял прочь. Разумеется, преступники сбежали. А он – идиот – еще пытался договориться с Малфоем! Очевидно, что он сообщник Гермионы, потому он и напал на собственного спасителя и помог убийце сбежать. Сейчас они могли быть где угодно – Хогвартс не имеет предела. Искать их сейчас было совершенно бесполезно, и Поттер отбросил эту мысль. От голода, усталости и полученных ран он едва мог идти, и мысли в его воспаленном мозгу путались между собой, воскрешая самые жуткие образы убийцы и несчастных призраков, заточенных в подземелье. Поттер то и дело резко размахивал руками перед собой, словно пытаясь прогнать навязчивые видения. Он все больше начинал походить на безумца. Вспомнив, что в гостиной Гриффиндора оставалось немного еды, Поттер тут же побрел туда, чтобы хоть немного передохнуть и насытить пустой желудок. * * * Малфой быстро шел по мрачному, пустому замку, поражаясь тому, насколько хладнокровным он стал. В первые дни своего заточения в Хогвартсе он (хотя и не показывал этого) пугался собственной тени и боялся завернуть за угол, ежеминутно ожидая нападения безумца. Но теперь опасность и постоянное ощущение тревоги стали привычными, и Драко совершенно спокойно ступал по знакомым коридорам, почти равнодушно размышляя о том, причастен ли Поттер к убийствам, или же он такая же загнанная в угол жертва, как и они с Гермионой. Задумчивый взгляд слизеринца упал на каменную стену, вдоль которой он шел, и на одно мгновение ему показалось, будто на ее гладкой поверхности мелькнули черные буквы, составившие страшную фразу: “Вы следующий!” Драко тут же замер на месте и быстро заморгал. Взглянув еще раз на стену, он с удивлением обнаружил, что никакой надписи на ней не было. Юноша даже провел по ней рукой, но никакие мистические слова не появились. Всего лишь галлюцинация, подобная тому миражу, когда на его глазах Гермиона превратилась в силуэт убийцы в черном плаще. Со стоном Драко провел ладонями по бледному, измученному лицу – видимо, он сам превращается в безумца. Когда же этот кошмар прекратится! Драко признался самому себе, что он уже готов молить убийцу о смерти, лишь бы вырваться из этого медленно и мучительно убивающего, невыносимого ожидания. Ожидания неминуемой гибели. Малфой вдруг ясно осознал, что им не выбраться. Ловушка захлопнулась для них навсегда, и они с Гермионой, – несмотря на все свои жалкие попытки выжить, - были с самого начала обречены на гибель. Все тщетно! Они оба умрут совсем скоро, и ничто не способно им помочь. Это осознание было таким ясным, что Драко вдруг настолько ослабел, что беспомощно сполз по стене на холодный пол и залился слезами. Он оплакивал свою жизнь – такую цветущую, молодую и полную сил. Он мог бы жить еще очень много лет, любить, страдать, каждый день совершать новое открытие. А вместо этого он сидел в этой гигантской, каменной тюрьме, словно осужденный, с тупой покорностью ождающий казнь. Как же не хочется умирать! Его рыдания скорбным эхом отражались по всему коридору и тонули в закоулках Хогвартса – вечно холодного и безразличного. * * * Поттер уже приближался к гостиной Гриффиндора, когда вдруг услышал впереди себя чьи-то торопливые шаги. Юноша тут же притаился за огромной статуей какой-то выдающейся ведьмы и, осторожно выглянув из-под ее мраморной руки, принялся напряженно всматриваться в полумрак. Через несколько мгновений он различил до боли знакомый силуэт убийцы, быстро двигавшегося ему навстречу. Длинные полы его вечного плаща развивались при ходьбе, делая его похожим на гигантскую летучую мышь, выискивающую добычу. Гарри поспешно взглянул на свои наручные часы и обнаружил, что уже девять вечера. Видимо, убийца готовился к очередному преступлению. “Это Гермиона, я уверен, - напряженно размышлял Поттер, - Убийца говорил, что я погибну последним. Значит, она собирается уничтожить своего собственного помощника – Малфоя.” Первым побуждением Гарри было неожиданно выскочить из своего укрытия и напасть на врага. Убийца явно не замечал его, так что он мог бы придушить его голыми руками. Вернее, ее. Уверившись, что это была Гермиона, он почувствовал гораздо больше уверенности – он бы легко справился с девушкой. Но почему-то Поттер не сдвинулся с места. Вспомнив о коварном ударе в спину от слизеринца, которому он за час до этого спас жизнь, юноша вдруг злорадно улыбнулся. Это будет достойным наказанием Малфою. Он так отчаянно защищал своего будущего убийцу, какая ирония! Гарри буквально был готов разразиться злым хохотом при мысли об этом. Необыкновенная жестокость вдруг наполнила его сердце и исказила обычно спокойные черты лица. Он молча проследил взглядом за тем, как человек в плаще прошел совсем рядом от его убежища и скрылся за поворотом. Через минуту его гулкие шаги полностью стихли. “Это точно Гермиона, - убежденно подумал Гарри, - Туфли на каблуке, явно женские”. Это открытие он успел сделать еще раньше, когда взвились полы плаща, ненадолго открыв простые туфли на низком, но явно женском каблуке. * * * Оставшиеся два часа Поттер провел в странном оцепенении. Он спокойно сидел на широком подоконнике и отрешенно всматривался в темное небо. Уверенность в том, что сегодня он не станет новой жертвой, позволила ему почти с нетерпением дожидаться одиннадцати часов. Подобно равнодушному зеваке, он ждал, когда уже начнут пытать осужденного, чтобы поскорее посмотреть, насколько сильно исказится его лицо от боли и насколько громким будет его крик. Взглянув в очередной раз на часы, он торжествующе вскрикнул – 23:07. Значит, уже свершилось! Грейнджер убила Малфоя. Вот сейчас начинается самое интересное. Теперь, когда долгожданный миг мести настал, Поттер вдруг принялся смаковать этот момент. Он нарочито медленно обернулся и поднял лежащую рядом с ним волшебную палочку. Убийца любезно вернул ее хозяину, потому что она сама собой возникла в его кармане буквально час тому назад. Преступник уже давно дал понять, что для него все это было лишь игрой, так что ему гораздо интереснее было бы сразиться в честном бою со своей последней жертвой. Гарри спрятал палочку в карман и опустил руку в другой – тот, в котором был спрятан смертоносный клык василиска, тщательно замотанный в носовой платок. Убедившись, что и то и другое оружие на месте, он медленно встал на ноги и принялся разминать затекшие мышцы. Он был настолько спокоен, что даже усмехнулся самому себе. Насколько страшным и хладнокровным делается человек, которому больше нечего терять! Он шел лишь с одной целью – либо одолеть врага, либо погибнуть самому. * * * Поиски места преступления заняли немного времени. Поттер прошелся по нескольким коридорам, заглянул в гостиную Гриффиндора и, никого не обнаружив, прошел чуть дальше. После очередного поворота он увидел то, что и ожидал увидеть: на полу лежал умирающий Малфой, из тела которого постепенно выходила вся кровь, а рядом с ним на коленях сидела Гермиона, изо всех сил изображая крайнее отчаяние. Похоже, что в юношу запустили Сектусемпру. Снова ирония от убийцы – именно этим заклятьем, Поттер едва не убил его. Тело несчастного юноши сотрясалось от предсмертных судорог, а изо рта хлестала кровь, мешая ему говорить. Он из последних сил тянулся дрожащими руками к плачущей Гермионе и пытался ей что-то сказать, хотя Поттеру показалось, что он просто указывал на нее. - Скажи, кто это сделал? – срывающимся голосом бормотала Грейнджер, - Ты же видел его. Кто он?! Драко вновь отчаянно захрипел, пытаясь выдавить имя, но тут он резко замер, его глаза закатились, и он тихо опустился на пол и остался лежать без движения. Он был мертв. Слезы застыли в покрасневших глазах Гермионы, и она медленно подняла голову, встретившись взглядом с Поттером.