Смейся, мне больно, или Дневник Падшего Ангела

Я с ужасом думала, что происходит там на кухне, откуда доносились мат, отрывки знакомых и незнакомых песен и грохот посуды. За окном уже стемнело, когда мне разрешили войти на кухню. Все было очень мило: сервировка на двоих, приглушенный свет... что стряслось с Женей?! -Ого, - только и смогла выдавить я, - ты не заболел?! Откуда столько романтики?! - и хотя мы с ним и не встречаемся, это все более походило на ужин с классическим концом. -Ну, я же облажался с обедом, - он улыбнулся, поставил передо мной тарелку с чем-то очень аппетитным и взял со стола бутылку вина, - может, немного выпьем? - я изогнула бровь и хмыкнула: -Пить с тобой? Знаю я тебя, нет уж, поберегу здоровье! От тебя все что угодно ждать можно! - Женя пожал плечами, вместо вина достал бутылку виски и плеснул себе в стакан, - ну,конечно, как же без этого! -Как хочешь, я себя ограничивать не собираюсь, - он наполовину осушил свой стакан и добавил, - приятного аппетита, Деля! Все начиналось так хорошо: вроде бы Женя себя вполне адекватно ведет, несмотря на алкоголь, и ужин очень вкусный, и настроение отличное, но эта его иногда мелькающая ухмылка меня настораживала. Тут-то и стали происходить странные вещи. Сначала я начала пристально разглядывать руки Жеки. А я ведь раньше не замечала, как красиво у него выступают вены... а когда он напрягает мышцы, м... а если бы он меня этими руками прижал сейчас к стене... стоп! Что со мной?! Откуда эти странные мысли?! Потом меня неожиданно бросила в жар. Стало душно, трудно дышать, сердце бешено колотилось. Черт, я сейчас сдохну... я хочу Мильковского! Но состояние этого неожиданного пробуждения странных чувств к Жене сменилось резкой головной болью, отчего я бросила приборы и схватилась за голову. -Деля, что с тобой? - Мильковкий подошел ко мне и посмотрел на меня, - что-то не так? -Голова раскалывается, - простонала я. Женя осторожно уложил меня на диван и сел рядом, - господи, будто меня на миллион частей режут! -Что это могло бы быть? Я просто даже не знаю, что сделать, чтоб тебе легче стало... - а я, возможно, знала причину этого всего. После операции у меня был гормональный сбой, и головные боли тогда были не редкость. И тут вдруг опять, но что спровоцировать могло? Откуда этот резкий всплеск?! - Лин, конечно, шутки сейчас неуместны, но, может, это недотрах? - он улыбнулся, а я лишь вздохнула: -Мне противопоказаны половые связи еще две недели, из-за операции. Поэтому это исключено, - Женя совсем неожиданно хлопнул себя по лбу и воскликнул: -Блять, неужели это нельзя было сказать раньше, когда я тебе эту гадость в еду сыпал?! - я распахнула глаза и уставилась на Женю: -Что? Ты мне что-то подсыпал в еду?! Зачем? - Мильковский зло выдохнул и сказал: -Я добавил тебе в еду купленный мною афродизиак, - теперь я была не просто удивлена, я была в шоке. Такого я от него не ожидала, - я подумал, что так будет легче, и мы закончим этот бессмысленный спор... я же, блять, не знал, что тебе вообще нельзя! Черт, какой же я идиот! - Жека обхватил руками голову и тихо рычал на себя. -Да уж, Жень, - грустно заметила я, - не думала, что ты на такое способен ради того, чтобы затащить меня в постель. Видимо, по-честному ты вообще не умеешь. Я надеялась, что мы друзья. А ты всерьез решил меня просто трахнуть, - Лин, а чего ты ждала? Что он захочет с тобой дружить и нормально общаться?! Глупая, какая я глупая... -Лин, Лина, прости меня, я не знал, что все так выйдет, - голова все еще гудела, сердце отбивало чечетку в грудной клетке. Казалось, меня сейчас разорвет на части. Но я старалась сохранить маску равнодушия на лице. Хоть я и хотела сорвать с этого подонка одежду. -Да, Жень, спасибо за "чудесный вечер". И да, я тебя хочу. Можешь считать, что ты победил, - я с трудом встала и направилась в спальню. Мне нужно было отдохнуть и мирно переждать, пока закончится действие препарата. Надеюсь, оно скоро закончится, ибо долго я не выдержу. -Деля, стой, - я не спеша развернулась, как тут Женя прижал меня к себе и впился в мои губы поцелуем. Сказать, что я не ожидала, ничего не сказать. Мильковский жадно целовал меня взасос, нагло проникая языком в мой рот, а его руки еще сильней прижали меня к нему. Сквозь пелену возбуждения я тихо застонала, пытаясь внутренне перебороть себя. Шансы были на равных, когда Жека отстранился и убийственным голосом заявил: -Прости, если сможешь. Больше я тебя не трону, обещаю. Ты этого не хочешь, а значит похуй на все. Никакие афродизиаки тут не помогут, - Мильковский схватил пачку сигарет и в одной майке вышел на балкон. Я не стала его останавливать. Ночь была кошмарной. Я сотни раз прокручивала в своей голове весь вечер, то и дело останавливаясь на поцелуе. На этом грубом, страстном, пошлом поцелуе. Я не могла понять, что тогда так повлияло на меня: препарат или... черт, еще немного и я бы отдалась ему! Но он сдержался. Все же пересилил себя и ушел. Этот парень, мерзнущий на балконе, мало был похож на того, которого я знала раньше.