Судьбы метаморфозы

Через день ко мне пришел мастер Иголс, мы договорились, что он принесет первое из трех зелий, благодаря которым я снова стану парнем. Я тогда еще удивился, думал, что он прочтет надо мной какую-нибудь заковыристую абра-кадабру и руками помашет. Ну, типа заклинание прочитает и все, но оказалось, что заклинание читается над зельями, а потом они просто выпиваются в определенное время. Да и сами зелья варятся из особых ингредиентов, собранных при определенных условиях, в этом-то и состоит ритуал. Встречались мы на этот раз не у меня в апартаментах, а в саду. Погода была чудесная, и я не хотел сидеть дома, к тому же, здесь было гораздо меньше возможностей наткнуться на кто-нибудь из домочадцев. Мне не хотелось, чтобы наш разговор кто-нибудь услышал. - Добрый день, мастер, - вежливо поприветствовал я мужчину, когда он вошел в беседку,- надеюсь, вы не очень долго искали меня. - Здравствуйте, Алекс. Нет, не долго, мне подсказали в какой именно беседке вас искать, - ответно улыбнулся он. Было так непривычно, но так приятно слышать собственное имя из уст местного жителя. Жаль, что только этот человек знает, кто я на самом деле. - Не передумали? - спросил он, доставая из сумки небольшой флакон с прозрачной зеленоватой жидкостью. - Нет, - помотал я головой, - я не передумаю. Я не хочу быть девушкой, хочу назад свое тело. - Хм, с этим, к сожалению, помочь не могу. Тело будет то же, просто из женского оно станет мужским. Вы будете выглядеть так, как мог бы выглядеть брат Алисы. - Ну, все равно лучше, чем сейчас. - Алиса бы с вами поспорила, - усмехнулся целитель, а я лишь улыбнулся в ответ. - Пейте. Следующее зелье надо будет выпить ровно через двадцать одни сутки, в это же время. Если пропустите, то начинать надо будет сначала и не раньше, чем через пол года. Да, и после второго зелья обратного пути уже не будет, если не выпить третье зелье, то от боли вы просто умрете или сойдете с ума. Так что еще раз подумайте, уверены ли вы. - Уверен, - твердо сказал я, схватив флакон и, вынув пробку, опрокинул себе в рот. Жидкость оказалась слегка солоноватой, но почти не противной, без особо выраженного вкуса. Проглотив ее, я стал прислушиваться к себе. Никаких особенных ощущений не было, изменений в себе я тоже пока не наблюдал. Мастер Иголс рассматривал меня, явно забавляясь. - Расслабьтесь, юноша, никаких перемен вы не почувствуете. Это зелье создаст опорные связки в вашей ауре, настраивая ее на тело, которое будет потом изменять. Настройка длится, как я уже говорил, двадцать один день, потом нужно будет переходить ко второму этапу - настройке тела. Его настраивать будет второе зелье. Оно будет отбирать те параметры, которые будут меняться, подстраиваясь под ауру, и потихоньку настраивать их на изменения. Третья же ступень - это, собственно, запуск процесса перестройки организма. И вот если после второй фазы, третья не наступает, то организм выдает негативную ответную реакцию: он начинает бороться с самим собой, пытаясь разрушить опорные связи, созданные зельями, отчего нейроны просто сходят с ума, и вы чувствуете боль, порой превышающую порог выносливости. И, кстати, после третьего зелья вы все равно будете чувствовать боль, так как ваше тело будет меняться, но эту боль можно будет терпеть, да и обезболить можно будет на ночь , чтобы вы спать могли. Повторюсь еще раз, у вас есть двадцать один день на то, чтобы последний раз обдумать, будете ли вы пить второе зелье или все же нет. - Спасибо, мастер, за предупреждение, но я все же рискну, - задумчиво проговорил я, вертя между пальцев пустой пузырек. - Что ж, тогда позвольте откланяться. - Пойдемте, я вас провожу, - я поднялся вслед за вставшим целителем и вышел из беседки. - Если у меня вдруг не получится принести зелье самому, я пришлю ученика, так что не переживайте, в нужный срок оно будет у вас. - Спасибо, мастер, - вновь поблагодарил я его, - осталось только поговорить с родителями. Даже не представляю, как это сделать. - Я же обещал вам помочь, так что не волнуйтесь. С ними проблем не будет. А вот как общественности объяснить загадочное исчезновение графини Алисы и не менее загадочное появление виконта Алекса, вот это проблема. А ведь действительно, сначала Алиса падает с лошади, а потом через два месяца и вовсе исчезает, зато неизвестно откуда появляется неучтенный родственник. Да, тут есть над чем подумать, хотя все равно, разговор с родителями пока мне кажется более проблематичным. Следующие дни у меня прошли в изучении окружающего мира, то есть местных обычаев, традиций, особенностей менталитета. Кстати, письменность я тоже понимал. Это было удивительно, но алфавит здесь был такой же, как дома, по крайней мере, книги в библиотеке графа Давени были на английском. С географией я пока не разобрался, но могу предположить, что я попал в альтернативную версию нашего мира... ну, только с магией. Но различия все же были, поэтому я штудировал толстенные фолианты по здешнему мироустройству. Как же я был удивлен, когда узнал, что здесь заключаются однополые браки. То есть в династическом браке пол партнера не имеет значения. Эта новость меня озадачила, так как получалось, что мой брак с графом Рейвинг может-таки состояться, несмотря на то, что я буду одного с ним пола. Черт! И что мне делать? Хм... надо сделать так, чтобы он сам не захотел на мне жениться и разорвал помолвку. Что ж постараемся действовать ему на нервы в усиленном режиме. Вечером меня снова повезли на бал. Я снова подвергся пыткам облачения в женское бальное платье со всеми сопутствующими аксессуарами. На этот раз платье было из черной органзы (боже, и откуда я знаю, как все эти тряпки называются?!), а шею мне сковывало сапфировое ожерелье. Руки нежно обволакивал черный шелк перчаток, отчего я все время опасался, что бокал выскользнет из рук. Настроение было отвратительным, единственное, что грело - это возможность попрепираться с Генрихом. Для начала я стал звать его исключительно на французский манер - Анри, заметив, как он поморщился, когда я впервые произнёс этот вариант сокращения. В конце концов он не выдержал и спросил: - Тебе действительно нравится так меня называть? - Конечно, - восторженно ответил я, - этот вариант такой нежный, воркующий... Анррри, - с придыханием протянул я и сам не ожидал, что получится так томно. Дал себе мысленный подзатыльник и мило улыбнулся. Генри привычным движением выгнул бровь, а потом весело рассмеялся: - Ты неподражаема, Алиса. Ты знаешь, пусть это и звучит ужасно, но я рад, что ты свалилась с лошади. - Граф! - в притворном возмущении воскликнул я, - что за лексикон?! И вообще, как вы смеете?! - но потом не выдержал и тоже рассмеялся. - Нет, правда, такой ты мне нравишься больше. - Мммм, я тебе нравлюсь? - боже, что я делаю?! Нафига я флиртую? Да еще и так по-женски? Не, это все точно гормоны... блин, я же его выводить из себя должен, а не соблазнять! О! А чего это он смутился? Хоть и старается не подавать виду... - Ммм, такая милая леди не может не нравиться, - хитро улыбнулся он, взяв меня за руку и поцеловав запястье. - Боже, какой изысканный комплимент! Долго придумывал? - ухмыльнулся я. - Ты не поверишь, всю ночь не спал - придумывал. У меня их целый список, - ответно усмехнулся он. Однако руку так и не отпустил. - О, то-то я смотрю, у тебя синяки под глазами. Бедняжка, всю ночь мучился... но ты не переживай, в твоем возрасте дислексия еще лечится, - с улыбкой произнес я и, практически выдернув руку из цепких пальцев графа, раскланялся с ним, сославшись на необходимость попудрить носик. Выходя из залы, я услышал довольно забавный разговор двух молоденьких леди. - Да как она смеет так себя вести?! - возмущенно шипела одна. - Она его официальная невеста, она смеет,- меланхолично отвечала ей вторая. - Но почему он ее терпит? Подумаешь, внешность смазливая, но ведь на ней клейма ставить негде! Что он в ней нашел? - Успокойся, Габи, насколько я слышала, у них династический брак, помолвка заключалась еще, когда старший граф Рейвинг был жив, чуть ли не восемь лет назад. Услышав название графства, я быстро ретировался, пока меня не заметили. И лишь потом понял, ЧТО они говорили. Это что же получается, это на МНЕ негде клейма ставить?! Что же тут вытворяла Алиса, что за ней закрепилась подобная репутация? Так... у кого бы выяснить, и чтобы не подумали ничего лишнего? У родителей не пойдет, если и было то-то предосудительное, то от них-то она это наверняка скрывала... мастер Иголс мог и не знать о подобных слухах, если не вращался в высшем свете...Черт, а с остальными я не настолько близко знаком... Ну не у Генри же спрашивать в конце-то концов?! - Что ты хочешь спросить и почему не у меня? - раздалось справа от меня. Блин, я что в слух это сказал? - Эм... прости, я тут размышлял..ла и, видимо, начала думать вслух, - обернулся я к нему. - И что же ты все-таки хотела узнать? И почему не от меня?- слегка улыбаясь, он пристально глядел на меня. - Я хотела узнать, какой я была до несчастного случая, - ответил я, отмечая про себя, что те две сплетницы ревностно косятся в нашу сторону. - А почему не у меня? - спросил Генри и, поймав направление моего мимолетного взгляда, неопределенно хмыкнул. - Ну, ты же мой жених как-никак, наверняка бы твой рассказ не страдал объективностью, - пожал я плечами. - Ну почему же? Напротив, от меня-то ты как раз и можешь получить наиболее полную картину. И, взяв меня под локоток, он повел меня в сад, подальше от толпы, как он объяснил - для сохранения приватности беседы. - Я заинтригована, честно говоря, - произнес я, присаживаясь на скамейку беседки, располагавшейся в самой тенистой части сада, - учитывая услышанные слухи, я уже боюсь, что полная картина, как ты говоришь, будет для меня шокирующей. - На самом деле все не так ужасно, не волнуйся, - усмехнулся мой кавалер, сев напротив меня. - Что ж, тогда расскажи мне об Алисе Хартбри - той, которую помнишь ты и которую не помню я. - Хм... ну ты была... общительной, хотя в большинстве случаев это касалось мужской части населения, - он усмехнулся, глядя мне в глаза, будто проверяя мою реакцию, - однако, чтобы попасть в поле твоего внимания нужно было иметь некоторые качества.... материальные качества, остальных же ты довольно резко отваживала... - Угум... красивая расчетливая стерва. Миленько, - проговорил я. Граф улыбнулся шире, будто хваля меня за точную оценку, - и как много позволялось.... избранным? Ты ведь входил в их число, не так ли? - спросил я, вспомнив его взгляд на первом моем балу. - Разумеется, - ухмылка и хищный блеск в глазах его светлости заставили меня поежиться, - не волнуйся, все было почти прилично. Дальше поцелуев никогда не заходило. Я, знаешь ли, никогда не приобретаю товар, уже опробованный кем-то другим. - И столько надменности в голосе и во взгляде. Так и хочется врезать по этой самодовольной роже. Но я лишь улыбнулся, скромно потупив взор. Все равно непонятно, почему тогда пошли слухи о моей распущенности. Зависть? Хм... возможно. К тому же, вполне возможно, что даже такое "невинное" развлечение в обществе у них считается аморальным, все-таки не XXI век. Хотя и в нашем случае, если девушка будет целоваться с кем попало, ее вряд ли назовут добропорядочной. Печально... А еще печально то, что зная, как ведет себя Алиса, Генри не отвернулся от нее, а, наоборот, присоединился к "веселью". Значит, судя по его словам, чтобы избавиться от жениха, нужно нечто большее, чем "невинные" поцелуи. Но спать с другим мужиком, чтобы избавиться от этого? Нет уж, увольте. - Что еще ты хочешь узнать? - Пожалуй, на сегодня, достаточно,- задумчиво проговорил я, а затем поднял взгляд на собеседника. Из взгляда Генриха исчезло высокомерие, сейчас он пристально смотрел на меня, но не как будто впервые, а словно он встретил старую знакомую, с которой не виделся лет десять и понял, что она сильно изменилась. Я встал со скамейки, граф тут же поднялся вслед за мной. Я посмотрел на него, и меня почему-то пробило на откровенность: - Ты знаешь, я рада, что ничего не помню о себе прежней. Жаль только, что другие помнят, - усмехнулся я. - Первый раз взглянув в зеркало, я увидела такую... девочку-припевочку, божий одуванчик. А оказалось... Мда... Но, знаешь, раз уж мне выпал шанс изменить свою жизнь, начать все с чистого листа - я не буду прежней. Та Алиса умерла, упав с лошади, вместо нее сейчас другой человек. Не знаю, лучше или хуже... но определенно другой. Аддерли смотрел на меня нечитаемым взглядом, слегка прищурившись. А у меня было странное чувство. Мне не хотелось, чтобы он считал меня пустышкой или стервозной хищницей. Хотелось, чтобы он видел во мне... личность. Мда... только вот зачем мне это? Странно.... Я сморгнул, стряхивая с себя это странное ощущение. - Я пойду, пожалуй. Что-то устала сегодня, - и, сделав некое подобие реверанса, развернулся, чтобы уйти. - Алиса, - окликнул меня Генри. Я обернулся. Он глядел на меня все тем же непонятным взглядом, а потом спросил: - Ты не хотела бы со мной поужинать? Я удивленно распахнул глаза. - Я приглашаю тебя в ресторан, - продолжил он, видя мою нерешительность, - это всего лишь ужин. Я же могу пригласить свою невесту на ужин? - а в глазах веселые искры скачут. - Можешь, - ответно усмехнулся я, - в пятницу. - Отлично, я заеду за тобой в семь. - Буду ждать.. Анри, - улыбнулся я, видя, как он закатывает глаза на это обращение. Мы вернулись в залу, где я сказал Элеоноре, что возвращаюсь домой, а затем я покинул бал.