Dark Side

Глава 8.

- А потом он ударил меня по голове и всё - темнота, – Сакуру еще слегка трясло, но в остальном она была в порядке. Если так можно выразиться. Кухня у охотника оказалась довольно просторной, если не сказать пустоватой. Как, в общем, и вся квартира. Правая от входа стена полностью зашита полочками и шкафчиками, отделанными под дерево, посреди которых расположилась темно-серая плита с висевшей над ней такого же цвета вытяжкой. «Интересно, он готовит сам?» - отстраненно подумала Харуно. Чуть ближе к окну – холодильник, посреди помещения – незамысловатый стол с темной матовой поверхностью и пара стульев, а рядом с выходом в коридор – мини-бар с небольшой, зато необычной и даже редкой подборкой качественного, явно недешевого алкоголя. «Он не похож на человека, который много пьет», - по инерции заметила девушка, потягивая отчего-то безвкусный чай из белой фарфоровой кружки. Из-за накинутого на плечи пледа, в который ее старательно закутал Узумаки, было очень жарко, но несмотря на это холодные пальцы, сжимавшие предложенный напиток в надежде согреться, продолжали мелко дрожать. От «чего-нибудь покрепче» было принято решение отказаться, ведь тогда будет шанс списать большую часть случившегося накануне на сотрясение мозга, алкогольное опьянение и больное воображение. Заманчивая перспектива, если не считать, что все произошедшее реальность, выжить в которой возможно только будучи в трезвом состоянии. К тому же, Наруто слишком настойчиво предлагал ей выпить… теперь настораживали даже такие мелочи. Хотелось жить. Осознание этой простой истины, на грани животного инстинкта бившейся в ее воспаленном сознании спасительной жилкой, и не позволило девушке закатить истерику, стоило ей почувствовать себя в относительной безопасности. Можно ли теперь доверять охотнику? Очевидно, что нет. Ни в коем случае! Нет. Нет?.. Но ведь это все еще Наруто. Тот самый Наруто, который спас ей жизнь – тогда в церкви и потом в Организации, который помогал и теперь, несмотря на очевидную необходимость застрелить ненужную свидетельницу на месте. Да и вампир повел себя… странно, по меньшей мере. Не считая, конечно, того, что девушка увидела в машине: уж это воспоминание объяснению поддавалось меньше всего, поэтому намеренно избегалось с целью хоть немного поберечь порядком искалеченную за последний месяц психику. Почему брюнет не убил ее? Более того, получалось, что это не в меру милосердное создание не только спасло ее от другого вампира, но и позаботилось о том, чтобы медик благополучно оказалась в безопасном месте. Что-то явно не сходилось. Насколько Сакура смогла понять из разговора, нападавший на нее вампир, скорее всего, и являлся тем самым Высшим, не на шутку перепугавшим добрую половину отделения. Кроме того, он еще и являлся братом того вампира, с которым Наруто… Святые Угодники. Подумать… страшно, отвратительно, неправильно! А еще непонятно. Как мог Узумаки в такое ввязаться? Зачем? В любом случае, у него должны быть серьезные причины так поступать. Они просто обязаны быть! Иначе… что? Возможно, Харуно отчаянно пыталась найти ту спасительную нить, которая не даст ей почувствовать себя брошенной… преданной, что ли; не даст образу светлого, доброго в душе человека, которым она видела этого голубоглазого парня, разбиться вдребезги и смешаться с грязью. Она хотела знать. Хотя бы попытаться понять причины, ведь Наруто не мог… не мог и все тут. Неважно почему - девушка просто это чувствовала. Как сказал недавно Сай: порой интуиция в таких делах единственный верный помощник. Очень хотелось надеяться, что он прав, и все это безумие подвластно логике. - Значит, темнота, – задумчиво протянул блондин, усаживаясь за стол напротив девушки с извлеченной из холодильника алюминиевой банкой колы в руках. Парень замолчал, но в пронзительном взгляде по буквам читалось: «Я знаю, что ты лжешь». Медик шумно сглотнула. Что-то подсказывало: пока Наруто не поверит в ее историю, он не успокоится. Нервы потихоньку сдавали. - Объясни мне… - наконец, не выдержав, прошептала Сакура. Опустив голову, она слишком сильно сжала чашку, но та каким-то чудом осталась целой. Иногда хрупкие на первый взгляд вещи оказываются куда сильнее, чем мы думаем. - Объяснить что? – наигранно удивился Узумаки, но под болезненным и даже каким-то злым взглядом медика слегка нервная улыбка быстро пропала. Значит, видела и слышала более чем достаточно. Что ж. – Поверь, ты не хочешь этого знать. - Наруто!.. – вышло как-то жалобно. Сил кричать не было, а правильных слов не находилось. – Пожалуйста. Я… хочу тебя понять. Тот вампир… Почему? - Сакура, если я скажу, придется тебя убить. Это ты понять можешь? – парень отпил немного колы, откинувшись на спинку стула. Безучастный взгляд скользил по оконным стеклам поверх головы девушки, не замечая городского пейзажа и стараясь не сталкиваться с полными слез зелеными глазами. Что он боялся в них увидеть? Осуждение? Страх? Неприязнь? Все вместе и еще черт знает что? А даже если так, что с того? Не в первый раз люди его отвергали. Единственная разница лишь в том, что раньше причиной ни разу не становились поступки охотника, для ненависти вполне хватало самого факта существования одержимого. А теперь эта разница как никогда очевидна и заставляет чувствовать себя крайне мерзко. Нужно что-то ответить. Не потому, что этого ждет Харуно, а потому, что, наверное, ответ необходим ему самому. - Почему ты предал Организацию? Ты же так ненавидел этих тварей! Ненавидел его! Я поверила тебе, - всхлипнула девушка, понимая, что вот-вот расплачется, но сдержаться не могла, - готова была жизнь доверить без колебаний! А ты… почему я еще жива?! Какой смысл?! Вы все равно меня убьете! Так хотя бы объясни! - Не все так просто, - тихо сказал Узумаки. - Вряд ли ты сможешь понять. А убивать тебя никто не собирается. Хватит нести чушь. Многое… успело произойти с тех пор, как мы впервые встретились. Пришлось немало всего переосмыслить. - И вот до чего ты додумался?! - Успокойся, – как можно мягче попросил охотник. – Организация давно перестала сдерживать нечисть и никогда не предавала огласке свои настоящие планы, но в последнее время ситуация стала намного хуже. Это долгая история, которая, к сожалению, касается меня лично, и оставлять все как есть нельзя, – старался не сболтнуть лишнее Наруто, все-таки найдя силы взглянуть в бледное лицо девушки. – Могу сказать только одно: мы с… тем парнем пытаемся докопаться до истины. У него свои причины, у меня свои, а цели одни и те же. Вот и все. Понимаю, тебе тяжело, но… попытайся мне поверить. Если сможешь. - Я устала, – медик, немного ссутулившись, прикрыла глаза. Слишком много всего и сразу. Вряд ли охотник всерьез желал кому-то зла, и, похоже, веские причины устроить такое все-таки имелись, хоть и факт того, что он объединился с нежитью, поддавался пониманию с трудом. Хотелось верить Узумаки. Может, потому что это была какая-то его необычная способность - убеждать людей в своей правоте. А может потому, что ее все время спасала не Организация со своими безликими сотрудниками, вечно шнырявшими по темным коридорам чуждого девушке офиса, где все равно кто ты, когда речь заходит о призрачном благе, которого никто никогда не видел и не увидит, а человек из плоти и крови, который действительно делал все, что в его силах, и готов был за это умереть. Человек с открытой лучезарной улыбкой и немного грустными голубыми глазами, успевшими повидать немало ужасов, только ради того, чтобы кучка пьяных ублюдков, вечно закатывающих шумные вечеринки в соседней квартире или родители со своим маленьким ребенком, гуляющие в парке, могли спокойно ложиться спать, не задумываясь о том, что утром могут уже не проснуться. Какую бы истину не искал Наруто, он заслуживал ее знать. А какими способами и с чьей помощью, это уже далеко не ее забота. Насколько успела осведомиться Сакура, парень вырос в Организации, уничтожая всевозможных жутких существ, когда она еще играла с подружками в куклы. Парень получше многих охотников знал свое дело и то, на что идет, а значит ни Харуно, ни кто-либо еще не в праве ему мешать. Единственное, что все еще не давало девушке покоя – довольно откровенная сцена в машине, но спросить об этом Сакура не решилась. Как бы там ни было, она знает слишком мало, чтобы всерьез рассуждать о выборе Узумаки. Нет уж. С нее действительно хватит. Хотя бы на сегодня. - Хорошо, что ты проезжал по той же дороге, – вздохнув, тяжело проговорила девушка. Каждое слово давалось ей с трудом. – А то… всю ночь бы там проторчала, - подняла на блондина вымученный выжидающий взгляд, в котором не было и тени ожидаемого парнем осуждения. Только усталость и странная боль. - Утром придется ехать в офис, могу подбросить, – охотник грустно улыбнулся, благодарно глядя в изумрудные глаза. Он не надеялся, что медик поймет, но и не ожидал, что сможет принять. Без болезненных расспросов и упреков, так, как оно есть. А это многого стоит. – Останешься? Или… да уж, извини. Не стоило спрашивать. - Все в порядке, - перебила Сакура, - заночую у тебя. - Как хочешь, – Наруто поднялся, но прежде чем оставить девушку наедине с сиротливой банкой колы, негромко добавил: – Спасибо. Харуно не ответила, но тишина больше не казалась тяжелой. Отстраненно глядя в спину удаляющемуся вглубь коридора охотнику, она поймала себя на мысли, что все еще продолжает за него беспокоиться. Узумаки выбрал опасную дорогу. Во что бы парень ни полез, это явно намного опасней, чем любое из заданий, выдаваемых руководством, и ничем хорошим уж точно не закончится. Если угодно, можно было назвать такую мрачную уверенность пресловутой интуицией.

***

      Наруто остановился напротив входа в лабораторию и нехотя помялся, прежде чем постучаться. Он слышал, что последнее время Сай был не в духе и предпочитал чью-либо компанию своей многочисленной технике. Похоже, до сих пор не мог адекватно проанализировать пробы с недавнего места преступления. Зря старается, все равно ничего не найдет. Разговор с Цунаде прошел, мягко говоря, не очень хорошо. Они и раньше часто устраивали мини-скандалы, не стесняясь в выражениях, но на этот раз все грозило закончиться совсем паршиво, если бы вовремя не зашел Шикамару и не загрузил Пятую какой-то «сверхважной» информацией. Бросив подчиненному короткое «мы еще не закончили», женщина многозначительно указала на дверь. Наруто был в шаге от того, чтобы не сорваться и не высказать Сенджу все, что он на самом деле думает, честно глядя ей в глаза и пытаясь донести до начальницы очередную, придуманную на ходу ересь. Сразу стало ясно – не поверила ни единому слову. Карие глаза смотрели на парня по-новому: пронзительно, изучающе, с какой-то скрытой опаской. На секунду даже показалось, что Цунаде заподозрила неладное, но потом Узумаки логически рассудил, что в таком случае реакция была бы совсем другой. Но расслабляться все равно не стоило. Тогда, еще стоя в кабинете главы отделения, парень наслушался столько обвинений в своей безответственности и некомпетентности, что сейчас готов был отыграться на чем или на ком угодно, но продолжал держаться, мысленно убеждая себя в бесполезности бесконтрольного проявления агрессии. Как ни странно, помогло. Сай подошел не сразу, недовольно причитая о «некоторых личностях, до которых с первого раза не доходит», но увидев на пороге охотника, тут же изменился в лице, натянув на него свою коронную улыбочку на все случаи жизни. Отойдя в сторонку, парень пропустил Наруто и подозрительно выглянул в коридор, прежде чем закрыть дверь на замок. Да уж, иногда Акаши становился еще тем параноиком. - И где носило Его Величество? – интерес, как всегда, казался немного наигранным. – Поговаривали, что ты сбежал. - Сбежишь тут, как же, – усмехнулся Узумаки, по-хозяйски пристраиваясь на обтянутой целлофановым чехлом койке. – А где носило даже не спрашивай. Я как раз закончил бабуле о своей жизни отчитываться. Ну, было личное дело, и что? На пару дней отлучиться нельзя? - Насколько я помню, - заметил Сай, расставляя на столе какие-то пробирки, - у тебя был приказ. А даже если приспичило, мог позвонить. - Только не начинай все сначала, - закатил глаза блондин, - по второму кругу я промывки мозгов не выдержу. - Ладно, - легко согласился медик. – Значит, ты на осмотр. Хорошо, можешь раздеваться. Вздохнув, Узумаки принялся с обреченным видом стаскивать с себя шмотки. Судя по довольной мине Акаши, в этот раз придется отдуваться по полной программе. Думая о своем попадалове, парень все же понимал осторожность Пятой, направившей его на осмотр сразу после разговора. Вот только что она собирается найти? Метки? Очень смешно. Знала бы женщина, сколько Саске уже успел их оставить, вряд ли нашлась бы, что сказать. Нормальный человек от такой дозы яда давно бы коньки отбросил, а он и замечать перестал, когда Учиха позволяет себе больше дозволенного, а когда нет. Наверное, организм приспособился. А впрочем, неважно. Главное, что искать нечего. Поэтому единственной проблемой осталось то, как пристально Сай смотрит на нехотя снимающего одежду блондина и зачем-то натягивает на руки резиновые перчатки. Уж это точно не к добру.

***

От люка, вмурованного в мокрый асфальт, поднимался теплый дымок, казавшийся слишком белым на фоне полупустых улочек ночного города. В окнах домов, прижавшихся друг к другу в тесном переплетении дворов и переулков, горел свет, бросая нечеткие блики на матовую поверхность дороги. Промозглый сырой воздух старательно проникал сквозь одежду, заставляя снующих безликими тенями редких прохожих, забыв о поздних прогулках, спешить в свои уютные квартиры. Наверное, и правда похолодало, но это не мешало кучке пьяных парней, переминавшихся с ноги на ногу и громко хохотавших, бурно общаться, допивая свое пиво. Впрочем, они, как и холод, были досадной маленькой помехой самим себе, не заслуживавшей никакого внимания парня, незаметно пристроившегося на краю длинной скамейки с облупившейся краской, не вписывавшейся в такое узкое пространство и перетянутой сюда намеренно из какого-нибудь соседнего двора. Самый неблагополучный район города, зато редко кто обращает внимание на всяких подозрительных личностей вроде него. Одинокий фонарь, пару раз мигнув, окончательно погас, погружая улочку, таинственно подсвеченную редкими неоновыми вывесками, в вязкую темноту. Парня на лавочке нисколько это не смутило, и словно не замечая практически полного отсутствия света, он продолжил рассматривать искореженный множеством перегибов, исписанный знакомым почерком листок из блокнота охотника. Имена перечислялись в столбик, одно за другим, но сколько бы Учиха ни пытался, не мог вспомнить ничего с ними связанного. Неужели за все время поисков они с Ходзуки так и не столкнулись ни с кем из этой шайки сатанистов-любителей? Прискорбно. С минуты на минуту Суйгецу должен позвонить и доложить об успехах в поиске совпадений по списку, но шансов хоть кого-то найти почти не было, и Саске в тайне надеялся, что вместо этого чудом всплывет информация по артефакту Итачи. Не то чтобы данных не было совсем, но все же недостаточно. Да и делиться ими кое с кем еще брюнет не спешил. Слишком рано. Нужно разобраться самому, а уже потом решать, насколько безопасно доверять новые сведения Узумаки, ведь до конца неизвестно, была ли тварь внутри него на самом деле вне игры. Лучше перестраховаться заранее. Из задумчивости парня вывели стихшие слишком близко шаги. Вампир слышал, как люди приближаются к нему, но до последнего старался не замечать неприкрытой претензии к своей скромной личности. Неторопливо скомкав листочек, Учиха сунул его в карман пальто и одарил стоявшего напротив мужчину скучающе-безразличным взглядом. Ничего выдающегося: растянутая байка под поношенной курткой, грязные кроссовки и темные джинсы - типичный представитель местной шпаны. Тратить время на него и его дружков не хотелось, но… если подумать, телефон не подает признаков жизни, а занять себя все равно пока нечем. Продолжая снисходительно рассматривать подвыпившую шайку, обступившую его полукругом, парень решил посмотреть, что будет дальше. - Эй, красавица, закурить не найдется? – с издевкой спросил встрепанный, слегка сутулящийся шатен лет тридцати, стоявший чуть левее от мужчины, первым привлекшего внимание Саске и, похоже, выступавшим в роли зачинщика конфликта. По меньшей мере. Интересно, они хоть немного могут представить, с кем связались? Вряд ли. Да и спиртом от ребят за километр тянет… Пивом они явно не ограничились. - Детское время давно прошло, – обезоруживающе спокойно ответила предполагаемая жертва. – Шли бы вы по домам, уважаемые. - Че-е?! – протянул кто-то из-за спины. – Нарываешься, сука? Можем устроить! - Ладно, – без изменения в интонациях уступил вампир, решив подыграть. Это было даже немного забавно. – Что вам от меня нужно? - Выворачивай карманы и гони бабло! Для начала, – скомандовал заводила. - Но… - брюнет добавил к своей невозмутимой маске толику легкого и, по возможности, искреннего удивления, - у меня нет денег. - Правда? – с нескрываемым сарказмом передразнил распаленный выпивкой шатен. – Тогда… сам станешь раком или нам помочь? Ну вот, приехали. И чего только алкоголь с людьми не делает. Впрочем, этих типов сейчас с трудом можно было назвать людьми. В данный момент точно. Интересно, если бы нежить питалась исключительно такими… существами, мир мог бы стать лучше? Спорное утверждение. Когда-то Саске уже думал о вопросе морали именно с такой стороны, ведь можно было жить питаясь исключительно «отбросами общества», таким образом хоть немного оправдывая свое существование, но после долгих самокопаний парень понял – обманывать себя бессмысленно. Человеческая жизнь бесценна, кому бы она ни принадлежала. Нельзя изменить мир в лучшую сторону, пожирая его обитателей. А этим ребятам, похоже, просто нужно протрезветь. Что ж, это организовать легко. Учиха с трудом сдержал ухмылку, прежде чем на мгновение исчезнуть, а затем так же внезапно возникнуть вплотную от главаря грабителей с замашками насильников, тут же отпрянувших в стороны и тупо заозиравшихся. - Хотите со мной развлечься? – невинно глядя мужчине в глаза, с пониманием уточнил парень. – Без проблем. Вот только… - Саске немного понизил голос, отмечая, что встревоженный взгляд бандита стал более осознанным, и вкрадчиво продолжил: - За символическую плату. Вы продаете мне свои души, и я выполняю любую прихоть. Судорожно сглотнув, мужчина наблюдал, как буквально в нескольких дюймах от его лица черные глаза налились приглушенно-сияющим алым свечением, разделившим зрачок на три точки, плавным перетекающим движением сформировавшиеся в запятые. В зловещей ночной темноте лицо исказила жуткая улыбка, являя взору ровный ряд белых зубов с чуть удлиненными острыми клыками, больше напоминая дьявольский оскал, – одинаково красивая и пугающая. - Идет? – Учиха слышал, как бешено колотятся их сердца, литр за литром перекачивая кровь. Раньше этот звук заставлял терять голову, полностью подчиняя воспаленный разум. Брюнет не знал, как поначалу у него получалось себя контролировать. Наверное, это было еще одной необычной для голодного вампира способностью, в разной степени свойственной Высшим. Но с недавних пор его жажду могло утолить только одно существо… Кровь одержимого действительно наркотик - чтобы насытиться ее не нужно много. Действует по принципу, схожему с допингом: всего пара капель и циркуляция энергии возрастает в несколько раз, открывая новые невероятные возможности и многократно усиливая собственные способности. Разумеется, на время, а потом начинается ломка, которую Саске сполна так и не ощутил, потому что Наруто еще ни разу ему не отказывал. Ну конечно, откажет он! Скорее попросит сам. Учихе не нужно было прокалывать безупречную кожу охотника столько раз, но то, как блондин вздрагивал от каждого укуса, как учащалось сбившееся дыхание, как он выгибался и стонал, вместо боли ощущая пронзавшее тело наслаждение, заставляло вампира делать это снова и снова. Завораживал сам процесс. Поэтому кучка ребят, таращившихся на него, как на самого хозяина преисподней, не вызывала ничего, кроме презрения. Впрочем, их ступор продлился недолго. - Матерь божья! – явно не своим голосом взвизгнул кто-то из стремительно трезвеющей компании. – Вы это видели?! Бежим! «Жалкое зрелище», - подумал парень, глядя вслед чуть не схлопотавшим инфаркт, судя по сердцебиению, горе-бандитам. Хорошо, если сегодняшняя встреча с «дьяволом» послужит им уроком, чтобы в будущем не столкнуться с настоящим адовым отродьем… или, как минимум, завязать с выпивкой. Как ни крути, а все на пользу. Размышляя о том, каким он иногда бывает терпеливым и великодушным, Саске неспеша побрел по безлюдной улице в противоположном от беглецов направлении, сделав вид, что не заметил, как мимо соседнего перекрестка, скрывшись за поворотом, бесшумно пронеслась чья-то тень. Знакомое чувство. Очень знакомое... да неужели? Итачи?! Нет, Наруто прав – без подготовки идти против него слишком рискованно. Нужно срочно взять себя в руки и свалить пока не поздно, но... Разум отчаянно доказывал, что решение со всех сторон правильное, в отличие от мыслей, занимавших сейчас голову парня, стиснувшего зубы и из последних сил боровшегося с желанием броситься следом за братом и наконец разорвать того в клочья. Учиха остановился посреди тускло освещенного перекрестка, то ли ожидая нападения, то ли еще раз пытаясь все обдумать, после чего достал телефон и быстро отправил короткое сообщение. Сегодняшняя ночь могла закончиться чем угодно, лучше перестраховаться. Шуметь в густонаселенном месте не стоило, а значит оставаться в городе небезопасно: поблизости офис этих маньяков-убийц в человеческих шкурах, которые сразу пронюхают неладное и подоспеют куда раньше, чем все закончится. Как и ожидалось, ощущение присутствия пропало, но этот факт еще не значил, что источник опасности пропал вместе с ним. А может, стоит рискнуть? Ведь это шанс. Тот самый шанс, которого Саске ждал уже не первый год, - возможность наконец покончить со своей болью... покончив с Итачи. Принесет ли его месть столь необходимый покой, парень не задумывался - ни к чему. Главное, что убийца наконец ответит за свой малодушный, трусливый поступок. Саске не раз задумывался над тем, как его заботливый терпеливый брат мог за сравнительно короткое время превратиться в чудовище и не находил ответа. Сначала парень пытался объяснить все тем, что после обращения люди меняются не в лучшую сторону, но вскоре понял – ни черта подобного, и он сам тому подтверждение. Разум остается при своем владельце, как и эмоции, и здравый смысл, и даже совесть. Поэтому, как он подсознательно не пытался оправдать это... существо, всегда возвращался к исходной: Итачи убил своего младшего брата, который доверял ему больше, чем себе, любил и старался во всем подражать старшему кумиру, только чтобы спасти свою давным-давно и так остывшую задницу от упокоения. Без зазрений совести, спокойно, безразлично глядя в полные ужаса глаза, насильно напоив своей кровью и оставив мучиться на холодном, измазанном бурыми разводами полу камеры. Учиха помнил, как он умирал. Наверное, даже слишком хорошо, чтобы не думать о прошлом без содрогания. Тогда, словно замершими стеклянными глазами глядя на свое отражение в ненавистном зеркале, он даже не мог зажмуриться, чтобы представить, будто весь этот ужас не более чем очередная галлюцинация. Чувствовал, как с каждым вдохом все меньше воздуха поступает в легкие, а вместе с ним уходит и жизнь, словно кругом лед и парень медленно замерзает, превращаясь в бесчувственный труп... но на самом деле он горел. Сгорал изнутри, глубоко под кожей, словно во внутренности заливали расплавленное железо, и не мог ни пошевелиться, ни издать хоть какой-нибудь звук, не говоря уже о криках. А кричать хотелось, будто от этого могло стать легче, но оставалось только неотрывно смотреть на свое пугающе безразличное, мертвое лицо, в остекленевшие глаза, из которых в маленькие размытые лужицы стекали на пол соленые слезы, оставляя тускло блестевшие прозрачные дорожки на щеках и приоткрытых губах. Даже пережив свою смерть - а ведь это само по себе звучало дико - Саске до последнего отказывался верить, что его брат на такое способен. Просто не хотел понимать. Но факты говорили сами за себя. Наверное, решающую роль сыграла попытка Итачи уговорить парня работать на тех, кто заставил пройти через ад... их обоих. После тех слов было бессмысленно надеяться найти объяснение. Все стало предельно ясно. Итачи с самого начала был выродком, а после смерти его нелицеприятная сторона поперла наружу из всех дырок, как вязкий ком слизи обволакивая тех, кто находится поблизости. После пережитого Саске незачем было существовать, и поначалу он собирался покончить с собой, но стоило солнцу впервые коснуться кожи, как вся решимость осуществить задуманное испарилась сама по себе: даже в таком состоянии разум цеплялся за жизнь, и, в конце концов, нашел причину ненадолго задержаться в этом мире, пусть она и была далеко не тем, чему стоило бы себя посвятить, – месть. Он убьет брата и найдет виновных, избавив еще многих людей от своей участи, и, прежде всего, самого себя от груза прошлого. Возможно, звучало пафосно и даже глупо, учитывая, против кого он собирался «воевать», но зато справедливо. В отличие от судьбы, в лице брата и других тварей, за ним стоявших, вдоволь поглумившейся над всеми участниками этого кровавого спектакля. Впрочем, причины давно перестали волновать Учиху, заменившись на затаенную, годами вынашиваемую под маской безразличия бессильную злобу, которую возможно сорвать лишь одним способом. И чем больше брюнет бездействовал, тем больше глухая ярость вытесняла собой здравый смысл. Итачи где-то рядом и не важно, чем все закончится. На этот раз вампир намерен любой ценой утащить ублюдка за собой на тот свет. Вот только все происходящее больше напоминало открытую провокацию: «иди и прикончи меня, если сможешь». Но ведь другого шанса может не представиться? Чем не причина поддаться? А там можно будет разобраться по ситуации. Как же сложно иногда бывает просто взять себя в руки. Хуже гребаной жажды, наверное, только жажда мести, медленно но верно выжигающая внутри остатки всего человеческого, что осталось после обращения. Узумаки прав - ненависть убивает всех, кто стал на ее путь, но это уже не имеет значения. Свой путь Саске выбрал давно, и был намерен пройти его до конца. Брюнет прикрыл глаза, еще раз пытаясь найти источник до отвратительной боли в висках знакомой энергии, но, как и ожидал, безуспешно. Оставалось рассчитывать на то, что Итачи следит за ним, возможно даже с момента их встречи на шоссе, а значит, чуть что, потащится за вампиром. Наличие вокруг большого скопления людей делало узкую улочку не лучшим местом для разборок – ненужных свидетелей, счастливых обладателей близлежащих квартир, да и просто случайных прохожих вмиг размажет по стенам в процессе «разговора». Лучше убраться подальше. Еще раз обернувшись, чтобы убедиться в отсутствии каких-либо тварей хотя бы в ближайшей паре метров от себя, Учиха исчез, как можно быстрее направляясь в сторону леса. Осознание своей неправоты на деле редко помогает избежать оплошности. Скорее наоборот – на пару с безрассудной гордостью, подогревающей самомнение, толкает все ближе к краю пропасти, выбраться из которой получается далеко не всегда. Ни звуков, ни шорохов. Лес молчал, словно его обитателей снова вытеснило измерение Джерри или еще какой подобной ему твари. Но на этот раз проблема заключалась не в демоне, и такое замечательное обстоятельство внушало призрачную уверенность в том, что сегодня все закончится. Саске и раньше было интересно, сможет ли Итачи впервые за долгие годы бесконечной игры в «кошки-мышки» взглянуть ему в глаза, но после недавней встречи на трассе понял – мог тогда, сможет и теперь. Словно в нем ничего не осталось от себя прежнего. Совсем ничего. Некстати промелькнула показавшаяся абсурдной мысль о том, что, возможно, вместо силы Итачи мог получить примирение с совестью, как самую бесполезную способность, дарованную новому существу после перерождения. Странно, какие только мысли не лезут в голову, когда пытаешься искать объяснения. В любом случае, тот брат, которого Саске помнил и любил, умер уже давно. Осталась только эта тварь... и она где-то рядом. Темнота ночи, делавшая непроходимый лес еще более мрачным, никогда не мешала парню ориентироваться, но на мгновение показалось, будто тени начали сгущаться. Бесполезно. «Что ты делаешь, Итачи? Ты ведь понимаешь - бессмысленно ловить меня в иллюзию...» - мысленно обратился к своему противнику брюнет, нарочито медленно вынимая катану из ножен. На эту мелочь хватит и обычной стали. Парадокс: обычный кровосос обратил человека в Высшего. Даже немного жаль, что все так быстро закончится. Владелец необычного кинжала больше не пытался с его помощью скрыть энергию, без страха и опасений возникая напротив подчеркнуто отстраненного Саске: красная куртка, серые джинсы, мягкая улыбка... ублюдок. Насмешка? Нет. Какого черта он так спокоен? Без своего ножика этот жалкий упырь ни на что не способен. Благо, на свои силы младший Учиха мог рассчитывать с не меньшей уверенностью, чем его брат на артефакт. И тут парень не выдержал, сорвался. Убийца стоял прямо перед ним, расслабленный, словно готовый ко всему, что ему могли противопоставить. Саске больше не собирался задавать вопросы или выяснять причины, время сомнений и поиска ответов прошло. Теперь он просто собирался кое-кого упокоить. Впрочем, в первую же секунду Высшему вампиру пришлось уворачиваться, причем на пределе скорости – брат не стал размениваться по мелочам, выпустив в него серебряную пулю из не пойми откуда взявшегося пистолета. А ведь еще сантиметр и аккуратное отверстие в истрескавшемся стволе сосны красовалось бы совсем в другом месте, как, собственно, и следующие два, одинаково быстро продырявившие ночную чащу. Обострившиеся почти на грани интуиции чувства помогли вовремя уклониться, приближаясь к вызывающе самоуверенной цели. Рука поудобней перехватила холодное оружие, используемое своим владельцем зачастую куда эффективней огнестрельного, и лезвие с тихим свистом прорезало воздух, но, вместо того, чтобы снять с противника скальп с внушительной частью кости черепа и мозга в придачу, на покрытую мягкой травой землю опустилась лишь тонкая длинная прядь черных волос. Саске про себя чертыхнулся, в то же мгновение ощутив за спиной энергию брата и с трудом успел отбить атаку тонкого кинжала, метившего ему в шею. Близко. Слишком близко! Но, даже заметив на кончике оружия капли своей крови, паниковать парень не собирался. Все время Итачи старался избежать прямого зрительного контакта, а значит... Закончить мысль не позволило внезапное понимание: ублюдок даже не пытается скрыть энергию, хоть и продолжает использовать свою способность во время быстрых перемещений. Чего он добивается? Проанализировать ситуацию до конца помешал следующий удар, чуть не ставший для парня последним. Саске даже не понял, которое из шестых чувств спасло его на этот раз, но после такого же молниеносного, как и предыдущие, исчезновения Итачи, они последовали одно за другим, чередуясь с не менее молниеносными атаками. Они сыпались со всех сторон и сливались в единый металлический дождь, противостоять которому было слишком тяжело, даже на грани возможностей. Неприятно было признавать, но, похоже, за счет артефакта, старший Учиха сражался на одном уровне с Высшими. Это выводило из себя окончательно. Должно быть слабое место, но если так пойдет и дальше, соверши Саске еще хоть одну незначительную ошибку, и найти его уже не представится возможности. Да и искать будет уже, собственно, некому... Каким-то чудом парню удалось выскользнуть из-под очередного удара и, блокировав последующий, уйти в сторону, чтобы в следующий момент, как и ожидалось, увидеть перед собой до омерзения спокойное, но при этом все так же сосредоточенное мертвенно-бледное лицо брата. Захотелось как следует заехать по нему свободной рукой, да так, чтоб зубы посыпались, но на такой красочный маневр до миллисекунд выверенного времени не оставалось. Этой выкроенной с огромным трудом и почти незаметной заминки Саске хватило, чтобы, нарочно открывшись перед атакой брата, перехватить меч обеими руками и колющим резким движением вонзить его снизу вверх в живот своему убийце. Так, чтобы тонкое лезвие прошило замершее тело от желудка до легких, показавшись своим перепачканным черной кровью концом между лопаток мужчины. Два взгляда одинаково красных глаз, бывших некогда зеркально похожими угольно-черными, неизбежно встретились, и схватка на бешеной скорости прервалась так же внезапно, как и начиналась. Саске смотрел с ненавистью и болью, пытаясь увидеть... что? Раскаяние? Сожаление? Парень не знал, хоть и продолжал в глубине души надеяться непонятно на что, ни за что не признаваясь себе в этой маленькой слабости, а теперь, наверное, и вовсе потеряв ощущение реальности происходящего. Но он не увидел. И не увидит, похоже, уже никогда. Зрачки Итачи потемнели, становясь такими, какими были при жизни. Их предсмертная опустошенность напомнила брюнету отражение собственных глаз, увиденное им когда-то в зеркале тесной бетонной камеры, от стен которой никогда не веяло ничем кроме страха и безысходности. Младший брат смотрел в их глубокую черноту и понимал, что не чувствует больше ничего: ни радости, ни ненависти, ни сожаления, ни хотя бы толики отвращения к неспеша обращающейся в пыль холодной плоти и коже главного героя всех его душевных терзаний и кошмаров наяву. А вообще, с чего бы - серый пепел, которым становятся все подобные твари, к сожалению, был и его сутью тоже... Вместо чего-то долгожданного и необходимого, месть принесла лишь ту же пустоту, которую видел выживший Учиха, словно чувствуя, как из лишенных эмоций глаз брата она перетекает в него, заполняя избыток никому не нужного места в израненной душе, освободившегося после достижения ее обладателем своей главной, настолько же желанной, насколько и бессмысленной цели. «А что теперь?» - мелькнуло в опустевшем сознании вампира, словно впавшего в ступор и отстраненно наблюдавшего за мерно осыпавшимся на влажные заросли папоротника прахом. Но, как оказалось, этот непростой вопрос уже решили за него... Все еще находясь в шоковом состоянии, парень не успел среагировать на незнакомую энергию, возникшую у него за спиной, а в следующую секунду удивленно, растерянно и как-то непонимающе смотрел на резную металлическую рукоять кинжала, тускло сиявшую мутным белым камнем у основания... кинжала, застрявшего у него в груди на всю длину своего немаленького лезвия, по самый ограничитель. Силы потоком энергии хлынули из тела, впитываемые ненасытным артефактом, и Учиха, не удержавшись, упал на колени рядом с горсткой пыли, в которую превратился его брат, выронив все еще зажатый в руках меч и словно со стороны глядя на силуэты людей, неспеша выходивших из темноты деревьев. - Как я и говорил, - раздался низкий голос возглавлявшего их статного мужчины, на котором, сколько ни пытался, уже начинавший терять сознание Саске не мог сфокусировать так некстати подводившее его зрение, - после убийства брата он открылся. И теперь, как видите, угрозы не представляет. Наглядный пример того, как опасны и бесконтрольны человеческие эмоции. Произнеся свою короткую речь, человек замолчал, оценивающе глядя на Учиху, но парень на грани своего потухающего сознания смог отметить только бросавшиеся в глаза длинные, слегка небрежно встрепанные черные волосы, спадавшие чуть ниже плеч, и бледную кожу, на фоне которой четко выделялись два алых пятна глаз, прожигавшие его, казалось, насквозь. Вампиры? Похоже на то. «Выходит, это конец», - как-то безразлично констатировал про себя брюнет, казавшийся настолько очевидным факт. Бороться не было ни сил, ни желания. А зачем? Ведь теперь все по-настоящему кончено. Не осталось страха и не возникло сожаления, а жизнь не пронеслась перед глазами, как это иногда описывают побывавшие на грани люди. Парень много раз был на грани, и однажды ее даже перешагнул, но ничего подобного с ним не происходило. Смириться оказалось на удивление легко, но что-то не давало покоя, маяча своей непонятной сущностью где-то на заднем плане вялотекущих мыслей. Интересно, что?.. Словно, прощаясь с этим миром, он забыл вспомнить нечто слишком важное, чтобы относиться к нему так несерьезно... Последнее, о чем успел подумать брюнет, проваливаясь в вязкую как деготь бездну, это почему он не рассыпался от удара кинжала и совсем далекое, неосознанное, где-то в глубине души: «Наруто». Просто имя, значившее слишком много и ничего одновременно. После остались лишь темнота и беспамятство.

***

      День впервые за долгое время выдался на редкость солнечным. Мелькали, сливаясь воедино, разделительные полосы дороги, по радио крутили качественный хард-рок и в кои-то веки не было слышно даже вечно докучающих в этих местах помех. Ветер, проникая в салон сквозь открытые окна, безжалостно трепал одежду и волосы водителя. Наверное, стоило чуть сбавить скорость, но блондину было, как всегда, по-хорошему плевать. Подпевая культовой группе недавнего прошлого, парень на автомате удивился, как раньше не наткнулся на такую улетную волну, с упоением вдыхая полной грудью свежий, насыщенный озоном и влагой воздух не успевшего прогреться с ночи, окружающего загородную глушь леса. Давно охотник не чувствовал себя так легко, непринужденно и... просто хорошо. Нет, не просто! С большой буквы "Хорошо", черт побери. Последнее время Узумаки не позволял себе расслабиться ни на секунду, аж мозг чуть не сварился. Но сейчас все проблемы казались легко решаемыми, а страхи необоснованными. Может, так действовала отличная погода, а может настолько удачно подходящая под нее музыка - причины хорошего настроения редко волновали охотника. Да уж, а ведь раньше он часто забывал обо всем на свете и просто гнал по бесконечной трассе куда глаза глядят, не думая о будущем, не возвращаясь в прошлое и не зацикливаясь на мелочах настоящего. Просто получал удовольствие от быстрой езды, выжимая из казенных авто все, на что они способны. И почему-то именно этим потрясающим, с какой стороны не посмотри, утром до безумия хотелось забить на все превратности капризной судьбы и на что там еще обычно забивают, сесть за руль и наконец снова стать тем прежним светлым, открытым парнем, которым он, наверное, и являлся. Улыбчивым блондином с темным прошлым, хитрым взглядом и разрезающей лесное море дорогой, несущейся далеко в пронзительно голубое, как отражение его глаз в зеркале заднего вида, бескрайнее небо. Так он и поступил, взяв внедорожник и, как и в не столь отдаленные времена, которые некоторые пожилые снобы именовали «старыми добрыми», отправился на очередное задание. Вряд ли бы сотруднику такого уровня дали отсиживаться в офисе долго: работы мало не бывает, а уж для охотника в местах, подобных этому, она всегда найдется. Разумеется, Узумаки мог отказаться, но в свете последних событий психологическая разрядка была просто необходима, да и устраивать очередной скандал с каргой по этому поводу не очень-то хотелось. Поэтому, как только Шикамару нашел парня, а случилось это сразу после не лучшим образом запомнившегося осмотра у Сая, после которого - Наруто был уверен - его еще долго будут преследовать ночные кошмары извращенно-эротического содержания, и предложил до смешного простое дельце, естественно, зная, что лучше всего поможет другу отвлечься от проблем, охотник не раздумывая согласился. А это определенно должно помочь. Хотя бы ненадолго. Узумаки принял очередную работу и теперь собирался, сделав пару лишних кругов по бездорожью, заехать в пригород и выяснить на самом ли деле девчонку, возвращавшуюся домой из школы прошлым вечером, загрыз волк. Если дело по его части, действия стандартные: найдет и прикончит тварь, а если нет... зайдет в какой-нибудь захудалый паб, например, и хотя бы сегодня просто порадуется жизни. Блаженную увлеченность моментом блондина, тащившегося от очередной удачной композиции, в полном соответствии со всемирным законом подлости, самым что ни на есть бесцеремонным образом нарушил звонок мобильного. «Если карга, не отвечу», - четко сформулировал изначально бывшую непечатной мысль Узумаки, нехотя сбавляя скорость и... минуточку. Противно пища, требовал к себе внимания далеко не его рабочий телефон, который всегда использовал парень, а тот самый незамысловатый агрегат, презентованный в свое время Учихой на случай экстренной необходимости связаться. «Саске? Да быть не может, чтобы он раньше меня что-то нашел», - удивленно подумал блондин, но, по-привычке взглянув на номер звонившего, озадачился гораздо больше – на экране красовался совершенно незнакомый набор цифр, но ведь кроме Учихи его номер не должен знать никто, так? Тогда какого черта? Нет, начало дня пока не было испорчено, но ситуация Наруто заранее не нравилась, и что-то подсказывало – неспроста. Может все-таки ответить? А вдруг номером ошиблись? Звонивший оказался не по-человечески настойчив, поэтому противная мелодия вызова продолжала пронзительно верещать все время, что Узумаки таращился на телефон. Наконец любопытство взяло верх, и охотник ответил на звонок, молча ожидая объяснений от таинственного абонента. - Э-э... Алло? – раздался совершенно незнакомый и показавшийся парню напряженным голос по ту сторону трубки. Впрочем, после такого оригинального приветствия повисла затянувшаяся пауза. - Вам кто нужен? – немного раздраженно уточнил Наруто, понимая, что не отреагируй он хоть как-нибудь, молчание продолжится. - Узумаки Наруто, – лаконично сообщил собеседник, как теперь выяснилось, точно знающий кому и куда он звонит. - Допустим, – становилось все интересней и интересней. Кому и зачем Саске дал его номер? Тут что, служба взаимной поддержки?! Черт. – Зачем? И с кем я, вообще, разговариваю? - Поверьте, я тоже не в восторге от общения с вами, но, к сожалению, обратиться мне больше не к кому, – похоже, с ним старались говорить повежливей, то ли относясь с уважением, то ли просто, к слову сказать, небезосновательно, опасаясь. И правильно. – Вы меня не знаете, но Саске мог упоминать человека или другой источник, помогавший ему в поиске информации. Это я. - Что? – снова ненадолго повисла тишина. Вот те раз. Узумаки не мог понять, что происходит и с чего бы вдруг этой таинственной личности понадобилось с ним связываться, но одно было ясно точно: это не к добру. Так. И что стряслось? – Предположим, что я поверил. И зачем вы мне звоните? - От безысходности, наверное, – довольно спокойно, но вместе с тем как-то печально вздохнули на том конце трубки. – Скоро за мной могут придти и, раз уж Саске говорил, что вам можно доверять, я постараюсь. Меня зовут Ходзуки Суйгецу, хотя... теперь это, наверное, не важно. Я хакер, у которого с Учихой были общие интересы. Это, пожалуй, все, что нас объединяло, но дела шли неплохо... до вчерашней ночи. Теперь, если меня найдут, то найдут, как бы далеко и быстро я не бежал, но сидеть и ждать конца света я не намерен. Поэтому и использую возможность поделиться с вами тем, что удалось выяснить... Наруто, вы сейчас сможете меня выслушать? - Что случилось? – севшим голосом спросил Узумаки, съезжая на обочину и глуша мотор. Парень внутренне похолодел. Вот теперь день был по-настоящему испорчен, но это было последним, о чем он сейчас думал, ведь случиться могло действительно все, что угодно. Случиться с Саске, например... и эта мысль была самой пугающей. Узумаки больше не врал себе, он волновался за вампира, хоть и звучало это немного дико. Но охотнику было глубоко плевать, как и что там звучало. Наверное, он переживал за это бледное недоразумение даже сильнее, чем за себя горячо любимого. Но на это блондину сейчас тоже было параллельно. - Похоже, Саске упокоили, – безэмоционально сообщил Ходзуки, хоть его отрешенность и была скорее защитной реакцией, чтобы скрыть свое разбитое в последние часы состояние. – Обычно, когда он считал, что рискует погибнуть, Учиха отправлял мне соответствующее сообщение, и, если все обходилось, ровно через четыре часа присылал еще одно или звонил. Но в этот раз прошло уже девять с половиной часов. Во время нашего последнего разговора он тоже показался мне довольно странным... взволнованным, что ли? Хотя, тут судить тяжело, если вы понимаете о чем я, – заминка продлилась недолго, после чего Суйгецу продолжил: – Если возникнут... такие обстоятельства, он просил рассказать вам все, что нам известно. Это было чем-то вроде последнего желания. И даже если я все еще не до конца вам верю, мне придется его выполнить. Сглотнув застрявший в горле липкий ком и продолжая мысленно пытаться хоть немного успокоиться, взяв себя в руки, охотник, медленно бледнея, начал слушать рассказ хакера, и с каждым его словом призрачная надежда на то, что с самоуверенным брюнетом все каким-то чудом окажется в порядке, трескалась как хрупкая бесценная ваза под давлением грубых пальцев. Вдавив в пол педаль газа, Наруто, игнорируя пронзительный свист паленой резины, развернул внедорожник и почти на максимальной скорости помчался обратно, в сторону города, откуда, по словам Суйгецу, ему последний раз звонил Учиха. Слова Ходзуки все еще проносились у парня в голове, заставляя вцепиться в руль до побелевших костяшек и нестись вперед в надежде неизвестно на что. Почувствовать оставшуюся энергию и найти Учиху? Отличная идея! Весь город был в полном его распоряжении. Его ж мать, Саске! Как он мог, нет, как он посмел во что-то вляпаться?! Идиот. Какой же он все-таки... Нет! Не думать. Все потом. А пока нужно хоть что-нибудь предпринять. Причем немедленно, потому что Узумаки чувствовал - в противном случае он просто свихнется от неведения, продлись оно хоть еще пару минут. Так. Успокоиться и мыслить логически, да? Хорошо, рискнем. Итак: если хоть на мгновение согласиться с предположением Ходзуки, Саске был уже мертв или, правильней сказать, упокоен. Но Наруто ни за что бы не согласился и соглашаться был не намерен, пока не будет хоть одного весомого доказательства, хоть охотник и понимал, что даже тогда вряд ли сможет поверить... Нет! Иначе он просто... Потом, черт возьми. Не сейчас. Хакер рассказал много нового, включая и тот факт, что Учихе с самого начала было известно место проведения запечатывания двадцатитрехлетней давности. Оказалось, что у документа имелась вторая часть, где назывались точное место и время. К сожалению одного... скрытного вампира, там не упоминалось больше ничего стоящего, хоть как-то пролившего бы свет на произошедшее, но даже эту информацию по каким-то своим соображениям Саске решил утаить. Узумаки это, даже несмотря на ситуацию, не на шутку взбесило, ведь он предупреждал кое-кого на счет «держать за идиота», разве нет? Не будь он сейчас «слегка» сбит с толку, записал бы в свою воображаемую «книгу должков» смачную затрещину на счет Учихи Саске с последующим обесчестиванием в придачу. Ничего страшного, как-нибудь обязательно. Главное, чтобы он не... дьявол, ну почему? Надо успокоиться... Зато теперь все становилось на свои места, ведь церковь, в которой проводили ритуал, находится в Мэйне. В этой неприметной деревне, будь она неладна! Трижды "ха". Кто бы мог подумать. Но это объясняло и охранный знак на входе, и то, что там забыл Саске, когда впервые встретил своего будущего союзника. По словам Суйгецу, он пытался разузнать больше, лично обследовав церковь, но так ничего и не нашел, как вдруг явился Узумаки, а дальше история известная, называется – «Начало конца». Смотрите во всех кинотеатрах страны, блядь! Интересно, хоть кто-нибудь ради разнообразия подавится попкорном?.. М-да, как обычно, все сложилось просто потрясающе. К тому же, пресловутые «врата в преисподнюю» что, тоже были открыты там? Скверно. Причем даже очень. Кому бы не понадобилась голова Учихи, они явно в курсе событий, и даже если раньше не знали всего, то теперь, вполне возможно, знают. А ему что прикажете со всем этим делать? Весело. И снова тот же риторический вопрос, мучивший парня все время с момента обнаружения в архиве секретных документов: зачем? А если и могло найтись хоть какое-то, даже самое абсурдное объяснение необходимости заглянуть в потусторонний мир, то причем здесь ни в чем не повинный ребенок? За что? Ведь все могло обернуться совсем иначе, как в судьбе самого охотника, не ставшего бы жертвой чьих-то как минимум маниакальных интересов, так и в жизнях людей, с которыми блондину приходилось иметь дело. Да, он спасал многих и многим причинял боль. Но все случилось с точностью так, как должно было случиться. Поздно что-то менять, да и бессмысленно. Как все время продолжал твердить свою заученную упаднически-меланхоличную мантру Хьюга – судьбу не изменить. Что ж, каждый имеет право на свое мнение, и с мнением этого зацикленного на своей персоне мироненавистника охотник был в корне не согласен. Нет, мы не можем изменить судьбу, но мы можем сотворить ее здесь и сейчас, своими собственными руками. Именно для этого дано настоящее. В это верил сам Узумаки, поэтому надежда у него была, и лучше сдохнуть, чем сесть и опустить руки, как сделал этот пустоглазый придурок. Правда, стоило вспомнить о том, что, объединившись один Бог знает с кем, Организация запечатала в него демона, обходя все мыслимые и немыслимые правила, снова становилось тошно. Есть ли предел человеческой жестокости? Может, то, что он не может в полной мере назвать себя человеком, и к лучшему. Кто знает? В любом случае, Наруто в глубине души чувствовал... нет, знал – Саске все еще где-то там, и он найдет парня, чего бы это не стоило, потому что надеется, потому что ждет, потому что просто не бросит, потому что лю... Что?! Рассматривая свое шокированное лицо в зеркале заднего вида, Узумаки остановил машину, чтобы ненароком не врезаться на ближайшем повороте в какую-нибудь сосну. «Потому что я... что?!» - ошарашено думал блондин, боясь произнести вслух результат своего неожиданного осознания. В салоне повисла пугающая тишина, а воздух, несмотря на максимально открытые окна, казался спертым. На соседнем с водительским сидении, заставляя парня вздрогнуть, как от удара током, стандартно зазвенел тот самый мобильный телефон, по которому Наруто только что разговаривал с хакером. Глядя на него, как на предмет из другого мира, парень невольно обратил внимание на экран, где зелеными циферками высветился номер... Саске?!.. Протянув отчего-то дрогнувшую руку, парень взял трубку и, судорожно сглотнув, нажал кнопку «ответить», все еще глядя прямо перед собой остекленевшим взглядом и жадно вслушиваясь в потрескивающую помехами на другом конце тишину, отмеряемую лихорадочными ударами его болезненно сжимавшегося сердца.