Dark Side

Глава 9.

      Протянув отчего-то дрогнувшую руку, Наруто взял трубку и, судорожно сглотнув, нажал кнопку «ответить». - Утро доброе, - слащаво поприветствовал до тошноты знакомый голос, - адово отродье. А некоторые еще сомневались, что ответишь. Думал, никто не догадался, как ты проводишь выходные? - Что за… - только и смог выдавить Узумаки, будучи все еще не в состоянии адекватно оценить ситуацию. И он обязательно продолжил бы растерянно рассматривать блики на лобовом стекле, если бы не… - Хьюга?! Какого черта?! Откуда у тебя… мразь, – прорычал охотник. – Я должен был догадаться. - Привет от Коллегии Независимых Созерцателей, убийца, – усмехнулись в ответ. - Коллегии? Ах вот оно что. И давно ты с упырями снюхался? – Наруто помнил, это название уже проскальзывало в документах. Ходзуки упомянул, что это нечто вроде совета наиболее авторитетных Высших, в теории, имеющих право вершить суд над себе подобными. Последнее время охотнику и так пришлось нелегко, но узнав, что Организация при запечатывании в него демона обратилась за помощью к этим тварям… он еще раз задумался над тем, что Саске в своем стремлении разделаться с этой замечательной структурой оказался во многом прав. Может, стоило перестать задавать свой уже почти наивный риторический вопрос: зачем? Ответов на него нашлось бы с избытком, вот только ни один из них не объясняет цинизма и жестокой расчетливости, с которой его лишили будущего. Кто именно виноват и какую роль во всем этом сыграла его нынешняя начальница, парень решил обдумать позже, а вот какого лысого забыл среди этих трупов всегда подчеркнуто правильный Хьюга… Разум начала застилать все сильнее закипающая, словно расплавленная магма, глухая злоба. Похоже, пока Узумаки пытался осознать происходящее, пауза слегка затянулась. - А теперь послушай меня, мясо пустоглазое, - спокойно, но от этого не менее угрожающе начал блондин. Нужно собраться. Истерикой он Учихе не поможет. - У тебя тридцать секунд, чтобы рассказать, где Саске, и если, не дай Господь, с его головы хоть волос упадет, я, так и быть, сделаю исключение из своих непогрешимых правил и сожру тебя живьем. - У-у, как страшно, - с явной насмешкой протянул собеседник. - Неужто ты и впрямь в лепешку готов расшибиться ради своего бесценного кровососа? Ты действительно рехнулся. А впрочем, не удивлюсь, если это произошло еще до того, как твоя перегретая в преисподней задница заняла место в офисе. - Меня плохо слышно, или словесный понос как всегда заткнуть нечем?! - Хорошо подумай, прежде чем хамить. А потом молись, чтобы у твоего обожаемого куска трухлятины сохранилось как можно больше потрохов, – Неджи ненадолго замолк, картинно издав мечтательный вздох. Узумаки чувствовал, как почти незаметно энергия начинает покалывать кожу ладоней, отстраненно отмечая, как, отражаясь в зеркале заднего вида, на фоне красных радужек вытягиваются зрачки. Повезло этому козлу продажному, что его нет поблизости… - Формально, он приговорен Коллегией к упокоению, но… есть альтернатива: одну тварь меняем на другую. И Учиха отделается малой кровью. В отличие от тебя. Ну как? - Что я должен делать? – стиснув зубы и неимоверным усилием заставив себя не сорваться, проговорил Узумаки. - Правда? – не совсем наигранно удивился Хьюга. – Интересно, может он твоим мозгом втихаря питался? Большинство поставили на то, что ты всех пошлешь. Впрочем, мы бы все равно своего добились… рано или поздно. Так даже лучше, – насмешливый тон перешел в серьезный. – Сегодня после захода солнца. Мэйн, церковь. Не опаздывай. - Подожди! – повысил голос охотник, понимая, что абонент сейчас отключится. – Дай мне поговорить с Саске. - Как трогательно, - хмыкнул шантажист, понимая, что если парень не будет уверен в сохранности Учихи, от него мало чего добьешься. – Погоди немного. Ты ведь никуда не спешишь? Нет? Вот и отлично. По ту сторону раздалось какое-то приглушенное шуршание, напоминавшее помехи, затем негромкий щелчок и звук скрипа проржавевших дверных петель. Послышались негромкие голоса, но разобрать о чем они переговаривались не получалось, разве что отдельные слова, но представление о происходящем они давали весьма смутное. На несколько мучительно долгих секунд стало тихо. В горле пересохло. - Наруто?.. – тихий голос Учихи казался охрипшим, каким-то чужим и болезненно уставшим, но парень узнал его сразу. Онемевшее тело словно прошило током. - Саске?!.. Идиот! – блондин хотел было продолжить длинную тираду из упреков, тот час же возникшую у него в голове, но сразу себя одернул. Не самое подходящее время для выяснения причин. - Что произошло? Сам-то цел? - Не… - вампир закашлялся. - Не смей соваться в Мэйн! Забудь про меня и беги как можно дальше, Организация… Снова послышалось шуршание и телефон вернулся к его прежнему обладателю. - Ну и трепло твоя Бонни, - пожаловался Хьюга, - надо было сразу ей язык отрезать. Да не важно. Главное про вечеринку не забудь. В трубке раздались короткие гудки. Один за другим они сменяли друг друга, сливаясь в длинный неразборчивый поток пустоты, который отказывалось воспринимать воспаленное сознание. Наруто не сразу понял, что уже не первую минуту неподвижно сидит, отстраненно глядя куда-то вдаль, где трасса скрывается за очередным поворотом, и слушает неумолкающий телефон, но не слышит. Собственные мысли, которые охотник пытался собрать воедино, словно мозаику с кучей недостающих деталей, были куда громче. Они одновременно являлись и сотней мелочей, постоянно ускользающих и не дающих собраться, и тем решающим фактором, не дающим сорваться, окончательно потеряв над собой контроль. А значит, нужно немедленно заставить себя мыслить хотя бы в верном направлении, о «холодно» и «непредвзято» речи пока не шло. Выход есть всегда, даже если он таковым не кажется, верно? Итак… Хьюга? Этот мешок с костями. Охотник нервно взъерошил волосы, поворачивая ключ зажигания, еще не будучи до конца уверенным в том, куда собрался ехать. Точнее, он просто этого не знал. До заката восемь часов, и, если подумать, это время можно потратить на поиски недостающей информации, но… где? Организация? Очень смешно. Судя по всему, эта продажная ищейка, кости которой рано или поздно будут медленно трескаться одна за другой, не без посторонней помощи, разумеется, не такая уж и продажная. Что сказал Саске? Первое: валить куда подальше, значит, с самого начала Коллегии был необходим именно он, а не вампир, который в процессе путался у них под ногами. Хотя, одно не исключает другого, но это уже детали. Что Учиху пока используют в качестве приманки, а в скором времени незамедлительно упокоят, естественно, ни на кого обменивать не собираясь, понятно и макаке, вопрос только в том, зачем упырям понадобился одержимый? Как не прискорбно, но ответов на него более чем достаточно: хотя бы для ослабления позиций Организации. Но! Давным-давно, запечатывая в него демона, эта самая Организация примирилась с Коллегией. Из чего плавно вытекает второе: Саске упомянул Организацию, словно хотел что-то про нее рассказать, и Хьюга, опасаясь всплывания лишних подробностей, отобрал мобильный от греха подальше. Кстати, насчет этого индюка, который все еще вряд ли себе представляет, как он попал: Узумаки мысленно пообещал себе, что как только разберется со всем этим завалом - а он надеялся, что обязательно разберется - Хьюга неспеша, успев как следует насладиться процессом, отправится в рай. Если заслужил, конечно. Несмотря на столь заманчивую перспективу, не стоило упускать из внимания и то, что Неджи был последним человеком, который мог предать Организацию. Да, Хьюга ненавидел его лично, судьбу в частности и добрую половину сотрудников по отдельности, но Цунаде он всегда уважал и признавал ее наивысшим авторитетом, как и принято по уставу, если не боготворил украдкой. Наруто вряд ли бы удивился, поступись этот пустоглазый всеми правилами, предписанными сотрудникам, стоило Сенджу отдать личный приказ им в обход. Плюс, он единственный, у кого была реальная возможность догадаться о связи охотника с Учихой, о чем не очень радостно напомнил инцидент с пропитанной энергией последнего рубашкой. Если сопоставить все, что за последнее время удалось узнать, сам собой напрашивается вывод: за похищением Саске стоит не только Коллегия, но и, вполне возможно, Организация во главе со своей Пятой руководительницей, ради достижения один дьявол знает какой цели, вступившая с ней в союз. Как минимум британское отделение очернило себя так, что никогда, скорее всего, не сможет вернуть и части имеющегося в определенных кругах доверия, если все их махинации станут широко известны. Неслыханно. Теперь вопрос о том, что задумали две настолько противоположные структуры, если дошло до, пусть даже временного, перемирия, становился все более пугающим. И он, Узумаки Наруто, был чем-то вроде сломанного механизма в этой смазанной во всех щелях слащавым враньем и мерзкими интригами машине, превратившей его в часть чьего-то дьявольского плана. Парень понимал, насколько опасно являться в Мэйн, но и догадывался, что может произойти с Саске, послушай он совета вампира свалить куда подальше. Ну уж нет! Черта с два он оставит Саске одного в этой дыре, да еще и с тронувшимся на своем горьком одиночестве Хьюгой. А значит, стоит придти и наглядно продемонстрировать некоторым личностям почем фунт лиха, и как это выглядит, когда одержимый по-настоящему выходит из себя. Только перед этим выяснить, чего же добивается, с первых секунд приговоренное охотником к мучительному упокоению, полчище тварей, в ряды которых теперь дружно влились сотрудники Организации. «Не. Терять. Контроль», - зазубренной мантрой мысленно повторял себе блондин, въезжая в город. Лес остался позади, сменившись урбанистическим пейзажем и теперь неясно темнея вдали своей насыщенной зеленой массой. Раньше, когда нужна была информация, он, если получалось по времени и не поджимали сроки, ехал домой и звонил Шикамару. Но сегодня эти два простых действия могли стоить жизни. Теперь он один в поле воин. Поэтому в план пришлось срочно внести коррективы, изменив его до неузнаваемости: можно перезвонить Ходзуки - его номер определился, но не было уверенности, что на том конце снова не раздастся чей-нибудь голос, знакомый не знакомый, а хакеру явно не принадлежащий, и не расскажет еще много всего жизнеутверждающего. Значит, нужно держаться окраин, сменить машину, найти ноутбук и постараться нахимичить что-нибудь самостоятельно. И да простят его граждане, которым придется расстаться со своим имуществом ради высшей цели, или как там в уставе говорилось? А впрочем, правильно – к черту устав. Все и всех к черту. Главное, чтобы он успел. Вряд ли у Саске осталось много времени.

***

      Перед глазами все плыло. Наверное, из-за огромной потери сил. Действительно, не окажись Учиха не так давно один на один с охотником и демоном в другом измерении, он готов бы был поклясться, что в ближайшем прошлом никогда не чувствовал себя хуже, чем сейчас. По крайней мере, физически. Звякнуло что-то тяжелое и металлическое. Парень не сразу понял, что это всего лишь цепь, обвившаяся вокруг его запястий и ввинченная основанием в потолок, а оглушительным в тишине его камеры эхом отдалась очередная неловкая попытка освободиться. Хотя, попыткой это можно было назвать с большой натяжкой, ведь сил не хватало даже на то, чтобы в полной мере контролировать свое восприятие, не говоря уже о точных движениях. Какая ирония. Несколько часов назад брюнету не составило бы труда раскрошить злополучный металл в порошок, как и сравнять с землей все это место, а теперь он мало того, что не знает где находится, болтаясь под потолком, словно жертва средневековой инквизиции, так еще и ничего не чувствует: ни постороннего присутствия, ни энергии. Даже зрение подвело - вокруг была лишь чернота, и если тут есть стены, что вероятнее всего, то у вампира большие проблемы. Всего пару дюймов недоставало, чтобы ноги коснулись пола. Повсюду витал запах крови, но не человеческой. Она наверняка была намного более вязкой, судя по застоявшемуся оттенку, и куда более мерзкой на вкус, судя по тому, что... принадлежала ему. Большая часть медленно впиталась в кожу еще до того, как парень пришел в себя, но темное пятно, расползшееся по одежде в районе груди, осталось, продолжая добавлять к общей неизвестности еще и свой горький привкус. Учиха не знал, что с ним произошло после того, как упокоился Итачи. Любая попытка вспомнить заканчивалась расплывчатыми образами, понять по которым что-либо было невозможно, а затем резкой головной болью, от которой парень то отключался, то снова приходил в себя, раз за разом обнаруживая, что это не сон и не галлюцинация. Саске не знал, сколько находился в этом... подземелье? Прохладно, сыро, мерзко. Где-то поблизости с потолка ритмично капала вода, неприятной резью отдаваясь в воспаленных нервах. Стало быть, он не ошибся. Знакомое чувство. Почти ностальгия, если бы не ужас, мелкими мурашками то и дело пробегавший по позвоночнику. От спертого воздуха и кажущейся глубокой тишины становилось и вовсе невыносимо. Как будто тот, по чьей вине парень сейчас здесь находился, знал все его самые потаенные страхи и не упустил возможность воплотить их в жизнь. Брюнет даже не был уверен, что все еще жив. Может, и правда?.. А это место – всего лишь часть его личного маленького ада, который он почему-то заслужил и за что-то теперь расплачивается. От таких мыслей становилось немного легче, и на пару мгновений снова накатывала знакомая отрешенность, утаскивавшая разум в бездонный колодец сознания, проводником в который служила черная реальность. Впрочем, Учиха не был уверен, что это реальность. Время же и вовсе потеряло рамки, то растягиваясь до необъятных пределов, то сжимая часы беспамятства в неразличимые мгновения. Неопределенность закончилась так же внезапно, как и началась. Сначала послышались почти неслышные шаги, приглушенные оградой из толстых камней, а затем лязг заслонки. Сквозь решетчатое окошко металлической двери, обрисовавшей свой контур среди неровностей боковой стены, в камеру проник ослепительный луч света, отчасти разогнавший темноту. В этот момент Саске понял две вещи: первая – это все еще реальность, вторая – ни черта не закончилось. Он по-прежнему в этом затухающем, погрязшем в самом себе мире, а значит, все только начинается. Эта мысль эхом отдалась в голове, стоило парню поднять глаза и увидеть прямо перед собой... Что?! Потрепанные серые джинсы, порванная в нескольких местах красная куртка, через которую виднелась темно-синяя футболка. Длинные черные волосы спадали с плеч, причудливой паутиной небрежно цепляясь за точно такие же цепи, обвитые вокруг бледных запястий мужчины, словно облитые водой они свисали вниз ровными прядями, придавая тонущей в полутьме картине оттенок слишком реального фильма ужасов. Уронив голову на грудь, он бездыханным трупом висел всего в паре метров от Саске, словно в зеркале копируя положение самого вампира. Лица видно не было, но Учиха, внутренне похолодев, и так прекрасно понял, кто перед ним находится. То ли из-за очередного шока, то ли банально из-за нехватки сил парень не мог вымолвить ни слова. «Как... – заевшей пластинкой крутилось у него в голове. - Как такое возможно?!..» Но ответом брюнету было лишь редкое поскрипывание жгущих кожу серебряным напылением цепей. - Саске? – будто током прошиб парня низкий голос Итачи. Мягкий, тихий и, казалось, какой-то обеспокоенный. До слез родной. Мужчина с трудом поднял голову, глядя на младшего брата усталыми, такими же пронзительно черными, полными печали и невыносимой горечи глазами. Губы тронула еле заметная грустная улыбка. – Слава Богу, ты еще жив. Жаль, что ненадолго. - И-итачи?.. – только и смог выдавить Саске. Растерянно, непонимающе, совсем по-детски он смотрел на своего старшего брата и не видел во внимательном, словно извиняющемся взгляде ничего, кроме усталости и... заботы? Бред. Он просто все еще без сознания и видит то, что хочет. Тогда почему ощущения так реальны? Иллюзия? - Нет, Саске, ты не спишь, не бредишь и не попал в иллюзию, – негромко сообщил Итачи, словно читая в испуганных глазах брата его сумбурные мысли. – Я тоже вначале так думал, но, как оказалось, ошибался, – вздох. – Лучше бы мы просто спали. - Ч-что... я... – слова застревали в горле. Сбитый с толку, практически полностью дезориентированный, он не знал что думать, говорить… чувствовать. Не знал даже, действительно ли это его брат, но что-то внутри упрямо кричало о том, что Саске вряд ли мог ошибаться. Но ведь Итачи упокоился… он лично его упокоил! Вот только теперь пришлось серьезно в этом усомниться. - У нас не так много времени, – словно не замечая внутренней борьбы собеседника, продолжал говорить старший брат. – Бессмысленно просить у тебя прощения, но я продолжу надеяться на понимание. Этого у меня уже не отнимут. Жаль, что все, чем я могу помочь - это рассказать правду. Итачи пронзительно взглянул на младшего брата, словно ожидая дозволения. Саске еле заметно кивнул. Несмотря на очевидное, мозг все еще отказывался воспринимать происходящее как реальность. - Слушай меня внимательно, – торопливо, словно опасаясь, что их уединение в любой момент могут нарушить, начал старший Учиха. И Саске слушал, не понимая, почему так легко верит в искренность произносимых в гулкой тишине темного подвала слов. - Все началось пять лет назад, когда меня обратил Высший по имени Мадара, на деле же куда раньше. Против своей воли я стал частью проекта «чистая кровь». Его суть заключалась в том, чтобы перед обращением собрать в теле человека как можно больше похожих друг на друга генетических кодов, например, переливая основному носителю кровь его близких родственников, не считая стабилизирующих препаратов, продлевающих жизнь и повышающих сопротивляемость. Мадара дальний предок нашей семьи по отцовской линии, поэтому наполнить сначала мое, а затем и твое тело максимальным количеством кодов ему не составило труда, но добиться нужного эффекта все равно не получалось. Мы с тобой были далеко не первыми подопытными. Разницу между всеми предыдущими попытками и самой последней найти так и не удалось. Мадара лишь предполагал от чего может зависеть концентрация энергии и ее выражение, но, похоже, даже с помощью современной техники он ненамного приблизился к полному осознанию процесса. В тебе же совпали те самые незаметные детали, которые в последующем могли стать основой дальнейших исследований, позволивших бы пополнять ряды уничтожаемой нежити Высшими, не дожидаясь столетиями их произвольного появления. Как ты понимаешь, со временем расклад сил бы кардинально изменился, приведя к постепенному порабощению, сокращению, а затем и к возможному вымиранию человеческой расы. Разумеется, этот процесс бы строго контролировался несложно догадаться кем, но итог в любом случае получается плачевный. Пытаясь воплотить свои планы в жизнь, Мадара создал тебя, использовав мое обличье в процессе обращения, после того как поймал твое сознание в несложную иллюзию. Используя эти воспоминания как инструмент давления на твою психику, в дальнейшем не составило бы труда убедить новообращенного в необходимости сотрудничать, да и просто внушить «правильные» идеалы. Невозможно было предвидеть лишь одного: уже почти легендарный дар контроля, который часто использовался Мадарой для убеждения, оказался практически идентичен твоему, разве что в разы сильнее. Но, видимо, мощность в этом случае не играла значительной роли. Твой разум оказался полностью закрыт для воздействия извне. Тогда было принято решение не уничтожать меня, как планировали изначально, а использовать в качестве приманки. Мой разум, в отличие от твоего, бессилен против атак внушения, и Мадара даже не стал ни в чем меня убеждать. Он просто взял сознание под контроль, управляя телом как марионеткой. Я мог видеть и осознавать все, но не мог ничего поделать. Возможно, такая изысканная пытка доставляла нашему предку некое извращенное удовольствие. Все же всё, чего хотел я последние годы - упокоения. Похоже, скоро мои желания воплотятся в реальность. Жаль, что именно сейчас, – мужчина снова грустно улыбнулся, ненадолго прерывая свой монолог. – Впрочем, не важно… Твой побег тоже не вписывался в планы, и стал возможен лишь потому, что никто кроме организатора проекта не верил в его успех. Но даже после этой оплошности Мадара ни в коем случае не стал бы тебя уничтожать. Думаю, причины и так понятны – единственная удача за последние две сотни лет. Но к тому моменту твой след был потерян. Осталось ждать, когда ты придешь сам. Я надеялся, что Мадара ошибается, и ты не сделаешь того, что… в итоге, привело сюда нас обоих. Но не смей винить себя в этом, Саске. Любой на твоем месте, скорее всего, не смог бы поступить иначе. Во мне же необходимость отпала тогда, когда я отправился на поиски одержимого по очередному приказу, но скрыл обнаружение Узумаки Наруто. По сути, совершенно бессмысленный протест. Для тех, кто лично участвовал в запечатывании, не составило бы труда его найти. Наверное, я просто больше не мог выносить такого существования, и смог наконец, хоть и ненадолго, выйти из-под контроля, в надежде, что теперь все закончится. Естественно, Мадара все понял. Когда я сражался против тебя последний раз, один влиятельный член Коллегии, обладающий беспрецедентным даром иллюзий, под конец смог поймать тебя в ловушку, а затем использовал кинжал. Артефакт, под названием «пустой глаз», пьющий жизнь и энергию своих жертв. Уязвимое место его использующего – полная невозможность чувствовать энергию, как и использовать свою. Ты бы понял, просто нам не хватило времени. Не знаю, почему они не упокоили меня сразу. Может, это уже не играло значения. Коллегия Независимых Созерцателей уже давно существует в тайном союзе с Организацией. Если точнее, со всем британским отделением, после смерти его Четвертого главы около двадцати трех лет назад. Тогда и произошло то, ради чего они снова собрались вместе: были открыты «врата в преисподнюю». Все из-за того, что свиток, на котором был записан способ их открытия, рассказывал об огромной мощи, которая будет дарована заглянувшему «за грань». Неизвестно, что подразумевалось под этими словами, но истолкованы они были, судя по всему, буквально. Не знаю, что именно тогда произошло, но заглянуть за пределы врат никто так и не смог. Ходят слухи, что они всего слегка приоткрылись, а большую часть нежити испепелило мгновенно. Мадара подоспел уже когда все было кончено и даже смог, не без помощи Организации, которую к тому времени убедил в выгодности сотрудничества, захлопнуть те самые врата. Вот только удержать то, что успело оттуда вырваться, оказалось куда сложнее, – Итачи внимательно посмотрел на брата, поймав его шокированный взгляд. – То существо оказалось намного могущественней демона, хоть и назвало себя именно так. Вернуть его назад не представлялось возможным, потому что оно уничтожило свиток, предвидя такие попытки противостояния, а выпустить на свободу было равносильно апокалипсису. Но существо вело себя необычно. Через медиума оно заявило, что в разрушении нашего мира не видит смысла, поэтому предлагает решить проблему другим путем. Вариантов не было, поэтому пришлось пойти на компромисс, запечатав его в человека – сына Четвертого главы, Узумаки Наруто. Правда не должна была раскрыться, поэтому большинство участников ритуала ликвидировали. Но, несмотря на угрозу, в тайне, Мадара лично, Коллегия через свои источники, как и Организация через свои, работали над возможностью повторного открытия врат. Подтолкнув Наруто к выяснению его прошлого, ты запустил цепную реакцию, дав еще один шанс на осуществление этой самоубийственной попытки. Сейчас мы находимся в Мэйне, в катакомбах под церковью. Скоро сюда придет одержимый, и апокалипсис, возможно, будет уже не остановить. Но и Коллегия, и Организация готовы рискнуть, – Итачи опустил голову, устало прикрыв глаза. - Жаль, что мы не можем им помешать. - Откуда… - младший Учиха запнулся, пытаясь собраться с мыслями. Слишком многое изменилось за последние пару часов, снова перевернув мир с ног на голову. Но Саске прекрасно понимал, что ситуация не располагает к выяснению отношений. Тугой комок в районе сердца болезненно сжимался. Сколько же лет он в тайне надеялся на невиновность брата, и вот теперь… А что теперь? На шею не бросишься, как когда-то в детстве, доброго слова не скажешь. Наверное, в голове роилось даже слишком много мыслей, перемешанных с чувствами, но впадать в истерику было равносильно самоубийству. Хоть брюнет и был как никогда к ней близок. - Откуда я все знаю? – уточнил Итачи, так и не дождавшись продолжения фразы. Саске нервно кивнул. Тяжело было представить, сколько усилий он тратит просто на то, чтобы держать себя в руках. – Мадара не скрывал подробностей. Рассказывал мне все, позволяя следить за своими действиями и не опасаясь огласки. Он не лгал, я знаю точно. Вопрос лишь в том, зачем он хотел, чтобы обо всем узнал ты, намеренно оставив нас вдвоем. Хотя, для его планов это может не играть существенной роли. Ради собственного психологического удовлетворения, разве что. В любом случае, ты заслуживаешь знать правду. - Вот… как, – все-таки смог выдавить из себя Саске. Внезапно парня передернуло от неожиданного понимания. – Подожди, а зачем им Наруто? - Хороший вопрос, – Итачи ненадолго задумался, то ли пытаясь что-то припомнить, то ли оценивая, насколько брат сейчас способен адекватно переварить информацию. Впрочем, реакция Саске на уже услышанное его порадовала. Похоже, он уже далеко не тот глупый маленький брат, которым когда-то был... Как же все успело измениться. – Свиток, при помощи которого врата открыли в первый раз, уничтожен. Насколько мне известно, Мадара нашел еще один способ это сделать, но какую роль в новом ритуале играет Узумаки, я не представляю. Вполне возможно, он, как носитель, будет уничтожен. Наруто? Уничтожен? Ну, пусть попробуют. Может, для Саске все и кончено, но ни один охотник не пойдет спасать вампира, рискуя собственной жизнью и безопасностью человечества. По крайней мере, брюнет на это надеялся. Вот и отлично. Как там говорил Наруто? Нежити не место в этом мире. И он был прав, а Учиха и не спорил. Бессмысленно пытаться опровергнуть чье-то мнение, в душе с ним полностью соглашаясь. Рано или поздно упокоятся все, никто не существует вечно. Странно, что для такой ситуации все казалось предельно ясным. Жутким, но понятным. Детали медленно становились на свои места, вновь заполняя растерянную пустоту сознания расчетливой отрешенностью. Не вписывалась в общую картину лишь обеспокоенность парня судьбой одного одержимого, на которого, во многом и по его вине тоже, объявили охоту. Они с братом уже давно покойники, как не печально признавать, во всех смыслах этого слова, но… нет. Все оказалось слишком запутанно, особенно в его отношениях с блондином. Подобрать нужного определения, чтобы выразить к нему свои чувства, Саске не мог. Наверное, слова для этого не совсем подходят. Очень некстати вспомнилось, как совсем недавно, сидя за дальним столиком бара, он позволил охотнику взять себя за руки и впустил его в свое сознание. Наверное, это был самый лучший способ объяснить и единственный возможный понять. Но сейчас Наруто рядом не было, а значит, он уже ничего не узнает. Что ж, возможно, так будет лучше для всех. Рядом теперь только брат, которого брюнет устал ненавидеть, а полюбить больше не сможет. Он просто был, как было все вокруг, и скоро их обоих не станет. С какой-то стороны это хорошо. Главное, чтобы с Наруто в итоге все оказалось в порядке. Ведь, не приди он, как последний пьяный идиот, лезущий в клетку со львами, на помощь нежити, никакого апокалипсиса не случится. А Узумаки не идиот. Значит, у него, как и у приблизительно шести миллиардов людей на земле, есть шанс. Не важно! К предкам человечество. Да, черт возьми, он волновался за этого ненормального, причем куда больше чем за себя, хоть и не мог (или не хотел) толком объяснить почему. И не имеет значения, как к нему относится сам блондин. В этом они теперь вряд ли успеют разобраться. Остается надеяться только на то, что охотник не пойдет по его пути и не натворит еще больше ошибок, которые в этот раз, очевидно, исправлять будет уже некому. - Есть еще одна вещь, которую тебе следует знать, Саске, – серьезно и немного настороженно вновь заговорил Итачи. – Возможно, раньше ты уже задумывался об этом, но упускать из внимания факты тоже не стоит. - О чем ты? – устало уточнил парень. - Я… в курсе ваших с этим… охотником, кхем… отношений, – старательно выбирал выражения мужчина, – и не вправе судить, тем более осуждать. Просто хочу убедиться, что ты понимаешь, с кем имеешь дело. - Да уж получше некоторых, – с явными нотками вызова хмыкнул парень. Итачи сделал правильную оговорку: никто не вправе осуждать. Впрочем, он и не оправдывается. - Как ты думаешь, почему демонов запрещено запечатывать в детей до десяти лет? – осторожно спросил старший брат. – И что происходит, если это правило нарушить? - Сознание не в состоянии бороться с тварью. Демон легко завладевает телом и становится его хозяином. Вроде, – нахмурившись, ответил Саске. Ему не нравилось, к чему идет разговор. - А теперь представь, что намного более могущественное создание запечатали в младенца, - Итачи выдержал паузу, достаточную, чтобы брат, по его мнению, правильно воспринял информацию. – Что останется от сознания носителя, не говоря уже о его личности? К тому же, одними из условий того… демона, были возраст и нетронутость сознания будущего носителя. Как думаешь, почему? - К чему ты клонишь? – Саске упорно не хотел обращать внимание на мысли, иглами впивавшиеся в и без того измученный разум. - Кем бы ни был Узумаки Наруто, - в голосе слышались тонкие нотки сочувствия, - в нем вряд ли осталось от человека больше, чем телесная оболочка. - Хватит, – холодно отрезал Саске. Внешне он казался спокойным, но дрожащие пальцы, вцепившиеся в жалящие серебром цепи, выдавали напряжение. – Наруто в намного большей степени человек, чем те, кто подверг его запечатыванию. Не желаю ничего больше слышать. - Как знаешь, – легко согласился брат. Насколько долго длилась давящая тишина, Саске не знал. Ничего не осталось? Что за бред. Да, Наруто одержим, но будь хозяином его тела демон… даже представить тяжело, чем могло такое обернуться. Нет. Узумаки, конечно, живет «без крыши над головой», так сказать, но все его действия так или иначе продуманы, а агрессия контролируется. Поэтому не стоит ставить под сомнение его личность или происхождение. Даже думать не стоит. В любом случае, кем бы ни был блондин, он, без сомнения, принадлежал сам себе. Уже решив закончить внутренние переживания на такой оптимистичной ноте, парень отчетливо услышал, как к двери подвала торопливо приближаются чьи-то шаги. Каким же было его удивление, когда вместо участников Коллегии или, на худой конец, самого Мадары, он увидел человека, на фотографию которого решил взглянуть после бурной реакции Наруто, проявленной охотником, стоило упомянуть имя этого сотрудника. Хьюга Неджи, ищейка Организации, являющаяся главой команды, созданной для его поимки. Выглядел парень в точности как на фотографии: длинные каштановые волосы, оказавшиеся собранными в низкий хвост, строгий серый костюм, пустые глаза и… телефон в руках. Мобильник, использовавшийся Саске для связи с Узумаки. Учиха сглотнул. Впрочем, в данный момент парень, к сожалению, ничего не мог противопоставить даже обычной ищейке. От своего бессилия стало мерзко. - Тебя к телефону, – подчеркнуто вежливо сообщил Неджи, не забыв перед этим поприветствовать брюнета неслабым ударом под дых. Впрочем, почти незаметно скривившись, парень про себя отметил, что до Узумаки этому слабаку далеко. Трубку поднесли к лицу, не забыв включить громкую связь. Виски сдавило. Вполне возможно, он слышит охотника в последний раз. Хотелось сказать очень многое, но нужных слов, как назло, снова не нашлось. Значит, нужно хотя бы предупредить. - Наруто?.. – удивляясь, как тихо звучит собственный голос, заговорил Саске. Все верно. Он поступает правильно. Вот только… глаза отчего-то стали влажными. Похоже, нервы все-таки сдали. Ничего. Главное – найти в себе силы продержаться хотя бы до конца разговора.

***

      Самым сложным после разговора с Саске оказалось сохранять хладнокровие. Оставшись наедине с неумолимой действительностью, охотник все еще сомневался, что поступает правильно, глядя на экран краденого ноутбука, где минуту назад высветилось окошко базы данных британского отделения для ввода пароля. Естественно, своим он уже не воспользуется, но... есть парочка окольных путей - спасибо Шикамару, поднатаскал в свое время. Вряд ли гений станет сдавать друга, заметив взлом и опознав нарушителя, но это полбеды. Под сомнением был и тот факт, что нынешние действия Узумаки вообще имеют значение. Если бы хоть в одной базе данных хоть что-нибудь было, то давно уже нашлось бы. Но просто сидеть и ждать назначенного времени парень тоже не мог – мысли раз за разом возвращались к одной и той же теме, не дававшей не то что успокоиться – нормально дышать. Сколько еще протянет Саске, охотник, конечно же, знать не мог, но, представив себя на месте похитителей в лице Организации, легко мог предположить, чем все закончится. Если не закончилось уже. Блондин хорошо знал методы своих так называемых бывших коллег... - Дерьмо, – лаконично произнес все еще слегка бледный Наруто, закрывая ноутбук, так и не попробовав попасть на сервер. Бессмысленно. Он попросту теряет время. Бесценные минуты, которых потом может ни на что не хватить. Решение пришло спонтанно, но как всегда чертовски вовремя, хоть и было по меньшей мере абсурдным. Опустив стекло, парень выбросил компьютер на пустынную обочину у окраины города, возле которой полчаса назад припарковался, а затем с невозмутимым видом завел автомобиль. Все свои действия парень осуществлял словно на автомате - управлял машиной, рассуждал и анализировал, но не чувствовал. Будто он настоящий находился где-то далеко от своего тела, возможно даже где-то рядом с Саске... Больше полагаясь на интуицию, чем на здравый смысл, Узумаки, больше не раздумывая, выехал на главную трассу по направлению к Мэйну. Что-то подсказывало – Учиху прятали где-то там, не рассчитывая на появление посторонних, в особенности самого Наруто. Цунаде хорошо его знала и была уверена, что парень не явится в логово врага, как последний спятивший полудурок. Скорее всего, женщина ставила на то, что ее бывший лучший охотник, использовав свое согласие на обмен дабы выиграть время, попытается испариться куда подальше, поэтому вряд ли кто-то будет ожидать визита в столь ранний час. Одержимого сейчас могли разыскивать по аэропортам, вокзалам, дорогам и еще где угодно, только не на подъездах к непростой, как оказалось, деревеньке. Это хорошо. Жаль только, что фактор внезапности был чуть ли не единственным преимуществом. Так обычно заканчивались американские боевики: куча плохих парней, которым главный герой красочно вставляет по самый не балуйся, а потом, по законам жанра и против законов логики, выйдя сухим из воды, спасает всех и вся, становясь всеобще обожаемым. Что ж, последнее блондину уж точно не светит, а героем он никогда и не был, и вряд ли станет, учитывая количество и подготовку тех самых «плохих парней». Узумаки иронично усмехнулся, хоть и вышло слегка нервно. За окном проносились пушистые облака, парившие над лесом и оставлявшие на нем темные пятна контуров своих ватных тел, лишенные яркого солнечного света. Время от времени Наруто казалось, что он ненавидит эти прямые теплые лучи, способные с такой легкостью стереть в пыль одного из сильнейших Высших, которого не берет ни энергия, ни сталь... нет, теперь уже не так. Способные уничтожить его Саске... такого близкого и одновременно замкнутого в своих мыслях, отстраненного, вечно настороженного, но так отчаянно заглядывающего в глаза в безотчетном поиске доброты, понимания... заботы, что ли. Даже если человек, в опустошенном взгляде которого он пытается их отыскать, совершенно не тот, кто может поделиться настолько теплым, личным и сокровенным. В душе Учихи осело много тьмы, и он не знает, как с ней бороться, но продолжает инстинктивно тянуться к противоположному - свету. Словно это спасение, даже если оно означает гибель, как психологическую, так и физическую. Его пугающе бездонные глаза говорили куда больше, чем хорошо отточенные аккуратные жесты или даже обманчиво спокойные черты лица. Глядя в них, можно без труда прочесть тщательно скрываемые под личиной надменности чувства и переживания. Возможно, предоставленная парнем возможность таким образом себя читать была своеобразным выражением доверия. А иногда Саске, возможно сам того не замечая, был нежным. Протягивая руку, он мог невесомо касаться прохладными тонкими пальцами теплых губ своего охотника так, что от контраста ощущений и температур по телам обоих пробегала дрожь... Обманчиво хрупкими пальцами, способными проломить не то что чей-нибудь череп, но и при необходимости раскрошить металл. Хотя обычно он был больше задумчивым и слегка ироничным, а под напускной грубостью часто скрывал неловкость. Наверное, впервые в своей жизни Узумаки не просто хотел обладать чужим телом, а хотел, чтобы Саске полностью принадлежал ему... хотел себе его душу. Не совсем нормальное определение, пожалуй, но по-другому мысль просто не складывалась, да и подобного рода отношения вряд ли можно описать словом «нормально». Странное чувство, но его Учиха, похоже, уже получил, скорее всего, об этом даже не догадываясь. Ничего, узнает еще. Наруто уверял себя, что возможность рассказать обязательно представится, и, сдавленно ругнувшись, мысленно пообещал, что больше ни за что не будет думать об Учихе в прошедшем времени. Что бы ни произошло, Саске заслуживает существования, и охотник сделает все, чтобы оно не оборвалось. Нет. Он ни в коем случае не паниковал. Скорее, был до глубины души возмущен, но не удивлен. Такой поворот являлся хоть и не лучшим вариантом развития событий, зато вполне предсказуемым, учитывая последние изыскания Узумаки, разворошившие ядовито-пыльные наносы всяческих неприятных фактов двадцатилетней давности. Вопрос Госпожа Сенджу задала короткий и более чем понятный, вкратце изложив ситуацию, и, разумеется, попытавшись выставить Наруто в как можно более неприглядном виде. И все же, он решил стать на сторону одержимого. Не сказать, что главный секретарь отделения был ярым правдоискателем, да и любителем всяческих бурных действий и перемен, но некоторые подробности заставили пересмотреть кое-какие жизненные убеждения даже такого нейтрального по отношению к действительности человека, как Нара Шикамару. Сидя в полутьме пустой камеры для допросов, парень безразлично рассматривал одинаково ровные и серые бетонные стены, обдумывая дальнейшие планы. Вряд ли Организация всерьез решится его ликвидировать, скорее попытается переубедить, а если не выйдет (что происходило весьма редко), будет действовать по ситуации. Блин, говорила же мама: иди учиться на бухгалтера, так нет же. Впрочем, Нара был одним из тех людей, что даже в подобных ситуациях не жалеют о выборе своей профессии. И жалеть не собираются. Хотя, теперь его судьба зависела от дальнейшего расклада, а именно, как ни печально это звучало, от дальнейших действий Узумаки, предугадать которые довольно тяжело. До того, как его не в меру авантюрный друг предпримет хоть что-нибудь конкретное, а Организация под ручку с Коллегией не ликвидируют так называемую угрозу, до строптивого секретаря никому дела не будет. Конечно, глупо надеяться лишь на способность Узумаки противостоять такому напору, причем в одиночку, но, к сожалению, всем, кто не поддержал Цунаде, осталось только верить в лучшее и в то, что в случае неудачи, их прикончат быстро. Жаль, что голословные вера и надежда, многократно воспетые нейтральным во всей этой катавасии духовенством, Шикамару, как приверженцу логики и здравого смысла, были практически не свойственны. М-да, как же все это проблематично... Дверь в камеру приоткрылась бесшумно, впуская свежий воздух и обрывок недовольной фразы: «...здесь пока посидите». Странно, он думал, что будет до самого конца находиться в одиночестве, лишенный ноутбука и напряженно «думающий над своим поведением». Что ж, похоже, несогласных набралось чуть больше, чем рассчитывала Сенджу. - Отпустите меня! – прорычал знакомый голос, в котором явно угадывались нотки истерики. – Я и сам ходить умею! Впрочем, вошедших оказалось двое. Среднего роста бледный парень в белом халате, только что во всю оравший на сопровождавших его сотрудников, не сразу привык к темноте. Тем не менее, разглядев стол с одним свободным стулом, поспешил с гордым видом опуститься на последний, как раз напротив человека, уже занимавшего камеру. Немного присмотревшись, Шикамару понял, что спутник доктора на деле оказался спутницей. Что ж, похоже, они теперь все серьезно влипли, независимо от убеждений. Девушка неспеша приблизилась к столу и присела на край. - Будьте вы все прокляты... – в полной тишине устало прошептала она, бессмысленно глядя в сторону запертой двери. - Тебе станет от этого легче? – раздраженно спросил врач. - Уймись, Сай, – нехотя встрял Шикамару. – И так голова пухнет. - Это у кого еще пухнет?! – вместо того чтобы успокоиться, вспылил Акаши. – Меня с самого утра оторвали от работы, приволокли в кабинет Пятой и стали такие бредни распрягать, что я всерьез задумался, не надышался ли чем сильнодействующим! - Полагаю, мы все через это прошли, – как можно спокойней подытожил Нара. – Что скажешь, Сакура? - Мне нечего сказать, – отстраненно и как-то глухо отозвалась Харуно. – Я уже все сказала вашей жадной до власти ведьме. - Это не очень хорошо, – вздохнул гений. - Почему? – наигранно удивился Сай. Весь его вид выдавал нервозность. – Я тоже возмутился. Такого напридумывать про моего Нару... то есть, - деликатно кашлянув, поправился парень, - про Узумаки, даже у меня бы фантазии не хватило. К тому же, причем здесь упыри?! Организация не ООН, чтобы с ней объединялись всякие там Коллегии, к тому же, состоящие из нежити! Что за беспредел творится?! Когда это все вообще успело произойти?.. Конечно, я против! И содействие оказывать не собираюсь. - Потому, - стоически выслушав и так всем известные душевные терзания медика, все же решил дать ответ на первый вопрос Нара, - что теперь мы не просто временные пленники, так как близко знакомы с Наруто и, в теории, можем ему посодействовать, - шатен поднял серьезный, погруженный в себя взгляд, над скрещенными пальцами, - теперь мы смертники. Как и все, кто пошел против новой политики. Впрочем, она всего лишь логический итог и во многом продолжение своей старой версии. - Хреново, – после емкой паузы подытожил Сай. – И что нам теперь делать? - Ждать и надеяться, я полагаю... – иронично улыбнулся Шикамару. - Надежда... - вздохнула Сакура, так и не повернувшись к говорившим, словно обращалась больше к себе, чем к кому-то конкретному, - не самый плохой вариант. - О да-а, - язвительно протянул Акаши. – Она умирает последней. Никто не стал отчитывать парня за его пропитанный мрачной иронией комментарий. В конце концов, он был прав - шансов почти нет. Что происходит там, снаружи, они, скорее всего, в ближайшее время не узнают. И это ожидание, пожалуй, было худшим, что придется пережить в воцарившейся в помещении напряженной тишине. Впрочем, на худой конец оставалась еще странная, почти беспочвенная вера. Вера в то, что Узумаки найдет выход, как всегда находил его из самых сложных ситуаций, даже если поначалу он и казался далеко не тем, на что все рассчитывали. Поэтому Шикамару приготовился ждать. В конце концов, это тоже было одной из его сильных сторон, которую в людях всегда ценил сам по натуре нетерпеливый и временами вспыльчивый Наруто.

***

      Залитая солнцем деревушка пустовала. Похоже, всех жителей эвакуировали под каким-нибудь особо опасным предлогом. Тишина в таких местах всегда была особенной. Хотя, сложно назвать обилие негромких звуков тишиной: легкий ветерок шуршал листьями деревьев, и это умиротворяющее эхо, отдававшееся от крон лесной чащи, сливалось с тихим журчанием воды в речке, отражающей в своей бликовой поверхности размашистые ветви. Заливистое щебетание птиц, согретых таким необычно погожим днем, звонко отдавалось от покатых крыш домов, между которыми то и дело сновали юркие пушистые шарики. Жаль, что, судя по печальному опыту, такое мирное затишье предвещало не менее красочную бурю. По пути охотник не встретил совершенно никого: ни постовых Организации, ни злобного полчища голодных тварей, ни даже случайно проезжающих мимо машин. Теперь безлюдной оказалась еще и деревня. Похоже, его действительно никто не ждал. А если и ждал, то решил пока не вмешиваться, и это уже немного напрягало. Что ж, так даже лучше - есть где разгуляться. Конечно, иллюзий блондин не питал, но и отступать был не намерен. Облокотившись на капот внедорожника, и методично заряжая серебряные патроны в барабан своего кольта, Узумаки мысленно прикидывал, откуда начнет поиски. Вариантов, конечно, было завались, но в любой момент его могли обнаружить, если уже не засекли. В любом случае, терять уже нечего... кроме, разве что, самого Саске. А его парень как раз таки терять не собирался. Щелчок – и последний патрон занял свое место. Наруто надеялся, что каждая из этих пуль найдет себе достойного обладателя. Поправив неизменный и уже слегка потрепанный рюкзак, парень на всякий случай проверил наличие различного холодного оружия во внутренних карманах кожанки. Раньше Узумаки на все сто процентов был уверен, что со здравым смыслом у него все в порядке. Какая ирония. Блондин мрачно улыбнулся своим мыслям, невольно обнажая удлинившиеся клыки. Как и красные глаза с вертикальными зрачками, они были сравнительно небольшой платой за возможность почти безошибочно вычислить, где находится Учиха, но посреди бела дня смотрелись диковато. Правда, Наруто издержки своего внешнего вида в такие моменты перестали волновать еще в далеком и сопливом детстве. Парень поправил куртку, напоследок пристально вглядевшись в безмятежное голубое небо с лениво проплывавшими по нему белыми облаками. Не стоит, конечно, загадывать наперед, но... кто может знать наверняка? Похоже, все на месте. Можно начинать. Мягко ступив на мост, парень преклонил колено у смазанного бурого знака. Он помнил свою оплошность и в этот раз повторять ее был не намерен. Легко коснувшись края символа, охотник одними губами прошептал нужные слова. Резь в глазах и покалывание кожи прекратились. Поднявшись, он бесшумно шагнул вперед, но уже спустя секунду будто растворился в воздухе, преодолевая оставшееся расстояние с непостижимой для человека скоростью. Незримая связь с Учихой, плескавшаяся где-то внутри почти на уровне подсознания, лучше любых ориентиров влекла парня в нужном направлении, но, к его удивлению, не в церковь, а немного дальше – в сторону утонувшего в лесной чаще полузаброшенного кладбища...