Не один

      В аудитории было чертовски шумно, как и всегда перед началом пары. Предстояло новое конституционное право, на часах восемь, а вчера было воскресенье. Большинство студентов делились впечатлениями о прошедших выходных. Гриммджоу Джагерджак сидел за последней партой, а рядом посапывал его друг Широсаки Хичиго.       Крайне необычный человек: белые волосы, белая кожа, жёлтые, или типа того, глаза, а главное — он был крайне опасной личностью. Гриммджоу считал его слишком невзрачным, если это можно применить к Широсаки. Он, вообще-то, был немного психом, но самое то для компании Гриммджоу, который резко выделялся из толпы: синие, лазурного оттенка, волосы, такие же глаза, крепкое телосложение, высокий. Он привлекал к себе внимание, но и его характер был таким же необычным, как и внешность: вспыльчивый, ураганный, целеустремлённый, он способен был идти по головам, разрушая всё на своём пути, если того требовала его цель.       Многие в этом университете подчинялись ему, другие боялись и обходили десятой дорогой. Связываться с Гриммджоу Джагерджаком было себе дороже, а кто связывался, знал наверняка: непослушание равно смерти. У парня была невероятная интуиция, звериное чутьё, которое конкретно сейчас подсказывало ему обратить свой взор на вход в аудиторию, и не зря. Именно в тот момент, когда Гриммджоу перевёл взгляд на дверь, в помещение вошёл крайне необычный юноша: высокий, хорошо сложённый, рыжий. Джагерджак видел его впервые, но уже сейчас понял: пацан занимательный.       — Кто это? — спросил голубоволосый у своего друга.       Хичиго поднял голову от парты, мутными глазами проследил за кивком головы, и его взгляд мгновенно прояснился, глаза расширились, а рот приоткрылся. Гриммджоу сделал однозначный вывод: они знакомы, хотя, судя по внешности новичка, не просто знакомые — братья. Широсаки следил за этим парнем взглядом человека, который нашёл нечто, что давно потерял.       — Мой брат-близнец, — голос Хичиго хрипел, был немного неуверенным, севшим.       Джагерджак никогда его таким не слышал. Парень поднялся на второй ярус кафедры и сел. В его ушах были наушники, а в правом блестела серёжка. Почему-то Гриммджоу безумно хотел выяснить, где ещё у пацана есть металл.       — Расскажи о нём, — приказал парень, не отводя взгляда от новичка.       Хотелось увидеть его глаза, которые до этого момента скрывала рыжая чёлка, длинные волосы спадали на плечи. Яркий, живой, он приковывал взгляд, в нём было что-то близкое, почти родное. Непривычное чувство, но крайне занимательное.       — Я ничего о нём не знаю. Вижу впервые за последние семь лет. Он так изменился, — это заставило Гриммджоу оторваться от созерцания рыжика и перевести взгляд на Хичиго.       Впервые он видел своего друга таким. Обычно весёлый, даже истеричный, сейчас он был удивлённым, задумчивым, расстроенным. Странно было чувствовать, что он ничего не может сейчас изменить.       — Почему? — Широсаки перевёл взгляд на Гриммджо и вздохнул.       Он не любил вспоминать то, что произошло тогда, двенадцать лет назад, и в следующие два года. Эти воспоминания были неприятными, больно ударяли по его самолюбию и вообще гордости.       — Мы с братом были очень близки, я всегда говорил ему, что старшие появляются в этот мир раньше для того, чтобы защитить младших от предстоящих им неприятностей. Мы всегда были рядом, доверяли друг другу, вместе занимались кикбоксингом. Нам было семь, когда это произошло. В тот день мы возвращались с тренировки, Ичиго пошёл вперёд, чтобы подготовить сюрприз ко дню рождения нашей сестры Карин, меня задержал наш тренер. В тот день мне предложили контракт на двухлетнее обучение в Америке. Я согласился сразу, не раздумывая. Я был рад этому, потому что это было способом стать лучше в глазах моего младшего братика. Тогда я не знал, что Ичиго отказался от этого контракта днём ранее. Он всегда был сильнее меня и работоспособнее. Я возвращался домой, словно окрылённый, ещё и с друзьями успел погулять. Дома же было слишком тихо. Позже я узнал, что наша мать и две маленькие сестрички погибли. Автокатастрофа. Ичиго это видел. Так мне сказали. На следующий день я собрался и сбежал в Америку. Оставил брату записку и сбежал. Через полгода я уже не мог жить без наркоты, меня выгнали из школы, и тогда за мной приехали люди, которые отвезли меня в Британию, в лечебницу для наркоманов, где я пробыл год, потом ещё полгода реабилитации — и я вернулся домой. Отец, как выяснилось, уже полтора года был прикован к постели из-за инфаркта, а сразу за ним — и микроинсульта. Нашим официальным опекуном был Урахара Киске, старый друг отца. А брат... Брата у меня уже не было. Ичиго ещё какое-то время прожил дома, вместе со мной, а когда ему исполнилось двенадцать — уехал. Куда и зачем, я не знал. Было много вопросов, на которые никто не хотел отвечать. Урахара только хмыкал и смотрел на меня с долей презрения. Вот и вся история. Сегодня я впервые увидел Ичиго с того времени. Много воды утекло, — голос Хичиго был одновременно спокойным и встревоженным.       Гриммджоу перевёл взгляд на парня, который смотрел куда-то неотрывно и внимательно, словно музыка поглощала всё его сознание, а может, и ещё что-то.       — Ты совсем ничего о нём не знаешь? Как он жил, чем зарабатывал и так далее? — спросил Джагерджак.       Хичиго только покачал головой, опуская взгляд на свои пальцы. Он всегда, с того дня, чувствовал себя предателем, а сейчас особенно ярко, потому что его брат действительно стал кем-то, а он только существовал за счёт спорта и влиятельных друзей. Широсаки сглотнул, бросив ещё один взгляд на брата. Из них двоих он был старшим, пусть на несколько секунд, но старшим. Он должен был быть с мелким, но сбежал, исчез тогда, когда был ему нужен больше всего, когда Ичиго было не менее больно, чем ему, а может, ещё и больше.       — Мой брат решил жить по-своему. Меня в этой жизни больше не было, — он глубоко вздохнул, а выдохнуть забыл, потому что впервые снова увидел глубокие, тёплые глаза своего брата, который обернулся, глядя на него в упор.       Гриммджоу также посмотрел на Ичиго и прикусил губу. Глаза парня были невероятными, такими, что и не описать. Смесь стольких чувств и эмоций, что в них можно утонуть, захлебнуться. Рыжий скользнул по нему взглядом, посмотрел на своего брата и отвернулся. Ему было, казалось, всё равно, кто присутствует в этой аудитории. Хичиго опустил голову и прикрыл глаза. Его это сильно цепляло, Джагерджак был уверен.       — Не похоже, что его волнует твоё присутствие, — спокойно произнёс Гриммджоу.       Он сжал плечо друга. На самом деле он не привык проявлять чувство заботы, но Хичиго был первым, кто заметил за всеми атрибутами жестокого лидера человека с явно не радужной историей. Широсаки не спрашивал, но в его глазах мелькало это понимание, знание. Джагерджак никогда не представлял, что у этого человека есть брат, такой брат. По мнению парня, его друг, если бы не характер, не стоил бы и капли внимания.       — В этом весь Ичиго. Он умеет послать красиво, изящно, но от того не менее обидно, а то и более. Всегда этому удивлялся, в кого он такой? Карин была его копией. Не внешне, характером. Они были друзьями, близкими. Ни с кем сестрёнка не была так откровенна, как с ним, — видно, что парня понесло в воспоминания.       Гриммджоу вздохнул и громко, чётко рявкнул:       — Ильфорте! — блондин удивлённо посмотрел на него со своего места, но, заметив звериный оскал и недовольный прищур, спокойно подошёл к двум парням.       — Чем могу помочь, босс? — его голос остался спокойным, но он нервно теребил край футболки, что с головой выдавало его беспокойство, ведь если Джагерджака что-то не устраивало, лучше сразу покончить жизнь самоубийством, потому что он будет убивать долго и мучительно.       — Видишь того парня? — Гриммджоу указал головой на Ичиго.       Ильфорте проследил за кивком и выцепил взглядом симпатичного рыжего парня. Кивнул и снова перевёл взгляд на босса.       — Найди о нём всё, что только возможно. Начиная с момента двенадцатилетия. Я понятно изъясняюсь? — парень кивнул и ещё раз взглянул на указанного рыжика.       — А имя? — Джагерджак хмыкнул на осмелевшего подчинённого, но шуметь не стал: ему нужна информация, а лучше Ильфорте вряд ли кто-то сможет в этом помочь.       — Ичиго Широсаки, — блондин удивлённо глянул на Хичиго, который неотрывно сверлил взглядом затылок брата.       — Куросаки Ичиго, — поправил Гриммджоу блондин, сужая глаза.       Ильфорте решил не вникать в дела правой руки босса и молча удалился, дабы избежать гнева Джагерджака.       — У вас разные фамилии? — Хичиго кивнул.       Джагерджак хмыкнул, их разговор прервало появление лектора, который был слишком бледным.       — Сегодня занятий не будет, расходитесь домой, — после этого он под аккомпанемент тишины вышел из аудитории.       Гриммджоу посмотрел на единственного человека, который поднялся и в полном вакууме молчания вышел. Ичиго. Его словно не волновало общее оцепенение. Джагерджак хмыкнул и быстро последовал за ним, подмигнув Хичиго. Широсаки так и остался сидеть. Его друга заинтересовал его брат, прелесть просто. Неделька обещала быть занимательной.

***

      Догнать Ичиго оказалось несложно: он стоял, облокотившись спиной на дерево, и говорил по телефону. Гриммджоу притормозил и прислушался.       — Ты издеваешься? — голос Куросаки был недовольным и каким-то устрашающим, что ли. — Слушай, мне пофиг, я своё дело сделал, остальное — уже не мои трудности. Так придумай что-то, пока я не решил проблему кардинально, — он говорил спокойно, но в голосе слышалась тихая ярость, от которой волоски на затылке ставали дыбом.       Это было прекрасно и возбуждающе до одурения. Гриммджоу поймал эту мысль, но раздумывать над ней не стал.       — Мне пофиг. Хочешь устроить эту встречу, планируй не на завтра и не на сегодня, потому что мне нужно подготовиться к завтра. Да, я в курсе, с кем придётся поиграть, но я хочу встретить его, хочу выиграть. Не знаю, он силён. Прекрасен, водит, как дышит. Я не представляю, как он выглядит, но его манера... мне он напоминает большого кота, возможно, пантеру. Так или иначе, это будет занимательно. Приезжай. Да, конечно, возможно, но... ему проиграть не страшно и не обидно. Сам ты влюбился, придурок. Ладно, я позвоню тебе, — на этом Ичиго отключился и поднял голову к небу.       Гриммджоу не знал, о чём он говорил и с кем, но завтра, когда Ильфорте принесёт нужные сведения, он сможет восстановить всю картину. Постояв некоторое время, Куросаки направился домой, а Джагерджак — искать Хичиго. Бросать его сейчас одного было глупо и нелогично.