Дорога в никуда

Неожиданно провожатый их небольшой, но разномастной компании остановился перед непростительно маленькой дверцей. Удивление так и читалось на лицах и кто-то даже задал интересующий всех вопрос: - А почему дверь такая маленькая? На что кондитер незамедлительно ответил, усмехаясь: - Чтобы не выходил дивный запах шоколада, - и, провернув один раз ключ, одной рукой в фиолетовой перчатке толкнул дверь. Перед глазами всех счастливчиков раскинулась невероятная поляна. Сочная зеленая трава, так и режущая глаз ярким цветом, причудливые деревья, огромные тыквы, самые обычные, на первый взгляд, яблоки и прочее-прочее. Над всем этим чудесатым мирком возвышался водопад, и, как после объяснил мистер Вонка, это был шоколад высшего сорта, а водопад перемешивал его, делая легким и воздушным. Все оказалось съедобным и стоило только шоколаднику произнести заветные слова, что все это можно было попробовать, как толпа быстро рассосалась, все бросились кто куда. Почти все. Именно в такой момент мисс Бермалион пожалела о том, что нет у нее с собой блокнота, в который можно было бы запечатлеть всю красоту этого цеха. Она не стала никуда идти, не стала отходить в сторону, чтобы осмотреть все закоулки, а просто стояла рядом с чудесатым кондитером, который и не обращал на нее внимание, давая время подумать и полюбоваться. - Почему же вы никуда не идете? - Раздался голос чуть ли не над ухом, заставив красноволоску подскочить от неожиданности, но быстро взять себя в руки. Подняв глаза на Вонку, Мабис проговаривает, быстро отводя взгляд в сторону, скользя им по поляне: - Не хочу, - и стоит только краем глаза заметить настороженного кондитера, как она продолжает, едва заметно улыбаясь: - К такой красоте не должна прикасаться рука человека. Все это будто сон, кажется, тронь что-то и оно исчезнет, никто не вспомнит об этом «саде», если ваш цех можно назвать таким простым словом, конечно. С минуту подумав и переведя дыхание, сероглазая девушка вновь в упор смотрит на мистера Вонку, на лице которого отображается умственная деятельность. Сказать, что это непонятное создание заставило его задуматься над простыми по сути своей словами - значит ничего не сказать. Вилли Вонка любил этот цех так, как не любил любой другой за то, что смог воссоздать идеальный, по его мнению, мир. И почему-то сильно напрягало, что кто-то подумал о том, чтобы оставить его неприкосновенным, в то время как остальные гости на фабрике уже во всю резвились, срывая чудесатые... - ...ка! Мистер Вонка? - голос рядом оборвал мысль на ее середине, заставив опустить вмиг остекляневший взгляд фиолетовых глаз вниз, сталкиваясь с глазами красоволосой парикмахерши. - Что? - Улыбнитесь, - говорит тихо, но отчетливо, введя в ступор. - Зачем? Девушка вздыхает и на мгновенье прикрывает глаза, после, будто бы маленькому ребенку, поясняя: - Я ведь не только парикмахер, но еще и художник, мистер Вонка. Улыбнитесь, я хочу вас нарисовать на фоне сего цеха, как только мы покинем фабрику. На лице обладателя самой шикарной в мире фабрики отразилось недоумение, было видно, что тот решительно против затеи мисс Бермалион и вот-вот хочет высказать все, что думает по этому поводу. - Воу, не переживайте, я отдам свое творение вам, - и улыбнулась. Улыбка же после перекочевала на лицо кондитера, который одной рукой чуть надвинул цилиндр на глаза. Именно таким его после и запечатлит на бумаге маленькая художница. *** Спустя некоторое время, когда и взрослые и дети вдоволь нарезвились и наелись, Вонка созывает всех обратно и ведет куда-то, по пусти объясняя назначение устройств с трубами, которые висели под потолком. Перебил взахлеб рассказывающего кондитера вопль миссис Глуп: - Августус, милый, не делай этого! После к ней подключился и сам Вонка. Правда попытки остановить ненасытного мальчугана с его стороны были каким-то вялыми, однако наша героиня не особо-то и придала этому значение. От чего-то у нее перед глазами вырисовалась картина последующих событий. И, как оказалось, она полностью соответствовала действительности: пузатый мальчишка все-таки свалился в шоколадную реку. - Господи, кто-нибудь, помогите, он не умеет плавать! «Это полностью его вина...» - прошелестел голосок в голове мисс Бермалион, и она мысленно с ним согласилась. Мальчишке говорили отойти от шоколада подальше, так нет же, по мнению избалованных детишек взрослые всегда говорят не то, что нужно им. В это время четко над местом, куда свалился Августус, зависла труба. Мистер Вонка лишь приподнял голову, окинув аппарат нечитаемым взглядом, но все так же не предпринимая ровным счетом ничего, чтобы спасть мальчишку. Стоило только трубе погрузится в «воду», как стала образовываться воронка, куда после начало стремительно тянуть Августуса. Все попытки мальца вырваться были тщетными и в конце концов всем присутствующим стало видно толстое тело, медленно продвигающееся по прозрачной трубе, сопровождаемое едкими комменатриями присутствующих. - Кажется, застрял, - последним сказал Майк. - Это нехорошо, аппарат затягивает шоколад в себя, а в данном случае Августус действует как препятствие и оттого труба скоро лопнет, - мисс Бермалион указала пальчиком на стыки меж трубами, из которых и вправду стал фонтаном выбрызгивать шоколад. - Давление слишком высокое, если его наконец не протолкнет, вся масса выльется на нас и тонны сладости будут испорчены. Это пойдет в убыток. - Да как вы смеете так рассуждать?! Там мой сын! - едва ли не рвя на себя волосы, закричала миссис Глуп. Мабис лишь окинула ее спокойным взглядом. И, о чудо! Машина победила и Августус со скоростью кометы полетел наверх, прямо в контейнер, где его уже и не было толком видно. - Ну и поделом, - пробормотала Виолетта, в очередной раз надувая шарик из жвачки. Все, исключая маму девочки, лишь скривились. Зрелище вызывало тошноту. - Кстати, эти ваши умпа-лумпы действуют на нервы, - вспомнила о не так давно поднятой теме сероглазая. И сразу же за словами в ее мозгу вырисовалась картинка недавних событий: как избалованная Верука клянчит у родителя одного такого умпа-лумпа. Сказать, что парикмахерша, скорее всего, была единственной, кто не верил в историю мистера Вонки можно с абсолютной точностью. Она вообще считала, что у этого человека не все в порядке с головой после стольких лет, проведенных на фабрике в обществе этих самых умпа-лумпов. В то время Вилли объяснял миссис Глуп, что с ее сыном все в порядке и конфет с начинкой из жирного мальчугана никто производить не будет, ибо это плохо отразится на самих изделиях и, как и сказала недавно мисс Бермалион: пойдет в убыток фабрике. После мисс Глуп была отправлена с умпа-лумпами в определенный цех, где, по словам шоколадника, должен был находится Августус. Счастливчиков осталось всего пятеро. И не успел никто перевести дыхание, как в следующем цехе отсеяли еще и любительницу-третий-месяц-жевать-жвачку. Ровно как и в предыдущий раз - только на месте миссис Глуп оказалась миссис Боригард, - их покинули еще двое, а после и Верука со своим отцом свалились в трубу с отходами. Зрелище было тем еще, потому Мабис не смогла сдержать смешка. Ей было абсолютно не жалко этих детей. Только вот неожиданно для себя она резко задумалась над вопросом: а для чего это все вообще делается?