Жемчуг прозрения

      Средний наследник династии Талин сидел в библиотеке, увлеченный скандальным сочинением новомодного автора, нашедшего в парочке святых текстов довольно недвусмысленный сексуальный подтекст. Там его и посетил Иллин.       ― Здравствуй! Если тебе будет интересно, в главном зале король принимает в дар голову того охотника… помнишь, ты ещё жаловал его ученику рыцарство?       ― И кто же исполнил волю моего отца? ― насмешливо спросил средний Талин, отрываясь от книги.       ― Твой рыцарь.       Улыбка медленно сошла с лица Рикимару. Он вздохнул.       ― Расстроился?       ― Пожалуй, хотя с чего бы?.. Я могу увидеть все своими глазами?       Министр кивнул.       Малый Тронный зал, где король принимал подобные дары, был небольшим, роскошным помещением, вдоль одной из стен которого тянулся резной каменный балкон. Проемы меж опорами закрывали тяжелые занавеси. Оттуда Рикимару смог наблюдать за происходящим, не рискуя быть замеченным.       Сцена, открывшаяся глазам принца, неприятно поразила его. Он понял, что все это время, все эти годы, помнил Гондара другим. Во многих смыслах. Тогда, он показался Рики подлинным, настоящим… тем, кто никогда не предаст ради денег. И уж точно, не будет стоять, преклонив колено перед королем, держа на вытянутых руках голову собственного отца.       Сатир испытывал разочарование. И ненависть. Как можно было быть таким глупцом? Ожидать бескорыстия от охотника за головами! Это же бессмысленно и слепо! И только одно чувство обладало бессмысленностью, глупостью и слепотой.       Нет.       Это невозможно.       Он закрыл лицо руками, мгновенно осознавая горькую правду.

***

      Исполнение воли старого охотника привело ко вполне ожидаемым последствиям. Гондар видел, что его начали бояться. Он старался соответствовать чужому страху, отыгрывая беспринципного наемника, ведомого лишь жадностью. Хотя, он помнит, как до крови закусил губу, держа голову своего отца перед королем. Никто не увидел этого под платком, скрывавшим половину его лица, как никто не увидел его слез после церемонии, когда он остался в одиночестве. Теперь другие видели лишь горящие яростью рубиновые глаза.       Король был приятно удивлен поступком рыцаря. Он даже предложил место во дворце, но Гондар вежливо отказался, сославшись на то, что вне этих стен он принесет династии Талин больше пользы.       Однако, от посещения бала, который должен был состояться на следующий день, ему отказаться не удалось.

***

      На балу Гондар держался отстраненно, не только потому, что старался не раскрыться случайно в своих истинных эмоциях, но и потому, что его одеяние выглядело здесь лохмотьями. Однако в глазах роскошной знати он не увидел презрения или насмешки. Лишь страх. Да, они до дрожи боялись это существо, одетое подобно кочевникам с востока.       В самом начале бала король с сыновьями поприветствовал собравшихся. Сердце охотника забилось чаще, едва он увидел Рикимару.       «Боги, ― подумал он с кристальной ясностью, ― Я же влюблен в него».       Когда их взгляды встретились, Гондар увидел в глазах принца открытое, праведное презрение. Это совершенно выбило охотника из колеи. Весь ужас того, через что ему пришлось пройти, выполняя волю отца, мгновенно встал перед внутренним взором. Хотелось сбежать отсюда как можно быстрее. В таком настроении он покинул основной зал после церемонии приветствия, чтобы скоротать время, бродя по богато убраной галерее, освещенной сотней горевших свечей.       В какой-то момент охотник услышал шаги, несмотря на ковровую дорожку, устилавшую пол. Он обернулся, мгновенно узнав принца. Гондар хотел уйти, чтобы избежать встречи, но ноги буквально вросли в пол. Он отвернулся к окну, надеясь, что сатир пройдет мимо. Слух обострился настолько, каждый чужой шаг звучал, будто гром, а сердце часто билось, погружая тело в жар. Шаги смолкли прямо за его спиной. Охотник за головами обернулся, встречаясь глазами с принцем в который раз за свою жизнь.       ― Чем могу быть полезен, ваше высочество? ― спросил он предательски севшим голосом.       Выражение лица Рикимару было нечитаемым.       ― Я просто хотел посмотреть в глаза тому, ― резко и довольно громко сказал он ― кто продал отца за золото и королевские подачки.       Воздух вокруг будто наэлектризовался. Казалось, ещё чуть-чуть и ударит молния. Гондар молчал.       ― Вам нечего сказать, рыцарь?       Сатир стоял напротив, на расстоянии вытянутой руки: маленький, по плечо наемнику, но имевший над ним власть и смутно ощущавший её.       ― Это вас не касается,― охотник за головами, наконец, взял себя в руки. ― Извините, ваше высочество, но мне пора идти. Передайте королю, что бал прекрасен.       Он развернулся и направился прочь.       ― Я так и знал, что ты трус.       Наемник даже не обернулся.       Вскоре он покинул столицу навсегда, твердо уверенный, что видел принца последний раз в жизни.

***

      Рикимару даже удивился тому, насколько спокойно повел себя на балу, хотя в момент разговора был охвачен не поддававшейся описанию бурей эмоций. Хотелось схватить со стены коллекционное копье и заколоть Гондара, будто бешеное животное.       А сейчас хотелось заснуть и не проснуться.