Призрак и мистер Джейн

Следующим утром Джейн лежал в своей постели с открытыми глазами, обдумывая множество мыслей, кружащихся в его голове, основная масса которых касалась не Анджелы, а признания его развивающихся чувств в отношении Лисбон. Это было в некоторой степени иронично, (а Джейн всегда был большим поклонником иронии), что именно тогда, когда самое заветное желание его сердца исполнилось, его сердце пожелало чего-то еще. — Все в порядке, — сказала Анджела, вдруг появившаяся на кровати рядом с ним. — Все так, как должно быть. — Правда? — спросил он. — Почему не может быть так: вы с Шарлоттой живы и здоровы, и мы по-прежнему живем в нашем доме в Малибу? Как ты можешь говорить, что это не должно было быть моей реальной жизнью? Кто это решил? Анджела посмотрела на Небеса, и Джейн закатил глаза. — Ну, хочешь верь, Патрик, а хочешь нет, именно Он принимает окончательное решение, но это не значит, что мы сами не строим собственную жизнь, делая тот или иной выбор, я знаю, ты в это веришь. Но, что есть, то есть – ты жив, а я мертва. Теперь тебе нужно перестать жить прошлым, Патрик. Хватит впустую тратить свою жизнь. Ты лучше, чем кто-то другой знаешь, как драгоценно и мимолетно все это. Я мертва. А ты и Тереза – живы. — Но… — Тсс, — она протянула свою призрачную руку и приложила палец к его губам, но он не почувствовал ничего, кроме прохладного покалывания. — Пришло время меня отпустить, любовь моя. У тебя есть женщина, которая тебя любит, и я думаю, ты начинаешь понимать, что тоже ее любишь. Я наблюдала за вами двумя в течение многих лет. Раньше ты спорил с ней обо всем: о твоем желании мести, о ее уважении к закону. Теперь твои чувства по этим вопросам смягчились, не так ли? И то же самое произошло с Терезой. Вскоре вы встретитесь где-то посередине. В последнее время вы гораздо чаше смотрите друг другу в глаза. Несмотря на то, что Красный Джон по-прежнему рядом, ты все больше и больше чувствуешь себя… счастливым. Анджела увидела, как по мере того, как она говорила, на его глазах навернулись слезы. — Я не хочу снова тебя потерять, — хрипло прошептал он. — Почему ты не можешь остаться со мной, давать мне советы или пинки под зад, когда это необходимо? Она улыбнулась, и Джейн был удивлен, увидев и на ее глазах влагу. — Потому что теперь эта работа Терезы, и так было с того дня, как ты ее встретил. И поэтому мне было очень тяжело оставаться с тобой, не имея возможности к тебе прикоснуться. Я бы давно ушла, если бы была уверена, что с тобой все хорошо, но что-то заставило меня остаться, дождаться того времени, когда я буду вправе тебя покинуть. Это время пришло, Патрик. Пусть это случится… Ее голос стал отдаляться, и она исчезла в тот момент, когда в дверь кто-то постучал. Джейн вылез из кровати, его синяя пижамная рубашка, украшенная орнаментом пейсли*, была расстегнута и свободно болталась на теле. Он двигался очень медленно, поскольку его ноги до сих пор едва его слушались и ужасно болели после вчерашней нагрузки. — Джейн, это я, — сказала Лисбон прежде, чем он добрался до двери. Он смущенно вытер глаза тыльной стороной руки, а затем открыл дверь и поприветствовал своего гостя: — Доброе утро, Лисбон, — с притворной радостью сказал он. — Эй… ты не готов… — она осмотрела его сверху до низу, ее взгляд немного задержался на его гладкой, обнаженной груди перед тем как быстро скользнуть к его глазам, уставшим и немного покрасневшим по краям. Можно было подумать, что он плакал. Джейн заметил, как маска беспокойства вновь упала на ее эльфийское лицо, и мужчина робко ей улыбнулся. — Мне очень жаль. Кажется, я проспал, — пояснил он. — Не говоря уже о том, что боль в ногах буквально убивает меня этим утром, даже после того, как я подержал их в горячей ванне вчера вечером и принял еще несколько обезболивающих таблеток. Может в другой раз?** — он посмотрел на пасмурное небо. — Сегодня это может быть больше, чем просто слова.** — Я чувствую себя виноватой за то, что вчера так сильно тебя гоняла. Это низко, я знаю, — с робкой улыбкой призналась она. — Мы должны были начать с более медленного темпа, так как ты уже очень давно не бегал. Сейчас тебе нужно немного пройтись, чтобы расслабить мышцы. Ты почувствуешь себя лучше, когда они немного разогреются. Кроме того, синоптики обещали, что дождя не будет еще пару часов. Он секунду смотрел на нее и заметил, как ее глаза снова остановились на коже его обнаженной груди. Правила приличия обязывали его застегнуть рубашку, но ему нравилось то, как вспыхнули ее щеки, когда она на него смотрела, поэтому он не сделал ни единого движения, чтобы застегнуться. Он на самом деле был истощен и физически и морально, не говоря уже о боли в ногах, но как он мог перед ней устоять, когда она появилась на пороге его дома такая красивая и молодая, и такая счастливая от того, что видит его? — Хорошо, — уступил он, — дай мне секунду, чтобы подготовиться. Чувствуй себя как дома. Он отступил в сторону, чтобы она могла войти в номер, и указал на кресло. Она вошла, с любопытством оглядываясь по сторонам. В этой комнате не было никаких личных вещей, если не считать знакомого пиджака, висевшего на спинке стула, и электрического чайника на мини-кухне. Джейн достал из шкафа свой спортивный костюм и футболку и, извинившись, захромал в ванную. Лисбон перевела взгляд с его удаляющейся фигуры на смятую постель. Было очень трудно не представлять его в кровати, и с учетом состояния его постели, во сне он явно метался и ворочался. Другие, более чувственные образы наполнили ее сознание, но она прогнала их прочь. ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ Воздух был пропитан влагой, необычной для пустынного климата Сакраменто, и они оба оставили свои толстовки в машине Лисбон. Они начали свою прогулку вдоль реки, сейчас на Лисбон была облегающая белая футболка, а на Джейне свободная черная. Он улыбнулся подобной символичности. — Когда облака окончательно затянут небо, нас ждет, как сказал бы мой отец, настоящий ураганный ветер***, — сказал он в ходе беседы. — Ты не так часто говоришь о своем отце, — ответила она. — У вас с ним были хорошие отношения? — Иногда, — загадочно сказал Патрик. Он взглянул на нее, так медленно и терпеливо идущую рядом с ним. Это тоже было символично, понял он. Джейн предположил, что ему не помешало бы немного поговорить о его старом добром папе. В конце концов, в последнее время его уже и так преследовало немало призраков. — Он научил меня почти всему, что я знаю о чтении людей. Он был гением в подобных вещах. Но, к тому времени как мы с Анджелой покинули карнавал, я ненавидел этого ублюдка. — О, — сказала она так тихо, что Джейн рассмеялся. — Исходя из этого, у нас обоих проблемы с нашими отцами. Я думаю, это делает нас родственными душами. Она посмотрела на него, пораженная его выводами. — Может быть, — сказала она, но его слова вызвали у нее небольшую дрожь, ведь он, наконец, озвучил то, что она знала с того дня, как они встретились. Их глубокая, невысказанная связь все больше и больше занимала ее мысли в последнее время, и она была чрезмерно рада, что он тоже это почувствовал. — Знаешь, ты не должна жертвовать своими собственными занятиями ради меня, Тереза. Ты можешь заняться бегом. Я еще немного пройдусь, а затем вернусь к машине. Хотя ты была права, мои ноги чувствуют себя лучше. Или, может быть подействовала та горсть таблеток, что я проглотил перед выходом. Она покачала головой на его последние слова, хотя если она отчитает его за злоупотребление лекарствами, лучше не будет. — Нет, — ответила она на его предложение. — Я чувствую себя достаточно виноватой за твое теперешнее состояние, чтобы оставить тебя одного. Кроме того, я наслаждаюсь твоим обществом. Улыбка, которую он ей подарил, заставила ее сердце замереть. Он протянул руку и схватил ее хвост, пропуская ее шелковистые волосы сквозь свои пальцы. — Мне тоже нравится твоя компания, даже с учетом того, что ты еще не получила свою утреннюю дозу кофе. Она заметно вздрогнула от его прикосновения, и увидела, как его глаза темнеют от незнакомых эмоций. Он опустил руку и посмотрел вперед, после чего некоторое время они провели в тяжелой тишине. — Как ты думаешь, я сумасшедший? — внезапно произнес он, его глаза внимательно следили за голубой цаплей, вышедшей на берег реки. Ее первым побуждением было ответить на его вопрос шуткой, но она поняла, что он был абсолютно серьезен. — Ты не более сумасшедший, чем любой из тех, кто прошел через те же ужасы, что пережил ты, Джейн. Единственные вспышки безумия, которые я вижу, появляются лишь тогда, когда дело касается Красного Джона. Тогда ты становишься безрассудным и одержимым, и я на самом деле боюсь за твое здравомыслие. Но я не могу тебя за это винить. Я хочу сказать: я бы на твоем месте уже давно сдалась. — Я так не думаю, — сказал он и слегка улыбнулся. — Ты гораздо более сильный человек, чем я. — Приму это за комплимент, — усмехнувшись, сказала она. — Так и было задумано. Тогда, к полной ее неожиданности, Джейн потянулся к ее руке и крепко сжал ее горячую ладонь. Ее пальцы переплелись с его, и она по-дружески их сжала. Все ее внимание сосредоточилось на их переплетенных пальцах, и она удивилась странно знакомому ощущению его кожи, касающейся ее. Это чувствовалось таким естественным, будто они держались за руки каждый день их жизни. Они, продолжая держаться за руки, пошли дальше, темп ходьбы Джейна немного вырос, когда его суставы расслабились, и их соединенные руки раскачивались в такт движению. — Именно из-за этого ты впал в меланхолию в последние несколько дней? — спросила она, взяв нить разговора в свои руки. — Тебя волновало твое психическое состояние? — Да, — сказал он. — Я… позволил себе чаще думать о своей жене. Обычно я пытаюсь избавиться от подобных мыслей, но они продолжали возвращаться, будто решили, что их просто нельзя и дальше продолжать игнорировать, — по легкой улыбке, появившейся у него на губах, она поняла, что он почувствовал, как напряглась ее рука. — Все в порядке, Лисбон. Речь, как раз, идет о том, что я встретился с несколькими истинами, вместо того, чтобы от них прятаться. Она ждала, что он продолжит, боясь заговорить первой. Когда он этого не сделал, она поняла, что задержала дыхание, и сделала дрожащий вздох. — С какими истинами? — рискнула она, когда больше не смогла выносить интригу, вызванную его словами, повисшими между ними. Он остановился посреди дороги и повернулся к ней: — Она умерла, — тихо сказал он, глядя ей в глаза. — Но я… нет. Он взялся за ее вторую руку, и в тот момент небеса разразились громким раскатом грома. Они мгновенно промокли от нахлынувшего ливня, и Джейн поднял лицо к небу с искренним ликующим смехом. — Беги к машине, Лисбон, — прокричал он, пытаясь заглушить стук дождя об асфальт, — нет никакого смысла в том, чтобы промокнуть до нитки нам обоим. Спасайся, а я нагоню тебя позже. — Нет, — смеясь, сказала она, сбрасывая мокрую челку со своих сияющих зеленых глаз. — Мы пройдем через это вместе. Он подошел ближе, чтобы укрыть ее, его рука коснулась ее прохладной, влажной щеки, и он остановился, лаская ее. Ее широко раскрытые зеленые глаза пленили его, в то время как дождь бежал по его спине, и капал с промокших волос. Пульс эхом стучал у него в ушах, когда он неумолимо приблизился к ней, а затем накрыл ее рот своими губами. Они оба задохнулись от первого прикосновения его губ, и она задрожала. Он наклонил голову, осторожно пытаясь найти наилучшее положение своих губ поверх ее, и, когда его язык встретился со швом между ее губами, из ее горла вырвался мягкий волнующий звук. Она открылась ему, и его нежные прикосновения быстро растворились в безумной страсти. Он приподнял ее, фактически взяв ее на руки, пожирая ее рот так, будто намеревался ее проглотить. По вкусу она напоминала дождь, и мяту, и сладкий кофе, и Джейн вдруг осознал, что не может насытиться ее ароматом и потрясающим ощущением ее маленького, влажного тела, плотно прижатого к нему. Теплый дождь окутывал их, больше разжигая, чем гася пожар, вспыхнувший между ними, в то время как их поцелуй все продолжался и продолжался… Они смутно слышали звуки ускоряющихся велосипедов, пролетающих мимо, и их безумных наездников, стремящихся укрыться от шторма и выкрикивающих проклятия, поскольку им едва удавалось объехать не обращающую ни на что внимания пару. Некоторые прохожие, пробегая мимо них, смеялись над романтическим спектаклем, разыгрывающимся у них перед глазами, словно в одном из этих слащавых женских фильмов. Но никто в этой паре не заботился об этом, упиваясь дождем, и друг другом. Когда кислород вдруг стал необходимостью, Джейн неохотно освободил ее рот, прислонившись своим мокрым лбом к ее лбу. — Тереза, — выдохнул он. Его глаза все-еще были плотно закрыты из-за дождя, а руки лежали по обе стороны ее тонкой талии, в то время как он пытался обрести над собой контроль. Ее собственное дыхание было тяжелым и отчетливо слышным, даже несмотря на разыгравшуюся вокруг них бурю. Она не могла говорить, но вдруг начала дрожать. — Эй, ты замерзла. Давай уведем тебя из этого кошмара. Она покачала головой, ее трясло не от холода, но он был непреклонен. Он слегка поцеловал сладкий кончик ее носа и вновь взял ее за руку, быстрым шагом, несмотря на боль, возвращаясь к машине. Желание комфорта для нее вдруг взяло верх над его собственными потребностями. Когда они под обоюдный смех над тем, какими мокрыми они стали и каким удивительным был этот дождь, наконец, достигли ее автомобиля, она нажала на кнопку брелока сигнализации, и они оба скользнули в «Мустанг», быстро намочив кожаные сиденья. Они смотрели друг на друга через центральную консоль, радость искрилась в их глазах, в то время как дождь, казалось, еще больше усилился, и стук по крыше стал почти оглушительным. Лисбон задрожала, теперь уже по-настоящему, и ее щеки покраснели, когда его глаза остановились на ее влажной белой футболке. Он мог ясно видеть очертания ее груди под спортивным бюстгальтером, и мужчина сглотнул, когда желание резко ударило его в пах. — Ты, э-э, должна снять это и переодеться в сухую рубашку, — строго предложил он. — Ты тоже, — сказала она, кивая на его черную футболку, прилипшую к его коже. Когда ни один из них не сделал ни единого движения, чтобы сделать это, они оба улыбнулись на их взаимное смущение. — Я переоденусь, если ты повернешься спиной, — сказала Лисбон. Дождь заливал окна, скрывая их от любого чрезмерно любопытного зрителя. — Ты тоже отвернись, — насмешливо сказал он. — Ладно, на счет «три», — произнесла она, их руки коснулись краев их мокрых футболок. — Раз… Два… Три! Он не отвернулся. Когда Лисбон, наконец, удалось неуклюже стащить с головы влажную ткань, она столкнулась с полуобнаженным Джейном и парой тлеющих сине-зеленых глаз, нагло глядящих на ее прозрачный бюстгальтер. Он ошарашено наблюдал за тем, как она потянулась за спину, чтобы расстегнуть оставшийся элемент одежды, бретельки скользнули с ее плеч, и он упал ей на колени. Она позволила ему хороший долгий взгляд, прежде чем повернулась к заднему сиденью, чтобы найти сухую рубашку. Она слышала, что он буквально задыхался напротив нее, когда наблюдал за тем, как она засовывает руки в рукава и тянет молнию вверх, крадя у него этот неожиданный проблеск блаженства. У него пересохло во рту, и, несмотря на то, что ее сердце билось, как сумасшедшее, она улыбнулась, глядя на совершенно безмолвного Патрика Джейна. Тереза смотрела на него, в то время как он, казалось, застыл на месте, и внезапно почувствовала себя уверенней, когда ощутила над ним свою женскую власть. Она снова обернулась назад и выловила его толстовку. Лисбон протянула ему кофту, и, неожиданно, его рука потянула ее через консоль, и его рот накинулся на ее губы с новой жаждой. Его руки нашли у нее на затылке резинку, и он потянул ее вниз, чтобы получить полный доступ к ее гладким, влажным волосам. Он ощутил прохладное прикосновение ее руки, скользящей по его голой груди, и, когда их рты чувственно соединились, пришла его очередь дрожать от желания. Их горячее дыхание затуманило все окна, поскольку они вели себя в машине, как нетерпеливые подростки. Прикосновения рук вызывало мягкие стоны и хриплые вскрики. Когда одна из его рук поднялась чуть выше и ухватилась за молнию у нее на груди, ее собственные руки взлетели вверх, чтобы пресечь это, и женщина резко откинулась на водительское сиденье, ее грудь поднималась и быстро опадала. — Слишком быстро, — задыхаясь, сказала она, когда он опустил руку. Он сглотнул и вернулся на свое место, его тело гудело от нереализованного желания. Они сидели в тишине, пытаясь справиться с внезапно набросившимся на них безумием, в то время как дождь отбивал по крыше устойчивый ритм. — Я не хочу говорить, что сожалею об этом, — наконец, сказал он, когда смог немного успокоиться. — Главным образом потому, что это не так. — Я тоже, — сказала она, поворачивая голову, чтобы посмотреть на него. Его волосы становились на удивление темными и прямыми, когда намокали, а кожа в тусклом свете казалась очень бледной. Лисбон поняла, что он был не совсем не в форме, как она думала вначале, его грудь и руки имели приятные очертания и ощущались на удивление гладкими под ее пальцами. Он был красив именно таким, каким он был сейчас. — Мне кажется, он немного стих, — отметил он, кивнув в сторону лобового стекла. Он надел кофту и застегнул ее, наслаждаясь теплом. — Нам лучше обсохнуть и переодеться до того, как мы опоздаем на работу, — сказала она. Он взял ее за руку, и она с радостью это позволила; ее пульс вновь ускорился, когда он галантно поднес костяшки ее пальцев к своим губам. Он улыбнулся, его глаза мерцали в тусклом свете, и в ответ на ее щеках появились ямочки. Тяжело вздохнув, она неохотно высвободила свою руку и нащупала ключи, упавшие на пол. Двигатель замурлыкал, возвращаясь к жизни, и они автоматически пристегнули ремни безопасности. Каждый из них более чем сожалел о том, что им приходится покидать этот уютный кокон, созданный ими на переднем сиденье «Мустанга». ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ Она припарковалась возле его мотеля, оставив двигатель работающим, дворники со свистом носились лобовому стеклу. — Ты не хочешь подняться? — спросил он. — Я сделаю тебе горячий чай. У нее было очень сильное искушение, но инстинктивно она понимала, что простым чаем они не ограничатся, но пока что ни один из них не был к этому готов. — Я не думаю, что это очень хорошая идея, — сказала она. Он понимающе кивнул. — Вероятно, ты права. Его рука потянулась к дверной ручке, но он не смог удержаться и, наклонившись к ней, оставил на ее щеке затяжной поцелуй. — Увидимся в офисе, — прошептал он, встречаясь с ней взглядом. — Да, увидимся. И не опаздывай, — строго добавила она. — Как скажешь, босс, — с улыбкой ответил Джейн. Затем, сделав глубокий вдох и набравшись смелости, он открыл дверь и отважился выбежать под дождь. Он вскрикнул, когда поток воды вновь обрушился на него, и Лисбон улыбнулась. Этот забавный звук отзывался эхом у нее в голове всю обратную дорогу к ее квартире. ________________________________________ * Пейсли – узор из турецких/индийских огурцов. ** В оригинале используется фраза «rain check» – это английское идиоматическое выражение, означающее просьбу о том, чтобы сделать что-либо позже, выполнить какое-то обещание в следующий раз. Но дословно можно перевести как: «собирается дождь», поэтому последняя часть диалога относится к прямому переводу. *** В оригинале используется фраза «gully-washer» - это английское идиоматическое выражение, означающее мощный ветер с ураганом.