Призрак и мистер Джейн

Патрик Джейн нервничал очень редко, но он оказался именно в этом состоянии, когда чуть более чем через час вошел в КПЗ, ища глазами Лисбон, и обнаружил ее усердно трудящейся у себя в кабинете. Несмотря на сильное желание, он приехал достаточно поздно, вероятно это было связано с тем, что ему пришлось провести очень много времени в душе. Для того чтобы иметь возможность вообще появиться на работе, он был вынужден снять часть сексуального напряжения под струей горячей воды. Он безуспешно пытался изгнать из своей головы память о ее чувственных губах, о мелькнувшей у него перед глазами ее совершенной груди, об ощущении ее тела под его руками, о веселье в ее глазах. И сейчас одного лишь взгляда на нее хватило для того, чтобы его снова обдало жаром. И к довершению, не было никаких признаков Анджелы с тех пор, как он вернулся в свой номер, и он не знал, как к этому относиться. Вдруг она навсегда исчезла, в очередной раз не позволив с собой попрощаться? И теперь, когда он так страстно целовался с Лисбон и имел о ней столько возбуждающих мыслей, как он вообще мог вновь посмотреть в лицо своей жене, если все-таки снова ее увидит? Он был смущен, возбужден и чувствовал вину одновременно, и сочетание этих чувств он ненавидел настолько, что не мог выразить это словами. Он пошел в комнату отдыха, чтобы сделать столь необходимую ему сейчас чашечку чая и там встретил ее. Анджела. — Привет, — пробормотал он, наполняя чайник. Она усмехнулась. — Я видела, что ты сделал сегодняшним утром. — Мне очень жаль, — сразу сказал он, и нехарактерный румянец возник у него на щеках. Он спрашивал себя, какую часть утра она имеет в виду. Ее улыбка исчезла сразу же после его извинений. — Посмотри на меня, Патрик, — приказала она тем тоном, который обычно использовала в те моменты, когда Шарлотта что-то натворила. Он, слегка этим позабавленный, покорно подчинился. — Со мной все хорошо, — сказала она. — Даже более чем. Разве тебе не приятно снова почувствовать с кем-то близость? — Она не была тобой, — прошептал он. — Нет, не была. Она – Тереза, и ты в нее влюблен. Я знаю тебя, Патрик Джейн, ты бы не поцеловал ее так, если бы не был влюблен. Он опустил голову, уставившись в пол. — Нет, — наконец признал он, — не поцеловал бы. Затем он посмотрел прямо на нее: — Но я все еще тебя люблю. Она грустно улыбнулась. — И я тебя, любовь моя. Но у тебя появился еще один шанс, шанс на новую жизнь. Сейчас, иди туда и скажи ей об этом. — Что? Еще слишком рано, — его глаза в панике расширились, и он уже слышал те же слова из уст Лисбон, когда они сидели в ее машине. — Не жди слишком долго, Патрик. Никогда не знаешь, как долго ты сможешь быть рядом с тем, кого ты любишь. — Но… — Ты знаешь, что со мной лучше не спорить, — сказала она, и он усмехнулся. До Лисбон, Анджела была единственной женщиной в мире, которая в споре с ним могла отстоять свое мнение. — Неужели ты думаешь, что после всего лишь одного поцелуя она мне поверит? — Да, после того, как ты сделаешь еще одну вещь. Ее взгляд упал на кольцо на его левой руке, и он автоматически прикрыл его правой рукой. — Нет, — твердо сказал он. Он повернулся к ней спиной и начал приготовление чая, его руки дрожали, когда он подошел к холодильнику за молоком. — Не проси меня это сделать. — Не просить сделать что? — спросил Ригсби, подыскивая в шкафах что-нибудь для утреннего перекуса. Джейн откашлялся: — Чтобы я сварил тебе кофе. Ты знаешь, я не люблю кофе. — Но я не собир… — начал агент, сбитый с толку странным ощущением того, что он внезапно вклинился в беседу, о которой не имел понятия. Анджела рассмеялась, и Джейну стало еще труднее быстро что-либо придумать. Он поспешно закончил приготовление своего чая и со всех ног кинулся из комнаты отдыха, тем самым вызвав у своей жены приступ беспокойства. Ригсби наблюдал за бегством Джейна, методично откусывая кусочки от шоколадного печенья. Уейн пожал плечами: Джейн, определенно, время от времени ведет себя очень странно. Патрик занял свое место на диване, потягивая чай и украдкой посматривая в сторону офиса Лисбон. — Снятие обручального кольца не будет означать, что наш брак никогда не существовал, — сказала Анджела, усаживаясь на край редко используемого стола. — Но, как ты думаешь, что это значит для Лисбон? — Она понимает, — сказал Джейн себе под нос. Ван Пелт была занята работой, и он надеялся, что звук щелканья ее пальцев по компьютерной клавиатуре замаскирует тот факт, что он, казалось, разговаривает сам с собой. Чо тихим голосом говорил по телефону, скорее всего с бывшей проституткой, с которой он спал и не хотел, чтобы кто-то об этом знал, рассеянно подумал Джейн. — Она понимала это до того, как ты решил перейти на следующий этап ваших с ней отношений, — сказала Анджела. — А сейчас? Если ты будешь и дальше продолжать носить обручальное кольцо, она всегда будет думать о том, по-настоящему ли ты свободен для того, чтобы быть с ней. Как ты считаешь, это справедливо по отношению к Терезе? Он принял решение считать это вопрос риторическим. — Патрик? — сказала она, когда он попытался заставить свою голову очиститься от мыслей. — Не пытайся использовать со мной свои джедайские трюки, Патрик Джейн! Это не срабатывало, когда я была жива, и я чертовски уверена, что не сработает и сейчас. — Еще слишком рано, — наконец, повторил он. Внезапно это стало его мантрой. — Слишком рано? У тебя было почти девять лет на то, чтобы снять свое кольцо. Я думаю, что оно стало скорее символом твоей жажды мести, чем твоей любви ко мне, не говоря уже о причине, не позволяющей никому к тебе приближаться. Ее слова задели за живое, но он знал, что она права. Тем не менее, он не был бы собой, если бы не упрямился, к тому же, в данном случае, ему просто было немножечко страшно. — Не торопи меня, Анджела, — сердито пробормотал он, поднеся чашку к губам. — Ты сказал, что хотел бы, чтобы я была рядом для того, чтобы давать тебе пинка под зад, когда это необходимо. Ну, этим я как раз сейчас и занимаюсь – подталкиваю тебя своей метафорической ногой. А теперь, перестань тратить наше с тобой время: войди туда и поговори с ней! Если ты все-таки не собираешься снимать это чертово кольцо, по крайней мере, объясни Терезе свои чувства по этому поводу. Я приказываю тебе! Джейн посмотрел на нее, размышляя над тем, насколько он по ней скучал, но в то же время он понял кое-что абсолютно невероятное. Все эти годы он говорил самому себе, что ему не хватает ее храбрости, ее чувства юмора, ее любви, ее честности, ее упрямства, но, по правде говоря, все эти качества все это время были рядом с ним. В Лисбон. — Все верно, Патрик, — сказала она, читая его мысли. — Теперь, наконец, ты увидел то, что было у тебя перед глазами все это время. — Я… я видел это, — тихо сказал он. — Как я мог не видеть?! Она всегда немного напоминала мне тебя, но до сих пор это было скорее болезненно, чем успокаивающе. Призрак кивнул. — Я знаю, ты утверждаешь, что ты ни во что не веришь, но в то же время ты не можешь не поверить в подобное совпадение. Тебе не кажется немного подозрительным то, что она появилась в твоей жизни в нужное время? Я имею в виду: каковы были шансы, Патрик? Тереза была послана тебе в качестве подарка, а ты отказываешься признать то, что она нечто большее, чем просто дешевая замена… Чашка Джейна с громким звяканьем опустилась на блюдце, Ван Пелт и Чо тут же переключили на него все свое внимание. Губы и челюсти консультанта были плотно сжаты, а глаза сверкали гневом. — В чем дело, Джейн? — с беспокойством спросила Ван Пелт. Внезапно Джейн встал на ноги, бросив в сторону своего стола яростный взгляд. Он практически бросил чашку с блюдцем на этот предмет мебели, и, со столь редким проявлением характера, тяжелыми шагами вышел из КПЗ. Он даже не заметил вопроса Ван Пелт. Она посмотрела на Чо, все еще говорившего по телефону, но тот лишь незначительно пожал плечами. Ван Пелт задавалась вопросом, должна ли она пойти за Джейном, или, может быть, рассказать об этом Лисбон, которой всегда удавалось оказать на него успокаивающее влияние. Она уже собиралась встать, когда из холла до Ван Пелт внезапно донесся знакомый вскрик. Это был Ригбси. — Ой! — закричал он. Мгновение спустя он вошел в КПЗ, его белая рубашка и галстук были окрашены пятнами от горячего кофе. Ван Пелт схватила со своего стола несколько салфеток и бросилась к нему. — Ты это видела? — воскликнул Ригсби. — Джейн на сумасшедшей скорости пронесся мимо меня, по пути толкнув, и даже не извинился. Черт… как горячо! Она взяла из его руки полупустую кружку и стала счищать кофе с его живота. — Что-то очень сильно его взволновало, — озабоченно сказала Ван Пелт. — Ты так думаешь? — саркастически заметил Ригсби. — Это была моя любимая рубашка. — С ней все будет хорошо, если прямо сейчас ты поместишь ее под холодную воду. — А как же мой ожог третьей степени? Ван Пелт начала расстегивать рубашку возле проблемной области, и Ригсби почувствовал, как мышцы его живота откликнулись на столь знакомое ощущение ее мягких рук на его голой коже. — Она едва покраснела, — сказала она ему. — Ступай в мужской туалет и промой холодной водой и кожу, с тобой все будет хорошо. Он сглотнул, когда она внимательно посмотрела в его широкие голубые глаза, и что-то, похожее на прежнюю искру, проскочило между ними. Ван Пелт неловко отошла, двигаясь по направлению к мусорной корзине, стоявшей возле ее стола, чтобы выбросить мокрую салфетку, и затем поставила на стол его кофейную кружку. Когда она вновь повернулась к Ригсби, его уже не было. Он ушел, оставив ее наедине с ее быстро бьющимся пульсом. Чо, сидя за своим столом, наблюдал за происходящим перед ним со своим обычным бесстрастным выражением. Он встретился глазами со смущенным взглядом Ван Пелт и лишь покачал головой на слабости этих смертных. ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ Джейн не останавливался, пока не достиг своей мансарды, не позволяя себе думать до тех пор, пока не останется один, чтобы справится со своим гневом. Ему в голову пришла еще одна мысль – Анджела всегда знала, на какие кнопки нужно надавить. И хотя он всегда замечал моменты, когда она начинала это делать, ей всегда удавалось довести начатое до конца. — Хорошо, — произнес он вслух, когда вошел в свое убежище. — Анджела, где ты, черт возьми?! Есть только одна вещь, по которой я не скучаю – это когда ты больно бьешь, а потом сбегаешь! Но когда она так и не появилась, он начал мерить шагами комнату бормоча под нос что-то о женах, призраках и женщинах вообще. — Ну, ты оставил за собой достаточное количество разрушений, — сказала с порога Лисбон. — Ригсби в ярости, а Ван Пелт думает, что ты собираешься совершить что-нибудь отчаянное. Джейн остановился на полушаге и повернулся на ее голос. Он несколько секунд просто смотрел на нее, отметив ее слегка порозовевшие щеки, которые он увидел впервые после их сумасшедшего поцелуя под дождем и, впоследствии, в ее машине. Внезапно, он целенаправленно двинулся к ней, его взгляд был таким сильным и решительным, что Лисбон невольно отступила. Когда он достиг ее, его руки почти грубо схватили ее за плечи, а глаза пристально уставились в ее. — Ты не какая-то дешевая замена, — страстно проговорил он, и его губы опустились на ее рот. На мгновение она замерла под его неожиданным натиском, но очень быстро ее глаза, затрепетав, закрылись, и она открыла для него свой рот. Они одновременно простонали, руки заблудились в гладких локонах и буйных кудрях. Ситуация стала быстро накаляться, и Лисбон оказалась прижатой к стене, его руки блуждали по ее телу, обхватывая и лаская его в неистовом стремлении оказаться к ней настолько близко, насколько позволяла одежда. Между тем, его губы блуждали по ее щеке, затем перешли к уху и шее, его горячее дыхание вызвало в ее теле дрожь, и она тихо застонала. Одна из его рук опустилась вниз, приподнимая ее бедро, и она обернула ногу вокруг его талии, после чего он еще сильнее прижал женщину к стене. Она еще полнее смогла ощутить его желание и задохнулась, когда его рот нашел ложбинку между ее грудей. — Джейн, — прошептала она, ее сердце отчаянно стучало у нее в груди. — Ох… Боже… Ее страстные слова эхом отдались в его ушах, и он внезапно понял, где они находятся, и что они делают. Через мгновение он уперся лбом ей в грудь, и, тяжело дыша, слушал неустойчивое биение ее сердца. Ее нога скользнула вниз, и он помог ей выпрямиться, после чего отвернулся от Лисбон, засунув руки в карманы пиджака, и слепо уставился в чердачное окно. — Я, э-э, думаю ураган «Джейн» добрался и до сюда, — пробормотала Лисбон, когда немного успокоилась. Он усмехнулся, освобождая при этом выдох, который он до этого задержал. Он взволнованно провел рукой по волосам и повернулся к ней, любуясь тем, как сексуально она выглядит с этими растрепанными волосами и припухшими от его поцелуев губами. Ему потребовалась вся его выдержка, чтобы снова не схватить ее и не начать с места, на котором они остановились. — Мне очень жаль. Я имею в виду, за то, что вот так на тебя набросился, — сказал он вместо этого. — Ну, что я могу сказать в свое оправдание – попробовав один раз, мне оказалось мало. Услышав эти слова, ее щеки покраснели еще сильнее, но сейчас это стало происходить от одного его взгляда. — Что ты имел в виду, когда говорил, что я не дешевая замена? — спросила она, вспомнив те слова, что он сказал перед тем, как фактически накинуться на нее. Джейн опустил голову и закрыл глаза: — Я не хочу, чтобы ты подумала, будто я использую тебя, чтобы заменить мою жену. Вы два разных человека. Я хочу сказать, между вам есть очевидные сходства, но вы две совершенно разные личности. — Я так не думаю… — сбитая с толку, ответила она. Их глаза вновь встретились. — Правда? — Да. И я не знала твою жену, и не имела понятия, что мы с ней похожи. Если честно, я не знаю, как теперь к этому отнестись, — сузив глаза, призналась она. — Но, к чему все это, Джейн? Я сделала что-то не так, и ты сожалеешь… — Нет! — он прочистил горло и подошел к ней поближе. — Нет. Я просто… Хорошо… что ты думаешь по поводу этого? Он поднял левую руку, чтобы она увидела золотой обруч, который он все еще носил. — О твоем кольце? «Мы снова вернулись к этому», — внутренне вздохнув, подумала Лисбон. — Да, о моем кольце. Том кольце, которое я до сих пор ношу, хотя моя жена мертва уже почти целое десятилетие. Это не заставляет тебя думать о том, что я жалок? Или недоступен? Неспособен двигаться дальше? Ее губы слегка изогнулись. — Я не думаю, что ты жалок. Он опустил руку и посмотрел в потолок, будто прося о божественной мудрости. Патрик тихо выругался, обреченно посмотрел на нее, а затем обратно на свою руку. — Я бы никогда не попросила тебя избавиться от него, — серьезно сказала она. — То, как ты относишься к своей жене, является частью тебя, это всегда будет частью тебя. Я бы никогда не пыталась конкурировать с этим. — Чёрт возьми, Тереза, именно об этом я и говорю! Ты не конкурируешь с ней. Ты даже не должна пытаться. Я не хочу другую Анджелу… Но, как только эти слова слетели с его губ, чувство вины обрушилось на него, и он в отчаянии обвел глазами пустую комнату. Он сделал паузу, чтобы проанализировать то, что сказал, и то, как он теперь ощущает себя из-за того, что наконец признал эти чувства, особенно если учесть, что Анджела почти наверняка подслушивает. Но, к своему удивления, Джейн осознал, что все что он произнес, было абсолютной правдой, и чувство вины медленно растаяло. Лисбон с любопытством смотрела на него, наблюдая за необычным проявлением эмоций, пересекающих его обычно абсолютно закрытое лицо. Его цвета морского шторма глаза снова посмотрели на нее, и он пошел к ней навстречу, пока не оказался настолько близко, что мог до нее дотронуться, но он не дотронулся. — Я хочу тебя, — просто сказал он, — и только тебя. Она взяла его за руку, нуждаясь в контакте, несмотря на свое удивление его неожиданным признанием. — И когда ты пришел к подобному выводу? — спросила она. Ее сердце бешено забилось. — С опозданием примерно на семь лет, — с легкой улыбкой ответил он. Она покачала головой, после чего ее свободная рука коснулась его щеки, рассеянно прослеживая небольшой, уже почти заживший, порез на его челюсти. — Ты еще не слишком опоздал, — хрипло прошептала она. Он повернул голову и поймал ее руку, целуя в ладонь, в то время как ее глаза расширились от подобной интимности. После этого он одним пальцем приподнял ее подбородок и нежно поцеловал ее в губы, намеренно сдерживая себя. — Может быть, мы должны спуститься вниз и найти какое-нибудь занятие, прежде чем сделать наверху то, к чему ни один из нас пока не готов, — с кривой усмешкой предложил он. — Мне кажется, что ты разбудила во мне животное, Лисбон. Следующая вещь, которую он осознал: ее губы страстно прижимаются к его губам в безумном поцелуе, а ее руки оборачиваются вокруг его шеи, чтобы удержать его на месте. Жаркое мгновение спустя, она отстранилась, улыбаясь на его удивленное выражение лица. — Похоже, ты оказываешь на меня такой же эффект… Джейн. Она развернулась и неторопливо вышла из комнаты, абсолютно уверенная в том, что он последует за ней. Сделав несколько шагов вниз, она остановилась, поняв, что не слышит стука его каблуков. Оглянувшись назад, она увидела, что он все еще стоит в своем убежище, пристально глядя на нее. — Ты не идешь? — спросила она. — Э-э… после небольшой паузы, ты должна дать мне пару минут, — признался он, и даже издалека она могла видеть румянец смущения, горевший у него на щеках. Она понимающе рассмеялась: — Хорошо. Увидимся позже. — Я уже говорил тебе, что ты недоброжелательная, скупая женщина, — сказал он достаточно громко, чтобы его слова достигли ее ушей. Она подарила ему широкую улыбку, на щеках появились ямочки, после чего Тереза легкой поступью преодолела оставшуюся часть ведущей вниз лестницы.