«Хороший, плохой, мудак»

      Этот гребанный смайлик и стал точкой невозврата. Не прошло и пары недель, и я влип по-настоящему, даже наш ветреный Петерсон обратил внимание на мои странности.              — Что такое, Сид, неужто втрескался в кого-нибудь? — ехидненько поинтересовался он, подавая мне в своем кафе несвежий на вид пудинг и стакан колы с подтаявшим льдом.              — Одумайся, Стинки, пора бы уже привыкнуть и перестать списывать мои заебы на всякую любовную хрень, — ответил ему я после короткой заминки, благодаря которой, в общем-то, меня так быстро и раскололи.              Я рассказал ему о Storm28, с которой мы переписывались каждый вечер в чате того самого «spotlesslove.com». Она поделилась со мной кое-чем интересным накануне, а именно — оказалось, что эта девчонка посещает нашу школу. Это известие и стало причиной моей сегодняшней легкой чокнутости.              — Давай-ка подумаем, кто это может быть, — в глазах Петерсона зажглись огоньки заинтересованности. Тут я, мать его, конечно, пожалел, что разболтал ему обо всем, но было уже как-то поздно.              — Понятия не имею, в профиле нет фотографий и имен, — попытался отмахнуться я.              — Так какого хрена ты не спросил? Струсил, что ли?              — Стинки, блядь, мне ли тебе, романтик ты доморощенный, объяснять, что здесь нельзя делать резких движений. Или напомнить, сколько ты сам свою куколку обхаживал?              Петерсон притих, но своих намерений не оставил — по роже видно было. Помолчав минут пять, я заметил, что он что-то пишет в своем блокноте для заказов. На мой вопросительный взгляд он снова оскалился.              — Составляю список претенденток, — хитро сощурившись, выдал он.              Мне оставалось только вздохнуть.              — Ну ты издеваешься?              — Нет, дорогуша, я пытаюсь тебе помочь вычислить твою ненаглядную.              — А потише нельзя?              — Притухни, я думаю.              Короче говоря, еще через пять минут Стинки с гордым видом кинул мне под нос два вырванных блокнотных листа, полностью исписанных именами девчонок. Половину, к слову, я так и не смог припомнить. Полчаса тщательного анализа не дали никакого результата, и смятые листы отправились в урну в компанию к недоеденному пудингу. Личность Storm28 не проглядывалась ни за одним именем. Мне-то не было до этого дела, а вот Петерсон, похоже, был полон решимости и не собирался сдаваться просто так. По всей видимости, это было одна из тех смен, когда он подыхал от скуки и был рад занять себя хоть чем-то.              — Хочешь сказать, что ни одна из этих цыпочек не подходит на роль твоей таинственной незнакомки?              Я отрицательно мотнул головой. Я сейчас отдал бы что угодно, чтобы мой полный энтузиазма приятель нашел себе новую цель для убивания времени.              — Ты еще скажи, что не знаешь, как она выглядит, — язвительно бросил Стинки, когда зацепить меня уже было нечем.              — Не знаю.              — Гифальди, ты меня поражаешь до крайней степени охуевания. Втюрился непонятно в кого, скрытого под ником Storm28, не знаешь ни имени, ни внешности, а если это старуха, или прыщавая уродина, или вообще мужик? Чем ты думаешь?              — Херни не говори, Стинко, — возразить было нечего, но и на предостережения Петерсона я тоже болт хотел класть.              — Ага! Посмотрим, как ты попляшешь на свидании со старым прыщавым уродливым мужиком.              Стинки загоготал, хлопнув меня по плечу, но спустя секунд десять безудержного хохота, когда тот еще не успел войти во вкус, он вынужден был его поспешно свернуть — над дверью бистро звякнул колокольчик, возвещая о прибытии посетителя. Морда Петерсона посерьезнела, словно он вдруг перенесся в зал, где ему вручают ну как минимум Нобелевскую премию, а затем вытянулась (иначе и не скажешь) в подобии доброжелательной улыбочки. На пороге стояла хорошенькая девушка, которая и стала объектом для осыпания милостями со стороны Стинки.              — Добрый день, мисс, — он поспешно выскочил из-за стойки, выпорхнув прямиком к ногам посетительницы. — Не желаете занять место у окна? Здесь самый лучший вид.              Ага, через грязное стекло на грязную улицу, но девчонка, кажется, клюнула и, благосклонно кивнув головой, опустилась на предложенный стул.              — Вы очень любезны, — вежливо ответила она.              — Что предпочитают такие солнечные девушки? Дайте-ка угадаю: апельсиновый фреш? — продолжил распинаться Петерсон. И чего завелся, спрашивается? Здесь вообще всех обслуживают у стойки. Ну ясно — бабник, мать его.              — Нет, сегодня — латте макиато, — тоненько хохотнув, возразила незнакомка, которая теперь к тому же кого-то дико мне напоминала.              Она, симпатично сверкнув своими светлыми глазами, окинула меня кратким безразличным взглядом, который мог бы уязвить кого угодно, но точно не Сида Гифальди. Петерсон вернулся за стойку и теперь рассеяно обращался с кофейной машиной, поглядывая мне через плечо. Сейчас была моя очередь саркастично ухмыляться.              — Эй ты, Дон Жуан, особо не старайся, я знаю одну блондиночку, которая в гневе может запросто обратиться в фурию.              Стинки глянул на меня серьезно, явно недоумевая.              — И которой принадлежит твоя задница. Так что остынь, — заключил я.              — Тоже мне праведник, — хмыкнул он. — И вообще, я просто пытаюсь быть вежливым с бывшей одноклассницей.              — Какой еще одноклассницей? — удивился я и мимовольно повернулся к столику, за которым сидела та самая девчонка.              — Лайла Сойер. Совсем со своими чатами остатки ума проебал, — безапелляционно заявил Петерсон.              Ах, точно, деревенская девчонка с тугими косичками, которая вечно развлекала нас баснями о своей ферме, очаровательно хлопая глазками. Откуда-то в памяти всплыло прозвище «Мисс Совершенство», но кто именно его ей дал — умалчивалось. Что ж, со времен младших классов она превратилась в довольно аппетитную крошку.              — Она тебя все равно не узнала, ты, принц кровей, рыцарь подвязки, — сказал я, понизив голос. — Стала бы она политес разводить. Так что спускайся на землю, к своему адскому аппарату, пока он не обварил тебе твои благородные пальцы.              Вняв моему предупреждению, Петерсон переключил все свое внимание на поимку сбегающего кофе, а я снова обернулся к новоявленной старой знакомой Лайле.              Дожидаясь своего заказа, она с упоением читала книжку. Приглянувшись к истертому корешку, я чуть не свалился с этого треклятого стула. Кое от чего меня буквально током шарахнуло.              — Черт возьми, это она! — я притянул Стинки за ворот его форменной рубашки поближе, чтобы говорить потише.              — Кто? — удивленно взвизгнул тот. — Блядь! Руки убери!              — Storm28! Это она!              — Да с хуя ли это взял? — скептически поинтересовался Петерсон.              Я выдержал паузу, чтобы убедиться, что Лайлы не доходят шумовые эффекты нашей перепалки, но она по-прежнему была увлечена чтением.              — «Антоний и Клеопатра».              — И что?              — Она обожает трагедии Шекспира, и именно об этой пьесе мы говорили вчера.              — Ты говорил с девчонкой о пьесе, Сид? Чего я еще о тебе не знаю, засранец? — казалось, Стинки вот-вот лопнет от смеха.              — Да, и такое бывает.              — Эрудит хренов.              — Нужно держать марку. Это не важно! Важно то, что совпадений таких не бывает, понимаешь?              Стинки косо уставился на меня, а я в свою очередь на него. Но эти гляделки не могли продлиться долго, так как у Петерсона помимо унижения моего ебаного достоинства еще имелась работа баристы. Он снова выскользнул из-за стойки, на этот раз с заказом для Лайлы. Она отложила свой тяжелый фолиант и теперь что-то чертила в небольшой записной книжке. Стихи, подумалось тогда мне. Это был еще один плюс в пользу Storm28.              — Если ты каким-то чудом оказался прав, то тебе чертовски повезло. Она — девчонка что надо, — вкрадчиво проговорил Стинки, когда вернулся обратно.              И вот тогда я решил, что пора действовать. Несмотря на подтрунивания Петерсона и свою почти слепую уверенность, что я угадал Storm28, в тот момент к Лайле я подойти не решился, рассудив, что лучше будет все же вначале убедиться на сто процентов. А, может, взяла верх одна из тех качеств моей гребанной личности, о которых не хочется упоминать, а именно — сентиментальность. Ну не должна была наша встреча выглядеть вот так. Я представлял это себе совсем по-иному.              С вами когда-нибудь случались по-настоящему странные совпадения? Вот со мной, кажется, произошло самое дикое стечение обстоятельств за всю жизнь. И речь не только об «Антонии и Клеопатре», которые оказались в руках у Лайлы. В ту последующую неделю, в которую мы со Storm28 активно переписывались, я все искал аргументы в пользу того, что моя загадочная знакомая и милашка Сойер — одно лицо. И знаете, черт возьми, для того нашлась целая масса подтверждений. Однажды на перемене я мельком заметил Лайлу, шагающую в форме софтбольной команды с битами на перевес. В другой день она случайно обронила небольшой цветной буклет, посвященной предстоящей выставке постимпрессионистов в городском музее. Упавший на пол предмет подхватил какой-то здоровяк из местной сборной по регби и протянул владелице. Сами понимаете, в тот момент мои шансы подкатить были равны нулю.              Зато еще через день я встретил эту красотку в библиотеке. Да-да, я тоже там иногда бываю. Накануне я принял решение, что нужно хотя бы в чем-то соответствовать тому образу нерда, который я создал на «spotlesslove.com». Для этого было бы неплохо прочесть пару книг из заявленных мной в инфе о себе. Я мыкался между огромных стеллажей, борясь с желанием немедленно удрать из этого храма знаний и скуки, когда мое внимание привлек корешок с названием из тех романов, что я должен был чтить, словно Библию. И тут как в дешевой мелодраме наши руки столкнулись при касании к книге. Черт, десять баксов бы отдал без сожаления за фотографию самого уебищного выражения лица в тот момент, чтобы увековечить это в истории.              — О, привет! — просто сказал я, уже после испугавшись интонации своего голоса.              Глазки Лайлы забегали по моему лицу. Вспомнила она меня не сразу.              — Привет, — и то, только внешне.              — Карамзин — отличный выбор, — изрек я, как можно более убедительно. — Я Сид, если помнишь.              На ее лице отразилась целая гамма эмоций от удивления до едва уловимых намеков на благодарность — это только подтвердило мою догадку.              — Да, конечно, спасибо, — Лайла смущенно улыбнулась, чуть подав вперед плечи, и тут я заметил зажатую у нее под мышкой толстую энциклопедию по биологии. Это было отличной зацепкой.              — Интересуешься наукой? Я тоже, — тут же выпалил я.              — Проект по зоологии. Земноводные, — она тяжко вздохнула, взяв томик Карамзина в руки и взвешивая его словно чашу своих страданий. — Да еще эта дурацкая постановка, и литература, — горестно добавила Лайла, но тут же встрепенулась: — Ой, прости, тебе это, наверное, не интересно.              — Ну что ты, хочешь, я могу помочь с зоологией? Я эксперт по части жаб, — не без гордости заявил я.              Прелестница сдержанно рассмеялась.              — Я бы с удовольствием, но у меня есть партнер. Ой! Точно, извини, мне нужно бежать.              Она прижала к груди (которая, кстати, была ничем не хуже, чем у крошки с аватара Storm28) пару взятых учебников и выскочила из коридорчика на свет божий. Я-то, конечно, отправился следом, но не успел показаться из-за стеллажа, как кто-то ощутимо пихнул меня в бок. Я потерял равновесие и рухнул прямиком на грязный пол, подняв слой книжной пыли.              — Эй! Смотри, куда прешь, парень! — чей-то злобный голос пронзил воздух прямо надо мной. Пара сверкающих гневом глаз сфокусировались на моей искаженной болью физиономии.              — Хельга! — бросив на свою спутницу неодобрительный взгляд, Лайла склонилась надо мной, еще на шаг приблизив меня к вратам рая. — Ты в порядке, Сид?              — А какого хрена этот слюнтяй под ноги не смотрит!              Все еще лежа на полу, я перенаправил взгляд на обладательницу адского голоса. Это была растрепанная блондинка в той же софтбольной форме, что недавно красовалась на Лайле. Ее глаза были опасно сужены, и, казалось, вот-вот испепелят меня лазерными лучами. Именно этот фирменный взор помог мне быстро вспомнить имя. Хельга Патаки, и похуй, что его уже озвучили, оно загрохотало в памяти, как гром. Хельга Патаки — гроза местной бейсбольной команды.              — Я тебя где-то видела, — сказала она, склонив голову набок, но не изменившись в лице. — А, это не тот чувак, который пронес ящик пива на рождественский бал? — спросила Хельга уже у Лайлы.              Ну, блядь, что я говорил? Передо мной была несомненно элита.              — Сид Гифальди, к вашим услугам, мисс, — услужливо отрекомендовался я и подал ей руку для пожатия, но Патаки, разумеется, не ответила на этот жест.              — Пошли, Сойер, мы и так задержались. Не хватало еще из-за всяких остолопов опаздывать на репетицию.              Она утянула красотку с собой, не оставляя нам ни единого шанса поговорить наедине. Уже почти у выхода Лайла кивнула головой, бросив «Извини», что я, конечно, почел за добрый знак, и скрылась из виду. Мне оставалось только подобрать с пола свое тело и еще раз хорошенько все обдумать. Каковы доводы в пользу того, что Storm28 — это милашка Сойер. Первое и самое важное — она училась в школе № 118, все остальное в сравнении с этим было косвенным, но также значимым. Когда я перечислил все это про себя и по порядку, мой моторчик сделал в груди головокружительный кувырок, и последние сомнения отпали сами собой. Нужно было действовать, и только непрочитанный Карамзин охлаждал мой пыл и мешал броситься вдогонку за рыжей красоткой. Да, ребятки, это была полная хуйня.              Приперевшись домой, я полетел прямиком к компьютеру, не теряя ни минуты, вошел а сайт. Storm28 висела в «offline», но это меня не остановило. Исполненный решимости, я тут же набрал сообщение с предложением встретиться. Потом-то я, разумеется, пожалел, в первую очередь из-за того, что мне пришлось ждать добрых четыре часа, которые я, благодаря своей пресловутой ебанутости, не отходил от монитора и даже не покидал вкладки с сайтом. Наконец это чертово сообщение достигло адресата, и мне пришел ответ. Открытие его стоило мне еще одного кульбита в груди, но результат обрадовал.              «Да, конечно, с радостью». И смайлик.              Я выдохнул с облегчением и предложил встретиться в бистро Стинки, завтра как раз была его смена. Не то чтобы от Петерсона был какой-то толк, но с этим засранцем все же было спокойнее. Ну и, конечно, не стоило отбрасывать долю моего старого-доброго тщеславия и желания доказать Стинко, что я-таки парень не промах. Storm28, которую я про себя все чаще звал Лайлой, дала согласие.        Storm28: Давай. Plastic Fantastic Lover: Как мы узнаем друг друга? Storm28: Я буду в черном. Storm28: Прихвати том «Макбета». Plastic Fantastic Lover: Лады. Увидимся!