Потерянная память

— Господин... Голос был низким, мягким, бархатным, внушавшим доверие и проникающим в самую душу. Но эхо, вторившее ему, пугало своей силой. Было в нём что-то жуткое, мистическое; Сиэля аж передёрнуло, и мурашки побежали по его спине. Одна-единственная мысль — как можно скорее покинуть это мрачное место — заполнила собой всё сознание юноши. Не помня себя от охватившего его страха, он каким-то чудом выбил-таки дверь, с которой до этого возился едва ли не целый час. Снеся дверь и вывалившись наружу, Фантомхайв тут же что есть мочи пустился бежать прямиком через всё кладбище. Долгое пребывание в тёмном, душном склепе не прошло бесследно: резкий приток свежего воздуха вызвал у парня головокружение, и его шатало из стороны в сторону. Он то и дело проваливался то одной, то другой ногой в прохудившиеся могилы, спотыкался о камни, падая на колени и расшибая их в кровь, задевал плечами могильные кресты, едва не заваливая их и не заваливаясь вместе с ними, продирался сквозь бурные заросли, что царапали руки и ноги, словно когти диких животных. Довольно скоро парень почувствовал усталость; кровь стучала в висках, давила изнутри в ушах и, кажется, собиралась, в конечном счёте, пойти из носа: Сиэль уже чувствовал её металлический привкус. Но чем больше он уставал, тем быстрее, подгоняемый ужасом, пытался бежать. В ослеплённом страхом мозге постоянно всплывало это слово — "Господин..." Светало. Первые лучи солнца, что пробрались через сопки и сквозь тучи, робко скользили по земле бледновато-жёлтыми пятнами. Туман потихоньку рассеивался, задерживаясь лишь в особо низменных местах и в тени от густых зарослей. В воздухе, наконец, почувствовалась утренняя свежесть. Окончательно выбившись из сил, Сиэль перестал бороться с накатившим на него изнеможением. Он резко перешёл на шаг, и, едва передвигая гудевшие и дрожавшие от перенапряжения ноги, проплёлся десяток метров. Усталость выбивала из головы все мысли, он уже не мог нормально соображать. Шатаясь, как пьяный, граф, в конце концов, опустился на колени и совсем рухнул животом прямо на землю. Мышцы парня ныли так сильно, что казалось, будто его облили кипятком. Сердце бешено и очень болезненно стучало в груди; где-то в животе, надрываясь, пульсировала артерия. Мокрые волосы прилипали к не менее мокрому лбу. Слюна во рту приобрела горько-солёный привкус; проглатывая её, Фантомхайв не чувствовал, чтобы она хоть немного смачивала пересохшую глотку. Ощущение, будто чьи-то пальцы сдавливают его шею, не покидало юношу, и от этого он несколько раз заходился в мучительном кашле, ещё сильнее раздирающем горло... Через несколько минут Сиэль почувствовал, что ему становится легче. Он лежал на холодной земле, постепенно забирающей жар его тела; трава, на которую он упал, была покрыта росой, и теперь его одежда немного намокла, но это не вызывало неприятных ощущений. Юноша чуть приподнялся и перевернулся на спину. Проведя рукой по траве и собрав ладонью маленькие капельки росы, он протёр лицо, а затем шею и ключицы. Полежав ещё пару минут, Фантомхайв снова сделал усилие над собой и на этот раз сел, прислонившись спиной и затылком к берёзе, под которой он всё это время находился. "Где я?.." — думал парень, приоткрыв глаза и осматривая окрестности. Место, в котором он оказался, было ему совершенно незнакомо. Сиэль не просто видел его впервые — он не мог даже вспомнить, как он сюда попал. Паника и страх снова стали завладевать им. "Кто я?.." — сам себя мысленно спросил юноша. Но и на этот вопрос он не мог найти ответа — в его голове были лишь пустота и боль, причём последняя особенно сильно властвовала в затылке, отчего хотелось приложить к нему что-нибудь холодное. Ветер шумел в кронах деревьев. Шелест листьев и незамысловатый птичий гомон создавали приятный фон для размышлений, нерадостностью которых сейчас особенно тяготился парень. Из состояния задумчивости Сиэля вывел странный шум, совершенно не характерный для леса: где-то вдалеке, шагах в ста от местонахождения юноши, трещали, ломаясь, ветки и раздавалась отборная английская ругань. Совершенно ясно было, что люди, приближающееся к тому месту, где сидел граф, пришли в лес не для того, чтобы просто погулять. Вскоре двое мужчин (как определил по голосам Фантомхайв) подошли достаточно близко, чтобы парень мог разбирать те не лишённые смысла фразы, что проскальзывали между нецензурными выражениями и произносились гораздо тише угроз и оскорблений. — Ну, вот же, гляди! Свежие следы. Он где-то поблизости — совершенно отчётливо услышал юноша. — И всё равно не понимаю, — отвечал другой мужчина. — Я его так бруском огрел, что голова должна была пополам треснуть. А он еще каким-то образом сумел вылезти из этого чёртового гроба! "Они точно говорят про меня, и помощи от них ждать вряд ли придётся, — подумал парень, неосознанно дотрагиваясь рукой до затылка, где волосы слиплись от запёкшейся крови. — Где же от них спрятаться?.."

*****

Прекрасный мост соединял два берега. Его величественность и грациозность завораживали, изысканность и монументальность восхищали. Он будоражил разум людей одним своим видом. В душе смотрящих на него вырастала гордость за человечество. Этот мост будет словно подарок из прошлого для следующих поколений. Вот под этим самым мостом и спрятался Сиэль. Он сидел на земле, почти у самой кромки воды, поджав под себя ноги и положив лоб на изодранные колени. Пытаясь привести в норму дыхание, он всё пытался понять, каким чудом ему удалось оторваться от преследователей. Шкатулка лежала рядом с ним; изредка поглядывая на неё, Сиэль испытывал одновременно и любопытство, и опасение. В его голове в это время происходила самая настоящая революция: одна часть, что зовётся здравым смыслом, кричала ему, чтобы он бежал отсюда как можно дальше; другая же, из-за потакания которой людей называют безумцами, твердила, что ему непременно надо остаться и разобраться в том, что с ним происходит. Ему очень многое нужно было узнать: кем он был, что произошло до того, как он очнулся в гробу, кому и зачем понадобилось там его запирать... Перебирая и рассматривая все варианты, какие только приходили ему в голову, Сиэль всё чаще останавливался на мысли, что ответ может находиться в шкатулке. По крайней мере, на настоящий момент она являлась единственной зацепкой, своеобразной нитью Ариадны, что могла вывести его из лабиринта загадок. Поэтому, уже не сомневаясь в правильности своего решения, Фантомхайв поднял шкатулку и, пристроив её на коленях, открыл и достал фотографию. Прекрасный средневековый замок, запечатлённый на снимке, гордо и величественно возвышался на фоне немного мрачноватых окрестностей. Как-то мельком в голове юноши пробежало удивление — разве в те времена были фотоаппараты? Но граф не стал на этом зацикливаться. Переведя взгляд на дно шкатулки, Сиэль понял, что фотография не единственное, что пытались сохранить в ней. Поглощённый снимком, юноша только сейчас заметил, что под фото на красном бархате лежал рубиновый браслет, оказавшийся достаточно милым, простеньким, но со вкусом. Сиэль долго вертел его в руках, но его поразила не красота и изящество, не идеальные пропорции и безупречность камней, а то, что у браслета не было застёжки. "Как же его носили?.." — прикладывая украшение к запястью, подумал парень. Но как только браслет лег на руку, он в мгновенье обернулся вокруг запястья и сомкнулся, а камни стали переливаться кровавым цветом. Юноша удивлено посмотрел на него, потом потряс рукой, но браслет не падал. В это же мгновенье позади Фантомхайва на каменной стене появилась тень мужчины и, сверкнув красными глазами, растворилась в воздухе. — Господин... — раздалось эхом. Сиэль быстро обернулся и посмотрел на стену, но ничего не увидел. "Наверное, я сошёл с ума, раз слышу голоса", — пристально смотря по сторонам и никого не находя взглядом, думал парень, и эта мысль его совсем не прельщала. Солнце припекало. Его лучи пробивались сквозь листву. Отражаясь от водной глади, как от зеркала, они проникали под мост, бросая на стены и своды солнечные зайчики, вырисовывающие на влажных камнях причудливые узоры. Свежий летний ветерок, заглядывая под свод моста, приятно обдувал теплом юношу и ласковым прикосновением теребил волосы на его голове. Уставший и измотанный, парень откинулся назад, ложась на голую землю, и прикрыл глаза. Он даже не заметил, как погрузился в дрёму. Прошедшая ночь явно была не самой лучшей, а потому вполне естественно, что, едва почувствовав себя более-менее в безопасности, граф позволил себе расслабиться и задремать. Фантомхайву показалось, что он пролежал так всего несколько секунд, хотя на самом деле прошло примерно с полчаса. Из состояния сладкого полусна его вывел шмель, надоедливо жужжавший где-то возле головы юноши. Сиэль не хотел открывать глаза, не хотел верить, что это все происходит с ним. Он тщетно пытался вспомнить своё прошлое, но ни собственная память, ни кто-либо другой, кажется, не собирался ему в этом помогать. "Сейчас я открою глаза и сразу всё вспомню" — мысленно скомандовал себе Фантомхайв и приподнял веки. Но, увы, в голове по-прежнему не было ни единого напоминания о его прошлой жизни — память начиналась с того момента, как он очнулся в гробу. От этого воспоминания Сиэля передёрнуло.

*****

Погружённый в свои мрачные мысли, Фантомхайв шёл, не разбирая дороги. Потупленная голова, устремлённый в землю взгляд, нервное пинание попадавших под ноги камешков — всё выдавало в нём человека, находящегося если не в депрессивном, то, по крайней мере, в очень подавленном состоянии. Солнце уже давно преодолело точку зенита и теперь скользило по небосводу вниз. Иногда оно хваталось потоками лучей, как руками, за пушистые облака, словно желая задержаться на небе подольше, и окрашивало их в персиковые и кисельно-розовые тона. Порывы свежего ветра, словно беззаботные лесные нимфы, проносились между деревьев, мимоходом шепчась с листьями, и кружили вокруг парня, игриво растрёпывая его волосы и забираясь под одежду прохладными пальчиками. Вдруг Сиэль резко остановился, словно его окатили ледяной водой. Подняв голову и несколько раз моргнув, чтобы скинуть с себя пелену раздумий, он с удивлением, перерастающим в страх, оглядывался по сторонам и понимал, что заблудился. Он не мог найти ничего знакомого, равно как и вспомнить, каким образом он сюда попал. Вокруг парня, сколько могли увидеть глаза, был сплошной лес. О том, чтобы найти здесь хоть кого-нибудь, не могло быть и речи — судя по естественности и нетронутости окружающей Сиэля природы, на несколько миль кругом не было ни одной человеческой души. Не зная, что теперь делать, Фантомхайв стоял, окидывая пустым взглядом окрестности и бездумно прислушиваясь к мелодичному пению птиц и мурлыканию ветра в кронах деревьев. В какой-то момент он ощутил приступ полнейшего равнодушия к собственному незавидному положению, словно всё это происходило не с ним, а с каким-то другим человеком, за которым Сиэль лишь со стороны наблюдал, и которого ему было ни капельки не жаль. Неожиданно юноша ощутил, как какая-то неведомая сила будто взяла его за руку и осторожно, но настойчиво повела его по узкой тропинке, едва видневшейся средь густой травы. Граф нехотя поддался этому странному чувству и беспристрастно продолжил свой путь, абсолютно не задумываясь над происходящим. Некоторое время спустя Фантомхайв почувствовал неприятное тянущее ощущение в животе, быстро усиливающееся — голодный желудок давал о себе знать. Однако парень очень стойко переносил это нарастающее чувство: аристократическое воспитание никуда не делось, хоть юноша и не помнил о нём. Вскоре Сиэль вышел на огромную освещённую медово-золотистым светом поляну, пересекаемую низиной в паре десятков метров от того места, где стоял парень; мягкая, как шёлк, длинная трава тёмно-изумрудным ковром расстилалась под ногами. И юноше вдруг захотелось опуститься на неё, уткнуться лицом в этот шелестящий покров и хоть немного отдохнуть, что он и сделал. Лёжа на нежном покрывале из травинок, чувствуя запах земли и цветов, Фантомхайв успокаивался и, вернув трезвость своему уму, вновь начинал думать о том, что ему следует делать дальше. И, как и под мостом, единственной здравой мыслью была мысль о шкатулке. Приподнявшись и усевшись поудобнее, Сиэль достал из-за пазухи предмет своих раздумий, вынул из кармана ключ и открыл шкатулку. В ней по-прежнему лежало фото с изображением замка; но, сколько бы граф ни вглядывался в эти колонны, башни и балконы, он не мог припомнить хоть что-нибудь похожее. От этого занятия его отвлёк шум со стороны близлежащих кустов. Испугавшись, что это его преследователи, юноша быстро закрыл шкатулку, спрятал ключ в карман и вскочил, готовый в любую минуту бежать. Но он зря тревожился — из густых зарослей какого-то кустарника, весь увешанный колючками репейника, выбрался всего навсего маленький щенок, с любопытством смотрящий на парня. "Какой милый собачонок, — подумал юноша. — Может, поблизости ходят люди, и они подскажут дорогу в город?". Фантомхайв сделал несколько шагов в сторону щенка, наклоняясь и протягивая руку, чтобы погладить его, как вдруг услышал злобное рычание. Повернув голову, он увидел в десятке шагов от себя огромного волка, который угрожающе скалил клыки и как-то недвусмысленно смотрел на парня. — Значит, ты щенок волка? Вот незадача, — медленно выпрямляясь и отступая назад, практически про себя проговорил юноша. — Дорогу точно никто не подскажет. Вслед за одним волком из кустов стали появляться другие, сверкавшие в сторону Сиэля голодными глазами и щерившие пасти в твёрдом намерении поужинать мальчиком. Но парню как-то не очень хотелось стать блюдом дня для этой недружелюбной стаи, и поэтому он бесшумно и без резких движений отходил назад, неотрывно глядя в глаза животных, также медленно к нему приближающихся. В ужасе ожидая той минуты, когда оголодавшие звери набросятся на него, Сиэль в уме прикидывал дистанцию между ним и волками, быстро окидывал взглядом поляну и пытался рассчитать расстояние до ближайшего дерева и сможет ли он добежать до него раньше, чем его догонит кто-нибудь из этой своры. Но все его расчёты пошли прахом, когда он после очередного шага назад понял, что под ногой нет земли. Оглянувшись через плечо, Фантомхайв увидел, что стоит на обрыве, который он до этого принял за низину, а прямо под ним несётся бурная река. В ту же секунду Сиэль потерял равновесие и стремительно полетел вниз. Удар о воду был болезненным. Бурный поток сразу поглотил тело и потянул ко дну. Холодная вода сковывала движения, не давая возможности полноценно двигаться. Кислорода в лёгких катастрофически не хватало. Промокшая одежда неприятно липла к телу. Собрав все свои силы, Сиэль смог вынырнуть на поверхность и вдохнуть такой долгожданный воздух. Но самостоятельно парень не мог долго держаться на поверхности — бурлящие воды то и дело захлёстывали его, словно пытаясь утопить, и безжалостно тащили куда-то вниз по течению, вертя и швыряя его из стороны в сторону и лишая последних сил. В очередной раз вынырнув на поверхность, Фантомхайв заметил рядом с собой плывущий ствол сломанного дерева. Ни секунды не думая, он схватился за него, намертво впиваясь пальцами в разбухшую кору и пытаясь приподняться над волнами. Но сил на то, чтобы попытаться выбраться из реки, у Сиэля уже не было. Уставший и измотанный, юноша решил просто плыть по течению, ведь оно рано или поздно утихнет и вынесет его на берег. Сознание покидало его, и единственное, о чём парень просил сейчас все высшие силы — не оторваться от спасительного ствола и во что бы то ни стало выжить...

***** ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ *****