Проблеск света

Утро Китти было полно ожиданием предстоящего выходного. Она ещё никогда так не мечтала об отдыхе и прикидывала, каким образом лучше провести целый свободный день. Вдали от вечно кислой физиономии Голда, от его ехидства и холодного взгляда. Пожалуй, можно сначала заглянуть к Руби, а потом вместе с подругой всё спланировать. И, разумеется, навестить отца — он уже наверняка извёлся, думая, что мистер Голд издевается над его единственной дочерью… Мысли, как обычно, отвлекли Китти от приготовления еды, и она благополучно посыпала соус не солью, а сахаром. — Боже мой, ну что я за растяпа! — запричитала девушка, едва сдержавшись, чтобы не запустить сковородкой в стену. — Кто ещё, кроме меня, может перепутать солонку с сахарницей?! В сердцах она со стуком поставила сахарницу на стол и попробовала соус. Вкус у него получился весьма специфическим. И вдруг Китти замерла на месте — ей послышалось, что входная дверь отворилась. Раздались знакомые шаги… стук трости… Китти шлёпнулась на стул и закрыла лицо руками. Мистер Голд вернулся раньше, чем она рассчитывала, а обед ещё не готов. Совершенно очевидно, что теперь у дочери цветочника выходным будет не только завтрашний день — сейчас её уволят. Но что такое — Китти услышала ещё чьи-то шаги, лёгкие и неуверенные. Она поспешно встала, затянула потуже тесемки передника и вышла из кухни, готовая встретиться с неизбежностью лицом к лицу. Где-то в глубине сознания зашевелилась недоумённая мысль о том, кто ещё мог прийти с мистером Голдом. В прихожей стоял мальчик. Ему было на вид не больше шести лет — эдакий оборвыш, грязный и диковато озиравшийся по сторонам. Его жалкие лохмотья, давно потерявшие свой первоначальный цвет, выглядели ещё более неприглядно по контрасту с дорогим чёрным костюмом Голда. Ростовщик толкнул мальчишку к Китти и безо всяких вступительных слов распорядился: — Будешь присматривать за Томом. До вечера он останется здесь, потом его заберёт доктор Арчи Хоппер, мы с ним договорились. Домработница растерянно моргнула, не понимая, что всё это значит. Мальчишка стоял, потупившись, и рассматривал свои кроссовки, которым было самое место на помойке. — Но… Голд нетерпеливо взглянул на неё: — Я недостаточно четко объяснил? Обедать сегодня не буду. У меня есть неотложные дела. Увидимся вечером, и чтобы к тому времени Том был готов к визиту мистера Хоппера. Поменяете ему одежду, всё нужное найдёте у меня в кабинете в шкафу. Постарайтесь ничего не перепутать, мисс Френч. Китти вспыхнула, но внутренне возликовала — испорченный соус останется незамеченным. Уж к вечеру-то она сумеет что-нибудь приготовить. Голд направился к двери, распахнул её и вышел. За долю секунды до того, как он шагнул за порог, Китти уже раскрыла рот, чтобы спросить: «Вы что же, собираетесь до вечера голодным оставаться?», но тут же прикусила язык. Какое ей до этого дело? Том поднял большие чёрные глаза на свою новую знакомую, и у Китти мелькнула мысль, что ему может быть и больше шести лет, только уж очень он тощий и заморенный. Мальчик недоверчиво рассматривал её, и девушка смущенно и натянуто улыбнулась. Она любила детей, но опасалась, что не понравится Тому — судя по недетскому выражению его маленького личика, он мало хороших людей видел в своей жизни и мало кому доверял. — Меня зовут Китти Френч, — она протянула руку, но Том отступил на шаг назад. — Не бойся. Если мистер Голд поручил тебя мне, значит, я надёжный человек. Мальчишка подумал и наконец заговорил, не спуская с домработницы по-прежнему настороженного взгляда: — Я Том. — А фамилия? Где твои родители? — осторожно поинтересовалась Китти, но Том мотнул головой: — Нет у меня никаких родителей. Больше он откровенничать не желал, и, хотя Китти всячески пыталась разговаривать с мальчишкой, тот по большей части отделывался односложными «Да» и «Нет», упорно не желая ничего о себе рассказывать. Всё, что из него выудила Китти — это то, что он сирота, нездешний, вертелся у лавки мистера Голда, собираясь что-нибудь стащить, но вместо этого обратился к хозяину, сказав, что голоден, и тот привёл его сюда. Разумеется, Китти накормила Тома, даже умыла, невзирая на энергичное сопротивление, а затем переодела. Она недоумевала по поводу того, зачем этот ребенок нужен ростовщику, но не сомневалась, что ничего хорошего из этого не выйдет. Но не может же она пристать к Голду с расспросами — тот и ответа не даст, и ещё отпустит какую-нибудь свою очередную насмешку. С доктором Хоппером, которого вечером привёл Голд, Китти была незнакома, к тому же заводить его в дом владелец Сторибрука не стал. Он попросту позвал Тома и вывел его на крыльцо, после чего поручил доктору Хопперу, и тот удалился вместе с мальчишкой. Китти наблюдала за всем этим из открытой кухонной двери, и, как только Голд зашел обратно в дом, поспешно отошла к плите. До неё немедленно донёсся голос ростовщика, звучание которого невольно навело девушку на мысль, что её за какую-то провинность собираются уволить: — Мисс Френч! Китти не преминула явиться на зов, как была — с вилкой в руке, при помощи которой она проверяла, не готова ли картошка. Голд, выглядевший ещё более усталым и мрачным, чем обычно, развязывал на шее шарф — день выдался холодным. — Я передумал насчёт вашего выходного. Точнее, перенёс его на несколько дней.