Вожатый

-Мы уверены, что все это - дело рук Джерарда. *** - Я не верю вам, - ответил я незамедлительно. Даже не задумываясь, я знал, что эта версия - полный абсурд. -А вот и зря, Фрэнк, - покачал головой Берт, злобно ухмыляясь. - Можешь не верить до тех пор, пока сам не окажешься его жертвой. - С таким же успехом вы могли бы обвинить и меня, - продолжал я невозмутимо. -Ты считаешь, что мы не думали об этом? Мы взвесили все по несколько раз, иначе быть не может! - воскликнула Скарлетт. -Ты говоришь с такой уверенностью, что это заставляет задуматься, не сама ли ты ко всему причастна. Девушка вздохнула и подняла на меня лицо с оскорбленным выражением на нем. Я ни капли не жалел о том, что сказал. Каждое слово было четко мною продумано. Снаружи я пытался выглядеть уверенным в своих словах, пытался держать себя в руках, когда внутри разрывался от негодования. Все факты, которые они называли, действительно заставляли задуматься. Весь паззл практически сложился в картину происшествий, и теперь я мог рассмотреть ее с другого ракурса, о котором раньше не имел понятия. -Окей, тогда что насчет фотографий? - заговорил я, спустя минуту неловкого молчания. - Как Джерард может быть к ним причастен? -Ты ведь знаешь, - ухмыльнулся Берт, - что эти фотографии были у него перед тем, как попасть ко мне? Я смерил охранника непонимающим взглядом: -Но он их не видел до тех пор, пока я их взял. -Это он тебе сказал? Я неуверенно кивнул. А вот Берт, наоборот, был полностью уверен во всем, что он говорил. Даже утверждал. -Послушай, мы позвали тебя, Фрэнк, не просто так, -заговорила Скарлетт. -Вы позвали меня, чтобы кидаться обвинениями! - я всплеснул руками. -Мы не кидаемся. Эти обвинения обоснованны, и поэтому мы хотим предупредить тебя. Нам не хочется терять никого больше, а ты с Джерардом ближе всего, потому и подвергаешься большей опасности. -Именно поэтому вы оставляете его в лагере еще на месяц? Скарлетт поджала губы, не зная, что сказать. За нее вступился Берт: - Уж лучше он будет находиться здесь, чем безнаказанно гулять по городу. Я ушел от Скарлетт полностью разбитым. Я не знал, кому верить. С одной стороны, образ девушки у меня в голове пытливо допрашивал: "Ты нам веришь? Ведь мы с тобой знакомы целых пять лет, а его ты встретил впервые в жизни". Но Джерард... Если бы не они, я бы никогда не смог обвинить Джерарда во всем. После того, что было между нами... Хотя это и не является железным алиби для него. Если он соврал мне насчет того, что не боится ответственности, что не видел фотографий "зомби" раньше, почему бы он не смог соврать мне в более масштабных вещах. Вот только эти вещи уж слишком масштабны... Я взвешивал каждый аргумент из тех, что приводили Скарлетт и Берт против Джерарда. И к этим аргументам нельзя было придраться. Но придраться можно было к самим вожатым. Ведь каждое из этих происшествий может быть простым совпадением. Может быть Джерард просто такой же пленник обстоятельств, как я, как Скарлетт и Берт. Есть лишь один способ узнать правду - спросить у самого Уэя. Но ведь буду дураком, если хоть на секунду поверю, что преступник может сознаться в том, что он совершил, ни с того ни с сего. Мало того, что мы с Джерардом поссорились, так теперь у меня еще есть повод обвинить его во всех бедах нашего лагеря. И в моих бедах тоже. Во-первых, я потерял друга. И если Джерард действительно замешан во всем, то я никогда в жизни не смогу ему этого простить. Интересно, может ли одно большое предательство со стороны любимого человека заставить разлюбить его в один момент? Я не знаю, я никогда не бывал в такой ситуации, никогда прежде никого не любил. Поэтому сейчас я волновался как никогда, боясь узнать страшную правду. Потому что если Джерард окажется предателем, а любовь все-таки не сможет испариться моментально, я буду мучиться еще долго. И плевать на то, что время лечит. Никакое лекарство не сможет вылечить сразу же. Я подошел к палатке, из которой как раз выходил Джерард. Он натягивал на ногу кед, держась второй рукой за какой-то ненужный крючок на крыше палатки. Я отошел от выхода, чтобы дать ему пройти, при этом прожигая парня взглядом. Он заметил это и удивленно посмотрел на меня. Вроде бы мы уже не игнорировали друг друга, а вели себя как обычные знакомые, однако такое общение отнюдь не было комфортным, ведь невозможно стереть из памяти недавнее прошлое. -Джерард, постой, - я остановил вожатого, когда он прошел мимо меня и уже собирался направиться дальше. Я не знал, как правильно начать разговор и как предъявить ему столь серьезные обвинения. Как в этом случае лучше вести себя - как смущенный ребенок, который стесняется спросить у родителей, откуда берутся дети, или как офицер полиции, который полностью уверен в своих действиях и готов вынести обвиняемому приговор? Джерард посмотрел на меня и вопросительно поднял бровь, напомнив мне, как я тащусь от такого жеста. Пока что офицера полиции из меня не выходит... -Это правда, что ты причастен к пропажам и убийствам в лагере? Брови Джерарда поползли вверх, а рот открылся от удивления. Я представил себя на месте Джерарда, попытавшись четко воссоздать в памяти, каким был его характер, когда мы были вместе. Думаю, после такого заявления с моей стороны, удивления будет мало. -Что?! Кто тебе такое сказал? -Неважно, кто! У них и у меня есть доказательства против тебя. Просто скажи мне, это правда? -У кого - у них, Фрэнк?! -Ты всегда был где-то рядом, - продолжал я, даже не пытаясь ответить на вопрос Джерарда. - Ты был вожатым первой пропавшей девочки, ты был вожатым Рэя, ты был рядом со мной, потому что я знал много... -Это просто совпадения! Как ты можешь обвинять меня в таких вещах?! -Почему ты соврал мне? Почему ты не сказал, что видел фотографии до того, как я показал их тебе? -Что... Я не видел! - оправдывался Джерард, нервно убирая волосы с лица дрожащими от злости или страха руками. -Почему я должен тебе верить?! -А почему ты должен верить им?! Кому-то, кто пытается настроить тебя против меня? -Потому что... - я замялся. А ведь, действительно, почему? - Потому, что я знаю их гораздо дольше, чем тебя. И потому что все доказательства... Они неоспоримы. Мне было неприятно обвинять такого значимого для меня человека в таких серьезных преступлениях. Но с каждым новым его словом, моя уверенность в невиновности Джерарда испарялась. Я больше не хотел продолжать этот разговор. Я вообще жалел, что начал его. Я жалел, что пошел к Скарлетт. Я жалел, что вообще проснулся сегодня утром. Ведь нет ничего более страшного, чем правда. -Ты придурок, Фрэнк, - все, чем он ответил мне. Знал ли он, что последними словами заставил стену моего доверия к нему рухнуть? Не потому, что я обиделся из-за этих слов. А потому что он ни разу ничего не отрицал. Потому что ни разу не попытался доказать свою невиновность. Конечно, я не хотел верить в то, что Джерард преступник. Но я так же не хотел отрицать те факты, что горой высыпали на меня. Я засунул руки в карманы. Я где-то читал, что этот жест - руки в карманах - означает, что человек хочет быть закрытым от внешнего мира в данный момент. И сейчас это было именно так. Я не хотел, чтобы кто-то из внешнего мира беспокоил меня ближайшие лет двести. Эти пять минут общения с Джерардом заставили меня не только усомниться в его чистоте, а также понять, насколько сильно я скучаю по нему. В кармане я нащупал рисунок, который еще час назад подарила мне Джуди. Я совсем забыл про этот подарок, и решил рассмотреть его, надеясь хоть как-то успокоить больное сердце. Вместо ожидаемого лесного пейзажа, мои глаза наткнулись на различные надписи. Некоторые были написаны ручкой, некоторые - карандашом. Мне хватило секунды, чтобы понять, что это пожелания. На бумаге было написано "Не грусти" и корявая подпись под этой фразой. С одной стороны был приклеен лист с историей, которую мы однажды сочинили всей командой. Но надписей на этом листе было восемь. В самом углу корявым подчерком было написано "Все наладится" и пририсован улыбающийся смайлик. А снизу красовалась такая же неаккуратная подпись - Джерард. Как бы я ни хотел найти главного зачинщика бед в лагере, я определенно больше не хочу искать в этом направлении.