Красная Шапочка и Большой Злой Гибрид

Маленькая, закутанная в красную накидку фигурка доверчиво прижималась к высокому, затянутому во все черное мужчине. Он крепко сжимал ее тонкие пальцы и едва заметно усмехался каким-то своим мыслям. Снег скрипел под их ногами, рассеивая повисшую вдруг в Волшебном Лесу напряженную, неестественную тишину. Лохматые сосны и ели безмолвными телохранителями замерли по сторонам от парочки. Через некоторое время хвойные исполины расступились, выпуская Красную Шапочку и ее таинственного спутника на большую, округлую опушку, на самом дальнем краю которой приютился простенький домик с покатой, заваленной снежными сугробами крышей. - Вот мы и пришли, - неуверенно проговорила девушка, поднимая глаза на мужчину, чьи бронзовые волосы чуть припорошили белые хлопья снега. – Спасибо, что проводил и… согрел. Не отпуская ее руку, Клаус поднялся по ветхим ступеням на низенькое крылечко. Широкие ладони легли на узкие, вздрагивающие от волнения плечи. Двумя указательными пальцами он ловко откинул алый капюшон и вдруг неожиданно наклонившись, трепетно прикоснулся губами к мягким, будто бы льняным прядям волос. Задумчивые серые глаза, не отрываясь, всматривались в милое, чуть растерянное кукольное личико. - Ты не пригласишь меня на ужин с бабушкой, милая? Я думал, что заслужил больше, чем просто «спасибо», - ровный тон бархатистого голоса не позволял понять шутит ли его обладатель или вполне серьезен. - Но бабуля… - замялась девушка, нервно теребя полу плаща. - А что, если мы спросим у нее? – улыбнулся Клаус, приглашающе указывая на запертую дверь. Решительно тряхнув головой, от чего платиновая волна волос взметнулась в воздух, распространяя аромат роз и жасмина, Кэролайн сжала пальцы и несколько раз громко стукнула в дверь. Клаус подумал, что это, должно быть, какой-то секретный код, очень уж упорядоченным получился ритм. В домике заскрипели прогнившие половицы, звякнули многочисленные цепочки, потом застонал тяжелый железный засов. - Кто это там? – послышался низкий, чуть дребезжащий голос старушки. - Это я, бабушка, ваша внучка, Кэ… Красная Шапочка, - заученно пропела девушка, косясь на невозмутимого Клауса, - Я к вам в гости пришла и принесла пирожки и горшочек маслица. - Дерни за веревочку, дитя мое, дверь и откроется, - проговорила бабуля. Клаус удивленно вскинул брови, но тут Кэролайн потянулась к неприметной веревочке, сплетенной из дубовой коры, которая свисала в стороне от двери. Она осторожно потянула, и где-то внутри домика щелкнуло, открывая последний засов. Дверь распахнулась и на пороге показалась маленькая седая женщина, завернутая, казалось, в несколько слоев пышных, непрестанно шелестящих юбок. Подслеповато щурясь, она распахнула объятия, намереваясь обнять внучку. - Иди сюда, дитя мое, - проворковала она и вдруг, запнувшись на полуслове, замолкла, подозрительно глядя на чужака, молча взирающего на нее с высоты своего роста. - Добрый вечер, бабушка Форбс, - широко улыбнулся Клаус и, вдруг схватив ее руку, склонился в галантном поклоне, касаясь губами огрубевшей от возраста кожи. – Мое имя - Клаус Майклсон, помните, мы встречались на обеде у главного лесоруба? Бабушка замерла на мгновение, не в силах оторваться от его серых, лукаво поблескивающих глаз. Красная Шапочка недоуменно перевела взгляд на спутника, успев заметить, как сужаются и расширяются его зрачки. «- Что-то странное. Наверное, мне просто показалось», - отогнала она от себя нехорошее предчувствие, глядя на встрепенувшуюся бабушку. - Бабуля, Клаус вывел меня из чащобы, где я плутала, испугавшись Большого Злого Волка. Он был так любезен, что проводил меня прямо до твоих дверей. Может быть, мы пригласим его на чашечку твоего чудесного липового напитка? – проворковала девушка, видя, что волнение бабушки вроде бы исчезло. - Конечно, господин, я помню вас! Входите, будьте гостем в моем скромном жилище! – воскликнула словно бы опомнившаяся женщина, освобождая дорогу. - Благодарю, мадам, - ухмыльнулся мужчина, переступая порог хижины. - А ты, внученька, положи-ка пирожки на стол, горшочек на полку поставь, а сама присядь к очагу! Ты, верно, очень устала. – Заботливо проговорила бабуля, запирая двери. Рваные оранжевые всполохи жаркого огня освещали небольшую комнату и массивный стол, занимавший чуть ли не больше половины помещения. Пожилая женщина, девушка и молодой мужчина тихо беседовали, то и дело попивая терпкий дымящийся напиток из ярко-синих чашек с затейливым узором. Гротескные глубокие тени будто бы в испуге разбегались по стенам, преображая приветливые лица людей в страшные маски чудовищ. - Вы не запираете ставни на ночь, бабушка Форбс? – раздался вдруг тихий, но заинтересованный голос гостя. Он оглянулся на круглые окна, сквозь мутноватые стекла которых высоко над лесом виднелись яркие блестки звезд. - А зачем, дорогой? В Волшебном Лесу опасность исходит лишь от одного существа. Но Большой Злобный Волк – это не просто монстр, не порождение неведомой генной мутации, как думают колдуны, - доверительно начала старушка, наклонившись ближе к Клаусу и понижая голос до сухого шепота, потрескивающего, как дрова в ее камине. - Правда? А что же он такое? – искренне изумился мужчина, с трудом пряча улыбку. - Он – человек… Когда-то такой, как вы или я. Но потом черное проклятие пало на его род, и он стал оборотнем, человеком-волком, что меняет человеческую сущность на животную каждое полнолуние, - важно продолжала она. - Но ведь сегодня Луна как раз пошла на убыль, как же так получилось, что Красная Шапочка встретила его в лесу в личине зверя? – продолжал допытываться гость. - Ты не дослушал, - подняла палец женщина, подчеркивая важность своих слов. – Это не все. Он оборотень лишь на половину. Его мать, могущественная колдунья, много столетий назад даровала своим детям вечную жизнь, превратив их в ужас ночи, вампиров. Так вот, наш Волк – он гибрид вампира и оборотня. Самое свирепое и сильное существо во всех Королевствах. - Но это не объясняет, бабушка, почему вы не запираете ставни. Вы не боитесь этого… кхм… монстра? - спросил Клаус, видя краешком глаза заинтересованное лицо Кэролайн, которая, казалось, вся обратилась в слух. - Он вампир, а значит не может войти в мой дом, коли я не приглашу его, - улыбнулась старушка, расправляя на коленях многочисленные юбки. – А должна отметить, я не приглашаю в дом кого попало, господин. И уж этот гибрид точно не дождется того, чтобы я впустила его, - закончила она и замолчала, о чем-то задумавшись. - Вы правы, сударыня, - тепло проговорил мужчина, глядя в усталое морщинистое лицо, - И очень осмотрительны, - с непонятным выражением добавил он, поднимаясь со стула. - Вы нас уже покидаете? – с сожалением воскликнула бабушка, которая любила поболтать и только вошла во вкус, найдя в Клаусе нового и такого чуткого слушателя. - Боюсь, меня ждут дела, - сконфуженно ответил гость, - и, думаю, Красной Шапочке пора ложиться в постель, нечего ей делать ночью в лесу одной… Особенно, если там все еще бродит Большой Злой Гибрид. Увидев, как румянец заливает бледненькие щечки девушки, он вновь ухмыльнулся и остановился прямо перед блондинкой. - Счастливых снов тебе, милая Красная Шапочка. Пусть сегодня они будут особенными, - очень тихо и неразборчиво прошептал Клаус, склоняясь к ее лицу. – Спокойной ночи, Кэролайн, - добавил он, невесомо касаясь губами ее нежной щеки. Зардевшись, девушка вскинула на мужчину огромные лучистые глаза. Пушистые ресницы, отбрасывавшие на лицо длинные тени, затрепетали. Он отстранился, будто бы невзначай, как-то мимоходом скользнув губами по ее приоткрывшемуся рту. Тело пронзил острый разряд, словно бы сквозь них двоих ударила молния. Почти полностью лишившись голоса от смущения, блондинка лишь скомкано кивнула уходящему, пряча затрясшиеся руки в карманы. Хлопнула дверь, бабушка зазвенела цепочками, загрохотала засовом. Красная Шапочка, облегченно вздохнув, поднялась с места и прошла в темную спальню, которая издавна предназначалась для ее ночлега. Остановившись у окна, девушка прислушалась к ворчливым звукам ночи и, улыбаясь каким-то нежданным мыслям, вдруг уперлась взглядом в горящие в темноте злые глаза. Отпрыгнув от окна, Кэролайн успела заметить Большого Злобного Волка, который, свернув каралькой черный хвост, сидел прямо на снегу, наблюдая за ней с каким-то остервенелым интересном. «- Он словно раздумывает, съесть меня на обед или завернуть на сувенир… Зря бабушка отказалась от ставней…», - подумала Шапочка, резко задергивая тяжелые плотные занавески, напоминая себе, что волк не проникнет в жилище, ведь он не был приглашен. Волк, спокойно сидящий на снегу у самой границы леса, дернул ушами, словно бы прислушиваясь к доносящимся из дома звукам. Переступив с лапы на лапу, он вновь уселся и принялся чего-то очень терпеливо ждать. Она бежит и бежит по черному лесу, деревья мелькают, не успевая за ее стремительной, отчаянной гонкой. Бежать, бежать, бежать… Тяжелое дыхание за спиной, мохнатые лапы прыгнувшего зверя ударяются в спину, сшибая с ног. Кэролайн кубарем катится по стоптанному, спрессованному в лед снегу, волк прыгает сверху, черная пасть оскаливается, приближаясь. Она видит острые, словно наточенные сабли, клыки, видит, как наливаются янтарем налитые кровью будто бы стальные глаза зверя… Сдавленно вскрикнув, девушка резко садится в постели, хватаясь за сердце. Сон. Просто сон. Потянувшись за кружкой с родниковой водой, которая всегда стояла на низеньком столике у ложа, она едва не свалилась с кровати, как вдруг сильные руки обхватили ее за талию, уберегая от полета на холодный и жесткий пол. - Бабушка Форбс? Ты что тут делаешь? Почему не спишь? – пробормотала Красная Шапочка, вытирая струйки воды с лица и груди. - Ты кричала во сне, милая, я пришла посмотреть, все ли в порядке, - успокоила женщина, поглаживая внучку по голове. – Я прилягу с тобой, Кэ.. Красная Шапочка. Подожду, пока ты уснешь, чтобы плохой сон не вернулся, - добавила она, укладываясь в постель и обнимая внучку. - Бабушка, почему у тебя такие большие руки? – задремывая, пробормотала девушка, чувствуя их жар и силу. - Это чтобы покрепче обнять тебя, дитя мое, - руки продолжали перебирать платиновые пряди Кэролайн, словно бы гипнотизируя ее однообразностью повторяющихся движений. Она поправила сбившийся на бок чепец, и Шапочке снова показалось, что она что-то увидела. - Бабушка, почему у тебя такие большие уши? – воскликнула девушка, приподнимаясь на перине. - Чтобы лучше слышать, дитя мое, - так же тихо продолжила женщина, сверкнув в темноте глазами. - Бабушка, почему у тебя такие большие глаза? – закричала Кэролайн, пытаясь соскочить с постели. Но длинные руки крепко держали ее, не давая даже пошевелиться. - Чтобы лучше видеть, дитя мое. … Тише, тише, любовь моя, все хорошо, - широко улыбнулась бабушка, демонстрируя белоснежную улыбку. - Бабушка, почему у тебя такие большие зубы? – сдавленным голосом пробормотала Красная Шапочка, чувствуя, как липкие струйки пота стекают меж лопаток, как влажная рубашка липнет к телу, облепляя его словно вторая кожа. - А это, чтоб скорее съесть тебя, дитя мое! – засмеялась та и на глазах внучки доброе морщинистое лицо начало исчезать, превращаясь в плотную красную маску. Кэролайн моргнула, отползая от неведомого существа, развалившегося на ее пуховом одеяле. - Кто ты? – просипела она, незаметно оглядывая комнату в поисках оружия или хотя бы крепкой палки, которой можно было бы огреть чудище. - Тссссс… Милая, это всего лишь я, Клаус, - сказало чудище бархатистым голосом, снимая красную маску, и отшвыривая ее прочь. - Чт… Что вы делаете здесь, сударь? Как вы посмели?!!! – возмутилась Шапочка, набрасываясь на своего недавнего проводника с кулаками. - Эй… дорогуша, полегче. Прекрати драться милая, - дохнул он ей в лицо, крепко ухватывая за тонкие запястья, и вдруг ловко перевернул девушку, уронив ее прямо в подушки. - Прекрати…те… - пискнула блондинка, чувствуя тяжесть придавившего ее тела, слыша, как колотится ее собственное сердце и подозрительно учащается его дыхание. - И не подумаю, - возразил Клаус. Склоняясь к нежным губам, провел по ним кончиком языка, обхватил нижнюю губу, посасывая и щекоча ее. Красная Шапочка глухо застонала, выгибая спину. Тонкие ручки сомкнулись на его широких плечах, притягивая ближе. Обхватив руками ее ягодицы, он проник языком во влажный, пахнущий ягодами рот. … Вдруг девушка отшатнулась, уперевшись обеими руками в его тяжело вздымающуюся грудь. - Нет, Клаус, это нехорошо, так нельзя, - сипло проговорила она, думая лишь о его пьянящих губах. - Можно, милая, сегодня можно все, - усмехнулся мужчина, пристально глядя ей в лицо. - Почему? Почему ты так говоришь? – вопрошала Кэролайн, стремясь хоть как-то упорядочить предательские мысли. - Потому что это просто сон, - выдохнул Клаус, лаская губами ее точеную шейку. Длинные пальцы потянулись к завязкам ее тонкой сорочки, и Кэролайн приподнялась, помогая Клаусу снять измятую ткань.