Призраки прошлого

Кастиэль просыпается, но не торопится открывать глаза. У него впервые за долгое время не болит голова. Он не знает, который сейчас час, но чувствует, как теплое солнце щекочет голую пятку. Он так давно не спал настолько крепко и без сновидений, и сейчас его не преследуют ни тревога, ни чувство вины. Впервые за долгое время в его голове тихо. - Не думал, что доживу до момента, когда застану тебя в постели с мужчиной, - такой до боли знакомый голос заставляет Кастиэля подорваться на кровати, он возвращает и поток привычных чувств и мыслей – и на какое-то время оставляет Кастиэля растерянным. Вчера они действительно вернулись поздно, и Дин решил остаться с ним в номере на случай появления призрака, а после откровенных разговоров и бутылки виски одна кровать уже не казалась проблемой. В их жизни действовали и действуют иные нормы приличия. Они просто не могут позволить себе беспокойство по таким пустякам - это роскошь обычной жизни. Какая разница, кто лежит рядом с тобой, если он не собирается вцепиться тебе в глотку? - Я очень надеюсь, что это твой брат, если нет, то пистолет у меня в штанах, сам разберись, - голос Дина приглушает подушка. - Бальтазар… - Кастиэль тянет к нему руку, но не решается коснуться. Сейчас его брат кажется таким реальным, и ему не хочется разрушать иллюзию. - Да, Кас, это я, и я могу проходить сквозь стены, - брат усмехается, наверно, чтобы сбавить нервозность, и это срабатывает. – А ты… - Бальтазар обращается уже к Дину. – Если еще раз напоишь моего брата, я тебе в нос залечу! - Такой жестокой расправой мне еще не угрожали, - Дин усмехается и приподнимается на локтях. - Я могу залететь и в другие места… - Я не против экспериментов… - Главное держи свои эксперименты подальше от моего брата! - Он уже совершеннолетний агент ФБР! - Будь я живым, мы бы подружились… Кстати о несовершеннолетних, - Бальтазар меняется в лице и тут же становится серьезным. – Я не знаю, сколько у меня времени. После выходки с медиумом мальчик ушел, он периодически уходит, но всегда возвращается. - Уходит, чтобы… - … чтобы убить? – у Дина нет сложностей с окончанием фраз. - Не знаю, действительно не знаю. Я не раз пытался заговорить с ним, но он не отвечает. Я пытался… выйти на контакт с тобой, - Бальтазар улыбается, грустно и мягко, словно извиняясь, а Кастиэль только сейчас понимает, что он не был безумен, что чьё-то непрестанное присутствие рядом ему не казалось. – Но он сильнее меня. Он никогда не оставлял нас наедине и изматывал меня до остатка. Я пытался остановить его, но… в нем столько злости... - Злости? - Да, он ненавидит, и ты объект его ненависти, Кас… - Я не понимаю, - Кастиэль никак не может вспомнить ни этого мальчика, ни какого-либо другого. - Когда он появился? - Не знаю, - Бальтазар пожимает плечами. – В первое время все было смутно, я не сразу осознал свое… существование, время текло странно, но… его точно не было. Мальчика еще не было. Я пытался поговорить с тобой, но… ты стал думать, что сходишь с ума. И я оставил попытки. Я… стал исчезать. - Куда..? - Не знаю, не могу вспомнить, наверно… я бы и не вернулся обратно, но появился призрак. И я должен был тебя защитить. - Я думал, что это приступы болезни. Выходит, он появился между двумя… - Кастиэль замолкает, пытаясь восстановить в памяти события прошлого. - И что ты делал в это время? – если бы Кастиэль мог ответить Дину что-то вменяемое. Он учился, работал – не было совершенно ничего особенного. - Что ты чувствовал, Кас? Кастиэль смотрит на Бальтазара. Ведь действительно чувства запоминаются лучше. Вот только он не хотел бы вспоминать об этом. Он не хотел бы так многого, но жизнь складывается именно так. - Я… иногда я чувствовал твое присутствие, постоянное напоминание… Я так виноват, - он словно возвращается в то время, словно с новой силой переживает весь ужас совершенного им. Он так много хотел бы сказать Бальтазару. - Я ездил на озеро… часто ездил. Я пытался понять, зачем выжил. И как… как могло быть иначе. - Ты был ребенком, Кас… - Уже не был. Я должен был… - Кастиэль замолкает – разве имеет значение, что он должен был сделать, он этого не сделал, и призрачное последствие сейчас сидит перед ним. - Значит, мы с Сэмом туда и поедем, - решительно заканчивает Дин. - Я должен остаться здесь, у меня появилась зацепка в деле. - Тогда ты остаешься, мы с Сэмом выезжаем. И да, да, будем отчитываться каждые четыре часа, - Дин усмехается. Кастиэль хмурится, он не хочет оставлять их одних, ведь это он замешан в этом деле, он должен там присутствовать, но у них действительно нет выбора. - Ладно, я… - Ммм… доброе утро, - на входе топчется растерянный Сэм, переводя взгляд с одного на другого и третьего. - Полагаю, это и есть умный брат? - Бальтазар ухмыляется. - Ммм… да, это Сэм. Сэм, это Бальтазар… - Что значит да?! *** Дорога ровная и пустынная. Если бы только взгляд мог за что-нибудь зацепиться, но ничто не прерывает мыслей. Сэм спит, чтобы сменить его через несколько часов – им предстоит долгая дорога, на которую у них совершенно нет времени. Дин мельком смотрит на брата, на его спутанные волосы и помятую рубашку. Сэм сейчас мог бы вести совершенно другую жизнь – он не привязан к возложенной на них миссии, возложенной на него. Ведь это Дин не оставил Сэму выбора. Он легко может представить его в вылизанном офисе где-нибудь на Манхэттене, он легко может представить его с семьей и собакой, представить, как он учит детей рыбачить и водить машину, как он встречает Дина в светлом доме вместе со своей женой, а его дети просят дядю Дина рассказать еще несколько страшных историй. Он слишком легко может все это представить. И Сэм был бы счастлив. Счастлив ли он сейчас? И могут ли они позволить себе счастье? Однажды Дин думал о том, чтобы отпустить брата, по крайней мере дать ему выбор, вот только он не справился бы без него – сорвался бы во мрак и стал мало отличим от тех тварей, на которых охотится Кастиэль, а может и он сам. Он почти думает об этом снова. Может ли Кастиэль заполнить его пустоту и оградить его от мрака? Или вместе они лишь быстрее в него упадут? Дин снова смотрит на брата. Как было бы просто, если бы Сэм выбрал жизнь, предложенную отцом, его жизнь. Тогда можно было бы выкинуть Кастиэля из головы, как просто одно из законченных дел, и не думать о всей этой ерунде – просто работать и просто делать то, что они должны делать. - Не узнаешь, пока не попробуешь… - бормочет он себе под нос. - Тебя сменить? – Сэм просыпается, вяло шевелится и морщится, пока разминает затекшие мышцы. - Да, только давай заедем на заправку, купим пожрать и разомнем ноги. Я уже шесть часов за рулем. Сэм не возражает, только включает музыку и снова откидывается на спинку сиденья. И Дин совершенно не может представить на его месте кого-то другого, как и не может ответить на вопрос, что более ценно: счастье его брата или жизни других людей? Собственное счастье Дин давно исключил из рассмотрения. Ему кажется, что он вполне счастлив сейчас в этой машине, охотясь на очередного ополоумевшего призрака. Или это просто придает смысл его жизни. Но есть ли разница? На заправке он быстро расправляется со своим бургером и выпивает горелый кофе. Но даже горечь не может помочь ему взбодриться. Уже через полчаса после отъезда Дин спит, крепко и без сновидений - в машине он часто спит без сновидений. - Дин… Дин… - кто-то касается его плеча. – Мы приехали. - Хреново выглядишь, - Дин разминает шею и выпрямляет спину, не задаваясь вопросом, как выглядит он сам. – Тебе бы поспать, - он смотрит на часы и прикидывает время. – Давай ты в мотель, а меня высади у библиотеки… просмотрю периодику. Может, мне удастся что-нибудь раскопать. Сэм вновь не возражает, но Дин и не стал бы слушать его возражения. Он открывает карту, чтобы найти необходимые им точки. И взмахом руки указывает Сэму дорогу. - Смс-ни мне адрес мотеля… - Какой широкий жест, ты оставляешь мне импалу, - Сэм усмехается, и Дин снова думает, что на месте его брата не может быть другой. - Детка, не слушай его, я тебя не оставляю! – он успокаивающе хлопает по приборной панели и со смешком выходит из машины. В библиотеке пахнет пылью и книгами, а еще пирожками из кофейни у входа. И Дин покупает себе один, вот только его не пускают в зал с едой, и ему приходится быстро с ним покончить прямо у стойки библиотекаря. - У меня еще много талантов, - он улыбается статной библиотекарше в прямоугольных очках с отрастающей проседью в окрашенных рыжих волосах. – Мне надо в зал периодики, просмотреть выпуски газет… двадцатилетней давности. Проект... В университете… Он не знает, насколько похож на студента, вот только это мало волнует женщину – это же не пирожок в библиотеке. - Цокольный этаж. Все стеллажи подписаны, - утратив к нему интерес, она возвращается к работе. – Мы закрываемся в семь. Библиотека почти пуста. Только в дальнем углу шепчется парочка школьниц, а в мягком кресле пожилой мужчина читает газету. С кофе. Наверно, у некоторых есть свои привилегии. Дин спускается вниз. В отделе периодики нет никого. Только забитые подшивками газет тесно стоящие стеллажи, возвышающиеся темными исполинами. - Пусть мне повезет… Он решает начать именно с той газеты, которую читал пожилой мужчина. У него чуть больше, чем три часа до закрытия – хотелось бы сразу со всем управиться. Но через полтора часа Дин уже очень жалеет, что у него нет привилегии проносить сюда кофе - от пыли першит в горле, а глаза слипаются. Сэм уже давно скинул ему название мотеля, и Дин сейчас с завистью думает о том, как тот лежит на мягкой кровати, может быть, даже с волшебными пальчиками. Еще через час он натыкается на статью о Кастиэле, и это помогает ему немного взбодриться. Водитель не справился с управлением и упал с моста. Его брата удалось спасти. Со старой пожелтевшей фотографии на него смотрит худощавый подросток со взъерошенными волосами, и, воровато оглядываясь, Дин отрывает статью – вряд ли кто-то хватится. Его поиски продолжаются. Но через час его в приказном тоне просят уйти из библиотеки, и Дин не может скрыть своего разочарования, пусть и рад, что направится в мотель, где его ждет кровать и совершенно не важно какая. На следующий день он снова там, только в этот раз вместе с Сэмом, и его физиономия почему-то вызывает у библиотекарши больше доверия, хотя он и не пробует пробраться в святая святых с пирожком, а смиренно ест его за столиком. Они продолжают работать вместе, час за часом, и на второй день их поисков библиотекарша, которую зовут Мередит, даже разрешает им пронести с собой кофе в закрытых крышечкой стаканчиках. Дин успевает узнать, что она вырастила троих детей, они сейчас учатся и работают, но далеко от этого места, а Мередит живет с котом и мужем, именно в таком порядке, потому что тот постоянно пропадает на рыбалке. - Нашел! Это точно оно! – взбудораженный голос Сэма заставляет встрепенуться и Дина – и очень вовремя, потому что Дин устал глотать пыль с желтых страниц и каждые четыре часа докладывать Кастиэлю, что они все еще торчат в библиотеке в безуспешных попытках отыскать хоть какую-то информацию. - Статья? – Дин заглядывает через плечо Сэма. - Нет, некролог, «… вчера, 20 ноября, в восемь часов вечера по местному времени в возрасте шести лет в озере утонул Томас Брюс Росс, любимый брат и сын…», - он бормочет себе под нос. - Статьи нет, но это уже что-то. Призрака зовут Томас Брюс Росс, и у него был брат. - Можно попробовать покопаться в старых справочниках и найти Брюса Росса… - Давай, ты к этому стеллажу, я к этому, - Сэм указывает пальцем сначала на один стеллаж, а потом на другой, и усмехается, когда Дин недовольно кривится. На этот раз везет Дину – с известной датой, именем и фамилией все оказывается намного проще. - Гленхен Стрит, 27, поехали, - он вновь без зазрения совести вырывает страницу из старого справочника. Дин на прощание машет рукой Мередит, а Сэм благодарит за помощь – на самом деле стаканчики с кофе были его заслугой, и они садятся в машину. Дин тратит некоторое время, чтобы сориентироваться в витиеватых улочках города, прежде чем выезжает на нужную дорогу. Они проезжают мимо озера, и Дин не может не думать о том, что именно здесь едва не погиб Кастиэль и именно здесь погиб его брат. Его мысли переключаются на Бальтазара – он ведь тоже призрак, пусть и временно вменяемый. Дин никогда еще не встречал призраков, которые сохранили бы рассудок. В этом деле многое оказывается впервые. Но он уверен, что Бальтазар еще доставит им хлопот – им придется избавиться и от него. И это будет далеко не самый простой разговор с Кастиэлем, если все закончится разговором. Дин вздыхает. - Вот этот дом, - Сэм в очередной раз прерывает поток его мыслей, и Дин останавливается у давно сгоревшего дома – развалины уже успели зарасти травой и кустарником. - Попробуем расспросить соседей. - На крайний случай можно обратиться в участок, у нас ведь есть имя. - А еще свой агент ФБР, - Дин усмехается и выходит из машины – он изначально предполагал, что Кастиэль окажется очень полезным приобретением. - Простите, мисс…? - Вы мне льстите, - Сэм уже успевает подойти к соседнему дому поодаль и заговорить с пожилой женщиной в соломенной шляпе, которая работала в саду, но явно отвлеклась на незнакомцев. – Миссис Браун. - Очень приятно, - Сэм широко улыбается – он умеет нравиться старушкам. – Меня зовут Гарри, а это мой брат Лукас, мы разыскиваем жильцов этого дома. Мы когда-то жили в этом городе, - он неопределенно машет куда-то назад, словно там действительно остался их дом. - И в детстве я дружил с мальчиком Томми – он жил в этом доме. - О, Томми, - с лица старушки тут же стирается вся подозрительность. – Вы, наверно, не знаете… Но он умер. Уже очень давно, - она с сожалением качает головой, а Дин пытается изобразить на своем лице страдание – но не слишком старается. – А Питер переехал в другой дом, чтобы забыть о случившемся. Питер… Вы ведь знаете Питера? – в ее голосе вновь проскальзывает подозрение. - Да, его брат, он больше знаком Лукасу. Вы же знаете, старшие не охотно берут младших в своих игры. По крайней мере у нас с Лукасом было так, - Сэм усмехнулся, делая ставку на старшенство брата, и не прогадывает. - Ну, давай, снова вспомни мне все обиды детства, - Дин усмехается в ответ – надо же ему поддержать эту историю. - Только не в этом случае, Томми с Питером всегда были очень близки. Он поэтому и не смог остаться в этом доме. Говорят… что именно он сжег его, чтобы избавиться от последних воспоминаний, - старушка качает головой и опирается о лопату. - Может, у вас остался телефон или новый адрес, мы здесь проездом и хотели бы навестить… друга детства. - Телефон, - после некоторого раздумья старушка кивает Сэму. - Я могу дать вам телефон, а Питер пусть сам решает, хочет ли с вами видеться. *** Кастиэль задумчиво постукивает пальцами по рулевому колесу. Арчер оказался набожным городом – он едет уже в пятую церковь. Возможно, его субъект и не заходил ни в одну из церквей в этом городе. Совпадение по воде было найдено в Лас-Крузес, местные священники были опрошены, и один из них вспомнил, что к ним приходил мужчина и интересовался экзорцизмом. Пусть вопрос от незнакомца и был неожиданным, но священник не выделил ни одной яркой приметы субъекта. Среднестатистический мужчина: средний рост, темные волосы, джинсы и куртка, затеняющая лицо кепка. Но это прорыв – Кастиэль нащупал призрачный след субъекта, а значит он обязательно его отыщет. Машина плавно трогается с места и шуршит колесами по мокрой дороге. Значит, экзорцизм. Из кого же субъект хотел изгнать демонов: из себя или своих жертв? Изуродованные лица. Может, он действительно пытался уничтожить демонов в убитых женщинах? Может, он действовал из благих намерений? Но как это определяло его следующий шаг? И почему он перебирался из города в город? Может, он как Дин и Сэм охотился не за призраками, но демонами. Интересно, существуют ли демоны. Надо будет узнать у Дина. Может, женщины действительно были одержимы – сейчас Кастиэль уже ничего не отрицает. Но как это проверить? Он смотрит на часы – до звонка Дина осталось часа полтора, тогда он сможет задать все свои вопросы. Кастиэль останавливается у очередной церкви, он закрывает машину и проходит в прохладное помещение, залитое разноцветными лучами солнца, проникающими сквозь высокие витражи. - Добрый день, – священник совсем молод, наверно, не так давно окончил семинарию. Интересно, как выглядел бы он на его месте. Ведь отец всегда хотел, чтобы Кастиэль стал священником, а в его мечтах Кастиэль был епископом. - Меня зовут Кастиэль Новак, я агент ФБР, - Кастиэль демонстрирует документы. – Я расследую убийство Амелии Стюарт, - пояснять ничего не надо – все в городе знают и об убийстве, и об расследовании. - Меня зовут Вильям. Чем могу быть вам полезен? - Может вы встречали в церкви подозрительных людей накануне убийства, или кто-то из прихожан вам запомнился, - священник явно пытается вспомнить что-нибудь, но лишь качает головой, - может, странным поведением или странными вопросами… - Да! – внезапно лицо священника светлеет. – Отец Джейкоб рассказывал, что один из прихожан спрашивал про экзорцизм. В наше время — это редкость. - Редкость? - На это нужно специальное благословление епархии, к тому же в церкви больше не готовят экзорцистов… Может, в отдельных орденах, но скорее точечно. Теперь для экзорцизма необходимо убедиться, что нет медицинских причин, и на этом этапе все обращения и отклоняются. - Раньше за этим не следили? - Нет, особенно не везло эпилептиками и психиатрическим больным, источником этих болезней долгое время считались бесы. - А вы видели этого человека? – Кастиэль делает пометки в блокноте. Психиатрических больных он пробовал искать, но вот эпилептиков в его списке не было. А что если субъект сам проходил через экзорцизм? Что если это травмировало его настолько, что он убежден, что демон сидит в нем, и сейчас он всеми силами пытается от него избавиться? Тогда это демон заставляет его убивать? Может, его голос в голове заставляет субъекта уродовать лица? - Нет, к сожалению, я его не видел, но отец Джейкоб сейчас в кабинете, я провожу вас. Кастиэль следует за священником, но ему ничего не удается узнать. Обычный непримечательный мужчина. Как много скрывают в себе с виду обычные люди. Дин и Сэм, его субъект... он сам. Делают ли они собственный выбор или кто-то делает этот выбор вместо них? Должны ли они отвечать за последствия этого выбора и могут ли? Его субъект не выбирал. Он несся в стремительном потоке нанесенной ему травмы. Может быть, несся и Кастиэль, но просто не осознавал это. Может, ему только кажется, что он отвечает за свои поступки? Может, он такой же заблудший, как и его субъект? Дин звонит ему по дороге в участок – у призрака появилось имя и прошлое. У любого призрака есть прошлое - ему необходимо понять прошлое его субъекта, тогда он сможет определить его настоящее и предугадать будущее. Он уже сделал запросы обо всех проводимых ритуалах в церквях, где хоть когда-то проводили экзорцизм – отец Джейкоб сказал, что все тщательно документировалось. Останется сделать запрос в медицинские центы о пациентах с эпилепсией. Может, ему удастся получить совпадение. Но оставалась еще одна возможность, которую теперь он не мог игнорировать. - Я хотел спросить… о демонах. Они вообще существуют? Может, это было очередное дело для охотников, а не ФБР. Как много из нераскрытых дел ФБР нераскрыто именно потому, что они не знают, кого действительно ищут? Как много существует сверхъестественных существ и достаточно ли охотников, чтобы держать их под контролем? И что теперь делать Кастиэлю с полученными знаниями? Сможет ли он вернуться к обычной работе? Может, и ему присоединиться к этому сумрачному миру? Может, он уже стал его частью? - Я должен знать все.