Холодна, как Глина

"I am as ugly as I seem Worse than all your dreams Could ever make me out to be." - The White Stripes, "As Ugly As I Seem" /*Я настолько уродлива, насколько выгляжу, Хуже всего того Что ты мог бы представить в кошмарах.*/ _____________________ У Роуз нет друзей. У неё есть знакомые, но всё, что пытается выйти за эти рамки, она немедленно пресекает; она отпугивает людей своими жёсткими глазами, своим неприступным, хрупким самоконтролем. Но у неё есть её брат, и когда он звонит через половину континента посреди ночи и говорит, что она нужна ему, Роуз не тратит времени впустую. Спустя двенадцать часов после его звонка она стучится в дверь. Сначала ничего не происходит, поэтому она стучит снова, уже сильнее. На этот раз изнутри доносится звук, и, спустя минуту, Дейв открывает дверь. Хотя Роуз не двигается, её брат в этот момент очень похож на их отца, и она борется с желанием сжаться и отступить. Но он не называет её маленькой леди. Это Дейв, и он поворачивается и уходит вглубь дома, а она следует за ним. Из них двоих он всегда был самым деловым. Он построил свою карьеру на создании интернет контента, подписываясь как "Дейв Страйдер" (Роуз не может сказать, действительно ли это ироническая отсылка к Толкиену или что-то ещё). Он пишет незамысловатые сатирические статьи, пишет свои "больные ритмы", его природное чутьё сути фриланса ведёт его от одного относительно прибыльного дела к другому. Именно поэтому он живёт не в маленькой городской квартирке, как она, а в неплохом пригородном доме. Она следует за ним в гостиную, где Дейв с наигранной беззаботностью падает на диван. Она остаётся стоять. Очень странно, почти что невероятно, снова видеть его: он выглядит таким же, как и всегда, но она знает, что это не так. Он убийца. Он убийца, и он её старший брат, и она сделает всё, чтобы защитить его, если потребуется. - Спасибо, что приехала, - наконец говорит он. Роуз кивает. - Как обычно, обязанность разбираться с твоими неприятностями ложится на мои плечи. А вот и его знаменитая кривая ухмылка. Он хлопает по дивану рядом с собой, и она садится. - Чёрт, в моей жизни, наверно, много чего паршивого, но твои способности разбираться с проблемами в эту категорию не попадают, - это заставляет Роуз улыбнуться, и ей становится только веселее, когда он продолжает. - Я рад, что ты приехала, - и кладёт руку ей на колено. И она мечтает о том, чтобы они могли обняться. * Вриска Серкет высокая, угловатая, стоит в дверях, скрестив руки на груди. Роуз чувствует, что её внимательно разглядывают. Это ничего. С этим она может справиться. Её лицо - тщательно составленная непроницаемая маска, как и всегда, и её холодные фиолетовые глаза открыто встречают взгляд Вриски. Роуз знала, ещё когда садилась на самолёт, что остаться придётся надолго. Она надеялась, что сможет остаться с Дейвом, но как только подняла этот вопрос, сразу же получила отказ. Он был неумолим. Она говорила с ним единственным образом, каким умела, их личным, знакомой шутливой манере Лалонд, но он не поддавался. В конце концов, она подключилась к его wi-fi и проверила Caraigslist на объявления о съёмном жилье неподалёку. Вриска жила громадном многоквартирном комплексе, который был ближе к центру города, чем к дому Дейва, и у неё была свободная комната, которую она была готова уступить за умеренную плату. Её имя было последним в небольшом списке, который составила Роуз, и Роуз уже внутренне смерилась с неизбежным провалом и этой сделки, поскольку они с первого же взгляда не понравились друг другу. - Я тебя знаю? - спрашивает Вриска, видимо, закончив предварительную оценку и прислонившись к краю двери. - Не думаю, - Роуз внутренне задаётся вопросом, демонстративный ли это жест или эта растрёпанная женщина сознательно загораживает проход в свою квартиру. - Хмм. Хочешь, значит, снять мою комнату? - Веришь ты или нет, но именно по этой причине я связалась с тобой по номеру в твоём объявлении. Вриска поднимает бровь, словно ответ её не впечатлил. - Оплату потянешь? - Да, - это неправда, у Роуз почти не осталось денег после перелёта, но у Дейва деньги есть, и он пообещал, что покроет её расходы, пока она не найдёт работу. - А это что за бандура? - теперь её потенциальная соседка разглядывает чехол от скрипки, висящий на плече Роуз. - Мне придётся целыми днями слушать твою занудную классическую музыку? Роуз становится прямо. - В худшем случае - да. Желательно, чтобы ты либо развила психологические способности, необходимые для того, чтобы ценить её, либо ты можешь выколоть себе барабанные перепонки чем-нибудь острым и длинным, пока это не перестанет тебя беспокоить. Одна сторона губы Вриски приподнимается, показывая зубы, но их жемчужно белый блеск заставляет Роуз думать об этом, как о "показе клыков". Её левый глаз закрыт повязкой, а левая рука слишком неподвижная, слишком ровная. Роуз не спрашивает, что с ней произошло. Ей это безразлично. - Очень смешно. Пожалуй, я лучше оставлю любые длинные и острые предметы, какие удастся найти, для тебя. У меня, к счастью, есть такая возможность, - сказав это, Вриска порывается закрыть дверь. Роуз делает шаг вперёд и успевает просунуть ботинок в щель, но её спина всё ещё прямая, чёрт бы побрал гордыню, и она не желает извиняться, не желает пресмыкаться перед ней. Вместо этого она говорит: - Я буду платить больше. - Ты можешь не играть на скрипке? - Нет. - Тогда убери своё копыто от моей сраной двери. - Мне нужна эта квартира. Мне нужно жить близко от моего брата, но я не могу жить с ним... Вриска налегает на дверь и грубо говорит ей пойти нахуй вместе со своим братом. Это заставляет Роуз сжать челюсти и с непонятно откуда взявшейся силой выбить дверь одной рукой, другой схватив Вриску за волосы и потянув. Девушка с протестующим криком прислоняется к стене и смотрит на Роуз со своей унизительной позиции, в глазах пылает гнев. - Не смей говорить этого снова или я тебя сделаю симметричной, - говорит Роуз, медленно, в спокойной и взвешенной ярости. Вриска долго смотрит на её несколько ужасно долгих секунд... А потом неожиданно начинает смеяться. Она протягивает свою целую руку. Роуз смотрит на неё и помогает подняться на ноги, словно они старые друзья, а не враги. Вриска слишком сильно хлопает её по плечу, всё ещё трясётся от раскатистого смеха. - Я уже могу сказать, что ты самая невыносимая сволочь, какую я когда-либо встречала, - говорит она, успокоившись достаточно, чтобы говорить. Протирает очки пальцем и стирает слёзы со здорового глаза. Вриска широко, хищно ухмыляется. - Но чёрт меня дери, если не будет интересным иметь тебя в качестве соседки. Когда въезжаешь? - Сейчас, - отвечает Роуз, снимая с плеча чехол от скрипки. * Она пылко играет на скрипке этим же вечером, не для того, чтобы сбежать, но потому что она испытывает мрачное удовлетворение от того, что Вриска молотит в стену и орёт, чтобы она опустила проклятый смычок. Она продолжает играть, пока Вриска не вламывается через дверь, размахивая руками, словно мельница, и крича: - Я думала, что ты хотя бы нормально играешь! На этом Роуз останавливается и одаряет её холодным взглядом. Пару секунд спустя она протягивает скрипку и смычок. Вриска, удивлённо подняв брови, берёт их в руки. - Почему бы тебе самой не попробовать? Роуз уже знает, что её новая соседка из тех, кто не может отказаться от испытания. Вриска сжимает челюсти и бросает мрачный взгляд, прежде чем переключить внимание на скрипку. Она неумело кладёт её под свой острый подбородок, касается смычком струн и производит мерзкий шум. Роуз вырывает инструмент назад и протягивает руку за смычком. - Восхитительно. Похоже на кошку, помирающую каким-то особенно жутким образом. - Бла-бла-бла, - бормочет Вриска, пародируя её слова, бросает смычок Роуз и без дальнейших слов покидает комнату. Это ощутимый триумф, но Роуз продолжает играть так же громко, как и раньше, и в ту ночь больше никто не стучит в стену. Это разочаровывает её больше, чем она ожидала. * На следующий день она отправляется к Дейву, и он не один. Она никогда не встречала этого парня, но она видела фотографии с ним на странице Facebook своего брата. (По правде говоря, свою страницу на Facebook она завела лишь за тем, чтобы следить за страницей Дейва.) Он маленького роста, с широкими, очень густыми бровями, похожими на двух чёрных пиявок... и вот опять, её разум забредает куда-то не туда. Дейв представляет их. - Каркат, это моя маленькая сестрёнка, Роуз. Роуз, это Каркат. Он совершенно невыносимый маленький ублюдок. - Эй, иди-ка ты в жопу, - отвечает Каркат. У него мешки под глазами, но за исключением этого и роскошных бровей он ничем не примечателен. Он не улыбается, когда Роуз пожимает его руку. - Твоя сестра, значит? Весьма сожалею - дерьмовая же у тебя жизнь была, должно быть. Уже достаточно паршиво пытаться быть его другом. Роуз бросает взгляд на непроницаемые тёмные очки Дейва, и тот в ответ на незаданный вопрос едва заметно наклоняет голову. Это тот самый общий друг, который познакомил его с Джейд. Теперь, сидя близко, Роуз отчётливо видит мешки под глазами и красноту в уголках глаз, свидетельствующие о том, что Каркат давно не спал и много плакал в последнее время. Вскоре он уходит, и Роуз спрашивает себя, ведёт ли он себя враждебно и вульгарно, чтобы скрыть свою скорбь. - Я подождал пару дней, прежде чем звонить ему. Спросил, не видел ли он её. Потом позвонил копам, - ответил Дейв на вопрос, который она ещё не успела задать, как только дверь за Каркатом закрылась. - Ты позвонил в полицию? - Роуз окинула его холодным взглядом. - А что ты бы предложила? Конечно же я позвонил в полицию. Моя самая близкая подруга пропала без вести, никто не знает, где она. Она со вздохом садится на диван. - Да, именно в таком смысле используется это выражение. - Ладно, слушай, - Дейв подходит к ней, встаёт рядом. - Я сделал всё, как ты сказала. Смыл следы, как ты мне сказала, и сбросил её на другом конце города. Сжёг ковёр. Я даже купил одну из тех ультрафиолетовых ламп и проверил, не пропустил ли я чего. Она знает. Она знает, потому что сама составила план, и она знает, каким внимательным к деталям может быть её брат, когда он хочет того. Проблема в том, что она боится, что этого будет недостаточно. Она не спрашивает, почему он сделал это. Она не спрашивает, как. Её знания о произошедшем ограничены описанием количества крови на полу, которой, цитируя Дейва, было "просто дохрена". Она знает, что неудача преследует их двоих, словно хищник, выслеживающий добычу, поэтому не винит его в содеянном. Она всего лишь хочет защитить его. - А что насчёт другой проблемы? - спрашивает она. - Той, из-за который ты позвонил мне вчера утром? Он шумно выдыхает - не совсем вздыхая - и садится рядом с ней на диване. На нём дырявые джинсы, бедные колени на виду. - Господи, Роуз, я не знаю. Я был пьян... Но она подозревала, что это ещё не всё, поэтому ждёт, когда он продолжит. - Я просто... Я почувствовал себя полным говном после того, как сотворил это. Наверно, целый час блевал, прежде чем позвонить тебе. Но теперь у меня такое ощущение, что я хочу сделать это снова. Это как зуд, который снова разгорается, словно насекомое укусило. Понимаешь? Или как желание курить. Это сравнение специально для неё, потому что именно Роуз начала курить в пятнадцать и избавилась от этой привычки в шестнадцать, потому что она начала выходить из-под её контроля, а Роуз не нравится, когда что-то не поддаётся её контролю. Она понимает, что это значит. - И почему ты решил, что я могу помочь тебе с этим? Он ухмыляется и хлопает её по плечу. - Ты ведь моя лучшая половина, верно?