Вместе навеки

Пусто. Страшно. Единственное, что помогает мне осознавать, что произошло, - обгоревший труп на полу, прямо передо мной. Мой труп. Пустота внутри разъедает меня, и хочется поскорее наполнить её чем-нибудь. Закрываю глаза, стараясь успокоиться. Сосчитав до десяти, вновь открываю их и возвращаюсь к реальности, оставаясь при этом призраком, которого никто не видит и не слышит. Кол, опустив голову, всё ещё стоял на коленях возле моего тела. Забывшись, я протянула руку, желая коснуться его плеча, но мои пальцы прошли сквозь него. Печально вздохнув, я отступила назад. - Кол, уходи. Я вздрогнула, услышав голос Клауса, пропитанный болью. Потеряв счет времени в попытках осознать свою смерть, от моего внимания ускользнуло появление ведьмы Бонни Беннет, которая помогла Джереми и Елене уйти и заперла Клауса в ловушку, в то время как Колу было безразлично, что происходит вокруг него. И вот сейчас, в доме впервые кто-то заговорил. Клаус смотрел на мои останки так, словно ему с трудом верилось в реальность происходящего. - Уходи, - повторил он ещё раз, даже не удостоив брата взглядом. - Она не должна была…быть здесь, - приглушенным голосом произнес Кол, не слыша Клауса. Его рука дернулась, чтобы коснуться обгоревшего лица, но тут же безвольно опустилась вниз. Я села на пол рядом с Колом, заглядывая ему в глаза; от его потерянного взгляда в моей груди всё до боли сжалось. Как же тяжело видеть его таким. - Ей уже ничем не поможешь. Ты и так натворил достаточно. Уходи отсюда. – Несмотря на явную скорбь, Клаус не изменял самому себе; я гневно посмотрела на него. - Кол здесь ни при чём. Я знала, что делаю, - отчеканила я, хоть это было совершенно бессмысленным – мои слова никто не услышал. К тому же, не всё сказанное было правдой – я не знала, что умру. - Расскажи Ребекке о том, что Тора…, - голос Клауса дрогнул, - что произошло с ней. А потом разорвите на части их… всех. Впервые за это время Кол поднял голову, встретившись взглядом с братом, и на его лице появилось выражение сильной ярости, направленной против врагов. Он жаждал мести, и теперь уже никто и никогда не сможет его остановить. Мгновение – и Кола больше не было в доме. Мы с Клаусом остались одни. Точнее, он так думал. Я поднялась на ноги, тоскливым взглядом окинув всё вокруг, стараясь при этом не замечать свой труп. Медленный шагом прошла в гостиную, где был заперт Клаус, и пару раз обошла брата вокруг, внимательно глядя ему в глаза. Раньше считала, что ему безразлична моя жизнь и я сама, но сейчас видела, что это не совсем так. Ему не было всё равно: глаза влажны от слез, а выражение лица самое горестное и печальное, чем когда-либо. - Забавно, - протянула я, становясь напротив Клауса, - ты грозился заколоть меня, и это случилось. Правда, без твоего участия. Клаус меня, конечно же, не слышал, но по какой-то счастливой случайности заговорил сразу же после того, как я замолчала. - Прости меня, - чуть слышно сказал он. – Мне следовало оберегать тебя… Верить твоим словам… - Разумеется, следовало, - раздраженно произнесла я. - Прости за всё, сестра. Прости, - произнеся последнее слово, Клаус резко отвернулся от меня. - Я уже давно простила тебя, Никлаус. Но забыть всё очень трудно, - с грустью ответила я, жалея о том, что не могу показать брату, что стою здесь, рядом с ним. Но оставаться целую вечность в доме своих убийц я вовсе не собиралась. Вспомнив, что сейчас Кол должен сообщать Ребекке плохие новости, поспешила к ней. Оказалось, мне даже не нужно было идти пешком – я переместилась в дом сестры сразу же, как подумала о нём. Кол уже был здесь: он сидел на диване, безучастным взглядом смотря перед собой. Стоявшая возле камина Ребекка беззвучно плакала, обхватив себя за плечи. - Я…Я не могу в это…поверить, - глотая слезы, бормотала она. - Ох, Бекка, - выдохнула я, с жалостью глядя на неё. Кол даже не пытался успокоить сестру, думая, что в этом нет смысла. Я была бы рада, если бы он просто подошел и обнял её, но этого не произошло. Значит, горе не всегда объединяет людей, делая их ближе друг к другу. И это был именно такой случай. - Она хотела что-то сказать мне, незадолго до своей…смерти, - Кол поморщился, произнося это слово, - но я не дал ей это сделать. Что Тора хотела сказать? – он повернул голову в сторону сестры. Не удержавшись, я фыркнула: - Поздно ты спохватился, Кол. Раньше нужно было интересоваться. Перестав плакать, Ребекка недоуменно посмотрела на брата. - Откуда я могу знать? - Ты ведь её сестра, - пожал плечами Кол и, поднявшись с дивана, подошел к невысокому столику, на котором стояла начатая бутылка виски. В ответ на его слова Ребекка буквально задохнулась от возмущения и, забыв на мгновение о горе, гневно сверкнула глазами. - А кто же тогда ты, Кол? – сквозь зубы процедила она. - Я не знаю, - отозвался тот, стоя к ней спиной. - Не знаешь? Не знаешь?! – взвизгнула Ребекка. Похоже, у неё началась истерика. – Тора умерла, пытаясь защитить тебя! Это ты виноват в её смерти, ты! Стакан, который Майклсон держал в руке, полетел в стену, разбившись на мелкие осколки. Кол повернулся с лицом, искаженным от ярости. - Не смей обвинять меня в этом! Тора оказалась здесь по твоей прихоти! - Она приехала, чтобы остановить тебя! Их взаимные обвинения в моей гибели разрывали меня на части. Видеть ссору Ребекки и Кола и не иметь возможности препятствовать ей - это слишком невыносимо для меня. - Хватит! Прекратите! – кричала я, стоя между ними, понимая, что это бесполезно. Но, к моему облегчению, через минуту брат и сестра умолкли, однако смотрели друг на друга с ненавистью, что было ещё хуже. После недолгого молчания, Кол произнес надломленным голосом: - Я любил её, Бекка, и знаю, что она умерла из-за… меня. Я должен был оттолкнуть её в сторону, принять удар на себя, но она…Она появилась так внезапно…И… Её больше нет. - Он резко замолчал, борясь со своими эмоциями. Я осторожно подошла к Колу и невесомо коснулась его лица, так сильно желая забрать его боль… Если бы только он знал, что я здесь… - Это не твоя вина. По-твоему, было бы лучше, если бы Джереми убил тебя? Нет, я так не думаю. – Слабая улыбка промелькнула на моём лице. – Я люблю тебя, Кол. Именно это собиралась сказать тебе, - прошептала я, - и всё бы отдала, чтобы ты мог услышать меня сейчас. Но он не слышал. Когда Кол собрался уходить, Ребекка остановила его, встав перед ним, очевидно догадываясь, что брат вознамерился сделать. - Куда ты собрался? – задала она требовательный вопрос. - Пора платить по счетам, - с угрозой в голосе ответил Кол. – Начну с Гилбертов. - Не трогай охотника, - повелительным тоном произнесла Ребекка, сжав кулаки и выпрямившись в полный рост, - он мне нужен. - Ты шутишь? – Кол с недоверием посмотрел на сестру. Её заявлению удивился не только он. Мой рот открылся от изумления, когда я услышала слова Ребекки. Как, как после всего она может продолжать думать о поисках лекарства? Неужели до сих пор ничего не поняла? - Они убили Финна, а теперь и Тору. Хочешь стать следующей? – грубо осведомился Кол. – Лекарство не стоит той цены, которая за него уже уплачена, пойми это наконец! Зачем оно вообще тебе нужно? - Тебе не понять, - сглотнув, ответила Ребекка. - Конечно, я ведь не настолько эгоистичен, как ты, - криво усмехнулся Кол. Он прошел мимо сестры, но та не собиралась дать ему уйти. Молниеносно вытащив откуда-то кинжал, Ребекка метнулась к брату и вонзила оружие прямо ему в спину. Я тихо вскрикнула, когда Кол с посеревшим лицом, на котором застыло удивленное выражение, упал замертво. - Извини, но это необходимая мера, - проговорила Бекка, глядя на брата сверху вниз и смахнув со щеки скатившуюся слезу. Прижав ладонь ко рту, я выбежала из дома, не желая видеть, как она закрывает крышку гроба, в котором покоится Кол. После смерти мир вокруг воспринимается как-то уныло, словно все краски исчезли из него; я даже не ощущала дуновение ветра. Странное чувство: я знаю, что стою посреди улицы, но в то же время меня словно нет, словно не существую. Рано или поздно это сведет меня с ума, уверена в этом. Но не только непонятные чувства угнетали меня. Поступок Ребекки выходил за рамки моего понимания. Я могу ещё принять тот факт, что она окончательно помешалась на возможности стать человеком, но закалывать кинжалом собственного брата? И это после того, как сама жаловалась на то, что так делает Клаус. Чем же тогда Ребекка лучше него? Конечно, Кол – источник больших проблем, но всё же... Нет, я не могу понять её. Я шла по город, не останавливаясь, и прекратила бесцельную ходьбу только когда добралась до центральной площади. Ночью здесь не слишком многолюдно – прогуливалось лишь несколько влюбленных пар – но никто не обращал на меня внимание, и хоть это было ожидаемо, я всё же упрямо хотела почувствовать себя частью жизни, а потому направилась в бар, где народу было побольше. Посетители обсуждали между собой события дня, последние городские сплетни и прочую обыденную чушь; я остановилась возле столика, за которым сидели две девушки – похоже, что школьницы. - Я точно ему нравлюсь, - самодовольно заявила одна из них, обращаясь к собеседнице. – Иначе зачем бы он стал поджидать меня после уроков? - Не знаю, - с сомнением протянула та, - Джеймс вроде с седьмого класса засматривается на Джемму Уилсон, но она почему-то не замечает этого. - Джемма слишком глупа для этого, - небрежно ответила её самоуверенная подруга. – К тому же, раз Джеймс ждал именно меня, а не её, то значит, ему давно плевать на эту дуру Уилсон. Глядя на довольную девушку, мне сильно захотелось оторвать ей голову, но, к сожалению, я больше не могу это делать. И в ту же минуту почувствовала жалость к неизвестным мне парню и девушке – Джеймсу и Джемме; возможно причина в том, что их ситуация похожа на нашу с Колом историю. Я ведь тоже никогда не замечала его истинных чувств ко мне. А теперь уже нельзя что-то исправить. - Не лезь в чужие отношения, дорогуша. Не мешай тем двоим понять, кто им нужен на самом деле, пока не стало слишком поздно, - напустив на себя грозный вид, произнесла я, но до девушки мои слова не дошли. Впрочем, для меня это уже не было столь существенным. Не зная, чем теперь заняться, я просто закрыла глаза, размышляя о месте, где мне будет спокойно. Когда вновь открыла их, то обнаружила, что стою посреди леса. Причем мне хорошо известна эта местность: я провела здесь бо́льшую часть детства, бегая среди деревьев со своими ровесниками. Здесь отец рассказывал мне о том, как был создан наш мир, кто охраняет его. Мой дом. Я вернулась домой. XI век. Северная Америка. Внутри небольшого жилища были слышны споры между Майклом и его женой. Резкий, непоколебимый мужской тон легко справлялся с не совсем уверенным женским, и было очевидно, кто выйдет победителем из этого конфликта. Отделенные от родителей лишь тонкой перегородкой, шестеро детей с интересом смотрели на рыжеволосую восьмилетнюю девочку, сидящую на другом конце комнаты. Та изредка бросала взгляды на них, но тут же застенчиво опускала голову вниз, принимаясь разглядывать свои руки, сложенные на коленях. - Она боится нас? Может, нам уйти? - шепотом спросил у старшего брата Элайджа, когда в очередной раз заметил, что девочка коротко взглянула на них. - Отец велел присмотреть за ней, - покачал головой Финн и вновь силой удержал у себя на коленях двухлетнего Хенрика, когда тот потянулся ручками в ту сторону, где были родители. - А как её зовут? - полюбопытствовала Ребекка, которой не терпелось подойти к маленькой незнакомке, но отчего-то она до сих пор не решилась сделать это. - А ты подойди и спроси. - Финн улыбнулся, догадываясь, что сестрёнка просто-напросто стесняется первой подходить к девочке. Ребекка испуганно захлопала ресницами и посмотрела на другого брата, Никлауса, словно надеясь, что именно он окажется настолько смелым, что подойдет к рыжей девочке и заговорит с ней. Однако тот, разгадав замысел сестры, покачал головой: мало ли как отец отреагирует на его поступок. А злить Майкла именно сегодня он не хотел. Но в то время как его братья и сестра никак не могли решиться двинуться с места, Кол (которому лишь недавно исполнилось десять лет, и по этой причине он считал себя совершенно взрослым) уверенными шагами подошел к девочке. Та нисколько не испугалась, а с любопытством посмотрела на мальчика своими светло-голубыми глазами в ожидании, что он сейчас скажет. Постояв в молчании пару секунд, Кол, наконец, заговорил: - Меня зовут Кол. А тебя? - Тора, - тихо ответила девочка. - Ты теперь будешь жить с нами, да? - напрямую спросил Кол, что свойственно всем детям. Тора нахмурила брови. Вопрос ей показался очень-очень странным. Почему она должна жить здесь? - Я жду, когда папа придет за мной, - пробормотала Тора, вновь опустив взгляд на свои руки. - Но мой папа сказал, что твой папа уме...,- начал было Кол, удивившись ответу девочки, но за его спиной раздались возмущенные крики Финна и Элайджи: - КОЛ!!! Кол нехотя обернулся назад. Старшие братья синхронно покачали головами, не позволяя ему рассказывать Торе об её отце. Девочка ещё ничего не знала о случившемся с ним, и Майкл строго-настрого запретил детям хоть что-то упоминать об этом. "Я сам расскажу ей", - заявил он перед тем, как начать спор с женой по поводу того, что Тора теперь будет жить в их доме. Вспомнив наказ отца, Кол повернулся обратно к девочке. - Почему ты сидишь здесь одна? - поинтересовался он. Тора подняла голову, пристально глядя на него. - Потому что мне сказали сидеть здесь, - ответила она. - Пойдем со мной. - Кол протянул ей руку; Тора неуверенно взглянула на неё. - Куда? Мальчик улыбнулся: - Ребекка хочет узнать, как тебя зовут. Бросив короткий пугливый взгляд в сторону деревянной перегородки, из-за которой теперь доносился только голос Майкла, Тора коротко улыбнулась и взяла Кола за руку, пойдя вслед за ним к его братьям и сестре. К своей новой семье. Когда я переместилась на поляну, где когда-то находилось наше поселение, а сейчас это была часть городского парка, справиться с наплывшими эмоциями оказалось трудновато. Я судорожно втянула в себя воздух и вытерла слезы, оглядываясь вокруг и вспоминая, какой была та жизнь, которая кажется чем-то далеким и нереальным. Наверное, среди Первородных вампиров я чаще была подвержена тоске по тем временам. Тогда моя жизнь была относительно счастливой. Я знала, что никогда не буду одинока, а после обращения эта уверенность исчезла. Мы стали больше думать о себе и об утолении жажды крови, нежели о семейных ценностях. И вот к чему всё привело: двое мертвы, один заперт в ловушке наедине со своими переживаниями, от четвёртого нет никаких известий, а другому родная сестра вонзила нож в спину. Одними словами - каждый сам за себя. Я печально усмехнулась своим мыслям; тысячу лет назад всё было совсем по-другому. Конечно, бед и тогда хватало, но, по крайней мере, мы были вместе, всегда и везде. XI век. Северная Америка. Солнечный, по-летнему теплый день радовал всех жителей небольшого поселения викингов. В последнее время небо постоянно было пасмурным, словно боги были чем-то недовольны, а потому радость людей была вполне оправданной. Но нежиться в лучах солнца было некогда: забот всем хватало. Сидя на земле возле дома, Ребекка и Тора перебирали ягоду, собранную в лесу. Пребывая в приподнятом настроении, они оживленно обсуждали подготовку к приближающемуся дню летнего солнцестояния. Но их беседу прервали Кол и Хенрик, прибежавшие со стороны леса. Весело хохоча, Кол схватил пару ягод из деревянной посуды, за что девушки наградили его возмущенными взглядами. - Ты не собирал эту ягоду, так что не тебе её есть, - отчитала брата Ребекка. – Хенрик, я всё вижу, - добавила она, увидев, что мальчик потянулся к ягоде. - Но знаете, вы ведь оба могли бы помочь нам, - заметила Тора, но Кол в ответ только рассмеялся. - Нет, это женская работа. А я – мужчина, - гордо выпятив грудь, произнес он. - Ага, мужчина, который боится близко подойти к лошади, потому что она один раз ударила его копытом, - усмехнулась Ребекка. - Эй, у меня нога болит до сих пор! – начал оправдываться Кол, но его мало кто слушал: Ребекка, Тора и даже Хенрик дружно хихикали, глядя на него. Обиженно насупившись, юноша быстрым шагом ушел прочь. - Теперь Кол долго будет обижаться, - вздохнул Хенрик. – А ведь он обещал сходить со мной к озеру. - Я думаю, он скоро вернется к нам, - успокоила его Тора. – Кол не может быть один слишком долго. - Тогда я лучше побуду с вами. Помогу вам перебирать ягоду, - с готовностью произнес Хенрик. Ребекка и Тора с улыбками переглянулись: да, младший брат именно такой – добрый, немного застенчивый, но всегда готовый помочь. Как и предсказала Тора, Кол вернулся к брату и сестрам спустя некоторое время, и хоть всем своим видом выказал нежелание заниматься «женской работой», но всё же решил присоединиться к их занятию. В конце концов, что страшного в том, чтобы помочь своим родным и побыть рядом с ними лишних пару часов. Ведь время имеет свойство заканчиваться… Ладно, хватит мне сидеть на одном месте, скучая по минувшим дням. Я почти уверена в том, что все мертвые души должны куда-то отправляться: в рай или ад, как принято думать у людей. Не могу же вечно находиться в Мистик Фоллсе. - Мне больше нечего делать в этом мире, - вслух проговорила я. - Я готова уйти. Сначала ничего не происходило, но, честно признаться, я этого и ожидала. Однако стоило мне сделать пару шагов, как местность вновь изменилась. Теперь я стояла посреди просторного помещения, в котором не было ничего кроме пары пустых деревянных ящиков и чего-то непонятного, стоящего в темном углу. Когда я подошла, то оказалось, что это была каменная статуя девушки, одетой в тунику. Я склонила голову набок, с вящим интересом разглядывая её. В этом куске камня не было ничего примечательного, но что-то притягивало взгляд – печальное выражение лица девушки или же руки, прижатые к груди. Не совсем понимая, что делаю, я дотронулась до лица статуи, и в тот же миг почувствовала, как падаю куда-то вниз… …Две девочки, держа в руках по желтому цветку, подбежали к женщине, желая вручить их ей. Она улыбнулась, приняв подарок от одной из них, своей дочери, с ласковой улыбкой погладив её по светлым волосам, и с невозмутимым лицом взяла цветок у второй. Но та была рада и этому, хоть в сердце затаилась обида… …После того, как отец в очередной раз избил его, Никлаус прятался за старой хижиной, вытирая кровь из разбитой губы. Юноша не сразу заметил, как к нему подошла Тора, но когда она присела рядом с ним, испуганно дернулся. - Уйди, иначе он и на тебя разозлится, - пробормотал он, но девушка ничего не ответила, молча обняв его и прижавшись лицом к его щеке. И Клаус в глубине души был благодарен ей за то, что она не ушла… …- Тора, я ведь просил тебя не отпускать Хенрика одного в лес! – ругал сестру Элайджа после того, как младший брат умудрился вернуться домой с синяком на коленке, упав с дерева. - Я отлучилась всего на мгновение! Обещаю, больше такого не будет, - потупив взор, произнесла Тора. – Ты можешь мне доверять, правда. Вздохнув, Элайджа устало провел рукой по лицу. Что ему ещё ей сказать? Ведь Тора и так уже осознала свою вину. - Постарайся больше не нарушать обещаний, - проговорил он. Тора быстро закивала головой, мысленно решив, что никогда не разочарует старшего брата… Лес. Я снова очутилась в лесу, но что-то мне подсказывало, что это не Мистик Фоллс. И, судя по большому количеству надгробий вокруг, это кладбище. - Где я? – прошептала я, испуганно озираясь по сторонам. Тот тут, то там мелькали темные силуэты; помахала руками, чтобы привлечь их внимание, - никакой реакции. Странно, очень странно. Я двинулась вглубь леса, напрягаясь каждый раз, как только слышала какой-нибудь звук – хруст ветки или ещё что-нибудь в этом роде. Это место было настолько жутким, что мне через пару минут захотелось обратно в Мистик Фоллс. Лучше уж бродить среди людей, которые тебя не видят, чем быть здесь, где вообще никого нет. - Да что тут происходит?! - не сдержавшись, воскликнула я, когда в очередной раз мимо меня проплыл расплывчатый силуэт. - Тора…Тора… Я чуть не подпрыгнула на месте, когда где-то вдалеке прозвучало моё имя. Подталкиваемая любопытством, поспешила на голос, который был таким родным и знакомым… - Не может быть! Финн! – вне себя от радости воскликнула я, увидев брата. Он ни капельки не изменился с нашей последней встречи, словно мы виделись только вчера. - Я тоже рад тебя видеть, - улыбнулся Финн, обнимая меня. – Но это последнее место, где мне хотелось бы встретиться с тобой. – Он отстранился, пристально вглядываясь в моё лицо. – Что произошло? Почему ты умерла? С грустью вздохнув, я отошла от него, глядя себе под ноги. Оказывается, говорить о собственной смерти не так-то просто. И не очень-то приятно. - Это теперь уже не важно. У меня был выбор: стоять на месте или сделать что-то. И я приняла решение. Правильное решение. – Я подняла голову и наткнулась на понимающий взгляд Финна. - И вот ты здесь, - заключил он. - Но что это за место? - Другая сторона, созданная специально для умерших сверхъестественных существ. Для нас это конец пути, конец всего. «Другая сторона», - мысленно повторила я. Значит, не рай, не ад, а кладбище посреди мрачного леса. Что ж, очень подходящее – и самое главное достойное – место. - Финн, а откуда ты узнал об этом? – озадаченно спросила я. Он отвел взгляд в сторону, но на его лице промелькнуло что-то похожее на смятение. - Финн? - Иди за мной, - вместо ответа велел брат, уверенно двинувшись одним только ему известным путем. Пожав плечами, я пошла следом. - Куда мы направляемся? – полюбопытствовала я, поравнявшись с Финном. - Боюсь, тебе не понравится ответ, - уклончиво проговорил он. - Почему? – удивилась я, немного насторожившись. - Потому что мы идем к Эстер.