Демон по ошибке

Почему я больше не чувствую боли? Лимит ударов исчерпан? Но, даже если меня больше и не бьют кнутом, внутри боль всё ещё осталась, и она не успокоится, пока не сожрёт меня полностью. Кто-нибудь... спасите меня! Я уже больше не кричу и не плачу: сил нет - только слабый хрип да дрожь во всём теле не прекращаются ни на секунду. Вдруг мир начал приобретать краски, а боль... она была, но её словно кто-то отодвинул на второй план. Впервые за долгое время я смогла нормально вздохнуть и почувствовать что-то ещё, кроме боли: например, неприятное покалывание в затёкших руках и вкус крови во рту. И первым, кого я смогла разглядеть через белую дымку перед глазами, конечно, оказался уже ненавистный мне принц, стоящий рядом с тем демоном в сером плаще. Но чем дольше я смотрела, тем лучше становилось видно, что с Сатаной что-то не так. Очевидно, что-то произошло во время моей пытки, так как у него на лице мучений было отражено даже больше, чем, казалось, у меня. "Настало время выбирать!" - раздался чужой голос в моей голове, и мир погрузился во мрак.

***

Когда Викейла ударили в первый раз, принц не ожидал, что демон будет так кричать от обычного хлыста. Неужели у него такой низкий болевой порог? Если даже ему, принцу, было не по себе, то что говорить о демонах, сидящих на трибуне? Оглянувшись, Сатана обвёл взглядом публику: испуг, гнев, ненависть, жалость - крик помощника никого не оставил равнодушным. Но принц ни на секунду не задумался о том, чтобы прервать наказание, несмотря на то, что глаза демонёнка были на мокром месте, а спина, после всего лишь одного удара уже неслабо кровоточила. Видеть боль другого, того, кто её достоин, приносило истинное удовольствие Его Высочеству. Но, даже привязанный к столбу, Викейл продолжал злить его и пытаться унизить. Знал бы, что этот демон не умеет закрыть рот, - когда было нужно, воспользовался бы кляпом. Махнув рукой палачу, тем самым дав сигнал к двойному удару, Сатана с наслаждением смотрел, как извивалось в агонии тело мучимого, как закатывались вверх его глаза и как пронзительно он кричал, не смолкая ни на мгновение. Эти стоны... так и быть, после окончания пыток, принц скажет своим подчинённым, чтобы те проводили Викейла до дома, если, конечно, тот не выведет его еще больше к тому моменту. Иначе принц точно исполнит свою мечту и вымоет этот грязный рот с мылом. Странно, что его, славившегося своим хладнокровием, смог легко вывести из себя какой-то сопляк. Видимо, у него к этому прирождённый талант. Очередной удар и крик, полный боли и безнадёжности. И как ещё ему не надоело кричать? Принцу, вот, надоело слушать одну и ту же песнь. Он даже успел заскучать. Правда, не понятно, зачем, после каждого удара демонёнок поворачивал свою голову и смотрел на Сатану таким пронзительным взглядом. Неужели думал, что принц одумается и сжалится над ним? Так он и так смягчил наказание. - Хватит! Отпустите его! - крикнул кто-то с трибун, не выдержав чужой пытки. Сатана даже не успел увидеть, кто это был: там и без него было кому разобраться. Крикуна скрутили рядом сидящие демоны, зажав ему рот, но было поздно, и волна негатива пронеслась по толпе с ужасающей скоростью. Буквально каждый десятый просил отпустить наглеца, говоря, что тот усвоил урок, но принц-то знал, что это не так. Вряд ли эта порка усмирила его дерзкий нрав и поубавила самоуверенности. На время подавила проявление - да, но чтобы изменить такой бунтарский характер, нужно каждый день показывать ему его место. Самые буйные зрители даже повскакивали с мест и побежали к колонне, но магия не позволила им подойти близко. Невидимый купол не пускал никого. Увидев, кто так усердно к нему ломится, Сатана в неверии протёр глаза: зачем двум таким сильным и уважаемым лордам нужно так подставляться? Неужели этот мелкий достоин того, чтобы они рисковали своей репутацией? - Десять! - огласил палач, и его голос холодным эхом разнесся по всей бывшей арене. Тут же бунт утих. Демоны-крикуны, которых явно покусал Викейл, как и другие недовольные участники сего представления, с удивлением и страхом смотрели на провинившегося. Лорды же до сих пор пытались прорваться через купол, не жалея сил. Нет, их не удивил обессиленный вид помощника. Они знали: если бы его руки не были привязаны к столбу, паренек бы давно рухнул на пол. Удивительно было другое: Викейл продолжал судорожно стонать и хрипеть, выгибая спину, будто его до сих пор била невидимая плеть. - Что это с ним?- как будто у себя, а не у проходившего мимо палача, спрашивал, задумавшись, принц. Демон, прежде чем ответить, сначала положил на место использованный инструмент пыток, своей силой очистив его от крови, а только потом, чуть наклонив голову, по-прежнему с тем же нечитаемым взглядом сказал то, что принц ожидал услышать меньше всего: - Он умирает, Ваше Высочество. - Что? Почему? - Сатана в изумлении посмотрел на всё ещё кричащего Викейла, пытаясь углядеть в нём хоть какой-нибудь признак того, что демон находится при смерти. Вопреки всему, ничего странного он не нашёл. Ну, не считать же этот хрипящий крик признаком скорой смерти. - Из-за ударов обычной плетью? Да она ничего, кроме боли, нам не приносит! Это же просто чушь! Ты имеешь наглость насмехаться надо мной? Решил занять место этого наглеца? - Никак нет, Ваше Величество, - голос палача нисколько не изменился. Казалось, его совсем не волновала возможность того, что он может сам встать на место своих жертв. - Он действительно умрёт, если не ввести в ближайшее время противоядие. - О чём ты? Какое противоядие? - принц искренне не понимал, зачем нужно противоядие от обычной плети. Единственная плеть, которая настолько ядовита, что даже случайная рана требует принятия антидота для сохранения жизни, это... нет, не может быть. Сатану пробил холодный пот. Если бы не большое скопление демонов, принц не смог бы сдержать позорную дрожь в ногах. "Этого не может быть!" - Что за плеть ты использовал?! Хоть Сатана и пытался казаться спокойным, голос уже не слушался его, а руки непроизвольно сжались в кулаки. - Ту, что Вы и приказали, Ваше Высочество - Плеть смерти. - О чём ты, палач? - на секунду принц словно отключился от внешнего мира. Единственным, что он видел перед собой, было искажённое лицо и предсмертные конвульсии помощника. - Что ты наделал? - тихо произнёс он, а потом более громко и отчаянно повторил то, что было слышно даже через созданный магический купол. - Что ты наделал?! Как ты мог взять это против него?! Я же показывал на обычную плеть! Он же... как же... Нет! Безразличие палача просто бесило принца. От того, чтобы не разорвать карателя прямо сейчас на части, его удержал хранитель: тот, почувствовав нарастающую тёмную энергию Сатаны, основой которой являлись такие несвойственные принцу эмоции, как отчаяние и чувство вины, вовремя сумел вмешаться. Он подошёл к палачу, и похлопал его по плечу, говоря: - Всё в порядке, можешь идти, - и демон исчез, не сказав в ответ ни слова, а хранитель остался вместе с принцем и умирающим Викейлом. По тому, как быстро всё произошло, и, сопоставив некоторые факты, Сатана понял: - Вы знали! - вскричал он, ненавидящим взглядом прожигая приближающегося к нему хранителя. - Вы с самого начала знали, какой плетью его бьют! Почему не остановили? Зачем позволили так издеваться над ним? Эта боль... она не контролируемая! Вам понравилось смотреть, как он мучается? Как яд медленно съедает его изнутри, не оставляя ничего?! Вы хоть понимаете, что, если ему не ввести противоядие, он умрёт?! Хранитель смог лишь одним предложением заставить принца буквально побелеть от наплыва собственных чувств. - Но ведь Вы сами указали на эту плеть палачу, Ваше Высочество, - совершенно спокойным голосом сказал он, однако Сатана внутри похолодел, всё ещё мысленно цепляясь за остатки гордости, которые твердили ему, что он ни в чём не виноват. А хранитель всё говорил и говорил, не щадя чувств принца, загоняя его в яму, которую он сам же и вырыл - для Викейла. Сейчас он сам узнает, насколько она глубока. - И это Вы же не хотели потратить лишнюю секунду, чтобы проверить, действительно ли выбранная Вами плеть - та, которую Вы хотели. Даже слова карателя не смогли повлиять на Вас. А он предупреждал, и готов был сам понести наказание за непослушание, если бы смог прямо сказать, что Вы не правы. Ваша сила не дала ему сделать этого. Даже он пострадал. Но его страдания - ничто, по сравнению с тем, что испытывает этот демон. Сатана, молчаливо смотревший на него, испугался внезапному перемещению хранителя, но не сделал и полшага. Какая-то сила удерживала его на месте. А хранитель, наклонив голову из-за заметной разницы в росте, теперь смотрел на него сверху вниз, и между их лицами оставались лишь считанные миллиметры. Почему-то принц ощущал себя очень-очень маленьким под этим пронзительным взглядом, маленьким и беззащитным. Если бы это был не он, то можно было бы даже сказать, ничтожным. - Даже сейчас Вы не смотрите на него, а его крики проходят мимо Ваших ушей, - повернулся хранитель в сторону помощника, и принц сделал то же самое. Картина не просто удручала: она ужасала. "Неужели это всё сделал я?" - от былой напыщенности не осталось и следа. - Ваше Высочество, ведь это Вы смотрели на реки слез, наслаждаясь криком, полным боли. Всё, что Вы хотели - это утолить свою необоснованную злобу и отомстить, поставив демона на место. Разве Вы не этого добивались? Так почему теперь Вы так недовольны, раз сами этого хотели? Почему именно сегодня Ваше Высочество было слепо и глухо, или мне так только показалось? Даже если Вы по ошибке дали палачу не ту плеть, Вы же были на казни этого демона и слышали, как он кричал. К Вам ни на секунду не закралось сомнение, почему этот провинившийся так мучительно кричит, а его внутренняя энергия сильно колеблется, словно пытаясь защитить, огородить от опасности. Смертельной опасности. А ведь другие поняли практически сразу, что что-то не так. Они просили, умоляли Вас отпустить его, но... Вы по-прежнему были холодны. Ваше Высочество, ответьте, Вы теперь довольны? - Нет! - Почему? - удивился Хранитель. - Ведь Вы именно этого и добивались - послушания посредством страха. Этот демон больше не посмеет вам перечить... он вообще вряд ли сможет еще что-то кому-то сказать, - хоть он ни разу не повысил голоса, принцу становилось всё хуже и хуже. Вина, словно камень, не позволяла нормально вздохнуть. Сатана раньше считал, что не допустит того, за что потом придётся расплачиваться такими эмоциями. И он следовал своему уставу и жил по своим собственным правилам. И сам же всё разрушил! Видя, что принц готов для дальнейшего разговора, который по важности не уступал этому, Хранитель продолжил, но не в том бесстрастном тоне, когда неизвестно, что говорящий думает на самом деле и что он сделает в следующее мгновение, из-за чего враги боятся такого тона больше всего остального: в эту минуту ты друг, а в следующую уже валяешься трупом, убитый Хранителем. Нет, сейчас он давал принцу понять, что действительно чувствует, ничего не тая. - Ваше Высочество, пришло время передать Вам то знание, которое в свою пору принял Ваш отец. Сатана встрепенулся, мысленно готовясь к очередному уроку, который преподавали боль, унижение и вина. - Я проверяю не только демонов, которые могут стать истинными лордами, но и тех, кому они непосредственно должны будут служить. Вы - наследник престола, будущий наш Владыка, надежда Ада, и именно Вы в своё время должны будете занять место отца, но я должен проверять не только достоин ли лорд Вас, но и достойны ли Вы уважения будущего лорда. Это было испытанием не только для Викейла, но и для Вас, и Вы его не прошли. Теперь, Ваше Высочество, Вы больше не имеете прав на этого демона. Жить ему или умереть - решит предпоследнее испытание. Чтобы ни случилось, не мешайте мне делать свою работу. Смотрите внимательно на него, принц, и, возможно, Вы поймёте, чего Вам так не хватает. - Подождите... он может отказаться от испытания, - сказал принц, пропитавшись поздно проснувшимся благородством. Он решил исправить свои ошибки, пока ещё можно. Сатана больше не допустит, чтобы невинный страдал. - Сейчас ему введут противоядие и... - Слишком много времени прошло, принц, - перебил его Хранитель. - Вы же помните: чем раньше ввести сыворотку, тем больше шансов выжить. Для него отказ равносилен смерти. У него нет выбора, и это Ваша вина. Если он не пройдёт испытание, то умрёт. Если он откажется - а я дам ему шанс это сделать, - он умрёт. И под совершенно раздавленным, почти щенячьим взглядом принца Хранитель отошёл, говоря то, что услышали лишь те, кто был под куполом. - Настало время выбирать! - зал для провинившихся погрузился во мрак.