Судьба? Связи

Эдман Я знал, что убью их всех до одного. Они сами подписали себе смертный приговор. Я устал, был слаб, но жажда мести дала мне недостающие силы. Сейчас или никогда… Нил быстро достал все необходимое. Благо, травы, которые мне понадобились, было легко найти. Нири ныл, и молил меня не нарываться, но я не слушал его. Сейчас либо я - либо они. Умирать я не хочу, а значит, и выбора нет. Ублюдки сдохнут. Я сам собрался к ним уже на рассвете. Захватил достаточно весомый тесак и отправился в их логово. Поиздевавшись надо мной, эти подонки налакались и легли спать. Они все еще дрыхли, когда я пробрался в их обиталище. Тех, кто не участвовал в моем изнасиловании, прирезал сразу, во сне. Остальным засунул в рот приготовленный порошок. Правда, один альфа проснулся от моих манипуляций. Его тоже пришлось прирезать, а жаль. Я был весь в крови своих врагов, но меня это мало волновало. Я получал садистское удовольствие от происходящего. Хотелось им еще в задницы что-нибудь побольше засунуть, чтобы хоть немного расквитаться за то, что они со мной сделали. Но сил было не так уж много. И я берег их для главаря. Через полчаса после того, как я засыпал порошок в глотки альфам, можно было приступать... Я пинал их, чтобы разбудить. Они открывали глаза и зло смотрели на меня, но не могли пошевелиться. Они все чувствовали, но ничего не могли сделать. Мужчины наблюдали, как я поливал комнату спиртным. Скоро здесь останутся только голые стены, а мои насильники получат сполна. Стражник, их лидер, находился в другой комнате. Тем лучше для меня. Хорошо, что он не мог кричать. Раньше я использовал магию. Теперь же пришлось делать все своими руками. Я медленно срезал кожу с ублюдка. У меня скулы сводило от улыбки. Как же здорово вот так растоптать своего противника. И это еще не все. Когда закончил с их лидером, сил почти не осталось. Спичка упала на пол, наполняя помещение огнем. Я поспешил убраться. Не хватало еще надышаться угарным газом. Вредно для ребенка. Оказалось, что Нири с Нилом ждали меня недалеко от здания. Они с ужасом смотрели на мою окровавленную тушку. А мне было плевать. Я запомнил дорогу в город, а потому без всяких вопросов пошел своим путем. Хотелось спать. Спустя минуту Нил накинул на меня свой плащ, а Нири поддержал под руку. Уже в доме альфы меня провели в комнату и уложили на кровать. Глаза слипались. Я так устал… Нам повезло. На той попойке были все ублюдки из банды, потому мстить никто не стал бы. Да и кто поверил бы, что два омеги, и один молодой альфа смогли уничтожить самую опасную в округе банду? Под шум, я успел прихватить у своих насильников довольно увесистый кошель золота. Наконец-то я смог навестить целителя, который просканировал мое состояние. Оказалось, что ребенок действительно необычный. Понятия не имею, как эта тушка смогла его заиметь. Целитель сказал, что второй родитель ребенка – оборотень. Забавно. Интересно только, куда подевался этот никудышный альфа? Или он тоже эту тушку изнасиловал? Нири рассказал мне кое-что. Раньше он и моя тушка жили в небольшой деревеньке неподалеку отсюда. Они жили только вдвоем. Отец Нири умер много лет назад. Глава банды положил глаз на мою тушку. Он грозил, что заберет себе Нири, если его папа, которого, кстати, звали Тинном, не станет его подстилкой. Конечно, омега согласился. С тех пор Тинн жил в доме главы. Однажды что-то произошло. Тинн прибежал домой и приказал Нири собираться. В считанные минуты они сбежали из дома. Их преследовали, и, чтобы уберечь сына, Тинн решил задержать преследователей. Нири сбежал. Через месяц он смог пробраться в деревеньку, чтобы разведать, что случилось с его папой. Тогда он и узнал, что над омегой так поиздевались, что тот сошел с ума. Сумасшедший - он перестал интересовать главу, и его продали. А день назад Нири подслушал, как двое альф говорили обо мне. Они говорили о безумце, который вновь обрел разум, и которого они собирались прибрать к рукам, поиметь, а затем убить. И сынок решил выручить меня, за что ему огромное спасибо. Мог бы и раньше помочь своему родителю… но ладно… Омега, какой с него спрос? Нил хотел выгнать нас, но я рыкнул на него, помахал немного ножом, и альфа не смог отказать. Я был где-то на седьмом месяце. Хотелось покоя. К своим предстоящим родам я относился с интересом. Это будет первый и последний раз. Забавно, и немного страшно. Началась относительно спокойная жизнь. Только Нири вечно лез ко мне. Он чувствовал вину, что не смог помочь раньше своему папе. А я не отталкивал. Приятно было иногда помять юное тело, прикрываясь родительской нежностью. Хотя в такие моменты я вспоминал Шинью. Он был более желанным для меня. Роды… это было странно и больно. Все началось раньше срока. Не хочется вспоминать, как все происходило. После этого я начал уважать омег. Подарить жизнь – действительно большой труд. И этот ребенок… даже не знаю, что к нему испытываю. Я отношусь к нему, как к сыну. Маленький беззащитный малыш, который вместе со своим папой вынес много ужасов. Я вспомнил тот самый день, когда в первый раз взял на руки Энкила. Тогда я был ослеплен ненавистью ко всей его семье, и даже не понимал, насколько это маленькое существо беззащитно. Сейчас все было по-другому. Мне не за что было ненавидеть малыша, и я решил считать его своим сыном. Пусть не родным, но достаточно близким. Забота о малыше, любовь к нему… все это было неведомо мне раньше. Я заботился об Энкиле, но не испытывал к нему такой любви. Даже младенцем он был моим врагом. Я назвал сына Филиппом. Маленький омега, в котором была волчья кровь. Теперь я многодетный папочка. У меня двое сыновей. Мой Филипп, которого я решил растить сам, даже после того, как вернусь в свое тело, и Нири, который казался глупым и маленьким. Я полагал, что омежка пропадет, если брошу его. Слишком уж уязвимый. Я смягчился, а это очень плохо. Нужно всегда быть начеку. В особенности, когда у тебя на руках новорожденный младенец. Я гулял по рынку, в поисках хороших тканей. Малыша я устроил у себя на груди, поместив его в специальный тканый мешок. Омежьи гормоны сделали свое дело, и я не мог оторваться от ребенка. - Тинн? – я откликнулся, ведь так звали мою тушку. Рядом с одной из палаток стоял высокий мужчина с длинными темными волосами. Я сразу почуял в альфе волчью кровь. Забавно. - Мы знакомы? – абсолютно спокойно просил я. На несколько мгновений на лице мужчины появилось недоумение. Я посильнее прижал к себе ребенка. Видимо, нашелся его отец. Во всяком случае, этот тип точно что-то знает. Не сказать, что меня сильно волновала прошлая жизнь моей шкурки, но избежать возможных неприятностей можно лишь обладая всей информацией. - Тинн… ты забыл меня? Альфа слишком сильно приблизился, потому я отступил на шаг назад. Не очень хотелось драться с ребенком на руках. - Вы меня с кем-то перепутали, - резко сказал я. Оборотень отрицательно покачал головой. - Тинн, прости меня. Я бросил тебя и… Точно отец ребенка. Что же, теперь кое-что становится на свои места. Видимо, моя шкурка завела интрижку с этим блохастым. Возможно, его поймали на горячем, потому он и спасал Нири. Боялся, что за непослушание отыграются на ребенке. Вот только где был этот герой, когда над его омегой так поиздевались, что тот чокнулся? Я буквально подскочил к нему, чтобы оказаться совсем близко. В руке мелькнул небольшой ножик, который я и прижал к горлу неудачника. Причем песик даже среагировать не успел. - Не приближайся ко мне и моему ребенку, иначе сдохнешь. Я никогда не шучу, - прошептал я на ухо этому неудачнику. Блохастый только хлопал глазами, а я так же плавно разминулся с ним, и пошел восвояси. Филипп заворочался в своем импровизированном ложе, а я только поцеловал ребенка в лоб. Повезло ему, что теперь я у него появился. Мне нужно было думать о будущем. Когда я окажусь в своем настоящем теле, нужно будет сразу же забрать Филиппа. Интересно, уцелел хоть кто-то из слуг? Раньше я был уверен, что мой замок неприступен, и я сам достаточно силен, чтобы отразить любой удар. Но вампиры - твари хитрые и умные. А магия крови далека от меня. Я пытался вытащить из Энкила хоть немного этих способностей, но малыш никак не поддавался. Я изучил тело омеги вдоль и поперек. Наверное, мне самому нужно стать вампиром, чтобы получить эти силы. Но на подобное я никогда не пошел бы, хоть это и возможно. Не хочется потерять все, что имею. И я, все равно, достану Дария. Пусть я не буду больше использовать Шинью или Энкила. Этот убийца сдохнет сам.