Расслабься, детка!

Хиджиката наполнил ванну, провел рукой по воде. То, что надо. Было, конечно, как любил он, как любил Еродзуя он не мог знать. Тоширо не понимал, почему он продолжает нянчиться с ним. Вроде бы Гинтоки пришел в себя. Что ему еще надо? - Идешь? – негромко сказал он, кудрявая голова немного повернулась на диване. - Куда? - Ванна готова… - Тоширо не мог справиться со странным чувством. Ему было необъяснимо неловко. - Я и сам мог бы ее сделать… - недовольно пробормотал Еродзуя. - Да брось… - как-то странно сказал Тоширо, так что Саката уставился на него. - Уже завтра мы с тобой будем бычиться друг на друга. Хиджиката улыбнулся. Почему-то казалось, что привычные отношения с Сакатой были в каком-то другом мире. И не сказать, что к ним хочется возвращаться. - Иди домой, Хиджиката. Прошу тебя. Я просто не могу тебя таким видеть, – Саката поднялся, подошел к нему, сжал его плечи. - Ты зовешь меня Гином, вместо Еродзуи. Ты приходишь с тортиками и саке, ты делаешь ванну… И теперь такое лицо, будто я уже умер. Это из-за моих слов, да? Прости меня, хорошо? Каких слов? Замком не очень понимал, о чем Саката говорит. - Я был просто на нервяке, ты же понимаешь. Я ни в коем случае не имел ввиду, что не считаю тебя другом! Просто в тот момент мне казалось… - Саката очень не хотел этого говорить, - показалось, что я снова один. Что меня предали! - Но ты же и потом думал, что я могу тебя, подумать только, шантажировать этим! Саката улыбнулся. - Прости. Я же сказал, прости. Хиджиката, ты отличный парень. Но ты мне нравишься таким, какой ты есть. Не переигрывай. Не переигрывай… Вот и весь ответ. - Да, пожалуй… Я пойду домой. Пока… Еродзуя… Замком вышел из квартиры. Непривычная тишина резанула уши. Время глубоко за полночь. У Хиджикаты было чутье, на то он и шисенгуми. И сейчас он понимал, что-то произойдет. Что-то приближается. Вроде как ему надо уйти в участок. Вроде как. А ну как, этот кто-то снова направится к Ги… К Еродзуе? Как пес, брошенный своим хозяином, Хиджиката пару раз обогнул дом и закурил. Небо было черным. Видимо все заполонили тучи. Не переигрывай. Почему-то от этого слова было больно. Так, будто Хиджиката просто не имеет право о ком-то заботиться. Не имеет, не умеет и не должен. Тоширо усмехнулся. Как бы ему ни хотелось не уходить, у него не было выбора. Еродзуя говорит о дружбе, но другом его не считает. Скорее кем-то вроде проверенного товарища, который в трудной ситуации спину прикроет, но не более того. Ты мне нравишься таким, какой ты есть? Что это вообще за бред был? Тоширо встряхнулся. Депрессняк? - О! – он увидел работающий супермаркет. - Куплю-ка десяток булочек с майонезом. Чую, хорошо пойдет! И шмыгнул носом. Простуда? В жизни не болевший Хиджиката был удивлен, настолько, что как обычно не заметил, что к десятку булочек добавился еще какой-то совсем не нужный провиант, и куча обычных бутылок с майонезом. Тоширо достал бумажник, чтобы расплатиться, а корзинку поставил на прилавок. - Я-ра… Ты совсем не милый. Сплошной майонез! Тоширо схватился за катану, но было поздно. - Не волнуйся, ты не умрешь. Пока что. Пока моя малышка не будет со мной… Хиджиката провел рукой по шее. В руке мужчины был шприц. - Хотя знаешь, иногда можно ошибиться в дозировке… Я-ра-ра, не волнуйся, в этот раз я был точен! В глазах раздвоилось, а потом медленно потемнело. - И все же, как судьба ко мне благоволит! – продолжил молодой парень, доставая косметичку. Открыл помаду – фиолетовая. - Это же надо было встретить это зло воплоти. Помешал мне слиться с моей Пако-чан… А ведь сколько трудов стоило отвести ее в отдельную комнату. Парень вышел из-за прилавка, довольно сильно пнул Хиджикату. - Бесполезный мусор. Ну и для тебя найдется работенка, - он склонился к нему, провел пальцем по щеке. - Да, совершенно не мой тип. А жаль… Ведь любая жизнь ценна! Пако-чан, надеюсь, ты хотя бы знаешь, как его зовут… А то вся моя затея провалится… И его придется просто… Убить. - Данна! - О! Сого! - Плотничаешь? А где истеричка? - Ты хотел про Кагуру спросить или про Шинпачи? - Хотел про Кагуру, спросил про очкарика, - нахмурился Сого. - Что непонятного-то? - Сого… - Саката уставился на командира первого отряда. - С тобой-то что? - Со мной-то? – недоуменно сказал Окита. - Слушай, данна, скажи, а когда ты последний раз видел Хиджикату? Саката побелел. - Что значит в последний раз? - Его два дня как нет нигде. Ни дома, ни в излюбленных барах. Я даже в пачинко заглянул. У Тае его нет. У Кондо он не прячется. - Волнуешься? – хотел свести все на хи-хи Саката, но не вышло. Сого задумался. - Два дня назад, какой-то маньяк напал на девушку. Мы перепроверили всех людей Сайго, но выяснилось, что кто-то очень ловко вырядился, как их новенькая. Самого парня нашли в самом плачевном состоянии в подвале. Этот маньяк очень жесток. Саката уставился на Сого. Окита признал кого-то в жестокости? - Последний раз я видел Хиджикату возле твоего дома. Нет, мы, конечно, вернулись потом в часть, но… Я ведь знаю, что это на тебя маньяк напал. - Откуда?! - Ты меня за идиота держишь? Твои глаза, только Ямазаки не узнает, потому что кретин. Даже описав мне, не понял! – Сого покачал головой, признавая идиотизм коллеги. - Говорит, а глаза такие пустые-пустые, красные, как у дохлой рыбы! Представляешь, Сого? – передразнил Ямазаки Окита. Гинтоки взял себя в руки. - Данна… Хиджиката себе места не находил. Он ведь пришел к тебе? Скажи, что пришел! Пожалуйста! Я должен знать, откуда копать. Мне никто не верит! Никто не волнуется! Все говорят, что он просто решил отдохнуть! Я… Я не могу сказать им правды, потому что это унизительно для тебя… Но, пожалуйста. Дай мне зацепку! - Сого… Мне кажется, у нас большие проблемы… Гинтоки схватился за волосы. - Мы должны найти этого маньяка! Мысль о том, что с Тоширо что-то случилось на обратном пути от него била по сердцу, как по оголенному нерву. - Мы? - Он был у меня и ушел. - И не вернулся, - усмехнулся Сого, но посерьезнел. - Идем, данна. Я покажу тебе, как легавые роют носом. Внизу в отчаянии метнулся Ямазаки. - Ой! Что случилось? - Сого! Это срочно! Убили девушку из трансов! Как ее… Дзурако, кажется? Это было больно. Это было не один раз. - О, очнулся. Боженьки, какой ты крепкий. Да, ты совершенно не в моем вкусе. Но играть с телом можно ведь по-разному? Может, перестанешь сопротивляться и расскажешь, где живет Пако-чан? - Да пошел ты… - Хиджиката цыкнул слюной. Незнакомец увернулся. - Глупыш. У тебя жар. Кровь идет. А ты все хочешь продолжать игру. И ногами бить тебя мало. И мизинец тебе сломал. Чтобы мне еще с тобой сделать? Дальнейшим шагом было бы тебя трахнуть. Но у меня на тебя не встает. Пако-чан, это совсем другое. Он резко дернул. - Больно, да? Ничего, я сейчас вставлю другие шарики, побольше. Поверь… Впрочем, нет, это больно, я знаю. - Хватит! Хватит! – Хиджиката дернул руками, не выдержал, закричал от боли. Стальные шипы вонзились в руки. - Ничего. Если расслабишься, будет не так больно. - Надеюсь… С Пако ты этого не делал? Его схватили за подбородок. - Пако! Не смей ее так звать, как фамильярно! Конечно, нет… Пако-чан… милая моя. Похититель ударил Хиджикату головой о стену. - Смотри какие? – он поднес игрушку к его глазам. - Ну что, скажешь? Или они окажутся в тебе. Хиджиката закрыл глаза. Роль товарища он уже выполнил… Наверное? - Упертый баран! Саката держал в руках кимоно. Определенно оно принадлежало Кацуре в образе. Да, на нем была кровь. Но почему сразу убита? - Я… просто переволновался! – пытаясь отдышаться сказал Ямазаки. - Тела не нашли. Тихо тренькнула дешевая мобила Сакаты. - Я знаю, где они! – его руки дрожали. - Сого, мы идем вдвоем. - Слушаюсь, данна! - Бежим! - Такой упертый… Ну да ладно. Новый день полон изменений. Ты же знаешь этого человека? А? Хиджиката с трудом разлепил глаза. Сколько он уже здесь, сколько это продолжается? Кацура? Что он здесь делает? - Знаешь… А она ведь была в моем вкусе… Дзурако… А оказалась… Мужик мужиком…Как печально! - А что ты хотел… От кабаре транвеститов… - прошипел Тоширо. - Ну, знаешь, главное, что в душе. А этот принялся лягаться, катану вытащил. Безобразие. Ничего женственного. И он тоже хорошо знает Пако-чан. И представляешь, не говорит. И ты молчишь. Тогда… Если я сделаю ему очень больно на твоих глазах. Ты скажешь? - Не ту жертву выбрал… - усмехнулся Кацура. - Он мой враг! И жалеть меня не будет! Верно шисенгуми! - Верно! – уверенно сказал Тоширо, чувствуя, как в груди все сжимается. Не мог он так просто смотреть, как кто-то в его присутствие будет страдать. Он готов вытерпеть любые пытки сам, но… Пусть даже это будет Джои… К тому же, как бы он не относился к Кацуре, лидер Джои хороший друг Еродзуи. - Ум… Это мы сейчас проверим… Сдается мне, ты врешь. - Ладно, я скажу правду, - начал Кацура. - Заткнись! Заткнись! – закричал Хиджиката и с удивлением увидел, как Кацура ему подмигнул. - Нет! Я все же скажу. - Нет, умоляю тебя… - решил подыграть Тоширо. - Пако может пострадать! - Пока страдаем только мы. Короче, друг с фиолетовыми губами. Мы все трое соперники. И Пако наша добыча. Так как ты думаешь, мы расскажем сопернику, где она живет? Похититель задумался. - Здраво. Очень здраво. Тогда… Мне придется вас убить! - Офигенно… - прошептали они одновременно.