Игра без правил

*** Когда у Чеса спрашивали, с кем у него случился первый раз, парень честно отвечал: «С собакой». Молодой дог-двухлетка с дурацкой кличкой Бинго был любимцем епископа Иоанна, главы Мизерикордий Кольца Брам. Чес тоже считался ценным питомцем. И епископу особое удовольствие доставляло наблюдать, как одна зверушка резво трахает другую. Мальчик, которому на то время едва сравнялось девять, по сценарию хозяина всегда оказывался снизу. Впрочем, даже теперь Чес задумывался, а могло ли быть иначе? Реально ли было поиметь злобного кобеля? Ха, не в том возрасте – имелка тогда еще не выросла! После «Ночи алых перьев» епископа Иоанна признали врагом города и скоренько освежевали на кровавом алтаре Брам, а всех его домочадцев, в том числе и питомцев, растащили на общественные нужды. Старшие отправились работать в муниципальные шахты Кольца Ниро и в тамошние бордели. Младших – не достигших на то время первого совершеннолетия, – раскидали по приютам. Куда дели животных, Чесу было не известно. Хотя, честно говоря, ему на это как-то наплевать. Сам мальчик очутился сначала в детском распределителе, а потом… Тот период Чес старался не вспоминать даже сейчас, когда прошло уже больше десяти лет и раны вроде бы давно зажили. Редко кто выкарабкивался, будучи игрушкой малолетних шаманов, нервных и неадекватных из-за боли в прорезающихся крыльях. Но Чес всегда считал себя тварью на редкость живучей. Ну и что, если вместо обеих рук сейчас – уродливые механические протезы с дешевыми двигательными амулетами? Ну и что, если шрамов и рубцов на теле больше, чем здоровой кожи, а родных органов осталась хорошо если треть? На положенную пенсию можно спокойно существовать, ни о чем не беспокоясь, позволяя себе и запои раз в квартал, и даже подпольный тотализатор. Однако была у Чеса одна тайна – такая, о которой даже думать страшно, – то, что уже больше десяти лет грызло его изнутри почище любого безумия. И потому он не мог успокоиться и просто жить, довольствуясь малым. *** Бегемот Бэй, гильдеец Чистоты и организатор общественных работ в пятом микрорайоне Кольца Феар, не был слишком разборчив в любовниках. Он не запоминал лица своих шлюх, да и с полом не заморачивался, ведь трахать любил исключительно в зад. Долго удержать интерес влиятельного покровителя местным блядям не удавалось при всем желании. И вчерашние баловни судьбы сегодня снова возвращались на дно, к дешевому пойлу, протухшей жратве и скупым клиентам с дурными болячками. Впрочем, покровительство Бегемота обходилось лишь немногим дешевле. Он слыл безжалостным ублюдком, любил калечить своих шлюх, резать их, а частенько так увлекался, что на бедной жертве живого места не оставалось. Однако Кольцо Феар было столь херовой дырищей, что сытые деньки в нем вполне стоили и здоровья, и красоты. Даже если сытость длилась всего ничего. Чес ходил в любимчиках Бегемота уже почти месяц. Двадцатидвухлетнего калеку за глаза называли колдуном и приписывали ему черт знает какие сверхспособности. Потому что не мог столь уродливый субъект хоть чем-то заинтересовать гильдейца Бэя. Парень, если когда-то и считался красавчиком, теперь называться иначе как монстром просто не имел права. Он был весь покрыт шрамами и вспухшими рубцами. Безбровое лицо, перекошенный в жуткой ухмылке рот. Вместо рук – дешевые протезы, похожие на кости. Чес заметно хромал и часто мучился дикими приступами боли. Никто в здравом уме не поверил бы, что среди всех блядей Кольца Феар именно этот урод подставлял свой зад под член Бегемота столь длительное время. И судя по слухам, Бэй в эти дни трахал исключительно свою образину, не обращая внимания ни на кого другого. *** Удушливое лето сменилось жаркой дождливой осенью. Тучи не покидали небосклон по нескольку суток кряду, но это не приносило облегчения. Казалось, жар шел от самой земли, раскаляя воздух так сильно, что становилось невозможно дышать. Районы, милостью богов избавленные от медиумов и инферналиев, спасались в искусственной прохладе кондиционеров. Квартира Бэя была не больше и не меньше стандартного чиновничьего жилья. Две приличного размера комнаты, под завязку напичканные новейшей техникой, красивая ванная в белом кафеле. Чесу позволялось пользоваться здесь всем – но только в отсутствие хозяина. В то же время, когда Бегемот отдыхал от трудов праведных дома, парень составлял ему компанию. Точнее, не сам Чес, а его задница – другое толстого чернокожего гильдейца не интересовало. *** Это было чертовски больно. Каждый раз – словно впервые. Внушительный член Бэя долбил без остановок, цепкие пальцы оставляли синяки на бедрах, а неухоженные ногти – глубокие кровавые борозды поверх старых шрамов. Бегемоту было уже за сорок, он страдал одышкой и неизлечимой зависимостью от секса. Словно наркоман, он не мог остановиться. Часто Бэй не прекращал трах до тех пор, пока не падал, обессиленный, неспособный пошевелить даже пальцем. Чес всегда держался до конца, даже если это длилось сутки напролет. Его тело было привычным к повреждениям, а искусственные органы довольно быстро восстанавливали свои функции. Идеальный секс-партнер для извращенца. Парень мог лежать бревном, не издавая ни звука, как бы Бегемот над ним не измывался. Мог же наоборот, страстно стонать, выгибать исполосованную шрамами спину и яростно подмахивать, словно происходящее доставляло ему неземное удовольствие. Иногда он рыдал от боли и без малейшей фальши в голосе умолял гильдейца остановиться. За свою жизнь Чес научился тонко чувствовать настроение окружающих, понимать их тайные желания. Уже пару часов парень лежал животом на невысокой консоли у окна и слушал, как дождь барабанит по стеклу, а над ухом натужно сопит разошедшийся не на шутку Бегемот. Спустя столько времени задница стала уже совершенно нечувствительной. Спина и бедра были липкими от спермы, в кишке противно хлюпало – наверняка потом нагрянет диарея и все прелести воспаления. Но сейчас это не имело значения. Сегодня Бэй был не в духе и просто снимал напряжение, не особо заботясь, в кого совал свой член. В такие моменты от Чеса требовалось молчать и желательно вообще не шевелиться. Быть игрушкой старого пидора вовсе не круто, но для того, кто искал пути к кровавому алтарю, это всего лишь очередная ступенька. Нужно просто терпеть и выжидать. А когда наступит подходящий момент, все былые страдания не будут иметь совершенно никакого значения.